Лоу Ду только шагнул вперед, намереваясь помочь, как Цзян Аньсюэ, перенеся вес на левую ногу, резко развернулся боком к твари. Выждав долю секунды, пока мертвец не подошел вплотную, он с яростной силой закрутил корпус и выбросил правую ногу в безупречном боковом ударе точно в голову чудовища.
Удар вышел сокрушительным: голова зомби сорвалась с плеч, со свистом отлетела к стене и оставила на побелке смачный кровавый след.
Лоу Ду замер на месте, невольно поразившись увиденному.
У Цзян Аньсюэ было холеное, бледное лицо с яркими губами и нежной кожей. Высокий, но изящный, он производил впечатление утонченного книжника, привыкшего решать споры исключительно словами, или вовсе избалованного альфонса. Кто бы мог подумать, что этот парень так дерется! Сойдись они в рукопашной, даже Лоу Ду не поручился бы за легкую победу.
Схватив со стола системный блок, Лоу Ду с размаху обрушил его на очередного прыгнувшего мертвеца:
— А ты, оказывается, мастер скрывать таланты.
Обстановка для перепалок не располагала, но Цзян Аньсюэ рассудил иначе: если не съязвить сейчас, потом шанса может и не представиться.
— Благодарю за оценку. В нашем «Сяньчжоу» мальчики высшей пробы: и умом, и кулаками блеснем, хоть сверху, хоть снизу.
В груди Лоу Ду что-то екнуло.
«Бесстыжий наглец!»
Снова затрещал под ударами компьютерный корпус. Сердце Нань Кэ ушло в пятки; безоружный, он лишь жался к дальней стене, стараясь не попасться под удар.
Среди напирающей нечисти мелькали лица погибших девушек и Сунь Чжоу. А у Бай Цзин, которой Цзян Аньсюэ только что снес череп, из шеи уже пробивалась новая голова — будто тварь включила читы на бессмертие.
«Это нечестно!» — мысленно возмутился Цзян Аньсюэ.
Загнанный в угол Нань Кэ тоже взорвался отчаянной яростью. Сдернув с ног плюшевые тапочки в виде медвежат, он принялся яростно молотить ими лезущих зомби:
— Думали, раз задрот, так можно безнаказанно жрать?! А вот хрен вам!
В класс набивалось все больше ходячих трупов. Противников было четверо, и сколько бы мастерства ни проявляли Цзян Аньсюэ с Лоу Ду, их сопротивление напоминало попытку разбить яйцом камень. Численное превосходство врага и бесконечные возрождения делали бой заведомо проигрышным.
Что делать? Неужели здесь они и полягут?
Кто-то из мертвецов впился зубами в плечо Цзян Аньсюэ. Острая боль от разрываемой плоти мгновенно отрезвила его среди боевого угара. Он метнул взгляд в сторону Лоу Ду и опешил.
«Вот же зверь...»
Сам Лоу Ду не получил ни единой царапины: за какие-то три секунды он уложил шестерых. Под его ногами хлюпало месиво из костей, требухи и крови — выглядело это чертовски впечатляюще.
Время раунда подходило к концу, и зомби окончательно обезумели, с диким ревом вваливаясь в дверь и давя друг друга в попытке добраться до живых.
Очередной напор толпы пришелся Цзян Аньсюэ в спину. Плюшевый кролик, которого он прижимал к груди, выскользнул из рук и шлепнулся на пол.
В ту же секунду беснующуюся орду словно парализовало.
Сердце Цзян Аньсюэ бешено заколотилось. Рванув вперед, он в падении подхватил игрушку и поднял ее высоко над головой.
Мертвецы застыли как вкопанные. Завизжав от неописуемого ужаса, они бросились врассыпную — бежали сломя голову, волоча вываливающиеся кишки и даже не оглядываясь назад!
Истерзанный Нань Кэ без сил сполз по стене, судорожно хватая ртом воздух.
Цзян Аньсюэ зажал рану на плече и тяжело привалился к дверному косяку.
Лоу Ду подошел ближе, окинув его оценивающим взглядом:
— Подыхаешь?
Цзян Аньсюэ смерил его кривой усмешкой:
— Пока не вернусь в мир живых и не засужу тебя за покушение на убийство — ни за что.
Лоу Ду с отвращением стер с лица чужую кровь. Помолчав, он пристально посмотрел в глаза собеседнику:
— Я жал на тормоз. Он не сработал.
Цзян Аньсюэ нахмурился:
— Что?
Взгляд Лоу Ду напоминал застывший лед:
— Мою машину подставили. Тормоза не просто отказали — чем сильнее я давил на педаль, тем быстрее она неслась.
Цзян Аньсюэ похолодел:
— Ты говоришь пра...
Не успел он договорить, как мимо метнулась тень. Ладони Цзян Аньсюэ опустели — перекатившись по полу, Лу Юй вскочил на ноги, прижимая к груди кролика, и ожесточенно уставился на остальных.
— Такую важную вещь надежнее доверить мне, — выдавил он с натянутой улыбкой, в которой сквозила неприкрытая алчность.
Опасаясь, что игрушку отберут, Лу Юй боком попятился к выходу и дал деру по коридору.
Лоу Ду порывался броситься следом, но Цзян Аньсюэ крепко перехватил его за запястье.
Лоу Ду оглянулся, встретившись с его чистым, глубоким взглядом. Цзян Аньсюэ не проронил ни слова, просто удерживал его. Он не стал расспрашивать и остался на месте.
Они подошли к полуживому Нань Кэ. Тот немедленно выпрямился, стараясь казаться бодрее, лишь бы его не бросили:
— Я... я еще пятьсот лет продержусь! — стукнул он кулаком в костлявую грудь.
Лоу Ду промолчал.
Цзян Аньсюэ лишь мягко улыбнулся:
— Драться больше не придется. Считай секунды.
Нань Кэ захлопал глазами:
— А?
* * *
Бежать, скорее бежать! Эта кукла — ключ к спасению, Цзян Аньсюэ и остальные непременно захотят ее вернуть! Пока игрушка у него, не то что двенадцать часов — хоть три дня продержаться можно!
Задыхаясь от быстрого бега, Лу Юй мертвой хваткой вцепился в плюшевую шкурку.
«Ха-ха, я прошел! Три испытания подряд! Оценка Администратора будет заоблачной! И плевать, что я выезжал за чужой счет. В играх на выживание важен только результат!»
От восторга у него перехватило дыхание, ноги неслись вперед сами собой.
Внезапно голова Лу Юя соскользнула с плеч и глухо ударилась об пол.
Обезглавленное тело по инерции пробежало еще пару метров и замерло. В следующий миг из обрубка шеи ударил тугой фонтан алой крови.
Плюшевый кролик упал в растекающуюся лужу, но ни единая капля крови не осквернила его белоснежную шерсть.
Из полумрака протянулись тонкие детские руки и бережно подняли игрушку.
Пальцы погладили плюшевую макушку, коснулись носа.
— Милый мой дружочек, я наконец-то тебя нашла! — Шао Юнь опустилась на корточки, с нежностью прижимая кролика к груди.
[Динь-дон~]
[Вы успешно выжили в течение 12 часов. В живых осталось 3 игрока.]
[Поздравляем игроков Цзян Аньсюэ, Лоу Ду и Нань Кэ с успешным прохождением испытания!]
Окружающий мир дрогнул и смазался. В следующее мгновение Цзян Аньсюэ и остальные стояли на темной перронной платформе, к которой с оглушительным свистом приближался старинный паровоз...
Цзян Аньсюэ повернулся к Лоу Ду:
— Лоу Ду, тебе давали скрытое задание?
Тот ответил прямо:
— Помешать Сунь Чжоу пройти игру. А кто это вообще?
—... Он давно сдох.
Лоу Ду с интересом посмотрел на него:
— А у тебя тоже было?
Цзян Аньсюэ не стал объяснять. Он лишь встретил его взгляд — в холодном свете паровозного прожектора его бледное породистое лицо казалось высеченным из драгоценного нефрита, а сам он смотрел с лукавым блеском.
— Я люблю тебя, — проникновенно произнес Цзян Аньсюэ. — Давай поженимся!
Лоу Ду остолбенел:
—?!!
Нань Кэ рядом открыл рот от шока.
Цзян Аньсюэ дерзко усмехнулся и тут же повернулся к ошарашенному очкарику:
— А с ним я просто играл. Настоящая любовь — это ты. Бежим со мной!
Лоу Ду потерял дар речи.
Нань Кэ впал в глубокий ступор: «Кто я? Где я? Что вообще творится?!»
[Поздравляем с выполнением скрытого дополнительного задания: «Предайте своего напарника». Награда начислена на ваш посадочный талон, проверьте баланс.]
Услышав механический голос в голове, Цзян Аньсюэ с довольной улыбкой зашагал к вагону, оставив позади двух превратившихся в соляные столпы спутников.
Понятие «предательство» весьма растяжимое. Измена в любви — тоже предательство. Конечно, за такое наглое использование лазеек в правилах система еще может отомстить, но победителей не судят!
У входа их встречала все та же кондуктор. Улыбаясь нежной, заученной улыбкой, она пропела:
— Господин, предъявите ваш билет.
Когда билет вернулся из ее тонких пальцев обратно к Цзян Аньсюэ, надписи на нем изменились:
[Блуждающие духи тёмной ночи —???]
[Отправление: 11 сентября 20XX года в 20:00]
— Что это значит? — спросил Цзян Аньсюэ.
После того как он подтвердил свою жизнеспособность, тон кондуктора заметно смягчился. Вместо прежнего пренебрежительного «сначала выживите» она вежливо пояснила:
— Ваш следующий раунд начнется одиннадцатого сентября в восемь вечера.
— Разве прохождение игры не должно было вернуть меня в мир живых насовсем?
— Вы вернетесь, — сладко протянула девушка. — Но потом прибудете снова.
— Так я и знал, — усмехнулся Цзян Аньсюэ. — Воскрешение даром не дается. И сколько же раундов нужно выдержать, чтобы вырваться из лап вашего поезда Жёлтых Источников и окончательно остаться в мире живых?
Кондуктор склонила голову:
— Взгляните на оборотную сторону билета.
Цзян Аньсюэ перевернул талон. На прозрачном силуэте цветка подземного царства один лепесток окрасился в густой кроваво-красный цвет.
— Ответ на ваш вопрос появится тогда, когда цветок мандзюсаки распустится целиком.
Цзян Аньсюэ лишь покачал головой.
Сидевший позади Лоу Ду слышал их разговор и тоже перевернул свой билет, изучая эмблему.
У растения было пять стеблей, на каждом — по пять лепестков и шесть тычинок. Всего двадцать пять лепестков и тридцать тычинок.
За одну пройденную игру кровью налились лишь один лепесток и одна тычинка.
С такой скоростью придется отыграть не меньше двадцати раундов. Впрочем, если дальше задания будут сложнее, а награда больше — дело пойдет быстрее.
В этот момент реальность вокруг дрогнула, мир на миг погрузился в непроглядный мрак. Роскошный вагон и миниатюрная фигурка кондуктора растворились в воздухе. Чувства захлестнул оглушительный городской шум, а прерывистые автомобильные гудки больно ударили по ушам.
— Директор Лоу, книга расходится с безумной скоростью! Стартового тиража в полмиллиона экземпляров и близко не хватает, возвращайтесь скорее в издательство, нужно срочно допечатывать еще столько же!
В беспроводном наушнике звучал отчаянный голос замглавреда. Руки Лоу Ду лежали на кожаном руле; машина плавно скатывалась с эстакады на кольцевую, и нога по привычке потянулась к педали тормоза.
«Постойте...»
Картина была пугающе знакомой: ровно за минуту до аварии!
В голове Лоу Ду взвыла сирена. Он вскинул взгляд на дорогу — впереди переходил улицу Цзян Аньсюэ!
Мысли понеслись с бешеной скоростью. Машину испортили. Тормоза не просто не слушались, они работали как ускоритель. Тогда, в панике, он дважды ударил по тормозам, разогнав «Феррари» до четырехсот километров в час, и на полном ходу снес парня, после чего влетел в фасад делового центра.
Сработавшая подушка спасла его от мгновенной гибели, но сил хватило лишь на то, чтобы выползти из искореженного салона и, оставляя кровавый след, дотащиться до мертвого Цзян Аньсюэ и испустить дух рядом с ним.
Что делать? Тормозить нельзя. Ударить по газу?
Любой водитель рефлекторно давит на тормоз. А если пойти от обратного?..
— Цзян Аньсюэ!
В долю секунды Лоу Ду с силой выкрутил руль. «Феррари», взревев разъяренным хищником, развернуло на девяносто градусов прямо в сторону вековой сосны на обочине!
И в этот же миг Лоу Ду вдавил педаль газа в пол!
Машину неистово тряхнуло, задние колеса оторвались от земли и с грохотом рухнули обратно на асфальт.
— С ума сошел, что ли?! Где права покупал?!
— Пьяный за рулем!
— Совсем молодежь ополоумела, людей бы пожалели!
Палящее солнце раскаляло дорожное полотно, в воздухе повис тяжелый запах выхлопов и битума.
Спину Лоу Ду заливал ледяной пот, белая рубашка неприятно прилипла к телу. Едва сдерживая дрожь в пальцах, он заглушил мотор, вытащил ключ и распахнул дверцу.
Неподалеку, на тротуаре, стоял невредимый Цзян Аньсюэ.
— Чуть сердце не выскочило, — протянул тот, картинно прижав ладонь к груди.
Увидев, что парень жив и здоров, Лоу Ду спрятал мимолетное облегчение за привычной маской холодной неприязни:
— Скажи... если я перееду тебя еще раз, мы снова окажемся в поезде Жёлтых Источников?
— Наверняка. Мы же теперь зарегистрированные пассажиры, — Цзян Аньсюэ машинально полез в карман. Билета там не оказалось, зато пальцы нащупали плотную сберегательную книжку.
Он удивленно вскинул брови: банковских карт у него было предостаточно, но сберкнижками он отродясь не пользовался. Раскрыв ее, Цзян Аньсюэ присвистнул: на остатке числилась внушительная сумма — ровно три миллиона юаней.