Линь Куо почувствовал себя не в своей тарелке. Из-за замкнутого характера приятели обычно «забывали» позвать его на общие посиделки. Случалось, конечно, что кто-то приглашал его пообедать лично, но каждый подобный жест неизменно сводился к одному: где-то на середине трапезы собеседник заводил привычную волынку:
— Линь Куо, не займёшь немного денег? В следующем месяце точно верну.
Вот и сейчас он подсознательно ждал, что пользователь «Сладкий ветерок» вот-вот попросит в долг. Однако, развернув записку, кроме короткой надписи ничего не обнаружил. Выходит, его впервые в жизни угостили просто так — от чистого сердца. К тому же этот свалившийся с неба завтрак помог разрешить крайне щекотливую ситуацию.
Линь Куо был тронут и, признаться, ощутил робкий укол искренней радости.
Взяв пончик, он откусил кусочек. Рот наполнился нежной сладостью. Он обожал сладкое, так что угощение пришлось как нельзя кстати. Линь Куо даже сам не заметил, как перестал хмуриться и чуть улыбнулся.
Окружающие смотрели на него с откровенной завистью. Ли Инань украдкой сглотнула слюну: ей тоже безумно хотелось есть…
Линь Куо не был всепрощающим добряком и уж тем более не собирался проявлять щедрость за чужой счёт, раздавая подаренную еду направо и налево. Достав телефон, он хотел поблагодарить поклонника, а заодно, заметив голодный взгляд Ли Инань, спросить у «Сладкого ветерка», можно ли поделиться с девушкой хотя бы кусочком.
Но стоило разблокировать экран, как перед глазами поплыли сплошные волны возмущённых комментариев:
[Кто это сделал? Кто скинул ему съедобный предмет?]
[Среди нас завёлся предатель, аж бесит:)]
[Отправили анонимно! Сделать хватило смелости, а показаться боишься?]
[В записке стояло имя «Сладкий ветерок», никто не заметил?]
[Значит, это баба? Неужели запала на нашего Собаку-стримера? Совсем с катушек съехала?]
[Рулетики, трюфели, шампанское, пончики «Кака», пудинг… Такой набор падает только из пищевого контейнера первого ранга, разве нет?]
[Именно, первый ранг. От двух тысяч очков!]
[…Богатая мамочка?]
[В топе по очкам всего пара девушек, и ни одна сюда не заходила. Обычная дурочка, которая повелась на смазливое личико.]
[Это же две тысячи очков! Сколько их копить надо? Она что, весь свой запас слила? Жить надоело?]
[Если дура ищет смерти, кто ей запретит? Одно скажу: некуда девать очки — отдай мне! Спускать их на этого ублюдка — пустое расточительство!]
Взгляд Линь Куо зацепился за фразы «жить надоело» и «весь запас». Он тут же нахмурился, мимолётная радость испарилась без следа, а приятная сладость во рту вдруг сделалась приторной и гадкой.
Открыв «Вэйсюнь», он быстро набрал сообщение:
[Линь Куо]: Ты что творишь?
Ответ прилетел почти мгновенно, вместе со стикером:
[Сладкий ветерок]: [Обиженный котик.jpg]
[Сладкий ветерок]: Я просто хотел угостить гэгэ завтраком.
[Сладкий ветерок]: Не ругайся на меня, гэгэ.
На душе у Линь Куо стало совсем гадко. Досадуя на собственную резкость, он нахмурился и напечатал:
[Линь Куо]: Я не ругаюсь.
[Линь Куо]:…Я волнуюсь.
[Сладкий ветерок]: Гэгэ, не переживай, я знаю, что делаю.
[Сладкий ветерок]: Тебе сейчас важнее пройти сценарий. Поговорим, когда освободишься.
Раз уж собеседник сам предложил свернуть разговор, да и тон из-за нахлынувших эмоций получался слишком уж колючим, Линь Куо решил отложить серьёзную беседу до вечера. Убрав телефон в карман, он холодно окинул взглядом собравшихся.
После разыгравшегося фарса он посмотрел ещё холоднее. Лян Сыхун, помня о силе Линь Куо, не желал окончательно рвать с ним отношения и попытался сгладить углы заискивающей улыбкой:
— Я ведь исключительно ради общего блага старался. Разумеется, я и сам могу связаться со своим модератором, чтобы подтвердить, что я человек.
Линь Куо смерил его презрительным взглядом:
— Ты до сих пор уверен, что среди нас прячется призрак?
Лян Сыхун лишь криво усмехнулся. После того как личность Линь Куо подтвердилась, одной только играющей самой по себе фортепианной музыки хватало, чтобы понять: нечисть действует сама по себе. Его слова были лишь неуклюжей попыткой помириться.
Линь Куо процедил сквозь зубы:
— Впредь держи свои дурацкие идеи при себе.
Он злился вовсе не из-за того, что его приняли за монстра. Не предложи Лян Сыхун эту бредовую затею с цветами, «Сладкому ветерку» не пришлось бы спускать уйму очков.
— Какая же она дурацкая? — улыбка сползла с лица Лян Сыхуна. — В сценарии «Морг» именно так Бог S и вычислил призрака, затесавшегося среди живых.
Вспомнил он об этом случае лишь благодаря Ли Инань.
До появления S подобные командные сценарии с внедрением нечисти почти всегда заканчивались бойней. Когда S впервые провернул этот трюк, все присутствующие только и смогли, что ошарашенно выдохнуть: «Да ладно, блядь, так можно было?!» А главное — метод сработал безупречно.
С тех пор в низкоранговых сценариях игроки охотно брали приём на вооружение. Стоило вычислить монстра — и оставалось лишь держать дистанцию да защищаться.
Способ с цветами спас тысячи жизней в Нижнем городе, а сам S за счёт этого блестящего хода моментально вознёсся на вершину славы. Как и для большинства выживших снизу, для Лян Сыхуна авторитет Бога S был недосягаем. Слышать, как какой-то новичок называет его тактику «дурацкой», было неприятно.
Линь Куо лишь сухо бросил:
— Тьфу, мерзость.
Какое же это проклятие, что именно этот S стал его модератором.
Поняв, что парень не на шутку взбешён, Лян Сыхун счёл за благо сменить тему:
— Прошлой ночью ни в нашей комнате, ни у Ван Мяо ничего странного не происходило. Похоже, дело действительно в том пианино.
Линь Куо пропустил очевидную глупость мимо ушей.
Лян Сыхун продолжал лезть на рожон:
— Ли Инань только что упомянула, будто музыка звучала так, словно призрак чего-то испугался. Линь Куо, не расскажешь поподробнее?
— Смысл переливать из пустого в порожнее? — отрезал тот.
Лян Сыхун тяжело вздохнул. Кто бы мог подумать, что этот парень окажется настолько упрямым и несговорчивым?
Ему всего лишь хотелось услышать факты из первых уст. Ли Инань — обычный новичок, ничем себя не проявила, да ещё и ляпнула про число «13», сбив всех с толку байками про Врата жизни и смерти. Он смотрел на неё свысока и искренне сомневался, что девчонка способна толково пересказать чужие наблюдения.
Линь Куо легко прочитал мысли на его физиономии и ледяным тоном добавил:
— Она хотя бы догадалась подтвердить личность через стрим. В отличие от некоторых, мозгов у неё побольше будет.
Лян Сыхун опешил. Хоть в идее девушки и крылся изъян, в целом её ход мыслей в точности повторял логику великого S.
Ли Инань едва сдержала восторженный вздох. Сам босс только что похвалил её?!
Боже, какое счастье!
Поняв, что на любую реплику Линь Куо ответит порцией яда, Лян Сыхун предпочёл замолчать. Его взгляд снова упал на ящик с посылкой, стоящий на столе. Внутри шевельнулось смутное изумление: на стримах игроков из Нижнего города предметы дарили крайне редко.
Он пригляделся повнимательнее — и вдруг заметил кое-что ещё.
— А это что?..
Возглас привлёк всеобщее внимание. Линь Куо тоже посмотрел в коробку: на дне, откуда он только что достал пончик, темнел какой-то продолговатый предмет. Из-под упаковок с едой виднелся лишь уголок, но было ясно, что вещь твёрдая.
Не принадлежи коробка Линь Куо, Лян Сыхун уже давно запустил бы туда руку. Едва сдерживая нетерпение, он принялся торопить напарника.
Первой мыслью Линь Куо было: «Сладкий ветерок» опять бездумно спустил очки. Вспомнив комментарии в чате, он ощутил внутреннее отторжение и, подняв глаза на Лян Сыхуна, спросил:
— От этого можно отказаться?
Присутствующие уставились на него так, словно он сошёл с ума. Лян Сыхун лишь ошеломлённо покачал головой.
Что ж, раз очки уже потрачены, деваться некуда. Линь Куо с неохотой запустил руку под свертки с провизией и вытащил находку.
Это оказался ещё один футляр поменьше. Только вместо имени получателя на крышке красовалась надпись: «Подарок».
Пищевые предметы пользовались слабым спросом, а уж дорогостоящие наборы первого ранга и вовсе пылились в магазине мёртвым грузом. Поэтому Система Главного Бога ввела бонус: к каждому премиальному продуктовому набору случайным образом прилагался небольшой предмет выживания.
Линь Куо с облегчением выдохнул и открыл футляр.
Внутри лежал полароид.
Под фотоаппаратом обнаружилась краткая инструкция.
Линь Куо быстро пробежал её глазами: снимки, сделанные на это устройство, позволяли запечатлеть духов, невидимых для человеческого глаза. Разумеется, при условии, что те соизволят попасть в кадр.
Штука казалась довольно бесполезной, а вложенная пачка всего на три кадра делала её и вовсе одноразовой.
Использовать полароид можно было лишь трижды.
Когда Линь Куо коротко пересказал суть, спутники не скрывали разочарования. За окном между тем начали сгущаться сумерки. Незаметно подошёл к концу второй день, за который они, если не считать утренней нелепой перепалки, так ничего и не добились.
Линь Куо никогда не привык винить других в своих неудачах, но сейчас впервые подумал: тащить за собой таких бестолковых союзников — сущее мучение.
Вскоре в дверях столовой показался дворецкий. Окинув игроков испуганным взглядом, он пролепетал:
— Стемнело… Вам пора отдыхать.
Делать нечего — пришлось снова подниматься по лестнице на второй этаж вслед за слугой.
— Этой ночью… будьте осторожнее, — бросил дворецкий на прощание и тут же, словно ошпаренный, испарился в полумраке коридора.
Поскольку прошлой ночью обошлось без жертв, разбиваться по комнатам решили в прежнем составе. Однако когда подошла очередь распределяться, Ван Мяо вдруг вызвался занять спальню с пианино, где ночевали Линь Куо и Ли Инань.
Девушка была только рада такой перемене, а вот Линь Куо окинул добровольца сложным, нечитаемым взглядом.
Испугавшись, что ему откажут, Ван Мяо поспешно нажал на ручку и юркнул за дверь. Линь Куо уже открыл рот, чтобы предупредить его, но Лян Сыхун перехватил его за руку и понимающе усмехнулся:
— Пусть идёт, раз так хочет.
Проглотив невысказанные слова, Линь Куо молча протянул полароид Чжу Хаю — соседу Ван Мяо по комнате:
— Если ночью инструмент заиграет, сфотографируйте его.
Тот коротко кивнул и с зажатой в руках камерой скрылся в спальне.
Когда створка захлопнулась, Линь Куо посмотрел на Лян Сыхуна. Мужчина лишь пожал плечами:
— Они сами сделали выбор. Посмотрим, повезёт ли им так же, как тебе.
— Идём, — отрезал Линь Куо, не желая продолжать разговор, и повёл Ли Инань в бывшую комнату Ван Мяо.
Едва закрылась дверь, девушка шумно перевела дух:
— Не знаю, что у Ван Мяо на уме, но я готова сказать ему спасибо.
— Узнаешь, о чём он думал, — благодарить перехочется, — ровно отозвался Линь Куо.
Ли Инань удивлённо моргнула:
— А что с ним не так?
Линь Куо хотел было объяснить, но она торопливо замахала руками:
— Босс, погоди! Дай я сама попробую догадаться. Мне же нужно учиться соображать!
* * *
В спальне с пианино Ван Мяо, заметив в руках Чжу Хая полароид, удивлённо присвистнул:
— Надо же, отдал его тебе.
— Ага, — кивнул Чжу Хай. — Сказал снять, если музыка заиграет. — Он покосился на смежную комнату, где темнел массивный корпус инструмента.
По спине Ван Мяо пробежали мурашки.
Чжу Хай подошёл ближе и неуверенно спросил:
— Слушай… ты уверен, что с нами ничего не случится?
Ван Мяо закатил глаза:
— Ты Ли Инань слышал? Нечисть тут хоть и бродит, но никого не тронула!
— Но в нашей прошлой комнате вообще ничего подозрительного не было!
— Ну ты и баран! — огрызнулся Ван Мяо. — Сегодня вторая ночь! Ты правда думаешь, что в двухзвёздочном сценарии за двое суток никто не сдохнет? Да и дворецкий не просто так вякнул «будьте осторожнее» — вчера-то он молчал!
Чжу Хай зябко втянул голову в плечи.
— Линь Куо с Лян Сыхуном без конца мусолят этих маньяков, пытаются выведать условия убийства, — продолжил поучать Ван Мяо. — Но прошлой ночью Ли Инань и Линь Куо столкнулись с тварью нос к носу и выжили! Знаешь, что это значит? Самое опасное место — всегда самое безопасное. Чтобы уцелеть в таком сценарии, нужно держаться эпицентра.
Чжу Хаю эти рассуждения показались вполне убедительными.
— Жаль только, Линь Куо спихнул нам эту камеру, — хмыкнул Ван Мяо. — Толку от неё всё равно ноль. А так хоть посмотрели бы, как эта дрянь выглядит.
— Да ну её к чёрту, — отмахнулся Чжу Хай и бросил полароид на тумбочку. — Давай лучше спать.
Они быстро привели себя в порядок и улеглись.
* * *
Наступила глухая ночь. В окне висела полная луна, отливающая зловещим багрянцем.
В мёртвой, гулкой тишине внезапно раздались торопливые шаги: топ-топ-топ-топ…
Чжу Хай, спавший чутко и тревожно, мгновенно распахнул глаза. Прислушался: звук неумолимо нарастал, приближаясь к комнате.
Его прошиб ледяной пот. Судорожно вцепившись в плечо соседа, он сдавленно прохрипел:
— Слышишь?..
Ван Мяо, не сомкнувший глаз накануне, только-только провалился в глубокий сон. Разбуженный посреди ночи, он раздражённо огрызнулся:
— Чего тебе?! Не наводи панику!
У Чжу Хая сердце колотилось где-то в горле:
— Шаги… Там кто-то идёт!
Перепуганный до смерти вид напарника подействовал отрезвляюще. Ван Мяо рывком сел на кровати и затаил дыхание, вслушиваясь в темноту, но не уловил ничего, кроме бешеного стука собственного сердца.
Он облегчённо выдохнул:
— Нет там ни хрена. Хватит истери…
Слово застряло в горле.
Топ-топ-топ-топ-топ.
Топ-топ-топ-топ-топ.
Ван Мяо онемел.
Чжу Хай кубарем скатился с постели и бросился к тумбочке за полароидом.
— Тише ты, придурок! — зашипел Ван Мяо, грязно выругавшись. — Приманишь ведь!
Вся его уверенность насчёт «самого безопасного места» рассыпалась в прах. Он готов был проклясть и Чжу Хая, и всю его родню до седьмого колена:
— От этой хреновины всё равно никакого толку, ты…
Речь оборвалась на полуслове, стоило ему взглянуть на лицо приятеля.
Чжу Хай застыл с отвисшей челюстью, мелко дрожащей рукой указывая на входную дверь.
Шаги затихли прямо на пороге их спальни.
Ван Мяо с трудом сглотнул вязкую слюну. Нет, не может быть. Ему не могло так не повезти! В этой комнате ночевал Линь Куо, и вчера он остался жив. Значит, и они сегодня не погибнут. Не должны!
«Что делать?» — одними губами, не в силах выдавить ни звука, беззвучно прокричал Чжу Хай.
Ван Мяо так же беззвучно ответил ему взглядом и шевелением губ: «Молчи».
Всё обойдётся. Должно обойтись.
— Прогони их…
— Нет. Убей их…
В голове у Ван Мяо словно разорвалась бомба. Не выдержав, он сорвался на шёпот:
— Я же велел тебе заткнуться!
Чжу Хай побелел как полотно, в его глазах плескался смертный ужас. Он не произнёс ни слова. Этот вкрадчивый, леденящий душу шёпот доносился вовсе не от него…
Он медленно повернул голову к двери.
Раздался сухой, отчётливый щелчок. Обоих мгновенно окатило ледяным потом.
Дверная ручка дрогнула и плавно поползла вниз — кто-то с той стороны неспешно нажимал на неё.