【Трансляция «.»】
Это название трансляции казалось совершенно обыденным и непримечательным. Однако среди пестрящих кликбейтами заголовков оно неизбежно привлекало внимание, заставляя заглянуть на стрим.
【Ох, так и знал, что это Собака-стример! Ой, нет... Шурин!】
【Постойте, а что это за человекообразная цензура рядом с ним?】
【Скрывает личные данные? Если раскроют — умрёт? Что за чушь!】
【Этот цензурный пиксель... неужели «Сладкий ветерок»?】
【У «Сладкого ветерка» вообще-то есть имя, его зовут Шэн Вэнь!】
【А где наша Чжичжи?】
【Однозвёздочный сценарий? Подозреваю, у стримера тут свои корыстные цели...】
【Неужели это тот самый... романтический сценарий?!】
* * *
Линь Куо далеко не сразу пришёл в себя. Шэн Вэнь, которого он всё это время принимал за наивного малого, оказался тем самым Богом S — да ещё и возвышался над ним на полголовы.
Ни капли милоты в нём больше не осталось.
Линь Куо молча развернулся и направился в глубь деревни. Шэн Вэнь бросился за ним. Проклятая Система Главного Бога сильно урезала его показатели выносливости: не успел он пробежать и пару шагов, как из дыхания выбился последний воздух. Превозмогая усталость, он сделал ещё несколько шагов, но так и не догнал спутника. Согнувшись в три погибели и упёршись руками в бёдра, он задрал голову, разглядывая худую, тонкую спину впереди:
— Брат...
Линь Куо замер. Сжав кулак, он задел большим пальцем кольцо на указательном. Металл отзывался прохладой, но Линь Куо почему-то казалось, что на нём всё ещё сохранялось тепло пальцев Шэн Вэня. Слыша за спиной его тяжёлое дыхание, он, не оборачиваясь, сухо бросил:
— Мне нужно прийти в себя.
— Ладно.
Линь Куо сделал ещё несколько шагов, как позади снова раздался оклик:
— Брат, потише, я не успеваю.
Линь Куо поджал губы, ничего не ответил, но продолжил идти уже медленнее.
Позади тихонько ухмыльнулся Шэн Вэнь, заметив, как тот сбавил шаг. Понимая, что Линь Куо действительно нужно время, чтобы переварить правду, он не стал навязчиво лезть под руку и дергаться вровень, а держался на разумном расстоянии.
Так они и добрались до деревни Чжочжай.
Небо уже потемнело, вокруг серпа луны мерцали редкие звёзды. Старуха, которую Линь Куо видел прежде, всё так же сидела у подножия холма. Заметив его, она спросила:
— Молодой человек, нашёл того, кого искал?
Линь Куо посчитал этот вопрос неуместным, поэтому не стал развивать тему. Зная, что старуха владеет зацепками к сценарию «Состязание ядов», он спросил прямо:
— Мне нужен гу.
Старуха смерила его взглядом, попутно зацепив неторопливо подходившего Шэн Вэня:
— Вы оба, чужаки, явились за ядовитыми червями?
Линь Куо не хотел принимать решения за Шэн Вэня, а тот сам шагнул вперёд, загораживая Линь Куо от старухи:
— Да.
— Тогда идите в деревню к Бабушке Чэнь. Вот только она ложится рано и терпеть не может, когда её будят — сразу свирепеет. Можете сначала наведаться к старосте, он с радостью устроит вас на ночлег.
— Спасибо, — Шэн Вэнь уже собрался идти в деревню, но Линь Куо быстро схватил его за край одежды.
Дождавшись, пока Шэн Вэнь остановится и обернётся, Линь Куо отвёл взгляд и пробормотал:
— Тут что-то не так.
Спустя мгновение тишины Линь Куо поднял голову и увидал, что Шэн Вэнь с улыбкой разглядывает его руку. Линь Куо вцепился в его футболку правой рукой — той самой, на которую тот только что надел кольцо.
Линь Куо...
Отдёрнув руку, словно от удара током, он неловко пояснил:
— Она слишком настойчиво зазывает нас внутрь. Тут явно кроется подвох.
Шэн Вэнь серьёзно кивнул:
— Логично. И что делать, брат?
Линь Куо изумлённо вскинул брови:
— Ты...
«Разве ты не говорил, что сценарии Нижнего города для тебя — детская забава? И ещё спрашиваешь у меня, что делать?!»
Шэн Вэнь, будто прочитав его мысли, пояснил:
— Я всегда слушаюсь своего парня.
Линь Куо опешил:
— Всегда? Каждого слушаешься?
— Вовсе нет, — усмехнулся Шэн Вэнь. — Ты у меня первый.
Линь Куо попёрхнулся:
— За мной.
— Иду.
Заметив, что чужаки не спешат идти в деревню, старуха разозлилась. Разразившись руганью, она с досады перешла на местное наречие мяо.
Линь Куо увёл Шэн Вэня в обход деревни и вывел к её задней стороне. Пока он ждал спутника, успел подробно изучить Чжочжай, и теперь всё устройство деревни отпечаталось у него в памяти.
— Зайдём отсюда.
Линь Куо указал на земляной уступ. На склоне горы выступал валун: используя его как трамплин, они могли без труда перемахнуть через ограду.
Чжочжай являлась ключевой локацией сценария, так что миновать её не получилось бы. Но поскольку старуха буквально всем видом излучала недобрые намерения, Линь Куо и привёл Шэн Вэня сюда.
Они перебрались через стену. Внутри деревня выглядела совсем не так, как снаружи. С вершины горы отчётливо просматривались ярусные деревянные дома на сваях — дяоцзяолоу, однако внутри обзор перекрывал плотный чёрный туман, пропитанный кровавой гарью.
Линь Куо спрыгнул первым и остался ждать Шэн Вэня. Сквозь тёмную пелену разглядеть лицо спутника было невозможно — угадывался лишь смутный силуэт. К счастью, мгла не глушила звуки. Линь Куо услышал глухой стук посадки и понял: Шэн Вэнь растянулся на земле.
Пальцы Линь Куо дёрнулись. Поколебавшись, он всё же протянул руку.
Однако Шэн Вэнь его порыва не заметил. Сидя на корточках, он произнёс:
— Брат, тут следы.
Линь Куо убрал руку и уставился в землю.
Вместо мощёной дороги под ногами была рыхлая жёлтая глина. Падая, Шэн Вэнь поднял тучу пыли, но сколько Линь Куо ни вглядывался, никаких следов разглядеть не смог.
— Где? — спросил он и сдался.
— Сделай два шага вперёд, присядь и протяни руку, — подсказал Шэн Вэнь.
Линь Куо без лишних вопросов сделал два шага и опустился на корточки. В тот же миг он ощутил дыхание Шэн Вэня — они оказались совсем близко. Чуть откинувшись назад, Линь Куо нащупал что-то рукой.
И попал прямо по ладони Шэн Вэня.
— Руки у тебя холодные, — заметил тот.
Линь Куо...
Он попытался отдёрнуть руку, но Шэн Вэнь мягко перехватил её. Линь Куо дёрнулся пару раз.
— Не дергайся, брат.
Шэн Вэнь осторожно сжал его пальцы и опустил их на землю:
— Почувствовал?
Правая ладонь ощутила тепло кожи Шэн Вэня, а под пальцами — многочисленные отпечатки на сухой земле. Разного размера, но похожие по форме. Присмотревшись к рельефу, Линь Куо понял, что они напоминают следы кошачьих лап.
Шэн Вэнь тихо произнёс:
— Передние и задние следы перекрывают друг друга — зверь передвигался прыжками. Пять пальцев широко расставлены... Это хорёк.
Он продолжил:
— Слепая старуха у ворот пугала нас, что горные хорьки утащат любого, кто не войдёт в деревню. Так что отпечатки точно их. К тому же постройки мяо обычно встраивают в горные склоны, и такие огромные валуны при строительстве всегда выкапывают. Но этот оставили — словно специально, чтобы облегчить прыжок через стену. Выходит, камень предназначался для хорьков. Но тут есть две странности. Во-первых, под ногами не мягкий дёрн, а утрамбованная глина. Хорьки по природе хитры и осторожны, они бы не стали оставлять столько следов на твёрдой почве. Во-вторых, отпечатки слишком глубокие. Хорёк — не слон. Что думаешь, брат?
Линь Куо молчал.
— Брат?
Линь Куо лёгенько кашлянул. Он просто заслушался. Голос Шэн Вэня — если тот не пытался петь — звучал очень приятно. К тому же... пройдя три сценария, Линь Куо впервые слышал, чтобы кто-то разжёвывал ему найденные улики.
— Не по себе? — с заботой спросил Шэн Вэнь. — Пыли наглотался?
— Нет, — сухо ответил Линь Куо. Выбросив из головы посторонние мысли, он спросил: — Ты понимаешь язык мяо?
Он не помнил, чтобы бабка говорила что-то про хорьков, если только это не содержалось в той тарабарщине, что она выкрикивала.
— Помню несколько ключевых слов, — ответил Шэн Вэнь.
Сколько сценариев, связанных с землями Мяоцзян, он прошёл — и не сосчитать. Поэтому местную речь понимал в общих чертах. И хотя Система Главного Бога урезала его интеллект на восемьдесят процентов, кое-какие обрывки в памяти сохранились.
Не желая, чтобы Линь Куо чувствовал себя виноватым, Шэн Вэнь не стал упоминать об искусственном ослаблении. Усмехнувшись, он спросил:
— Что затих? Неужели...
Линь Куо мгновенно зажал ему рот ладонью:
— Кто-то идёт.
Сквозь непроглядную тьму тумана донеслись шуршащие шаги. По характеру звука Линь Куо понял: приближается человек. И действительно, в двух-трёх метрах от них раздался взволнованный голос:
— Кто здесь?!
Линь Куо и Шэн Вэнь не издали ни звука.
Незнакомец, судя по звуку, судорожно искал хоть какое-то оружие для самообороны, а затем медленно сделал шаг в их сторону. Внезапно свистнул рассекаемый воздух, и на них обрушился яростный удар:
— Выбью из вас дух, проклятые твари!
Шэн Вэнь среагировал мгновенно: сгрёб Линь Куо в охапку и прикрыл собой. Тяжёлая палка с глухим треском врезалась ему прямо в спину.
— Сука... — сдавленно выругался он и тут же взглянул на Линь Куо: — Больно-то как.
Линь Куо лишь издал невнятный звук.
Услышав их перешёптывание, нападавший опешил:
— Вы... люди?
— А кто ещё? Хорьки, по-твоему? — огрызнулся Шэн Вэнь.
Тот судорожно сглотнул:
— Точно люди?
Шэн Вэнь едва сдержался:
— А хорьки у вас уже разговаривают? Парнишка, тебе сколько лет? Ты вообще в школу ходил? Какие таблетки принимаешь?
Отчитав незнакомца, Шэн Вэнь повернулся к Линь Куо:
— Ты в порядке?
Линь Куо качнул головой и, помедлив, спросил:
— А ты?
— Живой. Подумаешь, почти зашибли.
Сердце Линь Куо сжалось. Он слышал свист палки: попади она Шэн Вэню по голове — и всё, конец.
— Куда пришёлся удар?
— В плечо. Кажется, лопатка треснула.
— Дай осмотрю.
Линь Куо потянулся к его плечу, но Шэн Вэнь перехватил его руку:
— Потом. Сначала разберёмся с этим типом, а дальше осматривай сколько душе угодно.
Линь Куо...
Нападавший...
Опешив от такой беспардонности, незнакомец лишь спустя пару секунд выдавил:
— Вы участники сценария? Я не со зла... Здешние хорьки... и правда умеют говорить.
Линь Куо нахмурился. Шэн Вэнь, похоже, тоже не ожидал такого поворота. Не успели они расспросить подробнее, как мужчина добавил:
— Идите за мной. Ночью в этой деревне смертельно опасно.
Линь Куо колебался, стоит ли верить незнакомцу: тот сходу всыпал Шэн Вэню, оставив крайне паршивое первое впечатление.
Шэн Вэнь не торопил его с решением, готовый принять любой выбор Линь Куо.
В конце концов Линь Куо кивнул:
— Ладно, посмотрим.
Судя по правилам «Состязания ядов», прямой конкуренции между игроками не предвиделось, что снижало уровень угрозы. Даже если у этого типа недобрые намерения, их двое — они не окажутся в проигрышном положении.
Они поплелись за незнакомцем по путаным переулкам и вскоре оказались у деревянного дома на сваях. Мужчина вошёл первым и зажёг масляную лампу, а затем высунулся из двери:
— Заходите.
Рост Линь Куо составлял метр восемьдесят два, а Шэн Вэнь возвышался над ним ещё на полголовы. Стоило им шагнуть через порог, как навалилось ощущение тесноты: казалось, стоит чуть зазеваться — и собьёшь головой низкий потолок.
Хозяин поднял лампу, разглядывая гостей:
— Только что прибыли в сценарий?
— Угу, — буркнул Линь Куо, при тусклом свете разглядывая плечо Шэн Вэня. На чёрной ткани футболки явственно проступал след от пыльной палки.
Шэн Вэнь перехватил его взгляд:
— Пока терпимо, — а затем перевёл давящий взгляд на хозяина дома: — Что там за история с хорьками?
При этих словах мужчина изменился в лице и задрожал:
— Вы ведь помните название сценария?
— «Состязание ядов», — ответил Линь Куо. Он пока не улавливал связи между хорьками и ядовитыми червями.
— Хорьки крадут гу! — испуганно выдохнул тот.
Линь Куо нахмурился.
Мужчина всплеснул руками:
— Не понимаете? — Занудствуя, он попытался объяснить доходчивее: — В этой деревне каждый умеет выращивать ядовитых гадов. А хорьки ужас как любят их воровать. Чем больше ядовитых червей сожрёт хорёк, тем больше в нём накапливается нечистой силы. А когда скверна переходит черту, он меняет жизнь.
Не давая им вставить слова, мужчина продолжил:
— Ну, то есть не просто меняет жизнь. Эта тварь вообще жуть какая нечистая. Не знаю, слыхали ли вы, но в глухих деревнях их кличут Великими Бессмертными Хуан. Хитрые — спасу нет! А здешние хорьки ещё и людей убивают. Обычно сбиваются в стаи по три-четыре штуки, заходят сзади, перегрызают человеку шею, а потом вспарывают спину. Пролезают внутрь, выедают все внутренности дочиста, а потом натягивают человеческую кожу на себя и разгуливают в ней, подражая людям.
Линь Куо хотел задать вопрос, но заметил, что Шэн Вэнь побледнел и выглядит напуганным.
Заметив реакцию Шэн Вэня, хозяин дома добавил:
— Настоящий кошмар. А главное — они разгуливают в человеческом обличье, и никто не может их распознать.
Линь Куо тихо позвал:
— Шэн Вэнь.
Тот слегка оттаял и выдавил подобие улыбки:
— Всё в порядке. Продолжайте.
Снаружи он улыбался, а про себя клял Систему Главного Бога последними словами: урезанная ментальная защита заставляла его испытывать подсознательный страх перед всей этой чертовщиной.
Линь Куо взглянул на него и перевёл взгляд на хозяина:
— И зачем хорькам человеческая кожа? — В голове у него уже сложилась догадка, и он озвучил её: — Ты сказал, что они любят сожрать гу. Но в человеческом теле хорёк теряет свою юркость. Значит, они натягивают кожу... чтобы самим научиться разводить гу?
Лицо Шэн Вэня стало ещё мрачнее.
Мужчина не ожидал, что Линь Куо раскроет замысел монстров по паре фраз, и изумлённо кивнул.
— Чем питаются гу? — спросил Линь Куо.
Хозяин помедлил:
— Смотря как выращивать. Они жрут всё подряд: дашь капустный лист — сожрут и его. Вот только на капусте вырастет никчёмный слизень, которого на Арене боёв гу тут же сожрут другие твари.
Линь Куо всё понял. Теперь стало ясно, почему сценарий относится к категории симуляторов выращивания. Участники должны вырастить собственного ядовитого гада и выставить его на состязание. Победитель завершает сценарий. А о наказании для проигравших Линь Куо предпочитал даже не думать.
Мужчина вздохнул:
— Смотрю, вы с пустыми руками. Стало быть, к Бабушке Чэнь ещё не ходили?
Линь Куо кивнул.
— Она уже спит. Пойдёте к ней завтра утром за зачатками гу. А пока можете переночевать у меня. Завтра староста подберёт вам жильё.
— Спасибо, — произнёс Линь Куо. — Как тебя зовут?
— Фан Лэй.
— Линь Куо, — помедлив, он указал на спутника: — Это Шэн Вэнь.
Фан Лэй кивнул:
— Понятно. Идите отдыхать. — Посмотрев на Шэн Вэня, он неловко добавил: — Извини, красавчик. Я решил, что это хорьки...
Шэн Вэнь лишь фыркнул, всем видом показывая: «Извинения не принимаются».
Фан Лэй поднялся и отпер две пустующие комнаты:
— Как раз есть две свободные горницы, выбирайте.
— Хорошо.
— Ну, я спать.
— Угу.
Фан Лэй ушёл к себе, оставив Линь Куо и Шэн Вэня переглядываться. Линь Куо неловко спросил:
— Твоё плечо...
— Вот теперь совсем прижало, — протянул Шэн Вэнь.
— И что делать?
— Ночуем вместе.
—... Ладно.
Линь Куо выбрал крайнюю левую комнату. Шэн Вэнь, не дожидаясь приглашения, юркнул внутрь первым.
Дождавшись, пока тот войдёт, Линь Куо со сложным чувством взглянул на дверь Фан Лэя и только потом прикрыл свою. Повернувшись, он обнаружил, что Шэн Вэнь уже снимает футболку.
—... Ты что делаешь?
— Ты ведь хотел осмотреть рану?
— Не обязательно же совсем раздеваться... — Линь Куо подошёл ближе.
Шэн Вэнь лишь оттянул воротник, обнажая плечо с видом кроткой женушки. Линь Куо глянул и застыл: ожёг от удара Фан Лэя выглядел хреново — на коже уже расплылся наливающийся синевой кровоподтёк.
Линь Куо нахмурился:
— Больно?
— Ужасно.
— Пойду найду что-нибудь приложить.
— Не надо. Подуй — и всё пройдёт.
Линь Куо с трудом сдержался:
— Что за глупости?
— Я серьёзно, не вру.
Слово «вру» укололо Линь Куо в самое сердце. Он замер, не шевелясь. Шэн Вэнь притянул его к себе и, предчувствуя сопротивление, заранее обнял за талию:
— А ты худее, чем я думал.
Линь Куо не привык к таким объятиям. Он уже собрался оттолкнуть Шэн Вэня, но взгляд снова упал на синяк. Линь Куо застыл и спустя паузу выдавил:
— И правда станет легче, если подуть?
— А ты попробуй.
Линь Куо слегка наклонился. Но стоило ему приблизиться к плечу, как над самым ухом раздался едва слышный шёпот Шэн Вэня:
— У Фан Лэя рыльце в пуху.
Линь Куо тихо отозвался:
— Угу.
Он и сам заметить успел: странностей за Фан Лэем водилось хоть отбавляй. Например, уверял, будто ночью в деревне смертельно опасно, а сам шарахался впотьмах далеко от дома. Или эта жуткая история про хорьков в человечьей коже — рассказывать её в таких красках мог лишь тот, кто знал всё до мельчайших подробностей. А если так, почему он не боялся, что Линь Куо и Шэн Вэнь — те самые хорьки? Ну и наконец, сам дом. Пока Линь Куо ждал Шэн Вэня, он насчитал от силы тридцать таких строений. В сценариях Нижнего города поток участников не ограничен, и староста физически не смог бы выделить каждому игроку по отдельной комнате.
Именно поэтому, даже если бы Шэн Вэнь не напросился к нему, Линь Куо сам предложил бы ночевать вместе.
Шэн Вэнь тихо спросил:
— Брат, тебе страшно?
Линь Куо парировал:
— А тебе?
Шэн Вэнь вздохнул:
— Ещё как. Но когда парень рядом, намного легче. Так что давай переночуем в одной кровати, а?
Линь Куо показалось, будто Шэн Вэнь только и ждал этого вопроса.
Он прямо спросил:
— А ты не боишься, что я с тобой что-нибудь сделаю?
Шэн Вэнь вскинул бровь:
— И что же ты со мной сделаешь?
— Много чего, — попытался припугнуть его Линь Куо.
— Всякие непотребства?
Линь Куо запнулся:
—... Боишься?
Шэн Вэнь сделал вид, будто задумался:
— Есть немного.
— Я лягу на полу.
С этими словами Линь Куо мягко высвободился из объятий и отпер косолапый шкаф. Внутри, как он и надеялся, обнаружилось запасное одеяло.
Но стоило его пальцам коснуться ткани, как он замер. Одеяло казалось не мягким, а плотным и коробящимся, будто пропитанным засохшей слизью. Линь Куо отдёрнул руку — на ткани виднелись тёмные пятна.
Помявшись, он обернулся к Шэн Вэню:
— Закрой глаза.
Тот, догадавшись, что Линь Куо что-то нащупал, послушно прикрыл глаза, но стоило Линь Куо отвернуться, как слегка приоткрыл один глаз.
Убедившись, что спутник ничего не видит, Линь Куо въелся взглядом в одеяло. Из-за жёсткой ткани оно едва заметно колыхалось. Затаив дыхание, Линь Куо рванул его из шкафа.
Раздался пронзительный стрекот, похожий на ультразвук. Одеяло шлёпнулось на пол, вывалив кучу грязно-жёлтых копошащихся тушек. Линь Куо отпрыгнул назад и скривился от отвращения.
В одеяле гнездилась тьма-тьмущая хорьковых детёнышей. Они облепили со всех сторон чёрного ядовитого червя размером с кулак: те, что постарше и с зубами, грызли его плоть, а слепые малыши жадно вылизывали сочащуюся кровь.
Червь был размером с кулак, но кровь из него лилась нескончаемым потоком. Стоило ему извиться, как на него набрасывалось ещё больше детёнышей. Но и сам червь огрызался: любой хорёк, попавший в его жвала, сдыхал, не успев даже пискнуть.
В этот момент в дверь постучали.
Из коридора раздался голос Фан Лэя:
— Линь Куо, Шэн Вэнь? Что у вас там?
— Всё в порядке, — отозвался Линь Куо.
— Дурачимся! — громко добавил Шэн Вэнь. — Что, присоединиться хочешь?
Фан Лэй за дверью замялся:
—... Дом стоит у самого склона. Если страшно, можете перейти в другую комнату.
— Всё нормально, спасибо, — ответил Линь Куо.
За дверью всё затихло. Линь Куо молча уставился на клубок хорьчат, за обе щёки уплетавших червя. В комнате воцарилась зловещая тишина.
Линь Куо уже собрался вышвырнуть всё это кубло вон, когда из коридора снова донёсся голос Фан Лэя:
— Ну, я тогда пойду спать.
Линь Куо с мрачным лицом ответил:
— Угу.
Повернувшись к Шэн Вэню, он одними губами показал: «Он подслушивает».
Шэн Вэнь кивнул и громко произнёс:
— Зайка, пора спать.
—... Иду.
Линь Куо перешагнул через копошащуюся массу и сел на край кровати. Шэн Вэнь встряхнул собственное одеяло и бросил его на пол. Затем он показал Линь Куо испачканные в крови пальцы, но вслух произнёс:
— Спокойной ночи, зайка.
—... Спокойной ночи.
Едва прозвучал ответ, за дверью раздались едва слышные шаги. Вскоре они затихли — Фан Лэй ушёл.
Линь Куо шепнул:
— У меня есть одна догадка.
Шэн Вэнь вытер измазанные пальцы о стену:
— Какая досада, у меня тоже. Говори первый, проверим, совпали ли мысли.
Линь Куо окинул взглядом гада на полу и кровавый след на стене:
— Фан Лэй либо скормливает хорьков червю, либо разводит хорьчат на ядовитой плоти.
Обе догадки вели к паршивым выводам. Хорьки мстительны: если Фан Лэй кормит червя их детёнышами, значит, он законченный психопат, который без колебаний пустит на корм Линь Куо и Шэн Вэня. Если же он кормит хорьчат ядовитым гадом — значит, сам является монстром в человеческой коже из собственной сказки. В таком случае Линь Куо и Шэн Вэнь для него лишь наживка: сначала отдаст их на съедение червю, а потом скормит разжиревшую тварь молодняку.
Как ни крути, расклад выходил дрянной.
Шэн Вэнь выслушал его и спросил:
— И что думаешь делать, брат? Пойдём проверять?
Линь Куо казалось, что бабка у ворот деревни скроена из того же теста. То ли прошлые сценарии приучили его к подвохам, то ли всё складывалось слишком гладко для первой же ночи, но легко дающиеся зацепки всегда вызывали у него подозрение. Это как с назойливыми ухажёрами из сети: на словах напрашиваются «просто попить чайку», а на деле раскатывают губу на нечто большее.
— Подробностей маловато, — подытожил Линь Куо. — Подождём до завтра.
Шэн Вэнь кивнул. Он следил за Линь Куо во всех прошлых сценариях и прекрасно знал, насколько тот осторожен. Поэтому мысль просто прибить Фан Лэя и прибрать к рукам его ядовитого червя пришлось отложить.
— Мой парень всегда прав, — с улыбкой сказал Шэн Вэнь, а затем заметил, что Линь Куо пристально разглядывает его. — Что такое?
Линь Куо неловко спросил:
— Ты думал о том же?
— Само собой, — расплылся в улыбке Шэн Вэнь.
Линь Куо мысленно перевёл дух.
Шэн Вэнь подметил эту секундную слабость. Не раскрывая карт, он слез с кровати, подхватил измазанное слизью одеяло вместе с кублом хорьчат и червём и без тени сомнения вышвырнул всё это добро в окно.
Потом повернулся:
— Брат, я пойду руки помою.
Линь Куо окликнул его:
— Я с тобой.
Шэн Вэнь просиял:
— Вот это по-нашему!
Они вышли из комнаты, одновременно бросив взгляд на дверь Фан Лэя. Убедившись, что там тихо, отправились на поиски умывальника.
Шэн Вэнь пустил воду и стал смывать грязь. Линь Куо стоял рядом. Причина, по которой он пошёл следом, была проста: он заметил, что Шэн Вэнь на самом деле боится. Когда тот выбрасывал хорьчат, у него аж брови от отвращения сходились на переносице.
Вода журчала в раковине.
Линь Куо погрузился в мысли. Шэн Вэнь хоть и являлся тем самым Богом S, едва ли стал бы от нечего делать лезть в однозвёздочный сценарий ради банальной подначки. Линь Куо косо взглянул на спутника: тот безбожно скрёб ладони, искренне раздражаясь от въевшейся крови.
Линь Куо указал на подставку:
— Там лежит мыльный корень. Раздави его, и можно мыть.
Раздражение Шэн Вэня тут же испарилось:
— А у меня парень — просто кладезь ума!
Он цапнул мыльный корень и пару раз стукнул по нему кулаком. Корень остался целёхонек, зато Шэн Вэнь затряс рукой — видать, отбил пальцы.
Побывав ещё пару раз без малейшего успеха, он беспомощно протянул корень Линь Куо:
— На.
Линь Куо принял его и без лишних усилий несколько раз сжал кулак. Вскоре корень пустил волокнистый сок. Линь Куо вернул его Шэн Вэню:
— Потри в тёплой воде, пойдёт пена.
Шэн Вэнь расплылся в довольной улыбке. Забирая сок, он нарочно задел пальцами руку Линь Куо. Тот дёрнулся было отстраниться, но побоялся выронить обмылок и позволил ему воспользоваться моментом.
Ладонь Шэн Вэня отдавала приятным теплом. Линь Куо поджал губы, чувствуя это тепло, и отступил на шаг. «У меня за душой ни гроша, да ещё и торчу ему кучу баллов. Даже если он решит надо мной посмеяться, я ничего не теряю».
Отдав мыльный сок, Линь Куо смотрел, как Шэн Вэнь пускает тёплую воду и растирает пену. «Силёнки у него аховые — даже мыльный корень раздавить не может. Ещё неизвестно, кто из нас останется в убытке».
«Если... если он и вправду решил со мной поиграть, — злопамятно подумал Линь Куо, — то я ему не какой-нибудь святой. Раз уж сам напросился — покажу ему, где раки зимуют».
Шэн Вэнь и понятия не имел, какие бури бушуют в голове стоящего рядом Линь Куо. Отмыв руки, он почувствовал травяной аромат. Кровь сошла, и он снова повеселел:
— Парень, о чём задумался?
Линь Куо молчал.
Шэн Вэнь слегка щёлкнул его по носу:
— Руки чистые, пошли спать.
Вернувшись в комнату, Шэн Вэнь проверил простыни. Убедившись, что следов крови нет, он улёгся прямо в одежде и похлопал по пустому месту рядом.
Помещение всё ещё провоняло кровью, так что от мысли лечь на полу пришлось отказаться. Линь Куо взглянул на Шэн Вэня и сухо бросил:
— Ляг к стене.
— Хочешь меня защитить?
— Живее.
Линь Куо дождался, пока Шэн Вэнь отползёт к стене, и прилёг рядом. Почувствовав движение сбоку, он тут же сел и провёл пальцем невидимую черту на матрасе:
— Переступишь — пожалеешь.
Шэн Вэнь вскинул бровь:
— И как именно я пожалею?
— А ты попробуй.
Шэн Вэнь едва сдержал смешок:
— Я просто спросил, брат, не рычи на меня.
Линь Куо не стал отвечать, прилёг и закрыл глаза. Шэн Вэнь, видя это, затих. Для Линь Куо это был четвёртый сценарий подряд, и пусть тот считался однозвёздочным, Шэн Вэнь хотел, чтобы тот выспался.
— Спокойной ночи, — тихо шепнул он.
Линь Куо не ответил, но присутствие Шэн Вэня рядом дарило странное ощущение безопасности. Расслабившись, он погрузился в сон.
* * *
На следующее утро Линь Куо открыл глаза и обнаружил, что с ног до головы зажат в объятиях Шэн Вэня.
Тот ещё спал. Боясь разбудить его, Линь Куо замёр и уставился в потолок. Спустя пару минут над самым ухом раздался смешок:
— Брат, а если б я не проснулся, ты так и лежал бы?
Линь Куо...
«Вот же выскочка!»
— Не сердись, — Шэн Вэнь уткнулся носом в его спину. — С добрым утром, парень.
Линь Куо подавил нахлынувшие чувства и холодно произнёс:
— Ты переступил черту.
Шэн Вэнь не только не разжал рук, но ещё и с вызовом ответил:
— Ну и что? Теперь покажешь мне, где раки зимуют? Давай, я готов.
Линь Куо мгновенно вывернулся и прижал Шэн Вэня к кровати. Тот дёрнулся и наигранно завопил:
— Чёрт! Брат, ты что, бить меня собрался?!
Линь Куо вовсе не собирался его колотить — он лишь хотел встряхнуть за грудки, чтобы тот перестал дразнить его. Но заметив синяк на плече, Линь Куо мгновенно остыл. На него нахлынуло запоздалое чувство вины: он совсем забыл, что беспомощно прижатый к кровати Шэн Вэнь вообще-то ранен.
Заметив, что Линь Куо ослабил хватку, Шэн Вэнь решил, что перегнул палку и всерьёз разозлил его. Он тут же скорчил жалобную мину:
— Ночью сквозило, я боялся, что ты замёрзнешь... Вот и пришлось нарушить границу.
Стыд охватил Линь Куо с новой силой. Он терпеть не мог, когда перед ним разыгрывали жертву, и теперь совсем растерялся.
Шэн Вэнь, прочитав всё по его лицу, добавил:
— Брат, только не дави так сильно... Я больше никогда не переступлю черту.
Линь Куо...
Резко отпустив Шэн Вэня, Линь Куо вскочил с кровати, выскочил из комнаты и хлопнул дверью.
«Ошибочка вышла. Какой он, к чёрту, наивный малый! Ни капли милоты!»
В коридоре он чуть не столкнулся с Фан Лэем, который готовил завтрак. Услышав шум, тот повернулся:
— Рано встал? Я тут завтрак варганю, будете с Шэн Вэнем?
Линь Куо окинул его взглядом. Кухня находилась прямо напротив двери, и Фан Лэй не успел толком повернуться, из-за чего Линь Куо разглядел его шею. Из-под ворота на коже вилась извилистая багровая линия, уходящая вдоль позвоночника.
Это зрелище подтвердило вторую ночную догадку Линь Куо.
Фан Лэй был всего лишь пустой человеческой шкурой, набитой хорьками.
Линь Куо ответил:
— У нас нет привычки завтракать.
— А-а, — протянул Фан Лэй. — Ну ладно. Шэн Вэнь поднялся? Можете прогуляться по деревне, а заодно проверить, проснулась ли Бабушка Чэнь.
— Хорошо.
Линь Куо вернулся в комнату, чтобы позвать Шэн Вэня.
Тот что-то увлечённо тыкал в телефоне, но, видя Линь Куо, тут же спрятал гаджет:
— Что такое, брат?
— Пошли пройдёмся.
— Иду.
Они умылись и вышли на улицу.
Первым делом направились к главным воротам Чжочжай. Слепая старуха всё так же сидела у входа. Линь Куо хотел расспросить её, но застыл на полушаге.
Шэн Вэнь подошёл ближе:
— Что такое?
Линь Куо помедлил:
— Не пройти.
Ворота виделись отчётливо, но путь перекрывал невидимый барьер. Опасения подтвердились: слепая бабка не просто так зазывала их внутрь. Без ядовитого гада, способного победить в состязании, отсюда не вырваться.
— Ищем Бабушку Чэнь или старосту? — спросил Шэн Вэнь.
И бабка у ворот, и фальшивый Фан Лэй твердили про Бабушку Чэнь и старосту. Очевидно, оба этих персонажа были не чисты на руку. Но не найдя их, чужаки не получат ядовитого червя и навсегда останутся заперты в Чжочжай.
Линь Куо подумал и ответил:
— Пойдём тайком.
Шэн Вэнь улыбнулся:
— Надо же, я думал точно так же.
Вот только они понятия не имели, в каком из домов живёт Бабушка Чэнь. Хотели расспросить кого-то из местных, но то ли жителей в Чжочжай водилось немного, то ли они встали слишком рано — за два круга по деревне им не попалось ни души.
Шэн Вэнь утомился и присел на камень:
— Отдохнём немного.
Линь Куо посмотрел на него и сдавленно спросил:
— Пить хочешь?
— Совсем чуть-чуть.
— Сиди здесь, я найду воды.
Шэн Вэнь просиял:
— Какой же у меня заботливый парень!
Линь Куо развернулся, а Шэн Вэнь крикнул вослед:
— Осторожнее там! Далеко не ходи, не найдёшь — и бог с ним.
— Угу.
Проследив за его спиной, Шэн Вэнь вытащил телефон и набрал Гуань Мяо:
[Шэн Вэнь]: 5000 баллов. Сам знаешь.
[Гуань Мяо]: Уже бегу.
[Гуань Мяо]: Какое название трансляции?
[Шэн Вэнь]: Не знаю, поищи.
Спустя минуту Гуань Мяо нашёл нужную трансляцию.
[Гуань Мяо]: У него уже есть модератор.
[Шэн Вэнь]: Мне тебя ещё учить приходится?
[Гуань Мяо]: Понял-принял.
[Шэн Вэнь]: Если скрыть трансляцию, я смогу сказать ему, что я S?
[Гуань Мяо]: Надо уточнить.
[Шэн Вэнь]: Быстрее.
Пока Гуань Мяо выяснял детали, вернулся Линь Куо. Боясь оставлять «немощного» Шэн Вэня одного, он не стал уходить далеко и вернулся с пустыми руками:
— Извини, ничего не нашёл.
Шэн Вэнь усмехнулся:
— Пустяки! Сыт любовью — и пить не хочется.
Не успел Линь Куо ответить, как Шэн Вэнь снова уткнулся в экран. Пришёл ответ от Гуань Мяо: даже если заблокировать эфир, зрители просто потеряют картинку, но сам Шэн Вэнь всё равно не сможет раскрыть свою личность без последствий.
Получив ответ, Шэн Вэнь вздохнул и поднял глаза на Линь Куо:
— Я сменил тебе временного модератора.
Линь Куо тут же получил системное уведомление о смене модератора, но так и не понял, зачем Шэн Вэнь это сделал.
Шэн Вэнь быстро свайпнул экран и отложил телефон. Взглянув на Линь Куо, он произнёс с абсолютной серьёзностью:
— Линь Куо, я не хотел тебя обманывать. Я создал твинк только потому, что ты заблокировал мне личные сообщения. Ты только-только попал в Осаждённый город, и если бы кто-то узнал, что я твой модератор, у тебя возникли бы большие проблемы. Я просто хотел дать тебе подсказку. Я и сам не ожидал, что ты меня так сильно заинтересуешь... а потом эта симпатия переросла в любовь.
Он сделал паузу и продолжил:
— Я — житель Района S Верхнего города, высшего уровня в игре. Во всём Районе S я живу совершенно один. Мой ник S — это и моё имя, и обозначение моего района.
— Я говорю это не ради того, чтобы оправдаться за прежнюю ложь. Я хочу всё исправить и пообещать: отныне я никогда больше не скажу тебе ни слова лжи.
Шэн Вэнь перевёл дыхание и посмотрел ему прямо в глаза:
— Линь Куо... ты согласен принять S?