Ли Инань и Сяо Юй заранее укрылись подальше — обе знали, что пепел из курильницы обоюдоострое оружие, способное связать по рукам и ногам обе стороны. Стоило Линь Куо выплеснуть содержимое двух стаканов, как «та сторона», доселе остававшаяся невидимой, впервые предстала перед ними воочию.
Как и предполагал Линь Куо, незваных гостей с «той стороны» оказалось шестеро: одна женщина и пятеро мужчин. Застигнутые врасплох вспышкой серо-белой пыли, они замерли в тусклом свете коридора; выражения их лиц мгновенно закостенели, а затем пошли мелкой сетью трещин.
По коридору пополз зловещий шепоток:
— Они нас видят... Проклятье!
— Что делать?
— Убить их! Засечь и перебить всех захватчиков!
Ли Инань и Сяо Юй невольно вздрогнули от этих слов. Линь Куо мазнул взглядом по лестничному пролету и, тут же вернув внимание к девушкам, отчеканил:
— По опыту прошлых трех ночей, у них есть от часа до двух на подготовку. Не теряйте времени. Бейте первыми, пока можете. Скольких сумеете отправить на тот свет — столько и забирайте.
Он говорил быстрой, но ледяной, предельно ровной скороговоркой. Фраза «скольких сумеете забрать» прозвучала так буднично, будто речь шла не о смертельной схватке с тварями, а о чистке свежевыловленной рыбы.
— На полу пепел, не наступите. Оставите следы — сразу выдадите себя, — добавил он, чтобы не перегружать девушек лишними инструкциями, и подвел черту: — Если прижмет — зовите меня.
Ли Инань благодарно кивнула. Ей меньше всего хотелось, чтобы босс отвлекался и переживал за них:
— Поняла, босс. Не волнуйся!
Получив поддержку, Линь Куо почувствовал себя немного не в своей тарелке. Слегка коснувшись пальцем кончика носа, он бросил на девушек последний взгляд, сжал в руке оставшиеся стаканы с пеплом и устремился на третий этаж.
Едва преодолев первые ступени, он ощутил тяжелый, удушливый запах: густая кровь, перемешанная с пеплом, и плотная, тошнотворная вонь гниющей плоти. От этой смеси глаза мгновенно заслезились, а рецепторы, казалось, выгорели подчистую. Линь Куо с трудом подавил позыв к рвоте.
Времени на привыкание не было. Каждая секунда промедления здесь ставила под удар девушек этажом ниже.
Третий этаж виллы разительно отличался от первых двух. Здесь не было ни бесконечных коридоров, ни многочисленных дверей — лишь единое, просторное, темное помещение. Ни единого светильника. Единственным источником света оставалась кроваво-красная луна, процеживавшая свои лучи сквозь несколько высоких окон.
Окинув пространство беглым взглядом, Линь Куо различил вдали силуэты. Прищурившись, он понял: на полу лежат человеческие тела. Учитывая стоящую вокруг невыносимую вонь разложения, сомнений не оставалось — это были трупы.
Ничего другого ценного в комнате не проглядывалось. Единственный способ найти зацепку — подойти вплотную и осмотреть их.
Линь Куо шагнул к ряду тел и замер над ними. Их было трое. Судя по комплекции и остаткам одежды, перед ним лежали Чжу Хай, Ван Мяо и Мужчина со шрамом.
Дворецкий стаскивал убитых участников сюда, на верхний ярус.
Тела Чжу Хая и Ван Мяо он уже видел раньше, поэтому лишь скользнул по ним взглядом, сосредоточившись на Мужчине со шрамом.
Лян Сыхун не соврал: бедолага умер жуткой смертью. Его челюсть была вывернута под немыслимым, сокрушительным углом. В отличие от остальных, ему в пасть по самую рукоять вгвоздили меч из персикового дерева.
Деревянный клинок, лишенный естественной остроты металлического оружия, пробил плоть лишь за счет дикой, первобытной силы. От мысли о той боли, что он испытывал перед смертью, мороз шел по коже.
Линь Куо нахмурился. Девушкам на втором этаже придется намного тяжелее, чем он предполагал.
Не успела эта мысль оформиться, как снизу донесся отчаянный топот и сокрушительный, полный паники женский визг. Линь Куо вздрогнул и дернулся было назад к лестнице.
Однако на полушаге вопль резко оборвался. Затих не от безысходности, а скорее так, будто кричавшая вовремя спохватилась, не желая привлекать его внимание и сдергивать с третьего этажа.
«Надеюсь, они справятся», — тихим эхом отозвался его собственный шепот.
Сменив направление, Линь Куо пошел к ближайшему окну. В полумраке комнаты видимость была скверной, и, не желая рисковать, он решил раздвинуть плотные шторы, чтобы впустить больше лунного света. Заодно он потянул на себя и саму створку. Вонь на этаже стояла такая, что без свежего воздуха можно было попросту задохнуться.
Створка плавно съехала по направляющим, наложившись на соседнее стекло. Покончив с этим, Линь Куо подошел к окну, расположенному ближе всего к трупам, и точно так же сдвинул рамку.
Ш-ш-ш...
Ролики тихо прошуршали по металлическому пазу. Рука Линь Куо застыла. Шуршание, однако, не прекратилось.
Ветер, до этого приятно освежавший лицо, внезапно пропал.
Он убрал руку от стекла и медленно сделал шаг назад. Движения оставались неторопливыми, но взгляд молниеносно метнулся к первому окну.
Окно, которое он только что открыл, снова было наглухо закрыто!
Кто-то с «той стороны» поднялся на третий этаж?
Линь Куо крепче сжал стакан с пеплом, выжидая и вслушиваясь в тишину. Вдруг прямо перед ним вторая створка задвигалась сама по себе, с тихим шорохом поехала по пазу и с глухим стуком встала на место.
Линь Куо не колебался ни секунды. Снаряд из пепла взмыл в воздух и рассеялся перед окном. Впрочем, расстояние было слишком малым, и серпантин серой пыли частично осел на нем самом.
— Линь Куо! — взвыла тварь, попавшая под раздачу, и возрилась на него с яростным недовольством. — Ты совсем из ума выжил, блядь?!
Разглядев силуэт, Линь Куо сжал губы и промолчал.
Мужчина со шрамом, казалось, даже не заметил выражения его лица. Говоря, он распахивал свой жуткий, порванный рот:
— Твою мать, на улице дубак, ты что, слепой?! Не видишь, что ли, что я холода не переношу? Специально мне нагадить решил?!
Линь Куо очень хотелось ответить: «Извини, понятия не имел, что трупам бывает холодно».
Но перед ним стоял уже не человек, а дух. Растрачивать слова на перепалку с призраком было бессмысленно.
Не дождавшись ответа, Мужчина со шрамом проворчал:
— О чем ты там застыл? — Он обвел Линь Куо подозрительным, настороженным взглядом. — Ты... ты что, хочешь, чтобы мы за тебя под пули лезли?! Что ты на меня сейчас высыпал?!
Похоже, мертвец так и не осознал, что он мертв.
Несмотря на чудовищную внешность, Мужчина со шрамом пока вел себя относительно смирно. Линь Куо не стал раскрывать ему глаза на его смерть — кто знает, в какую ярость это приведет призрака.
Тот продолжал тараторить, светя зияющей дырой вместо нормального рта при каждом слове:
— Третья ночь идет. Еще две ночи вытерпеть — и на волю! Ну его нахрен, вернусь — буду спать неделями. Слушай, а почему ты один? Где остальные? Где Лян Сыхун, Ли Инань, Ся Синьюй?
Линь Куо вглядывался в его изуродованное лицо, а затем сдержанно спросил:
— А где Ван Мяо и Чжу Хай?
Мужчина со шрамом нахмурился:
— Кто?
— Ван Мяо и Чжу Хай, — повторил Линь Куо.
— Впервые слышу. Не знаю таких.
Брови Линь Куо сошлись к переносице:
— А где А-Цзянь? — Он судорожно пытался вспомнить настоящее имя собеседника.
— Какой еще А-Цзянь? — В глазах Мужчины со шрамом вспыхнуло еще больше подозрительности. С его разорванным лицом это выглядело настолько жутко, что любой обычный человек от одного такого взгляда лишился бы чувств.
— Чэнь Цзинцзянь, — уточняя, произнес Линь Куо.
Призрак лишь мотнул головой, совершенно не узнавая собственное имя:
— Понятия не имею. Слышь, Линь Куо, брось эти свои фокусы. Я таких умников, как ты, десятками заламывал. — Заметив, что Линь Куо снова замолчал, он удовлетворенно хмыкнул: — Очкошник. Понял теперь, с кем дело имеешь? В следующий раз не корчи из себя героя. В этом чертовом «Осаждённом городе» свою бы шкуру спасти, а ты тут в благородство играешь... Ладно, хрен с тобой. Я тут кое-что странное заметил. Расскажу, а ты раскинь мозгами, че за хрень.
— Говори, — отозвался Линь Куо.
Лицо Мужчины со шрамом исказилось в судороге. Он дрожащим пальцем ткнул куда-то в темноту:
— Там... там кто-то есть.
— Где? — Линь Куо изобразил наигранный испуг, хотя пальцы на стакане с пеплом сжались сильнее. — Одного или двоих видишь? Мужчины? Женщины?
Призрак уставился на него:
— Двое. Мужики. Ты... ты что, слепой, не видишь их?
Сопоставив факты, Линь Куо понял: эти двое — Ван Мяо и Чжу Хай.
Он хотел вытянуть из твари еще пару деталей, но Мужчина со шрамом внезапно умолк. Страх на его лице сменился диким, неестественным выражением. Словно безумный, он вперил в Линь Куо жуткий, искаженный взгляд:
— За твоей спиной... три трупа.
Сердце Линь Куо пропустило удар.
Мужчина со шрамом просипел с загробной усмешкой:
— Одно тело такое знакомое... Линь Куо, скажи мне... самое правое... это ведь я?
Линь Куо мгновенно оценил ситуацию и отрезал:
— Умер Чэнь Цзинцзянь. При чем тут ты, Мужчина со шрамом?
Призрак застыл.
Когда все фрагменты мозаики сложились, Линь Куо понял: делать на третьем этаже больше нечего. Он круто повернулся и бросился к выходу.
Не успел он сделать и пары шагов, как спину обжег нечеловеческий, визгливый вопль:
— Нет! Неправда! Это я! Я умер! У меня украли имя!..
Линь Куо даже не обернулся, ускоряя шаг.
За спиной раздался дикий, скрежещущий хохот:
— Ну и ладно! Неважно! Тебя зовут «Линь Куо»! У тебя есть имя! Я убью тебя — и сам стану Линь Куо! Ха-ха-ха-ха! Убью тебя — и буду Линь Куо!
С этим безумным ревом Мужчина со шрамом рванулся вдогонку.
Линь Куо был готов: одним мощным прыжком он ушел вперед на несколько метров, на бегу рассыпая вокруг себя остатки пепла. В сером облаке тут же проявились силуэты Чжу Хая и Ван Мяо. Их глаза горели алчным, голодным блеском — они жаждали забрать его жизнь точно так же, как и Мужчина со шрамом.
Как говорил Лян Сыхун, перед лицом потусторонней твари человек беспомощен. Линь Куо казалось, что он держит безопасную дистанцию, но в следующее мгновение Мужчина со шрамом уже настигал его.
Линь Куо мгновенно оценил расстояние до лестницы и сопоставил его со скоростью мертвеца.
Ответ вырисовался за долю секунды. До ступеней оставалось не меньше двадцати метров. Телепортацию призрака заблокировать было нечем, а впереди перекрывали путь голодные тени Ван Мяо и Чжу Хая.
Вероятность того, что его догонят, составляла ровно сто процентов.