Линь Куо шевельнул пальцами. Чжао Чжу уже отвернулась. Остальные продолжали искоса поглядывать то на него, то на скрученного по рукам и ногам «Линь Куо». Невооружённым глазом различить их было невозможно, однако благодаря заступничеству Чжао Чжу присутствующие предпочли умерить свои подозрения.
— Иди отдохни, — сказал Чжао Чжу её брат, Чжао Шу. — Я присмотрю за этим.
Чжао Чжу молча развернулась и пошла наверх. Линь Куо заметил в её походке некоторую неестественность — должно быть, из-за неких изменений, происходящих с кожей. Без неё оставаться на первом этаже не имело смысла, и он тоже поднялся к себе. В этом мире его комната располагалась в самом конце коридора. Чжао Чжу стояла у дверей и без стеснения зазорила его взглядом.
Завидев Линь Куо и остальных, она во всеуслышание произнесла:
— Линь Куо, мне нужно с тобой поговорить.
Раз уж она действовала вразрез с любыми конспирациями, у остальных не нашлось повода вмешаться. Не дожидаясь ответа, Чжао Чжу юркнула в его комнату. Стоило Линь Куо шагнуть за порог, как она захлопнула дверь.
Линь Куо прищурился, когда девушка выудила из-за пазухи лист бумаги и ручку, а затем отвёл взгляд.
— Выложи мне всё до мельчайших подробностей, — громко проговорила Чжао Чжу. — Как именно ты наткнулся на «другого Линь Куо»? Я хочу тебе верить, но если вздумаешь соврать, пожалеешь.
Тем временем её рука стремительно выводила на бумаге:
[Понимаешь?]
Линь Куо осознавал: девушка опасается прослушки. Подыгрывая её тону, он отозвался:
— Пошёл в туалет и застал его, когда он как раз лез через окно.
Взяв у неё ручку, он быстро написал ниже:
[Я покинул этот мир в тот самый момент, когда вошёл в комнату в первом мире.]
— Через окно? — переспросила Чжао Чжу. — И как ты думаешь, зачем он туда лез?
Она замешкалась, ткнув пером в бумагу и оставив жирную кляксу, после чего вывела:
[Куда ты попал? Очевидно, не сюда?]
Линь Куо продолжал озвучивать банальности, параллельно выписывая строчки:
[Я оказался в мире «Парадокса Тесея».]
Не сбавляя темпа — ни в речи, ни на письме, — он добавил:
[В том мире я не был лишним. И вообще никаких двойников там не появилось. А что у тебя?]
Чжао Чжу набросала:
[Я здесь уже двенадцать часов. До твоего появления тут, как и в мире «Парадокса Тесея», не было никого лишнего. Но теперь явился ты.]
[Я заметила, что здешний «Линь Куо» и все остальные — вовсе не те люди, что были в «Сценарии „Мир чрева“».]
Линь Куо на мгновение задумался, прежде чем начертать:
[Что произошло в «Сценарии „Мир чрева“»?]
[И я даю слово: я не причинял вреда Чжао Шу.]
Чжао Чжу криво усмехнулась и вывела:
[Разумеется.]
[Ведь Чжао Шу жив.]
Линь Куо промолчал.
Ранее скорбь в глазах Чжао Чжу казалась столь подлинной, что он не усомнился в её словах. Впрочем, обиды он не затаил: то, что Чжао Шу жив, — к лучшему. Он прекрасно понимал мотивы девушки: это была лишь проверка.
Чжао Чжу продолжала писать:
[ «Линь Куо» из «Сценария „Мир чрева“» явно до чего-то додумался. Я поняла, что он намеревается убрать остальных.]
[Я колебалась, стоит ли его прикончить.]
[И в тот самый миг, когда я решилась на убийство, меня перебросило сюда.]
Девушка мысленно вернулась к тому моменту: она рассказала всё брату, и они вместе решили ликвидировать фальшивку. Но стоило им вскрыть замок в комнату «Линь Куо», как Чжао Чжу очутилась здесь. Куда занесло реального Чжао Шу, она не знала, однако была твёрдо уверена: здешний «Чжао Шу» — не её брат.
Он попросту не улавливал скрытого смысла слова «чрево».
Чжао Чжу продолжала стремительно исписывать бумагу, а Линь Куо внимательно следил за ней. Хотя девушке приходилось удерживать внимание на двух вещах одновременно, её вслух задаваемые вопросы и письменные тезисы обладали строгой логикой, ничуть не мешая друг другу.
«Впечатляющая выдержка, — мысленно оценил Линь Куо. — Недаром она из Района A Верхнего города».
Закончив, Чжао Чжу пододвинула листок к нему.
[Оказавшись здесь, я осознала, что этот мир завязан на теории «Зловещей долины». Все местные жители постепенно превращаются в механизмы. На мне это сказалось сильнее всего — пострадала кожа.]
[Очевидно, сценарий состоит из нескольких параллельных миров. Ты побывал в большем их числе. Есть соображения?]
Поджав губы, Линь Куо вывел единственное слово:
[Да.]
Чжао Чжу едва заметно встрепенулась. На мгновение она даже запнулась, оборвав словесную тираду, но тут же совладала с собой и вслух произнесла:
— Не соизволишь ли доказать, что ты — это действительно ты?
Линь Куо мастерски умел структурировать мысли на бумаге. Сделав несколько быстро набросанных схем, он записал:
[Сценарий «Мир чрева»]
- Тайна: Синдром исчезнувшего близнеца.
- Опасность: Слабые растворяются и поглощаются.
- Аномалия: Появился «Линь Куо», когда я выбрал комнату; я ушёл в «Сценарий „Материализация историй“ (Мир органов)». Ты решила убить «Линь Куо» и попала в «Мир Зловещей долины».
[Сценарий «Материализация историй» (Мир органов)]
- Тайна: Парадокс Тесея.
- Опасность: Замена органов.
- Аномалия: Когда я решил остаться, меня выбросило в «Мир Зловещей долины». Все обитатели, кроме меня, — коренные жители «Мира органов».
[Мир Зловещей долины]
- Тайна: Теория «Зловещей долины».
- Опасность: Механизация.
- Аномалия: Я оказался лишним. «Линь Куо» — местный уроженец. С твоим приходом коренная «Чжао Чжу» исчезла.
Чжао Чжу сдвинула брови, разглядывая записи. Линь Куо обвёл главное ключевое слово: «Выбор».
Затем вывел наименование физического феномена: «Квантовая декогеренция».
Девушку словно озарило.
В сценарии «Предзнаменование смерти» ключом к разгадке стал умозрительный эксперимент с «кошкой Шрёдингера». Идея «квантовой декогеренции» являлась его прямым продолжением. Если применить эту концепцию к запертому в ящике животному: кошка может быть как живой, так и мёртвой. Если наблюдатель фиксирует её гибель, мгновенно возникает альтернативная реальность, в которой животное остаётся в живых.
Проще говоря: сталкиваясь с выбором между вариантами «А» и «Б», человек, выбравший «А», запускает ветвление. В момент принятия решения отщепляется параллельный мир, где его версия предпочла вариант «Б», отчего дальнейшее развитие событий кардинально меняется.
Именно это произошло с Линь Куо и Чжао Чжу.
В «Сценарии „Мир чрева“» Линь Куо остановил выбор на самой дальней комнате, но на самом деле вышагнул из той, к которой даже не прикасался, — и очутился в «Мире органов». А поскольку точка отсчёта нового мира завязалась на моменте выбора комнаты, другие люди в параллельных реальностях унаследовали ту же «специфику». В следующий раз Линь Куо решил остаться в «Мире органов» — но вопреки собственному решению переместился в третий мир.
То же самое случилось с Чжао Чжу: решив убить фальшивого «Линь Куо», она сделала выбор и переместилась в «Мир Зловещей долины».
Закономерность межмировых сдвигов заключалась в следующем: принимая решение, участники перемещались в ту реальность, которая соответствовала отвергнутому варианту. При этом происходила рокировка с двойником. К примеру, подозрительный «Линь Куо», помешавший Чжао Чжу в «Сценарии „Мир чрева“», на самом деле прибыл из «Мира органов». Из-за подобного взаимообмена численность людей в «Мире органов» сохраняла зыбкое равновесие.
Теперь же, когда Чжао Чжу очутилась в «Мире Зловещей долины», местная «Чжао Чжу» отправилась на её место — в «Сценарий „Мир чрева“».
Раньше Линь Куо задавался вопросом: если коренные обитатели параллельных миров не подозревают о существовании альтернативных реальностей, то как они способны конкурировать с игроками? Теперь отгадка лежала на поверхности.
Оказываясь жертвами рокировки, двойники неизбежно осознавали структуру мультиверса. Как тот «Линь Куо» в «Сценарии „Мир чрева“» — раскусив устройство системы, он сразу же попытался устранить конкурентов.
Чжао Чжу согласилась с его выводами, но у неё оставался ряд вопросов. Она вывела их на бумаге — не только ради ответов Линь Куо, но и чтобы систематизировать собственный ход мыслей:
[1. Почему именно в этом мире появился лишний ты?]
[2. Если новые миры возникают только после ключевых развилок, откуда у здешних обитателей воспоминания о прошлом?]
[3. Тайны миров разгадать несложно, но что именно они пытаются до нас донести?]
[4. Нас всего восемь человек, а миров заведомо больше. Мы в меньшинстве — один против множества. Провернуть рокировку с каждым двойником попросту невозможно.]
Помыслив ещё немного, она добавила:
[Если у тебя есть соображения или сомнения, допиши.]
И передала ручку обратно Линь Куо.
Линь Куо стал последовательно отвечать на её пункты:
[Ответ на вопрос 1: Почему здесь образовался избыточный двойник?]
[Количество миров ограничено. Каким бы могуществом ни обладала Система Главного Бога, она не способна создавать новую реальность при каждом ничтожном выборе. Вывод один: когда «Линь Куо» из «Сценария „Мир чрева“» осознал существование параллельных пространств, он обрёл ту же способность к межмировым рокировкам, что и мы. Стоило двойникам из ограниченного числа миров начать хаотично меняться местами, как баланс рухнул. Это выполнило стартовое условие сценария, и запущенный им механизм «конкуренции» вступил в силу.]
Пока Линь Куо писал, Чжао Чжу жадно вчитывалась в строчки, мгновенно схватывая суть. Суть заключалась в том, что в данном сценарии существовало восемь миров. Каждый выбор игрока провоцировал рокировку с альтернативным «я»: ты отправлялся в его мир, а он — в твой.
Изначально этой способностью обладали только истинные участники. Однако с каждым сдвигом всё больше двойников осознавали существование параллельных реальностей. К примеру, тот «Линь Куо», совершивший рокировку во время выбора комнаты, сам обрёл способность совершать переходы.
Двойники получали возможность перемещаться между восемью мирами. И когда мешанина из «Линь Куо» достигла предела, функция автоматической рокировки отключилась — осталась лишь свобода перемещений. Именно поэтому, сделав выбор в «Мире органов», Линь Куо попал в «Мир Зловещей долины», где местный двойник никуда не исчез.
Раз здешний «Линь Куо» тоже научился путешествовать сквозь миры, сценарий стравил их всех между собой. Борьба не на жизнь, а на смерть — до тех пор, пока не останется лишь один.
Когда эта мысль оформилась до конца, лицо Чжао Чжу стремительно побледнело. Линь Куо и сам замер, отложив перо.
Если их выводы верны, то двойник, связанный и брошенный на первом этаже, ни за что не мог являться коренным уроженцем «Мира Зловещей долины».
Из какого же мира явился этот «Линь Куо»?