Третьего дня нового года, вновь отправляясь в путь, Цзян Аньсюэ очутился в Зале отдыха.
Если сравнить это место с Поездом Жёлтых Источников, оно куда больше походило на центральный холм игровой системы.
Стоило толкнуть массивные двери из бесшовного прозрачного стекла, как взору открылась картина, заставлявшая перехватить дыхание.
Под ногами простиралась бездонная россыпь звёзд. И то была не дешевая трехмерная голограмма и не имитация, нарисованная на полу, а самое настоящее межзвёздное пространство. Время от времени внизу проносились метеоры, создавая оглушительный по своей красоте визуальный эффект.
Присев и осторожно коснувшись поверхности, можно было нащупать тончайший, абсолютно невидимый стеклянный барьер. Весь этот зал словно парил в невесомости посреди открытого космоса, но при этом стоял непоколебимо твёрдо. Над головой же раскинулось лазурное ясное небо с неспешно плывущими облаками. Казалось, тот же незримый купол защищал пространство от любых порывов ветра.
Зал поражал своими масштабами. Многочисленные ярусы и платформы, соединённые изящными винтовыми лестницами, вызывали ассоциации с неким сверхроскошным футуристическим храмом знаний.
Повсюду в воздухе парили виртуальные экраны. На одном в реальном времени обновлялся список наград за головы игроков, на другом отображались имена всех тех, кто в данный момент находился в Зале отдыха.
Мебель поражала разнообразием форм и размеров. Один из игроков, с откровенной скукой стуча пальцами по столешнице, небрежно бросил в пустоту:
— Чашку кофе.
Не успел последний звук сорваться с его губ, как на столе возникла исходившая паром чашка свежесваренного напитка.
Сервис в зоне A чертовски впечатлял.
Этот фантастический чертог служил пристанищем исключительно для избранных: каждый, кто находился здесь, принадлежал к элите зоны A.
В то самое мгновение, когда Цзян Аньсюэ переступил порог, над Залом прокатился ровный голос автоинформатора:
[Высокоуровневый игрок Цзян Аньсюэ прибыл в Зал отдыха.]
Атмосфера мгновенно застыла.
Игроки — кто сидел, кто стоял, кто витал в мечтах или безмятежно перекусывал — одновременно обернулись. Сотни взглядов скрестились на вошедшем.
— Это он?
— А я-то думал, новая суперзвезда окажется каким-нибудь монстром о трёх головах и шести руках. А перед нами обычный студент.
— Совсем ещё пацан. Ну, как там говорят: испокон веков герои выходили из молодых.
— Оценки за прохождение либо A, либо S... Во втором раунде спровоцировал «Шах и мат», в третьем выбился в высокоуровневые, а на шестом уже загремел в зону A! Скажу честно — жаба давит немилосердно. Я, блядь, шестнадцать испытаний прошёл, пока сюда пробился.
— Угомонись, я вообще только на двадцать шестом доплёлся.
— Эй, завалите рты, на вас смотрят те, у кого за плечами тридцать шесть игр!
— Чем тут гордиться? Тоже мне, нашли поводочек помериться... Я видел «Записи лучших моментов», он проходил испытание в одной команде с Лу Чжанем.
Девушка, только что смаковавшая кофе, развернула перед собой проекционный экран и, вбив имя в поиск по списку наград, с ухмылкой протянула:
— Ого, уже триста миллионов! Быстро же растёт цена. А-а, ну тогда всё понятно — он ведь умудрился выжить в том беспросветно-ублюдском «Ресторанчике с особым вкусом».
— Сука, забудь это название! Меня от одного упоминания тошнит!
— Его создал лично Господин E, так с чего бы ему быть простым? Там шанс на спасение от силы три процента. Если не сообразить, как вырваться в мир за дверью, исход один — полная ликвидация всей группы.
Цзян Аньсюэ не прислушивался к чужим разговорам и уж тем более не брал их в голову. Однако латинская буква «E» заставила его внутренне подтянуться. Он отчётливо помнил, что среди его трофеев числился предмет под названием «Благословение E». К тому же в финалах некоторых пройдённых игр это обозначение появлялось в виде своеобразного знака качества.
Поскольку Цзян Аньсюэ прекрасно владел искусством общения, он придал лицу выражение кроткого благородства, подошёл к любительнице кофе и безупречно вежливо проговорил:
— Сударыня, вы что-то упомянули о Господине E? Я здесь человек новый и ещё не до конца разобрался во всех подводных течениях Игр Жёлтых Источников. Не будете ли вы столь великодушны просветить меня?
Как говорится, на улыбку рука не поднимается. К тому же Цзян Аньсюэ был чертовски хорош собой, а законы притяжения полов никто не отменял. Девушка, секунду назад настроенная довольно свысока, мигом оттаяла и улыбнулась в ответ:
— Когда ты выбрался из «Ресторанчика с особым вкусом», в финале ведь стояла подпись «E»?
— Именно так.
— Господин E — архитектор этих игр. Можно сказать, их создатель.
Цзян Аньсюэ слегка нахмурился:
— Разве мир мёртвых сотворён не Главным Богом?
— Всё верно, — кивнула собеседница. — Главный Бог создал мир мёртвых и держит в руках мир живых. Но если бы ему приходилось личным выбором контролировать каждый чих в обоих мирах, он бы давно спекся. Поэтому ему потребовался исполнитель — Господин E. Все испытания, сконструированные им, помечены его личной подписью. А кем на самом деле является этот Господин E... можешь считать его своего рода управляющей программой.
Она сделала глоток и добавила:
— Ходят слухи, будто в Играх Жёлтых Источников существует артефакт категории SSS — «Благословение E». Говорят, эта штука способна запустить код программы E и превратить тебя в абсолютного повелителя конкретного испытания. У меня от одной мысли дух захватывает! Представь: ты заходишь в сетевую игру с правами главного администратора. Делай что хочешь, кромсай правила под себя. Чистая, абсолютная победа.
«Вот оно как...» — мысленно резюмировал Цзян Аньсюэ. До сих пор он не рисковал активировать «Благословение E», опасаясь, что необдуманный шаг приведёт к катастрофе.
Впрочем, редчайшие артефакты и берегут для крайних случаев.
Кто ж знал, что функционал этой штуки настолько безумен?
[Высокоуровневый игрок Хань Кай прибыл в Зал отдыха.]
Цзян Аньсюэ обернулся. В зал шагнул высоченный, истощённый с виду мужчина под два метра ростом. Возле такой каланчи любой человек среднего роста выглядел беспомощным ребёнком.
Новоприбывший окинул пространным взглядом присутствующих, сверрился со списком игроков и, зафиксировав взор на Цзян Аньсюэ, направился прямо к нему.
— Чашку горячего кофе, — бросил он на ходу.
Напиток материализовался прямо в его руке. Мужчина с мягкой ухмылкой протянул исходившую паром чашку Цзян Аньсюэ:
— Наслышан о твоих подвигах. Наконец-то выпал случай познакомиться лично.
Цзян Аньсюэ на автомате протянул руку, но Хань Кай внезапно разжал пальцы. Полная чашка обжигающего кипятка полетела прямо на грудь Цзян Аньсюэ.
Реакция Цзян Аньсюэ оказалась мгновенной: отшагнув назад, он заставил чашку врезаться в пол. Темно-коричневые брызги разлетелись во все стороны.
Зрители вокруг оживились: кто-то злорадно ухмыльнулся, кто-то язвительно фыркнул, послышался шепоток.
— Ох, прости-извини! — Лицо Хань Кая перекосила фальшивая гримаса раскаяния. Он сделал шаг вперед. — Встретил живого кумира всех игроков, аж руки затряслись от волнения! Смотри, какой я неуклюжий... Хорошо хоть не обжёг тебя!
В то же мгновение из его рукава прямо в ладонь скользнуло лезвие складного ножа. Взгляд Хань Кая мгновенно переменился — стал хищным, ледяным, и стальной клинок метнулся прямо к горлу Цзян Аньсюэ.
Цзян Аньсюэ, изначально ждавший от него подвоха, с молниеносной грацией уклонился, уводя шею из-под удара. Перехватив кисть Хань Кая с зажатым ножом, он резким движением выкрутил её сустав.
Сухой костяной хруст утонул в отчаянном вопле Хань Кая. Нож звонко звякнул о стеклянный пол. Не теряя ни секунды, Цзян Аньсюэ заломил сломанную руку агрессора за спину и проведя классический, жесткий захват, намертво прижал выскочку лицом к полу.
Цзян Аньсюэ чуть прищурился, а на его губах заиграла дерзкая, холодная улыбка:
— И это ваше традиционное гостеприимство в зоне A?
Три секунды. Вспышка — и абсолютный нейтралитет!
Хань Кай, помрачнев до синевы, с диким усилием вырвался и отскочил на пару шагов. Провернув травмированную кисть, которая мгновенно срослась, он издал злой смешок.
Один из наблюдателей не выдержал:
— Не позорься, Хань Кай! Перед тобой не простачок. Засунь свои дешевые замашки бывалого зека куда подальше!
— Ха-ха, обосрался-таки!
— Он каждый раз устраивает этот цирк. Помню, когда я только прибыл в Зал отдыха, меня тоже попытались «прописать». До сих пор помню, как ноги лечил! Эй, Цзян Аньсюэ, да? Красава, уважуха тебе от души!
— Перестань паясничать! Это не просто традиции, а естественный отбор. Хочешь сидеть в Зале отдыха — докажи, что достоин. Нам тут балласт не нужен, чтобы уровень зоны A не понижать.
— Ой, как красиво поёшь! А на деле просто устраняете конкурентов на корню. Помню я того новичка: вы его толпой отпрессовали, переломали руки-ноги, кости вывернули... Его ор до сих пор в ушах стоит! Парень после вашей «теплой встречи» морально сдулся и в первой же игре чуть не склеил ласты. Кабы не Лу Чжань, там бы и остался.
— Слабакам тут не место. В зоне A собрались сливки, мусор нам без надобности!
— Закон джунглей: вытравить шушеру, оставить лучших.
— Ну так раз вы такие смелые да языкастые, спуститесь и смахнитесь с Цзян Аньсюэ сами! Посмотрим, кто кому суставы выкрутит!
Цзян Аньсюэ: «...»
Теперь понятно, почему при упоминании Зала отдыха у Лу Чжаня становилось такое выразительное лицо.
Во-первых, правила Игр Жёлтых Источников строго запрещали разглашать подробности о зоне A. Во-вторых... Какой, к чёрту, Зал отдыха?! Это же самый настоящий загон с бешеными тварями!
Впрочем, удивляться нечему. Чтобы пробиться в зону A, требовался общий рейтинг не ниже S, колоссальный боевой опыт и незаурядный ум. Здесь собирались либо законченные психопаты, жаждущие крови, либо гениальные интриганы с запредельным IQ.
Конечно, не стоит грести всех под одну гребёнку — тот же Лу Чжань вполне сохранил человеческий облик.
Тем временем от винтовой лестницы быстро спустился очередной игрок. Смерив Хань Кая презрительным взглядом, он процедил:
— Опять за своё? Хочешь, я тебе флагами помашу для поддержки? Только учти: против Цзян Аньсюэ твоя показуха не катит. Выставишь десяток таких, как ты — он вас всех на ремни порежет.
Хань Кай огрызнулся:
— Перья опереть успел, раз за чужих впрягаешься?
— Пшёл прочь, гнида.
Мужчина отвернулся от Хань Кая, подошёл к Цзян Аньсюэ и, слегка переведя дух, дружелюбно улыбнулся:
— Ты не бери в голову. В Зале отдыха травмы мгновенно затягиваются, а окончательно умереть здесь физически невозможно. Видел, как у Хань Кая кисть зажила? Так что хоть искры тут летят постоянно, до смертоубийства дело не доходит. Кстати, меня зовут Вэнь Сяобай.
Толпа, поняв, что шоу окончено, быстро потеряла интерес и рассосалась.
Цзян Аньсюэ вежливо ответил на приветствие. Они отыскали свободный столик в дальнем углу, и Вэнь Сяобай, постучав по столешнице, скомандовал:
— Сэндвич с ветчиной, молоко, вафли, шоколадные профитроли, пончики, макаруны, манговый пудинг и один кремовый рулет!
Глядя на то, как стол ломится от выпечки и сладостей, а Вэнь Сяобай уминает всё это за обе щеки, Цзян Аньсюэ почувствовал, как у самого заурчало в желудке.
— Ты столько жрёшь... Тебе потом в испытании плохо не станет?
Вэнь Сяобай проглотил очередной кусок:
— С чего бы? Наоборот, заправляться надо впрок. Вдруг нас выбросит в дикую глухомань? С таким запасом я трое суток продержусь без еды!
— А если там будут инопланетные твари или зомби из апокалипсиса? Не свалишься с тошнотой?
— Игра игрой, а обед по расписанию. — Запив сладости остатками молока, обжора сыто откинулся на спинку дивана и погладил животик. — Ох, до отвала... Какое счастье!
Удовлетворив голод, Вэнь Сяобай вернулся к вводному инструктажу:
— У нас, обитателей зоны A, куча привилегий. Например, мы можем входить сюда в любой момент. Обычные игроки ждут, пока система сама не втянет их в испытание — они действуют пассивно. А мы сами себе хозяева. Сидя в Зале отдыха, можно смотреть трансляции чужих игр, изучать соперников, отслеживать динамику назначенных наград... Видишь ту панель? Это так называемое «Небесное окно». Через него можно вбить имя любого игрока и в течение десяти минут наблюдать за его прохождением.
Глаза Цзян Аньсюэ зажглись. Значит, он может узнать, чем сейчас занят Лоу Ду!
Лоу Ду пока не имел доступа в Зал отдыха — следовательно, он находится либо в Поезде Жёлтых Источников, либо уже проходит очередную локацию.
— Пойду проверю, — Цзян Аньсюэ поднялся и подошёл к панели. «Небесное окно» представляло собой ряд парящих в воздухе виртуальных экранов, активировавшихся от лёгкого касания.
Следуя подсказкам интерфейса, Цзян Аньсюэ вставил свой проездной билет для идентификации. На экране высветились его личные данные. Косясь на соседнюю панель, Цзян Аньсюэ едва не поперхнулся: у соседнего игрока система вывалила всю подноготную, вплоть до троюродных дядей и прочих дальних родственников. Там даже подробности трёхлетнего возраста были зафиксированы!
Серьёзно? Зачем кому-то знать, что человек в детстве ветрянкой переболел?
Память системы лишним мусором забивать?
Неудивительно, что у них вечно баги вылезают!
По сравнению с соседским фолиантом, карточка Цзян Аньсюэ выглядела лаконично: только он сам да родители.
Едва он собрался вбить в поиск имя Лоу Ду, как под куполом Зала громом прокатился динамик:
[Поезд прибывает на станцию. Высокоуровневые игроки Цзян Аньсюэ, Вэнь Сяобай и Хань Кай — оставайтесь на местах и не двигайтесь.]
Перед глазами Цзян Аньсюэ всё потемнело. Когда зрение вернулось, в уши ударил знакомый мерный грохот — металлический перестук колёс по рельсам.
[Поезд приближается к станции «Новый век». Пассажирам, выходящим на станции «Новый век», просьба проверить напарников и оружие и подготовиться к выходу.]
[Добро пожаловать в Игры Жёлтых Источников — «Новый век».]
**[Локация: Городская центральная больница.
Время прохождения: Не ограничено.
Описание: Каждый игрок поражён недугом. Чтобы исцелиться, необходимо найти и убить единственного здорового участника либо отыскать вампира и добровольно подставить под укус сонную артерию. Болезнь прогрессирует с каждым часом. Через 24 часа наступает терминальная стадия и неизбежная смерть.
Задание 1: В течение 24 часов уничтожить здорового человека либо найти неуловимого вампира для обмена кровью.
Важная оговорка: Смерть здорового игрока означает автоматическую победу всех остальных участников.
Желаем приятной игры!]**
В то же мгновение в голове Цзян Аньсюэ прозвучало персональное оповещение:
[Уважаемый высокоуровневый игрок.]
**[Ваш диагноз: Порок сердца.
Ваше особое задание: Защитить здорового игрока от гибели. В случае его смерти вы терпите поражение.
Задание 1: В течение 24 часов обеспечивать безопасность здорового игрока и отыскать вампира для собственного исцеления.
Это ваш квалификационный бой за право получить статус игрока особого класса. В случае неудачи вас ждёт окончательная смерть. Право на воскрешение напарника отменяется, карты воскрешения недействительны. Удачи.]**
Цзян Аньсюэ мгновенно раскусил суть. Его роль — защитник, прямо как у тех демонических воинов во главе с Лу Чжанем, что прикрывали его на Острове Счастья.
Вот только у тех бойцов имелся компас с точными координатами цели, а у него — ничего! Он не знал ни где находится этот «здоровый», ни кто он вообще такой.
При таких раскладах любой здравомыслящий «здоровый» игрок изо всех сил будет притворяться больным. А если у него ещё и актерский талант окажется — дело дрянь.
Будучи «Предателем», Цзян Аньсюэ не имел права раскрывать себя. Вычислить здорового игрока в такой обстановке — задачка не из лёгких.
К тому же впервые на его памяти появилось обозначение «Задание 1». Стало быть, следом подтянутся Задание 2, 3 и 4?
И самое паршивое: болезненное состояние накладывает жёсткие физические ограничения.
Сделав пару шагов, Цзян Аньсюэ почувствовал резкий упадок сил. Тело отзывалось на нагрузку с трудом: грудь сдавило, дыхание сбилось, сердце заколотилось с перебоями.
Если обычная ходьба даётся с таким трудом, то при первой же заварушке можно отхватить банальный инфаркт.
И главное — оговорка в правилах: смерть здорового гарантирует победу всем остальным. Это значит, что игрокам не нужно делить добычу и бороться за последний удар.
У больных участников нет повода для вражды и подозрений. Им достаточно объединиться и забить одну жертву.
Расколоть их ряды или стравить между собой не выйдет.
Городская центральная больница поражала своими масштабами. На этажах горел свет, но здание отзывалось такой мертвенной тишиной, будто превратилось в гигантский склеп. Каждый шаг отдавался гулким эхом, а обычный крик мгновенно разносился на сотни метров.
Цзян Аньсюэ находился в зале ожидания на шестом этаже. По центру тянулись ряды металлических кресел, по обе стороны располагались кабинеты специалистов.
У прочих участников выбор прост: убить здорового или найти вампира. У Цзян Аньсюэ же две жизненно важные задачи — уберечь здорового и найти вампира, чтобы вылечить себя. Любой промах означает смерть.
Статус игрока особого класса просто так не даётся!
Поразмыслив, Цзян Аньсюэ решил сначала сосредоточиться на поиске вампира.
С его нынешним пороком сердца он не способен даже на минимальное физическое усилие. Случись чп — он скопытнется раньше, чем успеет кого-то защитить.
А «здоровый», если он не идиот, сам постарается замаскироваться и не отсвечивать.
К тому же система формирует группы по уровню. Новичок никогда не попадет в один расклад с ветераном — во избежание «паровозов» и ради элементарной справедливости.
Например, в его первой игре из бывалых присутствовал лишь тот парень, Лу Юй. Теперь же Цзян Аньсюэ — ас зоны A. Его соратники по партии — если не равные ему по силе монстры, то уж точно не желторотые новички. Как минимум пару испытаний за плечами они имеют.
За «здорового» пока можно не переживать, главное — найти вампира. К слову, этот вампир — местный квестовый NPC?
На стальных креслах валялись старые газеты и брошюры, на полу раскиданы амбулаторные карты, снимки КТ и какие-то обрывки ткани, похоже, сорванные с одежды.
Следов крови видать не было, но локация явно помнила жаркие схватки. Если исключить мистику, остается один вариант... больничный бунт.
Глухой, тяжелый удар потряс коридор — словно на пол рухнуло что-то массивное.
Из дальнего конца галереи, стелясь по полу и спотыкаясь, выбежал человек. Головастый мужчинка тяжело грохнулся носом о плитку, но тут же подобрался и, не обращая внимания на боль, забормотал, едва увидав Цзян Аньсюэ:
— Беги! Там тварь!
Цзян Аньсюэ долго думать не стал. Сделав пару быстрых шагов к лифтовому холлу, он вдавил кнопку вызова. С тихим «дзинь» створки разошлись, они вдвоем вскочили в кабину, и незнакомец судорожно тыкнул в кнопку закрытия дверей, прижавшись спиной к металлической стене и заходясь в кашле.
Пометавшись взглядом по панели, Цзян Аньсюэ нажал на «1».
— С-спасибо, — выдохнул мужчина. Он был щуплым, коротким, абсолютно лысым и до того загнанным, что губы его побелели, а дыхание срывалось на сип.
Цзян Аньсюэ спросил:
— За тобой кто-то гнался? Что за тварь?
— Жуть страшная... Вся кожа в язвах, гной сочится — чистый зомби из кино! — Мужчина попытался изобразить руками нечто гротескное, но его тут же скрутило. — Извини, не могу говорить... Меня мутит от одной мысли.
Пока кабина шла вниз, лысый немного перевёл дух и уставился на Цзян Аньсюэ:
— Слышь, браток, а у тебя что за болячка?
— Сердце, — ответил Цзян Аньсюэ, в свою очередь изучающе разглядывая собеседника. — А у тебя?
— Свои люди, не сцы! У меня лейкоз. — Мужчина ткнул пальцем в свою лысину. — Вот, последствия химии! А ведь какие кудри были, эх...
Цзян Аньсюэ хмыкнул:
— Надо же, Игры Жёлтых Источников подходят к делу со всей реалистичностью.
— Да уж, очуметь не встать! Тут с нормальным-то здоровьем до финала хрен дойдёшь, а нас вообще в инвалидов превратили... Кстати, тебя как звать-величать?
Учитывая, что полностью закрашенный лотос на обороте билета открывал доступ к списку наград, светить настоящим именем было глупо. Тем более имя Цзян Аньсюэ не раз гремело на весь сервер — пусть система и скрывала иероглиф «Ань», сочетание «Цзян» и «Сюэ» выдавало его с потрохами.
Цзян Аньсюэ сориентировался мгновенно:
— Цзян Ду.
— А, приятно познакомиться. Я Чэнь Си.
В рейтинге разыскиваемых такого имени не числилось — значит, Чэнь Си либо назвался псевдонимом, либо просто не заработал достаточно высокой награды.
Лифт звякнул, открывая двери на первом этаже. Цзян Аньсюэ вышел первым, Чэнь Си семенил следом:
— А мы куда?
— В регистратуре должна быть схема здания. — Цзян Аньсюэ прибавил шагу, но сердце тут же отозвалось глухой болью. Пришлось сбавить темп. Дойдя до стойки информации, он действительно обнаружил большой настенный план.
Комплекс состоял из трёх корпусов, расположенных треугольником. Они находились в главном, терапевтическом. Слева по диагонали располагался стационар, справа — экстренное отделение. Все три корпуса соединялись между собой крытыми переходами на уровне третьего этажа.
Цзян Аньсюэ давно приметил: окна и двери наглухо заблокированы, за ними простиралась лишь непроглядная тьма. Небо и окрестности были затоплены густым туманом — словно незагруженная карта в игре.
Перебраться в стационар или экстренный блок можно только по переходам на третьем этаже.
Чэнь Си с мнительностью и подозрительностью уставился на план:
— А зачем нам схема? Надо же здорового искать!
Цзян Аньсюэ одарил его коротким взглядом:
— Ты же сам сказал, что по этажам шастает монстр. Если мы не узнаем план здания, как бежать, когда зажмут в тупике?
— А, ну да! Логично. Только карта-то огромная, а мобилы у нас отобрали...
— Запоминай сколько сможешь, — отмахнулся Цзян Аньсюэ.
Чэнь Си кивнул, но тут же снова насупился:
— Я вот о чём подумал... Если здоровый просечёт фишку и просто заныкается где-нибудь на двенадцать часов, он же тупо выиграет? Больница огромная, забейся в любую щель — и хрен мы его найдем.
Цзян Аньсюэ ответил:
— Система предусмотрела этот момент. На здорового наверняка наложили ограничения. Например, обязанность постоянно перемещаться.
— И то правда, — пожал плечами Чэнь Си. Вдруг его лицо просияло, и он осклабился: — С Новым годом, кстати!
Цзян Аньсюэ застыл:
— Что?
— Ну, сегодня же третий день Нового года по календарю!
Цзян Аньсюэ: «...»
В такой обстановке помнить про праздники... Этот лысый — тоже тот ещё фрукт!
Побродив по первому этажу, они поднялись по лестнице на второй. Чэнь Си, не боясь привлечь внимание местных тварей, гаркнул на весь коридор:
— Есть кто живой? Отзовись, если не сдох!
И надо же — на его окрик действительно кто-то вышел.
Двухметровый детина.
— Воу, вот это дура! — Чэнь Си вытаращил глаза. — Братан, ты из баскетбольной сборной, что ли?
Цзян Аньсюэ лишь тяжело вздохнул. Надо же было так влипнуть — мир поистине тесен.
— Я Чэнь Си, это Цзян Ду. А ты кто такой?
Двухметровый амбал произнёс:
— Хань Гуань.
«Гуань» вместо «Кай» — звучит почти одинаково, логично!
Хань Кай смотрел на Цзян Аньсюэ свысока. Разница в росте почти в двадцать сантиметров позволяла ему разглядывать соперника как мелкую забитую зверушку — с глумливой жалостью и предвкушением скорой расправы.
Цзян Аньсюэ от этого взгляда стало тошно.
Воздух в коридоре мгновенно загустел, атмосфера натянулась до предела. В звенящей тишине слышно было, как где-то капает вода.
Эту гнетущую паузу бесцеремонно нарушил простодушный Чэнь Си:
— Братан, а у тебя-то что за диагноз?
Хань Кай с небрежной полуулыбкой ответил:
— Пневмония.
— Пневмония? Скользкая болячка... — Чэнь Си озадаченно почесал лысину. — Пока в рентген-кабинет не затащишь, и не поймёшь, болен человек или врет.
Лицо Хань Кая мгновенно налилось свинцом:
— Ты на что намекаешь? Думаешь, я тот самый здоровый, который под больного косит?
— Да ладно тебе, я просто предположил! — замахал руками Чэнь Си. — Если совесть чиста, чего так кипятиться?
Хань Кай проигнорировал лысого. Его взор был прикован к Цзян Аньсюэ, а пальцы левой руки намеренно, со значением растирали правое запястье — намекая, что должок за сломанную кость всё ещё висит.
— А у этого что за диагноз? — спросил Хань Кай, переводя взгляд с Цзян Аньсюэ на Чэнь Си.
Чэнь Си без задней мысли выложил:
— Сердце у него.
— Вот как? — Хань Кай оскалился, в его глазах вспыхнул азартный огонёк. Из кармана он медленно извлёк блеснувший скальпель. — Я слышал, людям с больным сердцем противопоказаны сильные нагрузки, верно?