Ещё до того как самолёт рухнул в морскую пучину, большинство пассажиров погибло — кто от страшных ударов, кто от удушья. Переломанное тело Цзян Аньсюэ стремительно теряло тепло. Солёная вода хлынула в горло и нос; казалось, сама кровь в жилах превращается в ледяную крошку. Сознание угасало, перед глазами вставала белёсая пелена. Всё произошло слишком быстро, не оставив времени даже на мысль. Тьма окончательно поглотила его, растворив разум в небытии.
Сколько прошло времени — мгновение или вечность, — Цзян Аньсюэ не знал. Вдруг прорезался ослепительный свет. Цзян Аньсюэ инстинктивно прикрыл глаза ладонью, и в тот же миг над ухом раздался сладкий, приветливый голос стюардессы:
— Желаете кофе, апельсиновый сок, колу или воду?
Сердце Цзян Аньсюэ пропустило удар. Он резко обернулся к улыбающейся бортпроводнице, а затем огляделся по сторонам. Пожилая пара по соседству, Чжугэ Хуайнин и те мать с ребёнком напротив, пассажиры сзади, Мэй Цяньцю, Цяо Сюнмао — все сидели на своих местах, целые и невредимые.
Тележка с едой, аккуратные контейнеры, бутылки с водой, сок, кофе, фрукты и десерты — всё стояло в том же точном порядке!
Что происходит? Неужели крушение было лишь галлюцинацией?
Заметив, что стюардесса всё так же терпеливо ждёт ответа, Цзян Аньсюэ быстро взвесил риски и произнёс ту же фразу, что и в прошлый раз:
— Воды, пожалуйста.
— Приятного аппетита.
— Спасибо.
Пока ситуация оставалась неясной, действовать вопреки прежнему сценарию было опасно — кто знает, к каким последствиям это приведёт.
Наглотавшись морской воды, пить Цзян Аньсюэ совершенно не хотел, но ради предосторожности открутил крышку и сделал символический глоток. Заодно бросил взгляд на Чжугэ Хуайнина. Тот выглядел паршиво; как ни пытался этот гордец сохранить невозмутимый вид, от внимательного взгляда Аньсюэ ничего не укрылось.
— Нам кофе, — донеслось из глубины салона.
Пока Цзян Аньсюэ размышлял, сидевший рядом старик ворчливо обратился к своей старухе:
— Поешь мяса, старуха, полезно же для здоровья.
— Нельзя мне, и так сегодня норму перебрала. Надо беречь фигуру.
— У тебя скоро выступления?
— В следующем месяце, в Большом театре города C.
Дыхание Цзян Аньсюэ перехватило. Всё повторялось точь-в-точь — вплоть до мельчайших мимических движений. По прошлым воспоминаниям, именно сейчас он должен был вклиниться в их разговор. Однако Цзян Аньсюэ решил рискнуть и промолчать. Хоть беседы с этой парой и не влияли на основной сюжет игры, именно эта мелочь могла дать ключ к спасению.
Он не стал вмешиваться. Минуты через три пассажир с заднего ряда, как по расписанию, вскочил с места:
— Мать твою, да пошевеливайся ты! Сколько можно копаться, узоры там вышиваешь, что ли?!
Игроков, сидевших вокруг, словно током ударило.
Всё заново! Петля?!
Смотреть на очередной скандал не имело смысла. Рискуя привлечь внимание системы, Цяо Сюнмао поднялся и направился к туалету. Остальные игроки, уловив манёвр, двинулись следом. Цзян Аньсюэ и Чжугэ Хуайнин подошли последними.
Девушка с короткой стрижкой нервно зашептала:
— Что происходит? Самолёт же разбился! Мы ведь погибли!
— Может, это сон? — подала голос игрочиха в квадратных очках.
— Сны не бывают настолько реальными, — с сомнением возразила Мэй Цяньцю.
— Всё просто, — вступил Чжугэ Хуайнин. — Есть отличный способ проверить, сон это или явь.
— Какой? — спросил Цяо Сюнмао.
— Убить кого-нибудь, — Чжугэ Хуайнин бросил на Цзян Аньсюэ многозначительный взгляд. — Во сне же люди не умирают, верно, Сто Миллиардов?
Цзян Аньсюэ усмехнулся и сухо выдавил:
— Слова Трёхсот Миллиардов не могут быть ошибкой.
Остальные опешили. Те, кто не открыл Список Наград — как короткостриженая девушка, — не поняли юмора. Зато Цяо Сюнмао, у которого доступ к списку имелся, обомлел. Игроков в рейтинге хватало, но первую тройку знал каждый.
Этот незаметный с виду Чжугэ Хуайнин занимал вторую строчку в Списке Наград!
Сохраняя невозмутимый вид, Цзян Аньсюэ вернулся в экономкласс и замер у прохода, ведущего в бизнес-класс. Спустя полминуты дверь открылась, и оттуда вышла Янь Цзы.
— Старший брат!
Цзян Аньсюэ заглянул ей за спину, но Лоу Ду не увидел.
— Где Лоу Ду? Почему не выходит?
— Я не знаю, — с испугом ответила Янь Цзы. — Его там нет.
— Нет?
— Угу, — девочка протянула свой билет Цзян Аньсюэ и обратилась к стюардессе: — Я меняюсь с ним местами.
Бортпроводница не стала возражать, и Аньсюэ проскользнул в бизнес-класс.
В бизнес-классе было просторно: всего девять кресел. Янь Цзы сидела в самом хвосте, а перед ней пустовало кресло — судя по всему, принадлежавшее Лоу Ду. Цзян Аньсюэ проверил туалетную комнату — пусто. Расспросил стюардессу — никаких зацепок. Лоу Ду не просто отлучился, он словно испарился!
Неужели Лоу Ду не попал в петлю реинкарнации? В одном Аньсюэ был уверен: Лоу Ду не ранен и не погиб, иначе система уже выставила бы оповещение о спасении напарника.
Мэй Цяньцю окликнула его издали:
— Аньсюэ, что произошло?
Подавив нарастающее раздражение, он махнул рукой — мол, всё в порядке, — и окинул взглядом пассажиров.
На первом месте сидел парень, увлечённо игравший в «Змейку». На втором — женщина с потемневшими ногтями и характерными мозолями на пальцах, похожая на парикмахера. Третье занимал широкоплечий мужчина с V-образной фигурой — вероятнее всего, пловец.
Вернувшись в экономкласс, Цзян Аньсюэ примкнул к группе у туалета.
— Чтобы пройти путь от ассистента после университета до преподавателя, доцента и, наконец, профессора, требуется лет семь-восемь, — рассуждала Мэй Цяньцю. — Так что профессору должно быть минимум тридцать. — Она бросила взгляд на Цзян Аньсюэ и самоиронично ухмыльнулась: — Если, конечно, не брать в расчёт гениев, вызывающих зависть у всей вселенной.
— Значит, всех, кто моложе тридцати, отсеиваем? — уточнила девушка с короткой стрижкой.
— Не суди по внешности, некоторые выглядят моложе своего возраста, — Цяо Сюнмао снова покосился на Цзян Аньсюэ.
Игрок с пробором посередине добавил:
— Я расспросил соседей. Две домохозяйки, трое студентов и четверо любителей экстремального туризма.
— Я скажу по внешним признакам, — перечислила Мэй Цяньцю. — Топ-менеджер, геодезист, сейлз-менеджер, бухгалтер, журналист и один тунеядец.
— Тунеядец? — переспросил Чжугэ Хуайнин.
— Да тот хам трамвайный, — Мэй Цяньцю закатила глаза. — Профессию его я не определила, так что пускай будет тунеядцем.
Цзян Аньсюэ отстранённо проговорил:
— В бизнес-классе — парикмахер, пловец, мангака, сценарист, гендиректор компании, переводчик и звезда.
— Откуда сведения? — поинтересовался Чжугэ Хуайнин.
— Один рисует раскадровку, вторая пишет сценарий, третий на ноутбуке набрасывает документ, четвёртый переводит. А тот, что режется в «Змейку», держит у ног мягкую игрушку и шоколад с запиской от фанатского клуба.
Чжугэ Хуайнин тихо хмыкнул:
— Есть подозреваемые?
— Старик-врач восточной медицины по соседству, — Аньсюэ оглядел игроков. — А у вас?
— Женщина через ряд от меня, — ответил Цяо Сюнмао.
— Тот хам, — вставила Мэй Цяньцю. — Воспитанности у него ноль, но диплом-то быть может. Обложить трёхэтажным матом — тоже своего рода искусство.
"Если бы ругань была академической дисциплиной, Мэй Цяньцю давно защитила бы докторскую."
— Оставим пока профессора, — резкий взгляд Чжугэ Хуайнина прошёлся по присутствующим и остановился на Цзян Аньсюэ. — С момента старта до катастрофы проходит ровно час. Прошло пятьдесят минут. Как думаете, через десять минут крушение повторится? И кстати... куда делся ваш знаменитый писатель, директор Лоу?
Прежде чем Цзян Аньсюэ успел открыть рот, Янь Цзы панически выпалила:
— Брат Лоу пропал!
— Как пропал?! — поразилась Мэй Цяньцю.
— Похоже, он просто не "вернулся", — пояснил Аньсюэ.
— Не "вернулся" или погиб? — прищурился Чжугэ Хуайнин. — Прошу прощения, если звучит как сглаз, я не со зла. Просто задумайтесь: вдруг каждая петля требует жертвы, и директору Лоу не повезло стать первым расплатившимся?
Девушка с короткой стрижкой мгновенно сообразила:
— Хочешь сказать, за каждый виток петли кто-то должен платить жизнью?
— Именно. Иначе толпе игроков слишком легко защитить одного профессора, а у NPC-убийц не останется шансов.
— Если мы застряли в петле, — вступил Цзян Аньсюэ, — главная задача — разорвать её. Иначе о прохождении можно забыть. Атаку NPC мы отбить сможем, а вот против падения самолёта и общей гибели мы бессильны.
— Верно, — поддержал Цяо Сюнмао. — Даже найди мы профессора прямо сейчас, при падении лайнера нам всем конец.
В этот момент накатило знакомое чувство. Судорожный толчок сотряс корпус самолёта, предвещая неизбежную развязку.
Снова безумная тряска. Их швыряло и бросало внутри гигантской металлической гробины. Внутренности разрывало от нечеловеческих перегрузок, осколки стекла впивались в тело, салон заполнился криками, воплями и мольбами о помощи. Подхваченный мощным потоком воздуха, лайнер устремился в океанскую бездну.
Смерть тянулась долго, но удушье оборвало всё в один миг.
И снова вспыхнул режущий глаза свет. Не успел Цзян Аньсюэ заслонить лицо, как над ухом прозвучал до боли знакомый голос:
— Желаете кофе, апельсиновый сок, колу или воду?
— Воды.
Выждав, пока пожилая пара отчеканит заученные реплики, Цзян Аньсюэ заговорил с ними точно так же, как в самый первый раз. Услышав слова «старый врач восточной медицины», он поинтересовался:
— Вы работаете в больнице? Судя по возрасту и опыту, наверняка в звании профессора?
Старик усмехнулся:
— Какой из меня профессор! Учился у старого мастера, держу маленькую частную клинику.
Ответ разочаровал.
Аньсюэ оглянулся: Мэй Цяньцю и остальные расспрашивали своих подозреваемых. Цяо Сюнмао качал головой, девушка с короткой стрижкой вздыхала. А хам в третий раз вскочил с места:
— Мать твою, да пошевеливайся ты! Сколько можно копаться, узоры там вышиваешь, что ли?!
Мэй Цяньцю опередила стюардессу и рявкнула:
— Орать в общественном месте — совсем совесть потерял?! Думаешь, весь мир — твоя мамочка, чтобы под тебя подстраиваться?!
Парень опешил от такой наглости, и ярость вспыхнула в нём с новой силой:
— Ты на кого пасть разинула, шлюха?! Нарываешься?!
Мэй Цяньцю скрестила руки на груди, не выказывая ни малейшего страха:
— Неотёсанный чурбан! Только позоришь своих родителей. Убирайся обратно в утробу матери, от тебя разит за версту!
— Ах ты дрянь! — заорал чересчур эмоциональный пассажир. — Я безграмотный?! А ты сама-то грамоте обучена, пигалица?! Началку хотя бы окончила?! Я — действующий профессор университета города C! А ты смеешь называть меня необразованным?! Совсем страх потеряла!
Слова привели всех в оцепенение. Даже Мэй Цяньцю, намеренно спровоцировавшая скандал, онемела.
"Твою мать, этот выродок и впрямь профессор?!"
Внезапно стюардесса с остекленевшими, налитыми кровью глазами выхватила со второй полки тележки столовый нож и изо всех сил вонзила его прямо в сердце парня:
— Сдохни, мразь!
Кровь хлынула фонтаном. Удар был точным и беспощадным — профессор скончался на месте.
Игроки замерли.
Всё произошло слишком быстро. Настолько быстро, что мир снова померк, и к тому моменту, как хлынул режущий свет, игроки даже не успели опомниться.
Стюардесса в четвёртый раз катила перед собой тележку. Остановившись подле Цзян Аньсюэ, она лучезарно улыбнулась:
— Желаете кофе, апельсиновый сок, колу или воду?
Несмотря на её приветливый вид, воспоминание о том, как секунду назад эта девица с озверевшим лицом заколола человека, заставляло кровь стынуть в жилах.
Этот виток натолкнул Цзян Аньсюэ на важный вывод. Петлю запускает не только крушение лайнера: стоит профессору погибнуть, как игра тут же сбрасывается к старту.
Следовательно, ключ к выживанию прост: отыскать профессора в течение часа и уберечь его от смерти. Только так можно разорвать цепочку гибельных повторов.
Цзян Аньсюэ неожиданно вспомнил предупреждение Лоу Ду. Тот заранее знал о неизбежном падении самолёта, но их разговор прервали. Что именно хотел сказать Лоу Ду? И откуда у него эти сведения? Неужели он наткнулся на какое-то скрытое задание?
И главное — куда он пропал?
Аньсюэ оглядел присутствующих. Ни один из игроков за эти витки не погиб в качестве "платы". Единственным исчезнувшим оставался Лоу Ду. Цзян Аньсюэ невольно коснулся кольца на безымянном пальце.
Мэй Цяньцю, раздосадованная до предела, бросила на Цяо Сюнмао выразительный взгляд: "Теперь твоя очередь, я умываю руки."
Сюнмао тоже не испытывал симпатии к хамоватому профессору, но спорить с цифровым фантомом считал ниже своего достоинства. Едва парень вскочил с бранью, Цяо Сюнмао попытался сгладить конфликт, за что тут же огреб порцию помоев.
Чтобы не провоцировать стюардессу на очередное убийство, Чжугэ Хуайнин заранее снял наушники и окликнул её:
— Простите, девушка, меня немного укачивает. Не найдётся таблеток?
— Конечно.
Бортпроводницу отвлекли, на время обезопасив жизнь хама.
Игроки переглянулись. Одни следили за каждым шагом профессора, другие контролировали остальных пассажиров. Минуты утекали, на часах отбило 00:59.
Самолёт содрогнулся. Накатило знакомое ощущение.
Сам факт поиска профессора не пугал, да и к бесконечным повторам устойчивый разум мог привыкнуть. Но переживать одну и ту же адскую боль, падая с десятитысячной высоты в ледяную пучину... Разок-другой перетерпеть можно, на третий-четвёртый пробирает озноб, к седьмому охватывает отчаяние, а десятая попытка попросту сводит с ума.
Цзян Аньсюэ резко очнулся.
— Желаете кофе, апельсиновый сок, колу или воду?
* * *
Даже у стойкого Цяо Сюнмао от этой фразы нервно задёргался глаз.
Почему петля не замкнулась? Разве условия выживания не выполнены — профессор найден и остался жив?!
Игрок с пробором подошёл к двери туалета и в досаде взъерошил волосы:
— Чёрт, да этот урод просто спрессовал нам мозги! Никакой он не профессор!
Чжугэ Хуайнин бросил на него ледяной взгляд:
— Не будь он профессором, с чего бы стюардессе его резать?
Цзян Аньсюэ погладил подбородок и задумчиво произнёс:
— А что, если профессор на борту не один?
Чжугэ Хуайнин резко обернулся к нему, а Мэй Цяньцю ахнула:
— Хочешь сказать, тут есть ещё один профессор?!
— А ведь запросто! — подхватил Цяо Сюнмао. — Мы же знаем сучьи повадки Игр Жёлтых Источников! Условие — защитить профессора, но точное их количество никто не указывал!
— Верно! — согласилась девушка с короткой стрижкой. — Мы решили, что он один, но среди этой кучи NPC вполне может затесаться парочка других!
— Я-то думал, мы опытная команда и уберечь одного человека — раз плюнуть, — пробормотал игрок с пробором. — А если их тут штуки семь-восемь, мы же просто разорвёмся!
— Осталось сорок минут, — отрезал Чжугэ Хуайнин. — Ищем второго. Ещё одного крушения я не выдержу.
* * *
Парень-профессор жевал хлеб, запивая соком, и с усмешкой косился на Янь Цзы:
— Пигалица, ты за мной следишь, что ли?
— Вовсе нет, — спокойно ответила Янь Цзы. — Я тебя защищаю.
— Защищаешь?! — расхохотался тот. — Соплячка, ты себя-то защитить можешь?!
— Могу. Потому что ты — профессор.
— Заткнись и сгинь отсюда! — раздражённо огрызнулся парень.
— Слышь, ты! Совсем обнаглел на ребёнка орать?! — не выдержал крупный мужчина средних лет.
— Никакого воспитания, — поддержала женщина неподалёку.
Сидевший впереди мальчик потянул за рукав скромно одетую мать:
— Мама, он обижает девочку.
Женщина посмотрела на разъярённого хама, испугалась и поспешно отвернула голову сына:
— Не лезь не в своё дело.
В этот момент запыхавшийся Чжугэ Хуайнин прибежал обратно и на весь салон выпалил:
— Профессор! Случилась беда! Послушайте меня!
Пассажиры онемели от неожиданности. Даже парень замер и сделал пару шагов навстречу:
— Чего тебе?
— Я не к вам, а к ДРУГОМУ профессору! — Чжугэ Хуайнин тревожно огляделся. — Я слышал, как бортпроводники говорили, будто среди профессоров на борту есть террорист!
Салон взорвался от переполоха.
— Какой ещё террорист?! — первым крикнул парень.
Подоспевший Цзян Аньсюэ напустил на себя напуганный и беспомощный вид:
— Настоящий! Которые устраивают взрывы и сеют панику! Бомбу заложили!
— Откуда здесь бомба?!
— Пресвятые угодники, мы все взлетим на воздух?!
— Вы не врётe?!
Чжугэ Хуайнин изобразил на лице крайнюю степень ужаса:
— Своими ушами слышал, слово в слово!
Маленький мальчик в объятиях матери залился громкими слезами.
— Господи, что же нам делать?!
— Кто он?! Где бомба?!
— Как его пропустили на досмотрах?!
— Бред какой-то! — резко поднялся пожилой тучный мужчина в дешёвых обносках с заплатками на брюках. — Какая ещё бомба?! Я сейчас же поговорю с экипажем!
Цяо Сюнмао протиснулся вперёд и выпучил глаза:
— Так вы — профессор?!
— Ну я, и что с того?! — Старик гневно раздул усы. — Я честный преподаватель, всю жизнь отдавший науке! Называть меня террористом — курам на смех!
Чжугэ Хуайнин переглянулся с Цзян Аньсюэ, а тот перевёл взгляд на всхлипывающего ребёнка.
Старый профессор в сердцах направлялся к проводникам; Цяо Сюнмао и Мэй Цяньцю устремились за ним, бросив напарникам знак: "Мы прикроем".
Цзян Аньсюэ присел перед мальчиком, доброжелательно кивнул его матери и мягко проговорил:
— Настоящие мужчины не плачут. Ну-ка, вытирай слёзы.
Испуганного малыша действительно стоило успокоить. Утирая сопли, тот обернулся к матери:
— Мамочка, я ведь не плохой?
— Конечно не плохой, ты у меня самый лучший.
— Но они говорят, что профессор — злодей...
Женщина ласково взяла личико сына в ладони:
— Профессор — замечательный мальчик. Мой Профессор Хуан — самый любимый мамин сыночек.
Игроки обомлели.
Чжугэ Хуайнин опередил Аньсюэ, подскочил к мальчику и сжал его запястье:
— Как тебя зовут?!
Малыш всхлипнул:
— Профессор Хуан...
Чжугэ Хуайнин застыл:
— Твоё имя... Профессор Хуан?!
— Угу.
* * *
Вот уж нежданный сюрприз.
Цзян Аньсюэ вернулся на своё место. Чжугэ Хуайнин устроился рядом с мальчиком — отсюда прикрывать его было удобнее всего. Парня-хама взяли под опеку Янь Цзы, девушка с короткой стрижкой и ещё четверо игроков. Цяо Сюнмао и Мэй Цяньцю неотступно следовали за пожилым профессором.
Вдруг глаза женщины налились кровью. Вытерев слёзы, она неожиданно вцепилась обеими руками в шею сына:
— Ах ты проклятое отродье! За какие грехи мне досталось такое наказание?! Весь в отца-картежника!
Сила её хватки была нечеловеческой. Прежде чем Чжугэ Хуайнин успел хотя бы двинуться, раздался сухой суставный хруст. Мать в мгновение ока переломила шею собственному ребёнку.
Внезапная атака от родной матери застала всех врасплох.
Очередной сброс. Стюардесса снова катит тележку, затягивая опостылевшую приветственную речь.
На этот раз игроки действовали без промедления. Цзян Аньсюэ и Чжугэ Хуайнин рванули с мест одновременно. Одно мгновение — и лезвие Демонического клинка Мурасамэ перерезало бортпроводнице горло. В ту же секунду Чжугэ Хуайнин мёртвой хваткой вцепился в голову матери мальчика и с оглушительным треском свернул ей шейные позвонки.
Вся расправа заняла от силы две секунды.
Грохнулись два трупа, и салон погрузился в оцепенение.
Разминая кисть, Чжугэ Хуайнин бросил на Цзян Аньсюэ взгляд:
— А мы, я смотрю, понимаем друг друга без слов.
Аньсюэ криво ухмыльнулся:
— Вы, господин Чжугэ, с виду интеллигентный человек, а режете людей без тени сомнений.
Боты — не люди. В отличие от междоусобной бойни игроков, уничтожение NPC не вызывало и тени угрызений совести.
Переложив Мурасамэ в левую руку, Цзян Аньсюэ спросил:
— Раз уж мы так сработались, угадаешь мой следующий шаг?
Чжугэ Хуайнин потёр подбородок:
— Чем лучше проявишь себя в игре, тем выше итоговый рейтинг и жирнее занос очков. Забрать всю славу себе я тебе не позволю.
Сидевшие за спиной Аньсюэ трое парней одновременно поднялись. С марионеточными, застывшими лицами они протянули руки к его горлу.
Не моргнув и глазом, Цзян Аньсюэ совершил круговой взмах Мурасамэ, разом снёсший все три головы. Чжугэ Хуайнин не отставал: выхватив кинжал, он принялся методично крошить глотки окружающим ботам, не обращая внимания на хлещущую кровь.
Наблюдавшие за этим игроки впали в ступор.
Топ-игроки оправдывали свой статус: без лишних слов устроили настоящую резню. За пять минут половина из девяноста с лишним пассажиров экономкласса превратилась в кровавое месиво. Мэй Цяньцю тоже не сидела сложа руки — схватив с полки чемодан, она крушила им головы ботов, попутно подзывая Цяо Сюнмао.
Минуло минут пятнадцать, и хаос утих. Все NPC, включая пассажиров бизнес-класса, были уничтожены под корень.
Цяо Сюнмао дрожал как осиновый лист:
— Ну и жуть... Сплошное крошево...
— За... зачем вы их перебили?! — заикаясь, спросила короткостриженая девушка.
— Потому что мне надоело играть по их правилам, — Чжугэ Хуайнин надел наушники и прикрыл глаза. — Гибель любого профессора запускает сброс. Проще зачистить салон и устранить потенциальные угрозы заранее.
— Мне по душе такой подход — просто и эффективно, — лениво отозвался Цзян Аньсюэ.
— Но почему система до сих пор не засчитала победу? — недоумевал Цяо Сюнмао.
Глядя на рассыпающиеся искрящимися пикселями тела, Аньсюэ озвучил неожиданную мысль:
— А вы уверены, что этот лайнер — тот самый рейс H2333, на который мы сели вначале?
Девушка с короткой стрижкой побледнела:
— Что?!
Мэй Цяньцю ошеломлённо замерла:
— Если этот мир — фальшивка, тогда...
— А-а-а!!
Дикий вопль оборвал её на полуслове. Игроки резко обернулись и обомлели: рука молодого профессора-хама насквозь пробила грудную клетку игрока с пробором!
С окровавленных пальцев капала алая жижа. С оскалом кровожадного безумия парень вырвал руку из груди жертвы.
Самое дикое — сам пострадавший ничего не почувствовал. С растерянным видом он уставился на оравшую девушку:
— Чего орёшь-то, перепугала!
Девушка в ужасе отпрянула. Парнишка недоумённо оглядел себя:
— Вы чего так уставились?
Сюжет обретал всё более безумный поворот: молодой профессор с жуткой ухмылкой снова всадил руку ему в нутро, вырывая кишки, сердце, лёгкие и печень, превращая грудь в пустую окровавленную полость. Но игрок не замечал увечий и только досадовал на чужие взгляды:
— Чё за психи, а?
Судя по травмам, парень должен был скончаться мгновенно.
Цзян Аньсюэ обдало холодом. В памяти всплыли слова Лоу Ду: "Ни в коем случае не умирай. Избегай смертельных ран. Живи."
Где грань между жизнью и смертью? Кем сейчас был этот игрок — живым или мертвецом? И если эта реальность иллюзорна, а петля бесконечна, означает ли гибель в ней вечное заточение в цифровом аду?
Всё это оставалось догадками, построенными на подсказках Лоу Ду. И всё же Цзян Аньсюэ решил поверить им без колебаний — не из-за разумности гипотезы, а просто потому, что эти слова произнёс Лоу Ду.
— Это точно фальшивка! Иначе с чего бы профессору нападать на нас?! — вскрикнул Цяо Сюнмао, чудом увернувшись от озверевшего мальчишки.
Ещё две игрочихи попали под удар: одной профессор пробил сердце, другой вырвал обе руки. Но обе женщины продолжали вести себя как ни в чём не бывало, не заметив, что их тела давно превратились в изувеченные трупы.
Уклонившись от смертоносного выпада, Цзян Аньсюэ взмахнул Демоническим клинком Мурасамэ, целясь в грудь агрессора. Однако сталь прошла сквозь тело, не причинив ни царапины.
Сработала механика игры. Как и хозяйка «Ресторанчика с особым вкусом», этот NPC обладал абсолютным иммунитетом к атакам игроков, сам нанося урон. Единственным спасением оставалось бегство.
Выжить в этой ловушке можно лишь одним способом — разорвать временную петлю и вырваться с иллюзорного рейса H2333!