Едва мерцающие символы растаяли, наступил черед уже знакомой Линь Куо процедуры — смены названия трансляции. Немного подумав, он решил, что не хочет привлекать лишнего внимания зрителей. Раньше толпы набегали скорее из-за духа противоречия, присущего всем обитателям Осаждённого города.
И хотя в глубине души Линь Куо был бы не прочь снова увидеть А-Вэня в роли своего модератора, мысль о том, что тому опять придется тратить ценные очки, заставила загнать это желание подальше.
Желая уберечь кошелек А-Вэня, Линь Куо ввел новое название: «Кто не зайдёт — тот не человек». Замрев перед экраном, он удовлетворенно кивнул сам себе. Психология местных зрителей была изучена досконально: на такую дешевку точно никто не клюнет.
Шэншэн тоже обновил заголовок своего стрима. Чтобы маме было проще отыскать его в бесконечном списке эфиров, мальчик без затей написал: «Шэншэн».
Одно название било аккурат по нервам зрителей, второе — не цепляло вообще ничем.
И взрослый, и ребёнок с чувством выполненного долга нажали кнопку «Подтвердить».
Спустя мгновение оба смартфона синхронно звякнули:
[Сценарий «Материализация историй» успешно загружен]
[Параметры игры]
[- Количество участников: 13]
[- Сложность и тип: 2 звезды, отдых]
[- Правила: рассказывайте истории; выживают трое участников с наивысшим итоговым баллом]
[- Награда: 1-е место — 800 очков, 2-е место — 500 очков, 3-е место — 300 очков. За выдающиеся успехи предусмотрена дополнительная награда]
Вчитываясь в строчки, Линь Куо ощутил лёгкий укол тревоги — сказывался посттравматический синдром после «Кода смерти». Он невольно принялся искать подвох или скрытые условия, поджидающие между строк.
Правило: рассказывайте истории, выживут трое с лучшим результатом.
Вопросы напрашивались сами собой. Кто рассказывает? Какие истории? И что именно подразумевается под итоговым баллом?
Едва Линь Куо успел об этом подумать, как перед глазами всё потемнело. Когда зрение вернулось, он обнаружил себя в узком Разломе Осаждённого города. Шэншэна рядом не было — скорее всего, тот восстановился в другой точке, но Линь Куо не тревожился. Опираясь на опыт прошлых испытаний, он убрал телефон в карман и неторопливо двинулся вперёд.
Минут через десять тесный коридор Разлома распахнулся. Под ярким небесным куполом, чистым и без единой тучки, раскинулась роскошная усадьба. С того места, где стоял Линь Куо, отчетливо виднелись аккуратные розовые клумбы и пышные каскады цветущих роз, обвивающих высокие каменные стены.
Линь Куо нахмурился. Слишком разительным был контраст с мрачной виллой из «Захватчика». Сценарий «Материализация историй» словно всем своим видом намекал: перед вами тихий уголок для отдыха, гуляйте по саду и наслаждайтесь жизнью.
Вот только это был Осаждённый город. Чем безмятежнее выглядело место, тем изощреннее кролась в нём опасность.
Внутренне поджавшись, Линь Куо шагнул к поместью. Не успел он пройти и пары метров, как сзади раздался знакомый детский голос. Шэншэн, похоже, тоже только что выбрался из Разлома. Дождавшись, пока мальчик подбежит, Линь Куо вместе с ним направился к ажурным железным воротам.
У входа уже толпились люди. Сквозь шум донесся женский плач — голос показался Линь Куо смутно знакомым.
— Где я?.. — рыдала женщина, закрыв лицо руками. — Я же просто прилегла вздремнуть дома! Почему я здесь?!
Кто-то из игроков раздраженно отмахнулся:
— Ещё одна новенькая. Уже четвёртая по счёту. Сколько вообще новичков затянуло в этот раз? Повторяю в последний раз: это Осаждённый город. Считайте, что попали в игру на выживание. Пройдёте — останетесь живы, нет — сдохнете.
Линь Куо сжал губы. Шэншэн, чутко уловивший перемену в его настроении, проследил за взглядом спутника:
— Брат Линь Куо, ты знаешь эту плачущую сестру?
— Угу, — отозвался Линь Куо.
Плакала не кто иная, как Ли Инань. Точнее, Чжан Мэннань — таково было её настоящее имя.
Услышав объяснения, Чжан Мэннань зарыдала ещё пуще:
— Осаждённый город? Испытание?! Что за бред?! Я хочу домой, я не хочу умирать!
Объяснявший парень только рукой махнул. Зато стоящая рядом с Чжан Мэннань девушка скептически оглядела раскинувшийся за воротами сад и брезгливо фыркнула:
— Да с чего вы взяли, что здесь опасно? С чего тут умирать-то? Не наводи панику. Посмотри с другой стороны: нам, нищебродам, за всю жизнь не заработать на такой роскошный особняк. Поживем в кайф, а если и сдохнем — хоть оттянуться успеем.
Линь Куо, узнав говорившую, застыл на месте.
Девушка тем временем повернулась к стоящему неподалёку мужчине:
— Слышь, братан, вопрос есть. Ты тут не видел парня высокого? Рост под метр восемьдесят два, симпатичный такой, только худой и молчаливый... Ну и, э-э, с приветом немного, — она постучала пальчиком по своей голове. — Верит всему, что ему ни скажут.
Линь Куо не выдержал:
— Линь Чжи!
Девушка вздрогнула, резко обернулась и уставилась на него:
— Мать твоя на карусели!..
Она протёрла глаза, зажмурилась, снова впилась в него взглядом и выдала ещё громче:
— Мать твоя на карусели!
— Иди сюда, — вздохнул Линь Куо.
Линь Чжи сорвалась с места и буквально соколом налетела на него, с разбегу повиснув на шее:
— Ё-моё, брат! Это реально ты?! Офигеть! Я уж думала, не увижу тебя больше! Плакать охота, а слез нет!
Линь Куо качнулся назад от её напора, но удержал равновесие и ласково погладил сестру по голове:
— Я это, я.
— А я думала, всё, капец! — она уткнулась носом в его грудь.
— Да здесь я, куда я делся, — тихо ответил Линь Куо.
Утерев слезы о его куртку и убедившись, что эмоциональный порыв угас, Линь Чжи отстранилась. И тут её взгляд упал на стоящего рядом мальчика.
— Брат... Тебя всего две недели не было, а у меня уже племянник такой взрослый?!
Линь Куо: «...»
Шэншэн: «...»
— Ты можешь нормально разговаривать? — нахмурился Линь Куо. — Девушка ведь.
Линь Чжи глуповато хихикнула. Линь Куо вкратце обрисовал ей события последних дней, включая то, как выбрался из «Кода смерти». Девушка только рты открывала:
— А я думала, мне всё это приснилось! Офигеть... — Выплеснув эмоции, она легонько стукнула Шэншэна по макушке: — Эй, мелочь, тебя как звать-то?
— Сестрёнка, я Цзян Шэн, — вежливо отозвался тот.
— А я Линь Чжи, — кивнула она.
— Здравствуйте, сестрёнка Чжичжи. Вы очень красивая.
Линь Чжи расплылась в улыбке:
— Ого, да у тебя язык без костей! Сладкоежка, да?
— Я правду говорю.
— Обожаю честных детей!
Линь Куо прервал этот обмен любезностями и строго произнёс:
— Сбавь обороты. Мы не на курорте.
Линь Чжи с детства полаивала перед старшим братом, поэтому тут же прикусила язык.
Линь Куо повернулся к Цзян Шэну:
— Я постараюсь защитить вас обоих. Но если встанет выбор между тобой и Линь Чжи, я выберу её.
Слова звучали жестоко, но это была правда. Цзян Шэн понимающе кивнул:
— Я понял, брат Линь Куо.
Он и не рассчитывал, что Линь Куо обязан о нём заботиться. Честная договоренность была куда лучше ложных надежд, которые могли обернуться предательством в самый критический момент.
Линь Куо перевёл взгляд на сестру. Груз ответственности давил на плечи: Линь Чжи — новичок, Цзян Шэн — ребёнок. Уберечь обоих в смертельной игре будет чертовски непросто.
Заметив, как сжались губы брата, Линь Чжи хлопнула себя по груди:
— Не ссы, брат, я круче, чем кажусь!
Пока они разговаривали, подтянулись остальные участники. Всего собралось тринадцать человек, из которых трое были новичками: Линь Чжи и двое парней.
Чжан Мэннань, заметив Линь Куо, на миг оцепенела от неловкости. Убедившись, что он не собирается разоблачать её прежнее враньё, она тихо перевела дух. Но радоваться было рано: прочитав правила, она поняла, что в живых останутся только трое, а у Линь Куо уже образовалась своя команда.
В «Захватчике» Линь Куо доказал свою силу, и Чжан Мэннань тогда успешно провисела у него на хвосте. Но сейчас сильный покровитель был прямо перед ней, а присосаться к нему не представлялось возможным.
Линь Куо не стал подавать вида, что знаком с Чжан Мэннань, а та не навязывалась сама. Навряд ли Линь Куо согласился бы на союз даже при её инициативе. В отличие от «Захватчика», где требовалось просто продержаться пять дней, правила «Материализации историй» изначально превращали игроков из соратников в конкурентов.
Ветераны это прекрасно понимали. Вводя новичков в курс дела, они опустили самые мрачные детали. Линь Куо молча слушал: хотя опытные игроки и утаили часть информации, базовые сведения новички всё же получили. Сам он влезать в разговор не любил, поэтому держался в тени.
Зато Линь Чжи слушала во все уши. Достав телефон, она обнаружила, что тот перешёл в режим «Осаждённого города». Потолкав брата локтем, она прошептала:
— Брат, какое название для стрима посоветуешь? У тебя какое? Дай списать!
— У меня плохое. Совет дать не могу, думай сама.
— Ну а в прошлых сценариях как намысливал? Я вообще в названиях ноль, дай хоть наводку! Первой раз стримлю, непривычно как-то.
— Линь Чжи, — Линь Куо снова напустил на себя строгий вид. — Это не шутки.
— Поняла-поняла, — она повернулась к Цзян Шэну: — Мелкий, а у тебя что написано?
— «Стрим Шэншэна», — честно ответил мальчик.
— Ясно.
Линь Чжи вбила: «Стрим Линь Чжи». Не прошло и пары минут, как счётчик зрителей в её комнате стремительно пошёл вверх.
— Ого! — ахнула она. — Неужели моё имя такое популярное?
Чат мгновенно взорвался сообщениями:
【Это та самая Линь Чжи?!】
【Мать моя, реально она!】
【Я как её вижу, так меня сразу в дрожь бросает, ну нафиг!】
【А где Собака-стример?】
【Ё-моё, на ловца и зверь бежит! Собака-стример тут!】
【Он же только из прошлого рейда вылез! Опять в игре?!】
【Как его стрим называется? Напишите заголовок, люди добрые, дайте наводку!】
Линь Чжи нахмурилась и тихо спросила брата:
— Брат... А «Собака-стример» в чате — это, случайно, не ты?
Линь Куо наградил её ледяным взглядом.
По спине девушке пробежал холодок. В этот момент её телефон коротко вибрировал, и на экране всплыло уведомление:
[S вошел в вашу трансляцию]
【SSSSSSS!】
【Кто бы сомневался! Где Собака-стример, там и S!】
【S:? (Премиум-значок)】
Линь Чжи хлопала глазами:
— Брат, а кто такой S? Он ко мне на стрим зашёл, у него плашка в чате капец какая крутая!
Линь Куо сдвинул брови и достал свой телефон. Счётчик зрителей, доселе висевший на нуле, мгновенно скакнул вверх, а в мессенджере Вэйсюнь звякнуло несколько сообщений.
[Сладкий ветерок]: «?»
[Сладкий ветерок]: «Брат?»
Линь Куо замер. Он специально не стал ничего говорить А-Вэню, чтобы тот не тратил очки. Но тот как-то проведал про его новый запуск. Опасаясь, что А-Вэнь накрутит себя, Линь Куо быстро набрал:
[Линь Куо]: «Я не специально скрывал»
[Сладкий ветерок]: «Прямо стахановец наш»
Глядя на эту фразу, Линь Куо почувствовал, как кончики его ушей заливает краска. Ну да... может, он и впрямь слегка перебарщивал с темпом.
[Сладкий ветерок]: «У меня правда полно очков, не надо так рваться с отдачей. Если ты из-за постоянных рейдов не будешь отдыхать и что-то случится, я буду винить себя. И мне будет очень, очень больно»
[Линь Куо]: «Извини...»
[Сладкий ветерок]: «Как называется стрим?»
[Линь Куо]: «Кто не зайдёт — тот не человек...»
[Сладкий ветерок]: «Понял. Значит, зайти обязан»
[Сладкий ветерок]: «Нашёл. Правила те же? Как набежит время, назначишь меня модератором»
[Линь Куо]: «Хорошо»
[Сладкий ветерок]: «Удачи в сценарии, брат! Держись!»
[Линь Куо]: «Спасибо»
Оторвавшись от экрана, Линь Куо наткнулся на пристальный взгляд сестры.
— Линь Куо, — сузила глаза Линь Чжи. — Ты какой-то не такой.
* * *
— Влюбился, что ли?
Помятуя о том, что А-Вэнь сидит в его трансляции, Линь Куо отрезал:
— Не мели чуши.
— Какая чушь! Ты же лыбился в телефон! Сознавайся, у меня появится сноха? Как она хоть выглядит? Красивая? А характер как?
Линь Куо убрал телефон в карман, взял себя в руки и смерил сестру взглядом, чётко читавшимся как: * «Скажешь ещё слово — пожалеешь»*.
— Всё-всё, молчу, — Линь Чжи сделала вид, что запирает рот на замок.
— Эй! — крикнул кто-то из игроков. — Вы трое, двигайте сюда! Ворота открылись!
Как только все тринадцать участников собрались, ажурная решетка бесшумно распахнулась. Никакого скрипа или ржавого скрежета — ворота отворились идеально плавно, открывая широкую аллею, ведущую прямо к парадному входу особняка.
Основная группа уже двинулась вперед. Линь Куо ненадолго задержался у ворот. Линь Чжи знала этот его глубокий, задумчивый взгляд и не стала мешать, а Цзян Шэн и подавно не смел подавать голос.
— Пошли, — спустя паузу произнёс Линь Куо.
Особняк выглядел слишком нормально. Даже солнце светило по-летнему тепло, а на небе не было ни облачка. Эта идеальность казалась Линь Куо донельзя противоестественной, хоть он и не мог найти ни единой улики. Отстав от основной группы, он негромко предостерёг спутников:
— Держитесь от остальных подальше. И не верьте ни единому их слову.
Линь Чжи с изумлением уставилась на брата. Ей верилось с трудом, что эти слова произносит человек, всегда веривший в людей.
Когда они догнали толпу, у дверей особняка их встретил пожилой мужчина. На его испещренном морщинами лице играла добродушная, теплая улыбка, не вызывавшая ни малейших ассоциаций со старческой дряхлостью.
— Добро пожаловать, — произнёс старик. — Мои тринадцать гостей, прошу, проходите за мной.
Линь Куо вполголоса пояснил сестре:
— Это NPC. Нападать на него нельзя.
Линь Чжи кивнула. Старик тем временем толкнул тяжелую створку. Не видя за спинами игроков, что там внутри, Линь Чжи нерешительно шепнула:
— Брат, нам обязательно выполнять всё, что говорит NPC?
— Не факт, — коротко ответил тот.
Первые десять человек уже вошли. Старик остался у дверей, переводя взгляд на застрявшую троицу:
— Оставшиеся три гостя, у вас какие-то трудности?
Цзян Шэн не дерзал отвечать и лишь снизу вверх смотрел на Линь Куо. Линь Чжи тоже молчала, боясь сморозить глупость и навредить брату.
Поняв, кто в этой троице главный, старик сделал шаг навстречу и вежливо остановился:
— Если вас что-то тревожит, можете поделиться со мной. Возможно, я смогу помочь.
Линь Куо куда лучше справлялся с открытой агрессией, чем с подобным радушием.
— Всё в порядке, — буркнул он.
Старик улыбнулся:
— Вот и отлично. Проходите, пожалуйста.
Линь Куо переступил порог, Линь Чжи и Цзян Шэн прошмыгнули следом.
Оказавшись внутри, Линь Куо бегло осмотрел холл. По сравнению с мрачным домом из «Захватчика», этот интерьер казался воплощением роскоши. Судя по отделке и мебели, на такой особняк обычный человек не копил бы и со времен сотворения мира.
Один лишь холл занимал метров семьдесят, так что тринадцать человек вместе со стариком разместились там без малейшей тесноты.
— Садитесь, — добродушно предложил хозяин. — Я ознакомлю вас с правилами.
Услышав слово «правила», игроки напряглись. Настороженные и настороже, они остались стоять, не рискуя присесть.
— Не стесняйтесь, — повторил старик. Он продолжал улыбаться, но замолчал, давая понять: пока все не сядут, разговора не будет.
В игровой группе хватало ветеранов. Никто не хотел становиться первопроходцем и проверять диваны на наличие ловушек. Новички, глядя на опытных, тем более не шевелились.
Первым на диван опустился Линь Куо. Линь Чжи, у которой от напряжения уже гудели ноги, тут же плюхнулась рядом, за ней последовал и Цзян Шэн.
Убедившись, что с троицей ничего не случилось, остальные, подталкивая друг друга, тоже начали рассаживаться.
Когда все заняли места, старик заговорил:
— Я убежденный динк. После смерти супруги я остался совсем один. Должно быть, я слишком долго страдал от одиночества, поэтому искренне рад вашему визиту. Не стесняйтесь, мой дом в вашем полном распоряжении. Гуляйте по саду, отдыхайте, я буду счастлив, если вы проведёте здесь незабываемое время.
Игроки молчали. Спасибо никто не сказал.
Старика это не смутило. Он сделал небольшую паузу и продолжил:
— У меня лишь одна просьба. Каждый понедельник, среду, пятницу и воскресенье в десять утра вы должны собираться в этой гостиной и рассказывать истории. Количество историй в день не ограничено, сеанс длится до полудня. После этого вас будет ждать сытный обед.
Слова NPC перекликались с описанием «Материализации историй». И хотя старик не уточнил, когда именно закончится это «незабываемое время», все и так понимали: когда из тринадцати человек останутся только трое.
— Какого рода истории нужны? — подал голос кто-то из игроков.
Старик хлопнул себя по лбу:
— Ах, дырявая моя голова! — Он повернулся к дверям и позвал: — Шэнь!
В ответ раздалось мягкое «мяу-мяу».
У Линь Чжи загорелись глаза — она обожала кошек, хоть у Линь Куо и была аллергия на шерсть. Девушка принялась амбициозно высматривать пушистого гостя, но когда тот показался, весь её энтузиазм мгновенно улетучился.
С самого входа в сценарий она не ощущала прямой угрозы. Но этот кот быстро вернул её с небес на землю: она не на отдыхе, она на грани гибели.
На вид это был обычный черный кот, вот только на лбу у него располагался третий глаз.
— Ёпт... — Линь Чжи сжалась за спиной брата. — Мне стрёмно.
Не только ей. При виде животного лица игроков перекосило. Третий глаз кота был закрыт, но от этого зрелище не становилось менее жутким.
На коте была надета крошечная попонка с большим карманом.
Не обращая внимания на реакцию гостей, старик подхватил прыгнувшего к нему кота. Зверь заурчал от ласки. Погладив питомца, хозяин выудил из кармана попонки многогранный костяной кубик.
На одной из граней Линь Куо разглядел цифру «13».
Положив игральную кость на журнальный столик в центре комнаты, старик произнес:
— Для начала бросим кости. Выпавшее число станет вашим порядковым номером.
— И что даёт этот номер? — спросил кто-то.
— Много чего, — уклончиво ответил старик. Переведя взгляд на игроков, он спросил: — Кто первый?
Никто не шелохнулся.
Хозяин огорченно вздохнул:
— Какие вы скованные... Ну что ж, раз желающих нет, я воспользуюсь правом хозяина. — Он указал на Линь Куо: — Пусть начнет этот симпатичный молодой человек.
Все взгляды скрестились на Линь Куо. Линь Чжи нервно сжала его рукав:
— Брат, давай я!
— Сиди.
Линь Куо мягко усадил её обратно, взял из рук старика кубик и небрежно бросил его на стол. Выпало «13».
Старик поднял кость и бросил взгляд на кота, словно отчитываясь:
— Тринадцать.
Черный кот облизывал лапу и, казалось, не обращал внимания на происходящее. Но в этот момент его третий глаз на лбу распахнулся. Алый вертикальный зрачок впился в кость в руках старика.
По гостиной прокатился тихий вздох.
Линь Куо заметил: под взглядом алого глаза цифра «13» на грани кубика просто испарилась.
— Кто хочет стать вторым? — спросил старик. — Если желающих нет, тогда...
— Я! — раздался женский голос.
Все обернулись. Это была Чжан Мэннань.
— Я брошу... — заикаясь, выговорила она.
— Отлично, — старик с улыбкой протянул ей кубик. — Не нервничайте, милая барышня.
Чжан Мэннань дрожащими руками потрясла кость в ладонях и выкатила её на стол. Выпало «12».
Девушка с опаской уставилась на старика — она явно сжульничала при броске.
Хозяин посмотрел на грань:
— Двенадцать.
Как и в случае с Линь Куо, под взглядом третьего глаза цифра «12» исчезла. Чжан Мэннань облегченно выдохнула и вернулась на диван.
— Третий?..
Игроки рванулись к столу. Все поняли, что жульничество сработало, и старик против него ничего не имеет. Номера соответствовали количеству участников, и хотя их назначение оставалось загадкой, в условиях неизвестности средние числа от 1 до 13 казались наиболее безопасными.
Очень быстро расхватали номера 6, 7, 8 и 9.
Линь Куо молча наблюдал за происходящим. Он заметил: как только цифра исчезала, соответствующая грань кубика сглаживалась.
— Бросай на «1», — шепнул он Линь Чжи.
Девушка кивнула. Она поняла логику брата: когда разоберут крайние номера вроде 10, 11 и 12, первый номер окажется ближе всего к его тринадцатому — замыкающий и открывающий цепочку.
Линь Чжи бросила кость и выбила единицу.
Затем Линь Куо повернулся к Цзян Шэну:
— Целься в «2».
— Понял, брат Линь Куо.
Когда подошла очередь мальчика, на кубике оставались только 2, 3 и 4. Но от волнения у Цзян Шэна дёрнулась рука, и кость выдала четвёрку.
Мальчик побледнел, в его глазах заблестели слезы:
— Я...
Ну почему у него ничего не получается как надо?!
Линь Куо лишь сжал губы. Четвёрка тоже была в начале списка, да и само число в местной традиции считалось не самым удачным.
Наконец все тринадцать номеров распределили. Игральный кубик превратился в абсолютно гладкий шар. Старик взглянул на наручные часы:
— Отлично, мы успели. А теперь объявляю вечер историй открытым. Есть добровольцы на роль первого рассказчика?
Тишина.
Старик добродушно улыбнулся:
— Раз добровольцев нет, начнём с наименьшего номера.
Линь Чжи замерла.
Линь Куо нахмурился, а Цзян Шэн испуганно сглотнул. Линь Чжи была яркой девушкой, да ещё и выбила единицу, так что сейчас все взгляды были устремлены на неё.
— Что ж, тогда... — начал старик.
— Я расскажу! — опережая брата, который уже готов был подняться, Линь Чжи вскинула руку.
Линь Куо посмотрел на неё с нескрываемым несогласием.
Старик же остался очень доволен. Словно боясь, что она передумает, он быстро произнёс:
— Просим вас, гостья номер один.
Оказавшись в центре внимания, Линь Чжи почесала затылок. Особого плана у неё не было, поэтому она решила импровизировать:
— Я расскажу вам реальную историю. Из собственной жизни. Мои родители умерли, когда я была совсем маленькой, я их даже не помню. Меня вырастил старший брат. Он сам тогда был пацаном, говорить не любил, как меня воспитывать — понятия не имел. Поэтому в детстве я была той ещё сорвиголовой.
— Однажды я увязалась за братом в новый парк. Наш город далек от моря, а там как раз выкопали искусственное озеро, и мне ужасно хотелось на него посмотреть. Брат, видать, устал от моих капризов и всё-таки повёл меня туда.
— В парке я первым делом рванула к воде. Озеро было глубоким, там развели кучу рыбы. Но вдоль берега стояли ограждения. Я тогда была мелкая, из-за забора ничего не видела, вот и перелезла через перила. Итог понятен: я булькнулась прямо в воду.
— Помню, как шла ко дну и думала: «Всё, капец, брат же переживать будет!» Чем больше я паниковала, тем сильнее барахталась и в итоге наглоталась воды. Сознание помутилось. Но — подчеркиваю! — я всё равно всё соображала. Почувствовала, как меня вытащили, как пытались откачать... Помню, кто-то сказал брату, что я не дышу.
— Потом приехала скорая, меня повезли в больницу, в реанимацию. Мой разум работал четко. Я слышала, как врач говорил брату: мол, сердце запустили, но состояние тяжелое, проснется или нет — неизвестно.
— Я пролежала в коме дней семь или восемь. И вот однажды слышу, как в палате брат разговаривает с каким-то мужиком. И тот говорит, что когда копали это озеро, там погиб рабочий. Прораб побоялся ответственности и просто притопил труп на дне. И что ко мне прицепилась неупокоенная душа этого утопленника — водяной чёрт. И чтобы я очнулась, надо провести обряд.
— Брат пошёл искать помощи. Знахарь посмотрел на меня и сказал, что у нас слабая родовая защита — предки, мол, не набрали достаточно заслуг. Родители погибли в аварии, с небес защитить не могут. Поэтому нужно найти мне названого отца среди деревьев, чтобы задействовать чужой род.
— И назначил мне в «отцы» старую софору. Сказал, этому дереву не одна тысяча лет, оно удержит любого водяного чёрта.
Девушка закашлялась — в горле пересохло. Старик тут же с улыбкой подал ей стакан воды. Сделав глоток, Линь Чжи продолжила:
— После этого обряда я действительно очнулась. Вот и вся история.
Линь Куо смотрел на сестру. Она опустила финал. Когда Линь Чжи пришла в себя, он хотел отблагодарить того знахаря, но придя к нему домой, никого не застал. Соседи рассказали, что это был обычный шарлатан: к нему прижали хвост серьёзные люди, и он дал дёру.
Когда они узнали, что Линь Куо отдал ему сто тысяч юаней — четверть от всех компенсационных выплат за гибель родителей, — они только руками развели: «Озеро — госпроект! Какая туша на дне?! Беги в полицию, парень!»
Из сотен тысяч компенсации ушлый мошенник спер целую четверть. Линь Куо тогда чуть не взвыл от бессилия. Подал заявление, но шарлатана так и не нашли. С тех пор он стал ещё молчаливее. На нем висела ответственность за сестру, и чтобы не сойти с ума от безысходности, он внушил себе: а вдруг дерево и впрямь помогло?..
Потом он действительно отвёл Линь Чжи к той софоре, и они вместе отвесили дереву земной поклон.
Линь Куо до сих пор помнил тот древний ствол — изогнутый, с грубой, покрытой пылью веков корой. Днем дерево выглядело просто старым, но по ночам от него веяло мертвенным, жутковатым холодом.
— Замечательная история, — улыбающийся старик похлопал в ладоши.
Аплодисменты выдернули Линь Куо из воспоминаний. Подняв глаза, он столкнулся с взглядом черного кота — его алый третий глаз был устремлен прямо на них с сестрой.
— Раз история окончена, перейдём к оценкам, — объявил старик. — Вы одновременно и слушатели, и судьи. Максимальный балл — пять.
Он раздал всем, кроме Линь Чжи, по листу бумаги и ручке:
— Выставляйте оценки.
Игроки погрузились в раздумья. Судя по всему, итоговый балл из правил напрямую зависел от этих оценок. Каждый счел за благо поставить единице минимальный балл.
Собрав листочки, старик подвел итог:
— Что ж, похоже, история первой гостьи не тронула сердца аудитории. Девять человек поставили «ноль». Жаль, по-моему, вышло весьма недурно. Итак, итоговый результат гостьи номер один — 15 баллов.
Линь Куо нахмурился. Он точно поставил сестре 5. Цзян Шэн тоже вывел пятерку. Откуда взялись ещё 5 баллов?
В этот момент Чжан Мэннань виновато улыбнулась ему через комнату.
Линь Куо всё понял. Чжан Мэннань была чертовски хитрой. В этой группе Линь Куо, Линь Чжи и Цзян Шэн держались вместе, и Линь Куо этого не скрывал. Поставив Линь Чжи высший балл, Чжан Мэннань фактически вынудила Линь Куо чувствовать себя обязанным.
Теперь, когда настанет её черед рассказывать, Линь Куо не сможет поставить ей «0». Ей не нужен был максимальный балл от их троицы, но не ноль гарантировал ей преимущество перед остальными. Чтобы выжить самому, никто из чужаков хороших оценок ставить не стал бы.
Старик снова сверился с часами:
— До конца сеанса остался час. Кто будет следующим?
Чжан Мэннань ожидаемо вскинула руку.
— Ждем вашу историю, гостья номер двенадцать, — кивнул хозяин.
Девушка откашлялась:
— Эту историю я прочитала на одном форуме. Женщина жаловалась, что к ним приехала сестра мужа. Эта сестра постоянно требовала, чтобы муж кормил её с ложечки, и тот с радостью соглашался. Раньше муж перед работой всегда целовал жену, а теперь — только сестру в лоб. Но хуже всего то, что по ночам он уходил спать в комнату сестры, иначе та начинала плакать.
Сделав паузу и понимая, что при любом раскладе высшего балла ей не видать, Чжан Мэннань быстро озвучила финал:
— В комментариях все материли дерзкую золовку. Пока один из пользователей не написал: «Срочно обратитесь к психиатру. У вас тяжелая послеродовая депрессия и шизофрения. Девушка, которую вы принимаете за сестру мужа — ваша новорожденная дочь».
Кто-то из игроков поежился.
— Я закончила, — сказала Чжан Мэннань.
Старик понимающе кивнул:
— О, действительно жуть. Что ж, проголосуем за историю гостьи номер двенадцать.
Процедура повторилась. Линь Куо, отдавая долг, поставил «5». Линь Чжи списала у брата, Цзян Шэн последовал их примеру.
Собрав листки, старик объявил:
— Видимо, история оказалась недостаточно страшной. Снова девять «нулей». Итоговый балл двенадцатой гостьи — 15.
Чжан Мэннань облегченно перевела дух и благодарно взглянула на Линь Куо. Но тот уже не смотрел на нее — его взгляд был прикован к коту.
Старик опять посмотрел на часы:
— Осталось двадцать минут. Кто-то еще хочет поделиться? Если нет, следующий шанс выпадет только в среду в десять утра.
Все молчали. Идиотов не было — рассказывать историю под конец означало гарантированно получить одни нули.
Раз желающих не нашлось, старик не стал настаивать. Дождавшись истечения двадцати минут, он объявил понедельничный сеанс закрытым.
Как и было обещано, участников ждал роскошный обед. После трапезы старик исчез и появился только к ужину:
— Ваши комнаты готовы. Они расположены на втором, третьем и четвёртом этажах. На дверях висят номера, размещайтесь согласно своим цифрам. И пожалуйста, старайтесь не ходить друг к другу в гости. Доброй ночи.
С этими словами старик ушел, уводя за собой кота.
Линь Чжи, наевшись от души, подмигнула брату. Линь Куо выглядел хмурым.
— Что такое? — тихо спросила она.
— Сначала поднимемся на второй этаж, — ответил он.
Троица первой покинула столовую. На втором этаже располагались комнаты с 1 по 6. Единица находилась прямо у лестницы. На третьем этаже были комнаты 7–12.
Линь Чжи едва не выругалась:
— Брат, ты что, один на четвёртом этаже?! Ё-моё...
— Брат Линь Куо... — тревожно протянул Цзян Шэн.
Линь Куо и сам переживал, но не за себя, а за них. Он надеялся, что номера идут по кругу, а их раскидало по этажам.
Впрочем, изучив нумерацию, он немного успокоился. Комната №1 на втором этаже и комната №7 на третьем находились у самой лестницы. Значит, его тринадцатый номер на четвёртом этаже расположен прямо над комнатой Линь Чжи.
Линь Куо научил сестру пользоваться мессенджером Вэйсюнь, и они обменялись контактами:
— Если ночью заметите что-то подозрительное — сразу пишите в чат.
— Понял, брат Линь Куо, — кивнул Цзян Шэн.
— А чё групповой чат не создали? — удивленно спросила Линь Чжи.
— Тут есть такая функция? — нахмурился Линь Куо.
— Ну да, вот же!
—... Ладно.
Линь Чжи тут же создала группу на троих.
— Пишите сюда, если что, — резюмировал Линь Куо.
— Есть, мой глупенький братик! — хихикнула Линь Чжи.
Цзян Шэн так дерзить не рисковал:
— Хорошо.
Линь Куо повернулся к лестнице, но перед уходом еще раз предупредил:
— Ходить в гости не запрещали, но без нужды двери никому не открывайте.
— Давай условный стук придумаем, — предложила Линь Чжи. — Если это вы, стучите и делайте «ку-ку-ку». А если я к вам пойду — буду у двери делать «чик-чик-чик».
Цзян Шэн задумался:
— А почему у сестренки Чжичжи другой звук?
— Потому что вы не Линь Чжи! — фыркнула она.
—... А, ну да.
Линь Куо смерил её взглядом:
— Выберемся отсюда — я с тобой потолкую.
— Побереги себя там! — крикнула ему вслед Линь Чжи.
— За собой смотри, — отмахнулся он.
Поднявшись на четвёртый этаж, Линь Куо толкнул дверь своей комнаты. Из-за присутствия сестры и мальчишки на душе было неспокойно. Он мысленно проклял Систему Главного Бога — лучше бы он не встречал Линь Чжи вовсе, чем дрожал теперь за её жизнь.
Ночь вступала в свои права, и все разбрелись по комнатам.
Линь Чжи легла на кровать, уткнулась лицом в подушку и тихо поплакала. Главное — её брат был жив.
От пережитого за последние дни у неё всё сжималось внутри. Когда Линь Куо исчез, она искала его везде, почти не спала. А когда отключилась от усталости, ей приснился кошмар, будто она превратилась в монстра, а дом сгорел вместе с братом.
Но она попала в этот жуткий мир и снова увидела его.
Боясь, что всё это лишь сон, Линь Чжи села на кровати и изо всех сил ущипнула себя за щеку. Больно!
Не сон.
Слава богу.
Она перевела дух. От пролитых слез стало жарко. Подойдя к окну, девушка решила впустить немного свежего воздуха и потянула раму на себя.
Едва створка распахнулась, как в комнату ворвался такой мощный порыв ветра, что Линь Чжи едва не сбило с ног.
Вцепившись в подоконник, чтобы не улететь, она сквозь растрепавшиеся волосы увидела за окном нечто невероятное.
Розовый сад внизу раскололся сотнями трещин. Из разломов прямо на глазах вырвалось исполинское дерево, за считанные секунды вымахнув в высоту на десятки метров!
— Мать твоя на карусели!.. — ахнула Линь Чжи.
Она хватилась за телефон, но в чате уже висело сообщение от брата:
[Линь Куо]: «Не открывай окно!»
[Линь Куо]: «Спрячься!»
[Линь Куо]: «Я иду к тебе!»
Линь Чжи захлопнула раму и, забившись за штору, застучала дрожащими пальцами по экрану:
[Линь Чжи]: «Брат...»
[Линь Чжи]: «Ты тоже это видел...»
[Линь Куо]: «Да»
[Линь Куо]: «Главное — не дай ему себя заметить. Жди меня»
Линь Чжи не посмела признаться, что дерево её уже увидело. Снаружи раздался оглушительный треск — ветви вдребезги разнесли оконное стекло и устремились внутрь комнаты.
Словно юркая рыба, девушка заскочила под кровать и притаилась, боясь даже дышать. Из своего убежища она отчетливо видела вползающие через окно узловатые серо-бурые ветви, покрытые пылью веков.
Линь Чжи узнала это дерево. Это был её названый отец — тысячелетняя софора.