После слов Ли Юань все уставились на Линь Куо. Тот опустил взгляд — и по спине побежал мороз. Пятно от красного вина на его предплечье один в один повторяло метку с трупа из показанного видения.
Форма, размер, насыщенность цвета — всё сходилось до мельчайших деталей.
Линь Куо сжимал в пальцах салфетку. Он уже занёс её, намереваясь стереть винный след, но в последний миг замер. Вокруг царила гробовая тишина — остальные смотрели на него с оцепенелым ужасом.
То, что жертвой из пророчества оказался сам Линь Куо, камня на камне не оставило от их надежд. Увиденная гибель отменяла любую иллюзию безопасности: предсказанная смерть разит каждого без разбора. К тому же именно Линь Куо служил главным оплотом группы. Если погибнет он, у остальных не останется ни единого шанса.
— Линь Куо! — с тревогой выдохнула Ли Юань.
Сяо Юй тоже смотрела на него с отчаянием, но, виня себя за оплошность, не смела подать голос. Глаза её застелила пелена слёз.
Видя, что Линь Куо медлит, Ли Юань вознамерилась было бросить палочки для еды и сама стереть пятно.
Однако он отступил на шаг.
— Это ложное видение. Направляющее.
Все замерли. Ли Юань застыла с протянутой рукой и лишь спустя несколько секунд вымолвила:
— Почему ты так решил? Эта смерть ведь… настолько нелепа. Вероятность свести счёты с жизнью таким образом ничтожно мала.
Линь Куо скользнул взглядом по бамбуковым палочкам в её пальцах:
— Помнишь, я говорил про обновление механики? Погибнуть от палочки, вонзившейся в горло, — вариант безумный и редкий. Но в этом и кроется суть: видение создано, чтобы сбить нас с толку и направить прямо в ловушку. Смерть может казаться абсурдной, но цель у неё одна — спровоцировать нас.
— Но… — Ли Юань запнулась, пытаясь подавить нарастающую панику. — Откуда у тебя такая уверенность?
— Всё дело в метке, — Линь Куо выронил салфетку. — Будь это родинка, я бы помешкал. Но перед нами обычное винное пятно. Его можно смыть за пару секунд. Если бы видение отражало неизбежную реальность, отвести её не составило бы труда. А значит, настоящая угроза настигнет меня как раз тогда, когда я попытаюсь её избежать.
Доводы звучали убедительно. Присутствующие со вздохом облегчения перевели дух, но тут же вновь напряглись: если погибать предстоит не Линь Куо, значит, жертвой станет кто-то из них.
Ли Юань тоже не спешила расслабляться. Поразмыслив, она произнесла:
— Линь Куо, не пойми неправильно… Но что, если Бог Смерти просчитал твой ход на шаг вперёд?
Ведь если Линь Куо решит оставить всё как есть и не станет смывать вино, то и метка на предплечье трупа из видения получает идеальное объяснение.
— Всё в порядке, — ровным тоном отозвался Линь Куо. — Сыграем в эту рулетку.
Он так и не стал стирать винное пятно. Ли Юань, однако, покоя это не принесло. Раз уж упоминались палочки для еды, пробившие горло, ради безопасности следовало избавиться от них до единой — даже если завтра придётся есть руками.
Решившись, она с мрачным видом сгребла палочки со стола и вытряхнула в мусорное ведро. Затем выгребла абсолютно все деревянные палочки из кухонных шкафчиков, туго завязала пакет и, посчитав, что этого мало, вынесла его из дома.
Линь Куо молча провожал её взглядом.
На самом деле механизм подлинных и ложных видений подчинялся закону, схожему с известным мысленным экспериментом из квантовой физики — парадоксом Кошки Шрёдингера. Суть его проста: кота затворяют в стальном бункере вместе с радиоактивным атомом и ампулой синильной кислоты. Если атом распадётся, сработает реле, колба разбивается — и кот погибает. Если распада не случится, животное остаётся в живых.
Пока контейнер закрыт, система находится в суперпозиции: кот одновременно и жив, и мёртв.
В их ситуации происходящее приобретало тот же эффект. Ложные видения несли в себе двойственную вероятность. Попытка уклониться от навязанной гибели могла сыграть на руку Богу Смерти, а бездействие, напротив, давало шанс уцелеть. Любое решение вело к исходу «пятьдесят на пятьдесят».
Линь Куо сознательно выбрал пассивную позицию. Уж лучше погибнуть так, чем извести себя усилиями и всё равно сыграть в ящик.
Впрочем, это касалось лишь его самого. Он не знал, на кого Бог Смерти указал в этот раз, и не мог навязывать свою логику другим.
Большинство участников склонялись к логике Ли Юань. Ранее Ло Хаожань приводил в пример ключевые слова — «молния» и «бассейн», — и смерть Лю Хэ действительно оказалась с ними связана. Теперь же Линь Куо заговорил о палочках. Изменить погоду игроки были не в силах, но уничтожить горстку деревяшек — вполне.
Ло Хаожань разыскал в доме зажигалку и поспешил вслед за Ли Юань: судя по всему, вознамерился сжечь весь опасный мусор.
Линь Куо, хоть и обещал себе не вмешиваться, всё же встал у дверей, приглядывая за ними.
Дерево поддавалось неохотно. Ло Хаожань несколько десятков секунд держал огонёк у палочек, но те даже не обуглились толком.
— Ну что ты копаешься? — не выдержала вспыльчивая Ли Юань.
— Да при чём тут я?! — огрызнулся Ло Хаожань. — Пламя с гулькин нос, выше головы не прыгнешь!
— Ладно, жди здесь, я принесу газет для растопки.
— Ага, давай быстрее! — он проводил её взглядом, и вдруг его обдало липким страхом. Находиться вплотную к источнику потенциальной гибели было жутко. — Живее поворачивайся!
Ли Юань уже перешла на бег. Линь Куо отступил, пропуская её в дом. Вскоре она вернулась с охапкой бумажного мусора.
Вдвоём они быстро развели костёр и швырнули палочки прямо в огонь.
Линь Куо наблюдатель со стороны. Убедившись, что у костра всё спокойно и никаких новых предзнаменований не видно, он снова погрузился в размышления о законах квантовой механики.
В этот момент к нему несмело подошла Сяо Юй. Она сжимала руки на груди, с опаской глядя на горящий мусор. Среди всех незнакомцев именно Линь Куо внушал ей наибольшее доверие, а из-за разбитого бокала её грызла лютая вина: казалось, будто она чуть не отправила его на тот свет.
Пользуясь тем, что Ли Юань отошла, девушка тихо произнесла:
— Прости меня, Линь Куо-гэ…
— Ты ни в чём не виновата, — отрезал он.
Эту холодность переносить было бы легче, чем спокойное великодушие. Глаза Сяо Юй наполнились слезами:
— Если бы я раньше научилась распознавать ложные видения, Чжэн Хуа не выбился бы из сил, сбегая по лестнице! Будь у него хоть немного энергии, он успел бы увернуться от падающей вывески… Какая же я бесполезная! — Она закрыла лицо руками и горько зарыдала.
Линь Куо внезапно оцепенел.
— Что ты сейчас сказала?
Девушка всхлипнула, выглянув из-за ладоней:
— Что я… бесполезная?
Взгляд Линь Куо стал предельно твёрдым:
— Фразу перед этим.
— Чжэн Хуа… не потратил бы все силы на спуск… будь у него остаток сил, он смог бы сбежать от вывески… — Сяо Юй испуганно уставилась на него. — А что… что-то не так?
Линь Куо мрачнел на глазах.
Пазл сложился. В мысленном эксперименте квантовой механики качественный перелом вызывает распад атома радия, но сам по себе радий кота не убивает! Смертоносным агентом служит ампула с цианидом.
Нет, постойте!
Линь Куо резким движением вскинул голову. Цианид в целой колбе тоже безвреден. Кот погибает от механизма, который разбивает эту колбу при распаде атома!
Если перенести эту логику на их ситуацию: ложное видение нужно вовсе не для того, чтобы подтолкнуть человека к гибели. Оно запускает смертоносный механизм! А настоящее пророчество открывается предвидцу лишь после того, как этот ловушечный механизм приведён в действие.
Сяо Юй увидела землетрясение. Побег с сотого этажа неизбежно сулил измождение. А крайняя степень усталости — это и есть спусковой крючок! Обессиленный Чжэн Хуа попросту не смог среагировать на летящий обломок. Вот почему, уже стоя в лифте, Сяо Юй узрела подлинный момент его смерти.
Иными словами, Чжэн Хуа сгубила ловушка истощения сил.
И гибель Лю Хэ подставлялась под ту же схему: видение Ло Хаожаня вынудило его высунуться из окна, тем самым идеально запустив механизм поражения молнией.
Игроки сами подставляли себя под удар, приводя в действие ловушки Бога Смерти! Бог Смерти не посылал им картины из неизбежного будущего — он конструировал сценарий прямо на ходу, отталкиваясь от опасности, в которую люди загоняли себя за отведённые четыре часа.
Линь Куо резким поворотом головы впился взглядом в Ли Юань и Ло Хаожаня.
Сжигание палочек! Они прямо сейчас взводили очередной спусковой крючок!
Линь Куо уже разомкнул губы, чтобы криком отозвать их назад, но в то же мгновение перед его глазами крутанулась вспышка:
Огонь с жадностью пожирает дерево, сучки трещат в пламени. Внезапно костёр взрывается снопом искр, и не успевшая сгореть палочка, вылетев из огня, насквозь пробивает горло Ли Юань! Не успев даже охнуть, девушка падает прямо в костёр, и пламя мгновенно охватывает её тело…
Линь Куо рванулся с места.
Услышав за спиной стремительный топот, Ли Юань начала оборачиваться — и в эту секунду костёр хлопнул.
Собрать всю силу в один рывок! Линь Куо сшиб девушку с ног, сбивая на землю за мгновение до взрыва. Переводя дыхание, он с облегчением посмотрел на лежащую под ним Ли Юань.
Жива!
Однако лицо Ли Юань мгновенно выскребла смертельная бледность. Её дрожащий палец указал куда-то в сторону.
Линь Куо обернулся.
Ло Хаожань обеими руками вцепился в собственное горло. Из его шеи торчал обугленный обломок — тот самый, который в видении предназначен был Ли Юань.
Глаза парня выкатились из орбит от дикого изумления. Он явно не понимал, что произошло, чувствуя лишь раздирающую боль. Пошатнувшись, он сделал несколько пьяных шагов и повалился в огонь.
Из пламени донеслось глухое хриплое стенание, но его тут же заглушил гул разгоревшегося пожара.
Линь Куо ошеломлённо смотрел на догорающее тело. На миг он даже усомнился: неужели в пророчестве ему показалось чужое лицо?
В этот момент из дома донеслись испуганные крики.
Сяо Юй, застывшая на пороге особняка, произнесла странным, совершенно неживым голосом:
— Линь Куо-гэ… Тебе начислили баллы.
Линь Куо замер.
Значит, зрение его не обмануло.
Значит, он действительно вырвал Ли Юань из лап смерти.
И значит… жертву в видении можно заменить. Даже если Бог Смерти отчётливо покажет тебе лицо обречённого, при желании он просто заберёт вместо него кого-то другого.