«Что за чертовщина?!»
«Только что советовали отбросить настороженность и довериться напарнику всей душой, а теперь требуют его предать? Лодка доверия пошла ко дну, не успев отплыть!»
Раз уж у него появилось скрытое дополнительное задание, вряд ли остальные стали исключением. Получил ли Лоу Ду точно такое же поручение — предать своего напарника?
А каковы скрытые дополнительные задания других игроков? Вдруг кому-то выпало: «Помешать игроку Цзян Аньсюэ пройти испытание» или «Убить игрока Цзян Аньсюэ в течение двенадцати часов»?
Цзян Аньсюэ огляделся по сторонам. Он находился на первом этаже учебного корпуса. Выйдя из коридора в центральный вестибюль, он приметил лестницу, ведущую наверх, а прямо напротив нее — застекленную витрину. В ней красовались почетные грамоты школы, фотографии образцовых преподавателей прошлых лет, а на стекле висела общая схема здания.
Внимание привлекла крытая галерея на третьем этаже: переход вел прямиком в общежитие. Если пойти верхом, можно сберечь немало времени.
— Значит, если мы просто продержимся двенадцать часов, то пройдем игру и вернемся домой?
Голос доносился со второго этажа. В гулкой пустоте учебного корпуса эхо разносилось пугающе отчетливо.
Поднявшись по лестнице на звук, Цзян Аньсюэ замер на площадке. Возле дверей кабинета второго класса старшей школы толпилось несколько человек.
Юноша подметил, что, кроме девочки школьного возраста, остальные пятеро были ему незнакомы.
Похоже, Поезд Жёлтых Источников не единственный в своем роде. Если поезд — это некое подобие игрового лобби, то точек входа в игру существует бесчисленное множество. Испытания распределяются случайно, и неизвестно, кто и куда угодит.
К слову, в вагоне Лоу Ду он тоже не встретил, а значит, тот попал сюда через другой вход.
— Еще один? — Мужчина средних лет в ветровке прислонился к стене. Заметив Цзян Аньсюэ первым, он выдавил вежливую, сдержанную улыбку: — Новичок, да?
Цзян Аньсюэ мягко приподнял уголки губ, сама учтивость и скромность:
— А вы опытный игрок?
— Да брось, всего-то два этапа прошел, какой из меня ветеран, — отмахнулся тот, проявляя сдержанность.
Однако наблюдательности Цзян Аньсюэ было не занимать: по выражениям лиц и общему поведению собравшихся нетрудно было догадаться, что этот мужчина — единственный, кто бывал здесь раньше.
Две женщины тихо всхлипывали, утирая слезы. Мужчина в коридоре с напускным спокойствием курил, но колени его предательски дрожали. Рядом переминался с ноги на ногу шестнадцати- или семнадцатилетний паренек в бело-коричневой пижаме с плюшевым медвежонком — симпатичный, с ясными, тонкими чертами лица. В отличие от остальных перепуганных новичков, он держался на удивление невозмутимо, хотя во взгляде сквозило то ли скрытое волнение, то ли предвкушение.
Оглянувшись, подросток встретился глазами с Цзян Аньсюэ и тотчас затараторил:
— Наконец-то хоть один ровесник! Я Нань Кэ, если наоборот прочесть — Конан. Ты откуда? В каком классе учишься?
Ростом Цзян Аньсюэ едва не дотягивал до метра восьмидесяти, но от природы выглядел очень юно. Особенно с челкой, прикрывавшей лоб: влажный, чистый блеск миндалевидных глаз скрадывал возраст.
На искреннюю радость «земляка» Цзян Аньсюэ ответил безжалостно:
— Я совершеннолетний.
— Да ладно? — опешил не только паренек, но и остальные.
Нань Кэ заметно сник:
— Ну ладно... А напарник у тебя есть?
— Есть.
— Везет же! — Глаза мальчишки снова загорелись завистью. — А я в одиночку умер, никого рядом не было.
Нань Кэ явно нервничал и пытался болтовней разогнать гнетущую духоту страха:
— А кто от чего погиб? Я вот не спал ночами — сердце и прихватило.
Опытный игрок посмотрел на него с сочувствием:
— К выпускным экзаменам готовился? Усердие — дело хорошее, но надо же знать меру...
— Да нет, — честно признался Нань Кэ. — Всю ночь в игрушки рубился.
Опытный игрок поперхнулся воздухом:
* * *
Девушка школьного возраста, обхватив колени, сидела прямо на полу:
— Меня зовут Бай Цзин. Самоубийство.
По ее замкнутому виду было ясно, что делиться подробностями она не станет, и расспрашивать никто благоразумно не стал. Нань Кэ перевел взгляд на курившего мужчину. Тот, почувствовав внимание, нахмурился и со смущенной неловкостью выдавил:
— Поскользнулся... в собственной моче.
* * *
— А ты? — обратился бывалый к Цзян Аньсюэ.
Тот охотно поддержал разговор:
— Авария.
«Хоть у кого-то нормальная смерть», — пронеслось у всех в головах.
Опытный игрок вполне естественно взял на себя роль лидера:
— У кого есть напарники — держитесь вместе. У кого нет — сбиваемся в группу. Согласны?
Все дружно закивали.
Девушка-самоубийца и поскользнувшийся курильщик оказались парой. Оставшиеся трое погибли в одиночку, поэтому примкнули к такому же «одиночке»-ветерану, сформировав отряд из пяти человек.
— Слушайте, а я, пожалуй, пойду с ним! — Нань Кэ подошел к Цзян Аньсюэ и неловко почесал затылок. — Ему же надо напарника найти? Одному бродить опасно, вдвоем надежнее будет.
Бывалый игрок отговаривать его не стал. В этой смертельной игре не существовало кнопки перезагрузки. На словах все обещали выручать друг друга, но случись беда — каждый будет спасать собственную шкуру, кому какое дело до чужой жизни?
На доброту юноши Цзян Аньсюэ не выказал ни бурной благодарности, ни холодного отторжения. Он сохранял привычную отстраненную вежливость — не слишком чужой, но и не подпускающий близко.
— Почему ты пошел за мной? — поинтересовался Цзян Аньсюэ, поднимаясь по ступенькам. — Их больше, с ними явно безопаснее.
Нань Кэ мотнул головой:
— А вот и нет. Мне кажется, с тобой куда надежнее. Достаточно просто сравнить. Ты ведь впервые в игре?
— Впервые.
Нань Кэ шумно втянул воздух:
— И держишься настолько спокойно?!
Цзян Аньсюэ остановился возле доски почета, висевшей в коридоре, и рассеянно бросил:
— Да нормально.
— Ты только взгляни на других новичков и на себя! Толпа-то их толпа, но бывалый там один, он за всеми не уследит. А случись что непредвиденное, новички запаникуют и только под ногами путаться будут, — рассудительно пояснил подросток. — Так что с тобой куда вернее.
— Вот как? — Цзян Аньсюэ бегло пробегал глазами фамилии на доске почета.
Ярче всех выделялась ученица второго класса старшей школы Юэ Сяогу: лицо школы, красавица и умница, трехкратная победительница провинциального конкурса вокалистов.
— А у тебя есть скрытое дополнительное задание? — внезапно обронил Цзян Аньсюэ.
Застигнутый врасплох Нань Кэ опешил. Он только открыл рот, чтобы ответить, как Цзян Аньсюэ обернулся и мягко улыбнулся.
Красота Цзян Аньсюэ была редкой, утонченной: чистая фарфоровая кожа, точеные черты, а разрез раскосых глаз придавал лицу чарующее изящество. В тишине он казался совершенно безобидным юношей неземной красоты, а уж когда улыбался... Будь Нань Кэ хоть немного склонен к парням, наверняка лишился бы рассудка на месте.
— Ты так спокойно идешь за мной... Не боишься, что мое скрытое дополнительное задание — «Убить игрока Нань Кэ»? — Во взгляде Цзян Аньсюэ промелькнул отчетливый холодок.
У Нань Кэ сердце ушло в пятки. Он инстинктивно отшатнулся на шаг.
— Или же, — продолжил Цзян Аньсюэ, — твое скрытое дополнительное задание звучит как «Убить игрока Цзян Аньсюэ»?
— Нет-нет-нет! — отчаянно замахал руками парень. — Мое... кхм, у меня скрытое дополнительное задание вообще никак с тобой не связано! Да и твое имя я только что услышал, как бы я подстроил все заранее?!
Цзян Аньсюэ перевел взгляд на здание общежития, в окнах которого временами мерцал слабый багровый огонек:
— Игра на редкость заботлива. Опасаясь, что участники не справятся с дополнительными заданиями, она услужливо подсвечивает цели — чтобы те не спрятались и не назвались чужими именами.
— О как... — Нань Кэ прилежно усвоил урок. Но тут же спохватился и затараторил: — Да правда нет! У меня нет такого скрытого дополнительного задания, честно, клянусь небом! Если вру — чтоб мне вовек к вайфаю не подключиться!
Цзян Аньсюэ потерял дар речи.
Клятва звучала обезоруживающе искренне.
Нань Кэ вытянулся в струнку, глядя честными-пречестными глазами. Если парень и притворялся, то играл на уровне гения театрального искусства. В противном случае он действительно не лгал.
И в этот миг тишину разорвал истошный крик.
* * *
— Брат Сунь, ты скоро?
— Да не зуди ты под руку, ссу я! — раздраженно сплюнул Сунь Чжоу.
Вот ведь нелепица! Мало того, что сдох глупейшим образом, так еще и после смерти угодил в эту чертову дыру на мучения. И какая сволочь говорила, что на том свете живется лучше, чем на этом?!
Твою мать!
Облегчившись, Сунь Чжоу встряхнул достоинством, натянул штаны и продолжил мысленно изрыгать проклятия.
То ли почудилось, то ли на самом деле повеяло холодом. Он зябко втянул шею в воротник ветровки; по спине пробежал неприятный холодок, и накатило острое желание поскорее отсюда убраться.
Сунь Чжоу взялся за дверную ручку и толкнул створку.
Не поддается?
Волоски на загривке встали дыбом. Он нажал сильнее, навалился плечом, колотя в дверь, и заорал оставшейся снаружи спутнице:
— Бай Цзин! Бай Цзин! Дверь заклинило, открой живо!
Ответа не последовало.
Словно весь туалет вместе с ним отрезало от мира и зашвырнуло в иное пространство — пространство, где не было людей, но вполне могло обитать нечто другое...
«Да нет, бред! Эта дура просто струсила и сбежала! — убеждал он себя, пытаясь совладать с паникой. — Храбрости меньше, чем у муравья, вот и бросила меня тут!»
Однако потусторонний озноб лишь крепчал. Кожу стянуло ледяным ужасом, кости мелко и неудержимо задрожали.
Вдруг сверху донеслось:
Тук... тук... тук...
Звук шагов!
У Сунь Чжоу волосы встали дыбом. Он резко вскинул голову к потолку — пусто!
Тук... тук-тук...
Снизу?!
Он опустил дикий взгляд под ноги — ничего!
Тук-тук-тук...
Шаги приближались, становясь все чаще и отчетливее. Сердце подкатило к самому горлу. Вжавшись в дверное полотно, Сунь Чжоу обливался холодным потом; тело било крупной дрожью, каждая пора кричала от первобытного ужаса.
Здесь кто-то был!
— По... помоги... — Вырвавшийся было крик о помощи захлебнулся: невидимая хватка сдавила горло намертво. Глаза мужчины полезли из орбит, на висках вздулись синие вены, руки и ноги беспомощно заколотили по воздуху.
Тук-тук-тук-тук-тук...
* * *
— Брат Сунь, ты еще не закончил?
Бай Цзин была пугливой и боялась лишний раз нарваться на брань, поэтому подождала еще с полминуты, прежде чем робко постучать в дверь мужского туалета:
— Брат Сунь...
От легкого прикосновения створка подалась и приоткрылась. Девушка с опаской заглянула внутрь:
— Брат Сунь, ты ско...
Зрачки ее сузились от немого ужаса.
Кровь. Повсюду, куда ни глянь, была кровь! На полу, на стенах, на двери, на раковинах — везде алели багровые брызги и потеки.
На полу лежало тело Сунь Чжоу. Конечности были вывернуты под неестественными, жуткими углами. Из глаз, ушей, носа, рта и проломленного черепа непрерывным потоком хлестала кровь, смешиваясь с белесой кашицей мозгов. Зрелище было омерзительным и чудовищным.
— А-а-а-а-а-а!..
Первым на крик прибежал опытный игрок, находившийся ближе всех. Поднявшиеся на третий этаж Цзян Аньсюэ и Нань Кэ подоспели последними.
Весь санузел был буквально залит кровью. Бай Цзин сидела на полу, задыхаясь от беззвучных рыданий; вцепившись в штанину бывалого игрока, она в ужасе причитала:
— Это брат Сунь... Он мертв, он правда мертв, я своими глазами видела!
Однако при всем обилии крови самого тела внутри не было. Не осталось даже обрывков плоти.
Захлебываясь слезами, девушка сбивчиво твердила:
— Пожалуйста, поверьте мне! Я сама ничего не понимаю... Труп... труп просто исчез!
Цзян Аньсюэ не стал задерживать взгляд на кровавой бойне. Его спокойный, цепкий взор упал на кафель под писсуаром: там растеклась небольшая лужица желтоватой жидкости. Брызги виднелись не только на полу, но и на плитах стены.
Моча?
В груди Цзян Аньсюэ шевельнулось смутное подозрение.
Он отчетливо помнил: Сунь Чжоу поскользнулся в собственной луже и расшибся насмерть...