Линь Куо и вправду тревожился, как бы во время прохождения «Унгайкё» зрители на стриме не раскусили личность Шэн Вэня. Впрочем, вернувшись и увидев того живым и невредимым, он не стал расспрашивать. Лишь надпись на обороте снимка окончательно развеяла сомнения. Правда, тут же возник другой вопрос: почему Система Главного Бога так упорно препятствует раскрытию лица Шэн Вэня? Разве раньше записи его прохождений не сохранялись вполне официально?
Мысли невольно вернулись к тому неоконченному посланию, которое Шэн Вэнь вывел на его ладони еще в «Картине сотни демонов»: «Я подозреваю Гуань Мяо...»
В чём именно? Линь Куо успел провести с Гуань Мяо несколько дней. По такому характеру тяжело определить, благие у человека намерения или дурные, а сам Линь Куо привык опираться исключительно на факты. И за всё время совместного прохождения он не заметил за Гуань Мяо ни одной странности.
Так в чём же заподозрил его Шэн Вэнь?
С этим неразрешённым вопросом Линь Куо и погрузился в сон. На стене хозяйской спальни мерно тикали часы. Часовая стрелка неспешно проползла от одиннадцати к пяти утра, когда громкий, торопливый стук в дверь заставил Линь Куо мгновенно очнуться.
Обе девушки в комнате тут же подскочили. Ли Юань, привычная к подобным встряскам, реагировала спокойно, лишь Бай Юй судорожно сжала в кулаках одеяло и с тревогой уставилась на дверь.
Линь Куо поднялся с дивана, намереваясь отпереть. Ли Юань синхронно встала со своего места и окинула Бай Юй тяжелым взглядом:
— Чего сидишь? Вставай.
Бай Юй от обиды и страха едва не задохнулась. Ну за что та нападает на неё с самого утра? Стук и без того перепугал её до смерти, а тут ещё этот тон.
— Да я даже не понимаю, что происходит! — буркнула она, глянув за окно. Там царила непроглядная тьма, отчего настроение испортилось окончательно. — На улице глаз выколи, рассветом и не пахнет...
— А ты подумай, — холодно отрезала Ли Юань, — кто и зачем станет ломиться к нам в такую рань?
— Откуда я... — начала было Сяо Юй, но осеклась на полуслове.
В дверь могли стучать только товарищи по команде. А единственная причина подрываться в пять утра — приход нового видения смерти.
Бай Юй передёрнуло. Сама она никаких снов не видела, а значит, вероятность оказаться жертвой в новом видении составляла один к одиннадцати.
Линь Куо отворил дверь. За порогом никого не было. Выглянув в коридор, он увидел, что подняли не только их — двери остальных комнат тоже распахнулись. Присмотревшись к бунтовщикам спокойствия, он вспомнил их имена: новички Ло Хаожань и Ду Пиншэн.
Обежав весь этаж и подняв на ноги всю группу, Ло Хаожань замер посреди коридора. Лицо его было бледнее мела.
— Я... мне приснилось видение смерти, — выдавил он.
Поняв, в чём дело, Лю Хэ спросил без экивоков:
— Что именно ты видел?
Ло Хаожань бессильно запустил пальцы в шевелюру:
— Я... я не помню...
Линь Куо нахмурился. Лица присутствующих мгновенно окаменели.
Спустя пару минут все собрались в той же гостиной, что и накануне вечера, — умываться ни у кого не было времени. Атмосфера в комнате сделалась тяжелой, как свинец.
— Простите... — опустив голову, пролепетал Ло Хаожань. — Я правда не думал, что всё изгладится из памяти так быстро.
Далеко не каждое «простите» заслуживает великодушного «ничего страшного» — особенно когда речь идет о жизни и смерти. Линь Куо сжал губы. Он допускал, что сновидение может улетучиться, но не ожидал, что картинка гибели удержится в голове настолько недолго, изгладившись буквально за пару мгновений.
Лю Хэ с мрачной миной уставился на соседа Ло Хаожаня по комнате, Ду Пиншэна:
— И ты ничего не расслышал?
Взоры всех присутствующих скрестились на Ду Пиншэне. Хотя пророческий сон явился Ло Хаожаню, именно его сосед сейчас становился главным источником информации.
Ду Пиншэн сжался под общим давлением и лишь спустя долгое мгновение пробормотал:
— Мне правда ужасно жаль... Когда Хаожань начал рассказывать, я ещё толком не проснулся.
— Ну ты и соня, — с ядовитой ухмылкой бросила Ли Юань. — Насмерть заспался, надо полагать.
Ду Пиншэн не смел пикнуть в ответ и даже затаил дыхание.
— Не нервничай, — вмешался Линь Куо. — Попробуй восстановить детали. Подумай, были ли какие-то ключевые слова?
Его голос звучал сдержанно, без той агрессии, что исходила от остальных, но даже эта скупая поддержка заставила Ду Пиншэна взглянуть на него с искренней признательностью. Сосед Ло Хаожаня напряг память.
В гостиной воцарилась звонкая тишина. Никто не смел даже вздохнуть, боясь сбить его с мысли.
Прошло несколько тягостных минут, прежде чем Ду Пиншэн неуверенно произнёс:
— Кажется... Хаожань упоминал... что-то вроде... молнии? И ещё... бассейн.
Выразив эту мысль, Ду Пиншэн всхлипнул. Взрослый мужчина покраснел, глаза его налились слезами. Утерев лицо ладонью, он обречённо прошептал:
— Простите, честное слово, простите! Это всё, что всплыло в голове.
— Ты уверен? — нажимая на каждое слово, переспросила Ли Юань.
Ду Пиншэн не решился ни кивнуть, ни качнуть головой, замерев истуканом. По его растерянному виду присутствующие поняли: бедняга сам не до конца верит, действительно ли выхватил эти слова из бреда Ло Хаожаня.
Гроза. Бассейн.
Линь Куо мысленно взвесил эти зацепки. Пусть Ду Пиншэн сомневался, это всё же лучше, чем полная неизвестность. По крайней мере, появился хоть какой-то ориентир.
— Давайте раскинем мозгами, — подал голос Лю Хэ. — Какая связь между молнией и бассейном?
Бай Юй, обладавшая богатым воображением, уже через пару секунд вскинула руку. Впрочем, тут же сообразив, что она не у доски в школе, смущенно опустила её и заговорила:
— А что, если погода испортится прямо во время купания? Плавать в грозу смертельно опасно. Вода — отличный проводник. Если молния ударит в бассейн, человек получит сильнейший разряд — даже если сам удар пришлется чуть в стороне. Судороги, шок... И даже если ток не убьёт на месте, ты просто захлебнешься.
— Плавать?.. — эхом повторил Ло Хаожань. Ловя на себе вопросительные взгляды, он спешно добавил: — Я до сих пор ничего не вспомнил, но сам термин «плавание» кажется чужим. Вроде бы в моем сне никто в воду не лез.
— Да уж явно не до развлечений, — протянул Лю Хэ. — Мы на испытании, кто в здравом уме пойдёт плескаться в бассейн?
Линь Куо ненадолго задумался, а затем произнёс:
— А если кто-то туда упал?
Ли Юань поддержала догадку:
— Вполне вероятно. Или человека поразило молнией снаружи, и он по инерции свалился в воду.
— Да к черту эти гадания! — отмахнулся Лю Хэ. — Просто держимся подальше от бассейна. А ещё лучше — сидим в особняке и носа наружу не кажем. Здесь наверняка есть молниеотвод. Не верю я, что разряд пробьёт крышу.
Игроки согласно закивали, и лишь Линь Куо нахмурился, погрузившись в собственные мысли.
Заметив это, Ли Юань спросила:
— Линь Куо, у тебя есть другие соображения?
Взоры всех присутствующих разом сфокусировались на нём.
Не желая сеять панику, Линь Куо сперва хотел промолчать, но под давлением выжидающих взглядов сдался:
— Я размышляю над тем, насколько правдиво это видение.
Как он и опасался, слова произвели эффект разорвавшейся бомбы — в глазах людей вспыхнул первобытный страх. Накануне Бай Юй узрела землетрясение. Спасаясь от мнимого катаклизма, отряд рванул с крыши высотки вниз — и именно это выгнало Чжэн Хуа прямо под падающий рекламный щит.
Если сон Ло Хаожаня выполняет ту же роль, что и ложное землетрясение, не пытается ли Бог Смерти усыпить их бдительность, загнав в мышеловку особняка до наступления следующей казни?
Конечно, подобный расклад строился на гипотезе о «направляющем видении». Однако вчера Линь Куо сформулировал и вторую теорию: Бог Смерти способен гибко подстраивать картины гибели под действия жертв. Оба варианта подводили к единому выводу: простое бегство от бассейна не гарантирует спасения.
Линь Куо не стал дальше вступать в споры о том, как лучше уклониться от жребия. Неопределенность связывала руки: стоило ли им забаррикадироваться в доме или бежать прочь? Дом мог оказаться ловушкой, но если они выскочат наружу — разряд молнии ударит прямо в них.
Подобная патовая ситуация вызывала у Линь Куо глухое раздражение. Инициатива целиком находилась в руках Бога Смерти, а сами они беспомощно барахтались в силке.
И всё же сдаваться он не намеревался. Да, испытание с тремя звездами оправдывало свою репутацию, но Линь Куо помнил о своей цели: он обязан пробиться в Район S и встать бок о бок с Шэн Вэнем. Значит, нужно перехватить инициативу. Вычислить закономерность пророчеств. Он не верил, что сценарий абсолютно тупиковый.
С этой мыслью Линь Куо поднялся с кресла и подошёл к окну, выходившему во двор. За стеклом простирался открытый бассейн, мимо которого они проходили накануне. В предрассветных сумерках, освещаемая лишь скупыми лучами из дома, вода в чаше казалась густой и черной, точно жидкая ночь.
Линь Куо всматривался в небо. Лунный свет был холодным и чистым; ни намека на грозовые тучи или шквалистый ветер.
Внезапная догадка заставила его резко повернуться к спутникам:
— Сливной клапан бассейна расположен на самом дне?
Лю Хэ опешил:
— Ну да... Погоди, ты что, хочешь спустить воду?
Ли Юань задумчиво опустила взгляд.
— Угу, — коротко отозвался Линь Куо и, не теряя времени на дальнейшие объяснения, выскочил из гостиной.
Ли Юань устремилась следом. Кое-кто из игроков порывался присоединиться, но страх перед пророчеством приковал их к месту.
Выйдя во двор, Линь Куо стремительным шагом направился к искусственному водоему.
— Кажется, я понимаю, к чему ты клонишь, — догнала его Ли Юань. — Первой картинкой Бай Юй было землетрясение, но на деле жертву раздавило рекламным щитом...
Линь Куо мельком глянул на нее — она верно разгадала его ход мысли. Замрев у самой кромки, он на ходу скинул обувь и верхнюю одежду:
— Именно.
И без колебаний ласточкой нырнул в темную воду.
В ту же секунду лицо Ли Юань исказилось от ужаса.
Пошел дождь.
И едва первые тяжелые капли ударились о землю, черную глушь небес распорола первая вспышка молнии.