Никто не ожидал, что Линь Куо позволит себе жест перерезанного горла в адрес зрителей. Тем более для новичка, который, по их понятиям, обязан был всячески заискивать перед аудиторией, подобная выходка переходила все границы. Чат трансляции буквально взорвался:
[Предыдущий такой дерзкий уже на два метра под землей траву кормит]
[??? Этот стример вообще понимает, что творит?]
[Сам на рожон лезет. Жду, когда сдохнет]
[Ни в жизнь ни единого предмета ему не закину]
[Бесит! Если б не Бог S, я бы в этот стрим даже не заглянул!]
[Силёнок ноль, зато гонору выше крыши. Сваливаю, не собираюсь эту дичь терпеть]
Шэн Вэнь оправился от минутного изумления и с легкой усмешкой приподнял бровь.
Любопытно.
Не изучи он досье Линь Куо заранее, ни за что бы не поверил, что за маской ледяного, ощетинившегося одиночки скрывается наивный простак. В этот момент поверх лица парня на экране выскочило системное уведомление:
[Вы провели на трансляции достаточно времени для получения статуса модератора. Желаете стать модератором этого стрима?]
[[Да] [Нет]]
Шэн Вэнь уже занес палец, чтобы смахнуть окно и нажать на крестик в правом верхнем углу, но внезапно замер. В мире Осажденного города, помимо прохождения сценариев, существовало множество способов заработать очки. К примеру, модераторы получали вознаграждение за отработанные часы. В их обязанности входило пресекать публикацию улик в чате и следить, чтобы стример не проявлял неуважения к Системе Главного Бога.
Строго говоря, его собственная реплика об отсутствии Врат жизни и смерти уже нарушала правила, и появилась она в чате лишь потому, что модерировать трансляцию было некому.
Разумеется, статус модератора давали далеко не каждому зрителю — требовался солидный игровой стаж. Но Шэн Вэня, возглавлявшего общий рейтинг игроков, копеечные выплаты не интересовали. Его привлекла совсем другая привилегия.
Модератор получал доступ к аккаунту стримера в «Вэйсюнь» — местном аналоге привычных мессенджеров.
Шэн Вэнь провел в Осажденном городе слишком много времени, и раз уж подвернулось нечто по-настоящему занимательное, медлить он не стал и нажал «Да».
* * *
Линь Куо, находившийся внутри сценария, равнодушно скользнул взглядом по потоку откровенно проклинающих его сообщений. Но стоило ему убрать телефон в карман, как аппарат коротко завибрировал, выводя уведомление: «Пользователь S подал заявку на получение статуса модератора».
Линь Куо нахмурился.
Остальные игроки уже предприняли несколько тщетных попыток воззвать к зрителям и теперь пребывали в глубоком унынии. Чжан Мэннань изначально не питала иллюзий: для нее единственной надеждой оставался Линь Куо. Женская интуиция подсказывала ей, что этот невозмутимый парень ничем не уступает «Богу S», о котором с придыханием твердил Лян Сыхун.
Заметив его недавний жест с перерезанием горла, девушка с тревогой обратилась к нему:
— Босс… что нам делать дальше?
Линь Куо как раз пытался понять, как отклонить заявку от S, но интерфейс стрима не предлагал такой кнопки. Экран для стримеров был до крайности урезан и, кроме просмотра комментариев, почти не имел настроек.
Услышав вопрос, он поднял глаза на Чжан Мэннань. Дома у него осталась младшая сестра, поэтому он и не смог пройти мимо, когда над девушкой издевался Мужчина со шрамом. К тому же, устроив небольшую проверку, Линь Куо убедился, что ей вполне можно доверять.
Видя ее неподдельный страх, он отложил телефон и перевел взгляд на Лян Сыхуна:
— Ты смотрел «Морг»?
Лян Сыхун кивнул. В Осажденном городе запись прохождения Бога S видели практически все: видеозапись до сих пор хранилась в Стриминге Осаждённого города, и любой желающий мог выкупить полный доступ за сотню очков.
— Он обнаружил призрака в первый же день, — продолжил Линь Куо. — Почему же тогда ничего не предпринял?
Лян Сыхун горько усмехнулся:
— Думаешь, это так просто? Перед лицом потусторонней силы мы лишь беспомощное мясо под ножом мясника.
Лица присутствующих помрачнели.
— Будь это правдой, — возразил Линь Куо, — выживаемость не достигла бы семидесяти процентов.
Мужчина со шрамом раздраженно сплюнул и вклинился в разговор:
— Да какая к черту разница?! Ты же у нас такой умный, так складно рассуждал про эти Врата! Вот и думай, как нам шкуры спасти, а не чужие стримы пересказывай!
Линь Куо одарил его холодным предупреждающим взглядом. Дождавшись, пока верзила стушуется и прикусит язык, он вновь повернулся к Лян Сыхуну. Черты лица Линь Куо не были резкими, но привычка держаться особняком придавала его взору ледяную отстраненность. Под этим взглядом Лян Сыхун с запозданием понял, почему прежде парень смотрел на него как на безнадежного дилетанта.
Линь Куо явно клонил к чему-то важному, но разгадать его мысль было не под силу.
— Говори прямо, — сдался Лян Сыхун.
Линь Куо отвел глаза и, слегка поджав губы, мерно постучал пальцами по полированной поверхности стола:
— Печально известный маньяк Тед Банди…
Игроки недоуменно уставились на него, не понимая, к чему посреди смертоносного кошмара лекции о серийных убийцах.
Подавив раздражение, Линь Куо пояснил:
— Тед Банди действовал в основном двумя путями: либо проникал в чужие дома, либо хитростью заманивал жертв в свою машину.
Слушатели окончательно растерялись. Лишь Лян Сыхун внезапно всё понял и торопливо подхватил:
— Чтобы защититься от Банди в первом случае, нужно было наглухо запирать двери и не впускать незнакомцев. Во втором — ни при каких условиях не садиться в чужой автомобиль.
Линь Куо сдержанно кивнул и развил мысль:
— Но есть и те, кто убивает без разбора. Например, Генри Ли Лукас. У него не было излюбленного почерка или постоянного места охоты: он колесил по всем штатам, успел наследить в Европе и Японии.
Против случайного, неизбирательного насилия невозможно выстроить защиту. Ты никогда не знаешь, кем окажется прохожий, идущий навстречу. Возможно, стоило лишь встретиться взглядами, как он уже запомнил твое лицо и мысленно назначил следующей жертвой.
Лян Сыхун взволнованно выпалил:
— У призрака в «Морге» были жесткие условия для убийства! Богу S потребовалось целых два дня, чтобы их вычислить, зато потом никто больше не погиб!
Он с надеждой уставился на Линь Куо:
— Ты ведь это имеешь в виду?
Даже до самых недалеких из присутствующих наконец дошел смысл аналогии.
— Сомнений в том, что Захватчик — нечисть, нет, — подтвердил Линь Куо. — Прячется ли он среди нас или бродит сам по себе, первостепенная задача — понять, кто он: Тед Банди или Генри Ли Лукас.
Убивает ли тварь по строгим правилам или режет без разбора — в этом заключался главный вопрос выживания.
Лян Сыхун на мгновение замешкался, озвучивая мучившее его сомнение:
— Но выяснить, сидит ли он за этим столом, тоже чертовски важно.
— Взгляни в окно, — оборвал его Линь Куо.
Люди синхронно повернули головы. Едва бросив взгляд на стекло, они побелели — кровь застыла в жилах.
За окном стояла глухая, непроглядная ночь. В этом сценарии день пролетел пугающе быстро: они даже не успели пообедать и поужинать. А любой фильм ужасов твердил об одном — с наступлением темноты нечисть выходит на охоту.
Линь Куо оказался абсолютно прав: сейчас куда важнее было раскрыть повадки монстра, чем гадать, кто именно из них одержим.
С наступлением тьмы столовая погрузилась в полумрак. У Ван Мяо от страха застучали зубы:
— Так он выбирает жертв случайно или нет?! Если нет, то какие у него правила?!
Мужчина со шрамом напрочь забыл о недавней перепалке и истошно закивал:
— Да-да, говори, что делать!
Все с мольбой смотрели на Линь Куо, точно на спасителя, способного сотворить чудо и вытащить их из петли.
Однако принимать роль благодетеля парень не собирался. Он лишь покачал головой:
— Поздно.
Из коридора донеслись тяжелые, шаркающие шаги. Линь Куо безошибочно узнал поступь эконома. Слишком много драгоценного времени ушло впустую: вместо того чтобы искать зацепки, они растратили скудные дневные часы на мольбы перед зрителями. В итоге единственной уликой оставались шесть синюшных желтков на тарелке.
Не успело отчаяние накрыть игроков с головой, как в дверях показался дворецкий.
При виде людей на его лице вновь задергались мелкие мышцы. Граница между сумраком коридора и тусклым светом столовой рассекала его фигуру пополам, делая облик еще более зловещим, а взгляд из-под бровей — налитым ядовитой злобой.
— Стемнело… Я… я проведу вас на второй этаж. На ночлег.
Даже эти простые слова дались ему с натужным заиканием.
Линь Куо внимательно следил за стариком. Ему почему-то казалось, что дворецкий сам до смерти напуган.
В столовой повисла мертвая тишина. Люди переглядывались, не решаясь сдвинуться с места. Эконом, теряя терпение, раздраженно бросил:
— Не хотите спать — как знаете, нянчиться не стану.
С этими словами он развернулся и заковылял обратно.
Выбора не оставалось. Никто не знал, какие кошмары таит второй этаж, но когда в столовой окончательно погас свет, оставаться в кромешной тьме стало попросту самоубийственно.
Линь Куо поднялся из-за стола и бросил выразительный взгляд на Чжан Мэннань. Девушка поняла без слов и торопливо вскочила следом.
Глядя на них, поднялись и остальные.
Гулкое эхо шагов наполнило темный коридор. От фигуры проводника веяло такой промозглой жутью, что толпа жалась позади, боясь подойти ближе. Лишь Линь Куо неотступно следовал за стариком, безмолвно подмечая малейшие детали: сутулость, сбитое дыхание и нервный, дерганый шаг.
Лестница наверх находилась в просторном холле.
Планировка второго этажа в точности повторяла первый: длинный, уходящий в темноту коридор с чередой наглухо запертых дверей, на каждой из которых был вырезан узор из ветвей персикового дерева.
Доведя их до площадки, эконом наотрез отказался идти дальше.
— По ночам из комнат не выходить. Живо расходитесь по спальням, — бросил он и почти бегом бросился вниз по ступеням.
Теперь Линь Куо окончательно убедился: старик панически боялся этого дома. Но пока он размышлял о причинах этого страха, остальных сковал липкий, передающийся словно чума ужас.
И в этой могильной тишине внезапно раздался отчетливый, частый стук:
Топ-топ-топ-топ-топ-топ-топ.
Топ-топ-топ-топ-топ-топ-топ.
— Хватит метаться, мать вашу! — в истерике рявкнул Мужчина со шрамом.
Чжан Мэннань зажмурилась, не смея пикнуть. Все семеро стояли посреди коридора как вкопанные: кроме Линь Куо, у каждого от страха подкашивались ноги, и никто не делал ни шага.
Эти звуки издавали не они.
Лян Сыхун усилием воли взял себя в руки:
— На втором этаже, судя по всему, только спальни. Выбирайте любые. Но я предлагаю разбиться по парам: так больше шансов поддержать друг друга и выжить. Нас семеро, поэтому один пойдет втроем. Есть возражения?
В вопросах командного выживания Линь Куо уступал Лян Сыхуну в опыте, поэтому спорить с разумным предложением не стал.
Мрачный коридор с каждой секундой становился все опаснее, а жуткий перестук шагов не смолкал, так что Лян Сыхун поспешил добавить:
— Сейчас не до приличий, но двух девушек лучше разделить по разным комнатам — мужчины физически крепче, в случае чего помогут. Впрочем, если вы против, настаивать не буду.
Чжан Мэннань без колебаний шагнула к Линь Куо, и тот молча согласился взять ее в напарницы.
Вторая девушка тоже хотела попроситься к Линь Куо, но, видя их сплоченность с Чжан Мэннань, побоялась, что в критический момент парень защитит только свою спутницу. В итоге она предпочла примкнуть к Лян Сыхуну и верзиле со шрамом.
Ван Мяо объединился с оставшимся парнем.
Когда все распределились и уже взялись за дверные ручки, Лян Сыхун негромко произнес:
— Если сегодня с кем-то из нас случится беда… постарайтесь оставить хоть какую-то улику. Ради тех, кто останется в живых.
Коридор замер.
Просьба была здравой: любая зацепка могла стать ключом к спасению остальных, вот только кто поручится, что на пороге мучительной смерти у человека хватит самообладания думать о других?
Лян Сыхун тяжело вздохнул:
— Если первой жертвой не повезет стать мне, я сделаю все, чтобы оставить улику.
— Договорились, — спокойно ответил Линь Куо.
Остальные лишь с похоронным видом кивнули.
Линь Куо толкнул ближайшую дверь и переступил порог. Чжан Мэннань юркнула следом, и за их спинами щелкнул замок.