Буквально за доли секунды в ладони Цзян Аньсюэ вспыхнула ярко-жёлтая бумажная талисман-печать, которую он намертво прилепил к массивному запястью гиганта.
Не успел тот сжать пальцы, как его мгновенно взмыло вверх — точно огромный воздушный шар, уткнувшийся в самый потолок.
Чэнь Си замёр от изумления, но тут же опомнился:
— Чёрт, я совсем забыл про этот артефакт! У меня же такой же есть!
Схватив из воздуха появившийся талисман, он подскочил к монстру и шлёпнул печать на ногу:
— Полетай ещё немного!
Не успел Цзян Аньсюэ перевести дух, как пол под ногами затрещал. Из-за диких скачек гиганта перекрытия не выдержали и рухнули. Как бы быстро Аньсюэ ни реагировал, он оставался обычным человеком, не умеющим ходить по воздуху. С грохотом и треском он провалился со второго этажа терапевтического отделения прямо в хирургию на первом.
Сверху посыпалась кирпичная крошка и обломки бетона, взвился столб пыли. Вэнь Сяобаю тоже досталось: он сорвался вниз и влепился спиной в стальную плиту, чуть не переломив поясницу.
— Цзян Аньсюэ! — заходясь в кашле, крикнул Вэнь Сяобай.
Кое-как поднявшись на ноги и подождав, пока осядет пылевая завеса, он разглядел товарища, заваленного каменными обломками. Вэнь Сяобай бросился к нему. К счастью, Цзян Аньсюэ засыпало лишь мелким мусором, а единственным тяжёлым предметом оказалась бетонная плита, прижавшая левую руку. Убедившись, что Аньсюэ в сознании, они сработали сообща: один приподнял плиту, другой вытащил израненную конечность.
— Живой? — спросил Вэнь Сяобай.
— Едва ли, — Цзян Аньсюэ скривился от острой боли в левом предплечье. Рука висела плетью. — Кажется, перелом.
В глазах Вэнь Сяобая мелькнула жалость:
— Зачем ты меня спас?
Цзян Аньсюэ даже не моргнул:
— А ты почему меня вытащил?
Вэнь Сяобай невесело усмехнулся:
— У меня резон особенный. Во-первых, это выгодно мне самому. Во-вторых, я счёл тебя другом, а друзей в беде не бросают.
— А в-третьих?
Вэнь Сяобай осёкся.
Цзян Аньсюэ поднял правую руку, ссаженную об ржавый гвоздь, и лёгким касанием смазал капли крови о кровоточащий порез на предплечье Вэнь Сяобая.
Тот отшатнулся:
— Ты чего?
— В-третьих, — спокойно проговорил Цзян Аньсюэ, — мы ведь с тобой сообщники, верно?
Вэнь Сяобай застыл. Голос его сделался сухим и напряжённым:
— Как ты догадался?
— В игре, подобной «Мафии» или «Оборотням», нельзя оставаться невидимкой, — безмятежно откликнулся Цзян Аньсюэ. — Если от тебя нет никакого толку и тебя никто не замечает, тебя пустят в расход первым же голосованием. Значит, нужно врезаться людям в память, но при этом не вызывать подозрений. А ещё сделать так, чтобы тебе доверяли, но одновременно опасались подходить слишком близко.
— И что с того?
Цзян Аньсюэ негромко вздохнул:
— Ты отправился в рубку радиовещания и собрал всех вместе. Тем самым ты запечатлелся в памяти игроков и отвёл от себя любые подозрения. Объявил себя врачом — в здешних условиях эта профессия бесценна, она автоматически наделяет тебя ореолом полезного союзника, так что люди инстинктивно прониклись к тебе доверием. А чтобы никто не лез к тебе в душу и не пытал расспросами, ты соврал, будто болен СПИДом. От такой опасной заразы любой в ужасе держится поодаль. Не имея возможности приблизиться, они не могут тебя раскусить. А из-за страха заразиться — не смеют тебе перечить.
Вэнь Сяобай с горькой иронией перебил:
— И ты решил, что я фальшивый доктор?
— Больным СПИДом противопоказано холодное и острое, чтобы не спровоцировать расстройство кишечника, — сказал Цзян Аньсюэ. — А ты без колебаний выпил ледяную воду, которую я тебе дал.
Вэнь Сяобая озарило. Он досадно покачал головой:
— Так вот где ты расставил ловушку? Только из-за этого ты понял, что я — Здоровый игрок, притворяющийся больным?
— А твоя лихорадка... — продолжил Цзян Аньсюэ.
Вэнь Сяобай развёл руками:
— Спектакль надо отыгрывать до конца. Перед тем как вернуться к группе, я заскочил в водогрейную и положил на лицо горячий компресс.
— А Ян Чжэн и тот парень с аллергией?
— Я слегка толкнул аллергика. Тот налетел на дядюшку с подагрой, а тот в порыве боли прикончил импотента. Затем подагрик задушил аллергика, а мы с Ли Лили просто помогли удерживать беднягу за руки и ноги.
Цзян Аньсюэ опустил взор:
— Вот как.
— Не суди меня строго, я просто хочу жить, — тихо произнёс Вэнь Сяобай. — Чтобы подняться в Зону A, каждый из нас прошагал по колено в крови, переступая через горы трупов. Не убей я их — они убили бы меня.
Цзян Аньсюэ молчал. Он всё понимал. Когда игроки решают идти путём уничтожения Здорового ради победы, они должны быть готовы к тому, что Здоровый даст сдачи.
— Кстати, — добавил Вэнь Сяобай с хищной ухмылкой, — если снова наткнёмся на гиганта или монстров, не вздумай меня спасать.
— Это ещё почему?
— Они не атакуют Здоровых игроков.
Цзян Аньсюэ застыл: «...»
Вот уж действительно — никаких чудес и заступничества небес! Система строго следует правилам: гигант не ворвался в процедурную не потому, что проявил милосердие, а потому что ему запрещено нападать на Здорового игрока.
За исключением сломанной руки и ноющего сердца, серьёзных травм Цзян Аньсюэ не получил. Переждав полчаса, пока приступ боли в груди немного утихнет, он вместе с Вэнь Сяобаем двинулся дальше.
Вэнь Сяобай принялся жаловаться:
— Система обязывает меня каждые десять минут менять координаты минимум на десять метров.
Цзян Аньсюэ опять промолчал. Теперь понятно, почему тот вечно метался из угла в угол. Игра ни за что не позволит Здоровому отсиживаться в укрытии.
Если так, то и Вампир наверняка кружит где-то поблизости?
Главное сейчас — отыскать Вампира.
* * *
Как говорится, против поноса не попрешь. После нескольких забегов в уборную Ван Ван выбился из сил окончательно. Он сидел на унитазе, похожий на кучу мокрой ветоши. Поглядев в зеркало на своё измождённое лицо, он тяжело вздохнул и выскочил в коридор.
Вокруг царила мёртвая тишина. Неужели отряд ушёл без него?
Сердце Ван Вана сжалось от страха. Он от природы был трусом. Подобные кровавые игры категорически ему не подходили; первую станцию он прошёл лишь благодаря опытному ветерану, а вторую — исключительно на везении и плечах товарищей.
Но эта третья станция — больница! Самое жуткое место на свете.
— Эй, есть кто-нибудь? — позвал он упавшим голосом.
В лучшей форме он был никудышным бойцом, а уж теперь, изнурённый энтероколитом, и подавно превратился в лёгкую мишень.
Едва переставляя ватные ноги, Ван Ван выбрел в вестибюль приёмного покоя — и от увиденного у него оборвалось дыхание.
Перед стойкой регистрации в луже запёкшейся крови лежал Дядюшка Подагра с почти перерезанным горлом. Чуть дальше покоилась Сунь Мяо. Ей отрубили кисти рук — отсечённые ладони валялись в пяти метрах от тела. Её лицо исказила ужасная гримаса, налившиеся кровью глаза вылезли из орбит, а в груди зияла страшная рана от удара в сердце.
— А-а-а!! — в ужасе визгнул Ван Ван и грохнулся на пол.
Кто это сделал?! Монстры? Гигант? Чудовища?
Но почему они просто убили их и не стали поедать?!
— Это сделал игрок! Это Здоровый их убил! — в панике запричитал Ван Ван.
— Ты угадал лишь наполовину, — раздался за спиной леденящий душу голос.
Ван Ван от ужаса покрылся холодным потом. Он резко обернулся и онемел:
— Хань Кай?!
— Их действительно убил игрок. Вот только не Здоровый, а я, — Хань Кай сделал два шага вперёд. Возвышаясь над съёжившимся Ван Ваном, он казался огромным утёсом.
Острое лезвие кинжала мгновенно вонзилось Ван Вану прямо в сердце. Тот вытаращил глаза, полные дикого немого недоумения:
— По... почему...
— Всё просто. Если перебить всех подряд, рано или поздно наткнёшься на Здорового, — Хань Кай с хладнокровием провернул клинок в ране. — Идеальный план, не находишь?
[Вы успешно выжили в течение 12 часов. Осталось игроков: 8.]
Время перевалило за середину, и у оставшихся участников начали проявляться симптомы воспалений и лихорадки. Чэнь Си, он же Юй Хуа, припал к полу и пытался разглядеть хоть что-то в непроглядной тьме первого этажа:
— Пропали... Цзян Ду и Вэнь Сяобай провалились вниз! Похоже, дело дрянь!
Шуй Цай в панике протирала глаза:
— Почему у меня всё расплывается? Я почти ничего не вижу!
Юй Хуа ответил:
— Диабетическая ретинопатия. Снижение зрения, пелена перед глазами, а потом полная слепота.
— Откуда ты знаешь?!
— У меня дедушка диабетик.
Шуй Цай вскрикнула:
— Я что, ослепну?!
— Забудь, сначала надо спуститься на первый этаж и найти Цзян Ду!
Они бросились к лестнице, но на пролёте столкнулись с двумя игроками — больным бронхитом и больным раком печени.
Парень с бронхитом заходился в непрекращающемся, вырывающем лёгкие кашле. Страдающий раком печени выглядел не лучше: он тяжело дышал, а рана на лодыжке нагноилась. Снедаемый болью и злобой, он прохрипел:
— Чёртов Здоровый! Почему он просто не признается и не совершит самоубийство?! Он мог бы спасти нас всех!
— Вот именно! — прорычал астматик. — Пожертвовал бы собой ради остальных! Эгоистичная тварь!
Юй Хуа почувствовал, как в нём закипает возмущение:
— Нельзя так рассуждать! Мы все люди, и жизнь у каждого всего одна. Какое вы имеете право требовать от кого-то смерти?!
— Ты что намолачиваешь?! — взвился Больной раком печени, наливаясь яростью. — Ты что, защищаешь его?! Или ты сам и есть Здоровый?!
Юй Хуа вспыхнул:
— Чушь не неси! У меня температура под сорок, меня всего колотит! Хочешь, градусником проверим?!
Шуй Цай попыталась утихомирить разбушевавшегося Юй Хуа, но повернулась к нападавшим:
— Требовать от человека пожертвовать собой — вот настоящая низость. Жизнь бесценна. Если вы ждёте чужой смерти, чтобы спасти собственную шкуру, значит, вы просто беспомощны. Будь я Здоровой, я бы тоже не стала убивать себя. У меня есть родители, есть долг перед близкими. Называйте это эгоизмом, но такова человеческая природа.
— Ха-ха-ха! Какая святоша затесалась! — Больной раком печени вцепился Шуй Цай в воротник. — Ну так и дохни здесь от уремии и отказа почек!
— Руки убрал! — рявкнул Юй Хуа и со всего маху заехал обидчику кулаком по физиономии. — Если я встречу Здорового, я не стану сомневаться. Кто кого переиграет — победит сильнейший! А сопли распускать и обвинять весь мир — удел слизняков!
Шуй Цай замерла от изумления.
— Бежим! — Юй Хуа схватил девушку за руку и потащил за собой.
— А ты, оказывается, настоящий мужчина, — улыбнулась Шуй Цай, по-новому взглянув на спутника.
Юй Хуа смущённо усмехнулся:
— Да я и от тебя не ожидал! Обычно дрожишь от каждого шороха и от жуков визжишь, а тут выдала речи прямо как королева в суде!
Шуй Цай не удержалась от смешка:
— Так моя будущая профессия — как раз языком чесать.
— Это кем же?
— Адвокатом.
— Ха-ха, теперь понятно! Кстати, я ведь не зря говорил про совпадение! Твой псевдоним... ты даже не представляешь, насколько всё совпало!
Шуй Цай недоумённо хлопнула ресницами:
— О чём ты?
— Ты — Шуй Цай, Акварель, а я — Юй Хуа, Живопись! — он весело указал на себя. — Моё настоящее имя — Юй Хуа.
Шуй Цай на секунду лишилась дара речи, а затем хохотнула. Вот уж воистину ирония судьбы!
* * *
В процедурно-хирургическом блоке царил мрак. Цзян Аньсюэ прошёл через душ и раздевалки к операционным. Вэнь Сяобай следовал за ним шаг в шаг.
— Юй Хуа и Шуй Цай — славные ребята, — тихо заговорил Вэнь Сяобай. — Они готовы были рисковать собой ради тебя. Если мы выживем, они погибнут. Что ты будешь делать?
Цзян Аньсюэ ответил не колеблясь:
— Каждому своё.
— Что? — удивлённо переспросил Вэнь Сяобай. — Я думал, ты решишь пожертвовать собой ради них!
Взгляд Цзян Аньсюэ был холоден как лёд:
— Проявить уважение к сопернику — значит выложиться на полную. К тому же...
— Что?
— Я тоже не хочу умирать.
Вэнь Сяобай печально улыбнулся:
— Из-за своего напарника?
Заметив взгляд Цзян Аньсюэ, он вздохнул:
— Знаешь, в чём главная мерзость Игр Жёлтых Источников? Командные игры — это ещё ладно. Но когда игроков стравливают между собой, резня неизбежна. Сначала вы клянётесь друг другу в верности, а потом приходится всаживать нож в спину. На одной из прошлых станций всё было похоже. Я был в большой группе, а один парень играл роль одиночки. Он внедрился к нам, стал "своим". Я верил ему как себе, мы даже поклялись дружить до гроба и обещали съесть вместе жареную ослятину, когда вернёмся в Мир живых. Мы спасали друг друга десятки раз... А потом люди из нашей группы начали умирать один за другим. В конце концов он раскрылся — стоял передо мной по локоть в крови.
Вэнь Сяобай опустил голову, глаза его наполнились тоской:
— Но что оставалось делать? В этой игре либо ты, либо тебя. Я сказал ему, что угощу его ослятиной уже в следующей жизни. Это был первый раз, когда я убил человека. Своего лучшего друга. Я ведь тварь, правда?
— Ты просто хотел жить, — в глазах Цзян Аньсюэ скользнула тень понимания. — Ничего больше.
Когда-то он презирал своих одноклассников, которые безжалостно резали друг друга, забыв про человечность. Но теперь он понимал: каждым из них двигал один-единственный первобытный инстинкт — выжить.
Разве для желания жить нужны оправдания?
— Юй Хуа помог мне, — произнёс Цзян Аньсюэ, толканием ноги открывая герметичную дверь операционной. — Я попытаюсь убедить его выбрать путь Вампира. Если он не послушает — что ж, я сделал всё, что мог.
— Ты ищешь здесь оружие? — засуетился Вэнь Сяобай. — Может, тут есть электропила? Чёрт, темнота хоть глаз выколи, где выключатель?
— Нет, я ищу не оружие, а Vamp... — Цзян Аньсюэ оступился, задев ногой пинцет и окровавленный костный молоток.
Вдруг из глубины коридора донёсся громкий металлический лязг.
Здоровый и ловкий Вэнь Сяобай мгновенно выскочил в коридор:
— Я проверю!
Из вспомогательного помещения донеслись звуки падающих предметов, и секунду спустя из темноты выскочила высокая худая фигура, устремившись к выходу.
Цзян Аньсюэ успел разглядеть беглеца в тусклом свете, падавшем из дверного проёма.
Лицо незнакомца покрывали жуткие волдыри и нарывы, кожа на шее и плечах сгнила, сочась отвратительным гноем.
Это тот самый «зомби», о котором говорил Чэнь Си?!
Цзян Аньсюэ сам не понял, что на него нашло — логика требовала держаться от заражённого как можно дальше, но тело сработало быстрее разума, и он бросился в погоню.
Они на пределе возможностей выскочили из блока операционных в приёмный покой, но тварь двигалась невероятно быстро и мгновенно растворилась во тьме.
Цзян Аньсюэ остановился, тяжело опираясь на стену. Сердце заходилось в бешеном ритме. Вдруг неподалёку показался силуэт.
Вот же чёрт!
Аньсюэ выпрямился, наблюдая, как к нему, надрывно кашляя, приближается Хань Кай.
— Нашёл Здорового? — вращая в пальцах хирургический скальпель, поинтересовался Хань Кай.
Цзян Аньсюэ ответил ледяным тоном:
— Нет. А ты?
— В процессе, — Хань Кай остановился в шаге от него. — Впрочем, к чёрту Здорового. Не кажется ли тебе, что триста миллионов награды — куда более лакомый кусок?
В то же мгновение Хань Кай взмахнул клинком. Цзян Аньсюэ вскинул правую руку — острейший скальпель с металлическим звоном ударился о его предплечье.
Хань Кай, знавший о секрете Демонического клинка Мурасамэ, ничуть не удивился:
— А я-то думал, где ты прячешь Мурасамэ... Оказывается, твоё собственное тело служит ему ножнами!
Встревоженный и азартный, Хань Кай другой рукой выхватил хирургические ножницы и нацелил их прямо в сердце Аньсюэ!
Атака была стремительной. Цзян Аньсюэ, не имея возможности защищаться сломанной левой рукой, резко прогнулся назад, избежав смертельного удара. Упав на спину, он без промедления вскинул ногу и мощным пинком въехал Хань Каю в живот. Тот отлетел на пару шагов, хрипя и кашляя — болезнь лёгких дала о себе знать.
Проклянув всё на свете, Хань Кай набросился на поднимающегося Аньсюэ, нанося удары по жизненно важным точкам.
За три секунды они обменялись десятком выпадов. Хань Кай, обладавший огромной физической силой, прижал Аньсюэ к полу и занёс скальпель. Лишь чудовищная реакция спасла Цзян Аньсюэ: лезвие чиркнуло по мочке уха и вонзилось в бетон.
— У тебя одна рука, тебе меня не одолеть! — со свирепым оскалом рявкнул Хань Кай. — Что ж ты не убьёшь меня Мурасамэ?! Не умеешь? Или твой клинок разит только демонов, а против людей бесполезен?!
С этими словами он со всей дури обрушил кулак на сломанную левую руку Аньсюэ!
Адская боль ослепила Цзян Аньсюэ, перед глазами поплыли кровавые круги. Превозмогая сердечную судорогу, он вскинул ноги, замкнул их на шее Хань Кая и рванул на себя с чудовищной силой.
Хань Кай захрипел, лишаясь кислорода, и разжал руки.
Но Цзян Аньсюэ не ослабил хватку. Завалившись набок, он мёртвой хваткой вцепился правой рукой в руку противника, продолжая сжимать его горло ногами.
Лицо Хань Кая налилось багрово-фиолетовым цветом, глаза налились кровью и вылезли из орбит. Он смотрел на Аньсюэ с лютой, неугасающей ненавистью.
[Общесерверное объявление: Поздравляем высокоуровневого игрока Цзян Аньсюэ с ликвидацией высокоуровневого игрока Хань Кая. Награда за поимку: 80 000 000 игровых очков.]
* * *
Ань Чэн в кепке замёр, не веря собственным ушам.
Больной бронхитом обомлел:
— Награда за поимку?! Что это ещё значит?!
Больной раком печени пробормотал:
— У тебя что, значок на билете не проявился? Это Список наград! Хань Кай был крупной рыбой из Списка, а они оба — высокоуровневые игроки!
— Цзян Аньсюэ... Цзян Ду?! — Юй Хуа едва не потерял дар речи. — Тот самый Цзян Аньсюэ, который недавно вошёл в Зону A?!
Шуй Цай в растерянности перевела взгляд:
— Я слышала о Цзян Аньсюэ, поднявшемся из Зоны D в Зону B... Когда он успел пробиться в Зону A?! Постойте, мы говорим об одном и том же человеке?!
Юй Хуа ответил:
— Когда он вошёл в Зону A, ты была в Мире живых, а там связи нет.
Шуй Цай прикрыла рот ладонью:
— Боже мой... Мы что, ходим рядом с легендой?!
* * *
В Зале отдыха сообщение вызвало эффект разорвавшейся бомбы:
— Хань Кай мёртв?!
— Вот это работа! В Зале отдыха сразу дышать стало легче!
— Ха-ха-ха! Давно пора было прикрыть этого ублюдка! Открывайте шампанское, пока память о нём не испарилась!
— За победу!
— Прикончить монстра из Списка наград... Награда за самого Цзян Аньсюэ теперь взлетит до небес!
* * *
Находясь в глубине лабиринта, Лоу Ду невольно улыбнулся. Загнанное, тревожное сердце на миг обрело покой.
Живой?
Как хорошо.
Раз у него есть силы уничтожать игроков из Списка наград, значит, состояние его стабильно.
* * *
Цзян Аньсюэ казалось, что он умирает.
Он поднялся на ноги, но горло обжёг металлический привкус. Он зашёлся в тяжёлом кашле, и на пол выплеснулся сгусток алой крови.
Медицинских познаний Ши Ка хватило, чтобы понять: это острая сердечная недостаточность. Если не принять меры, сердце просто остановится.
Активировав Карту выносливости, Цзян Аньсюэ заставил себя сделать шаг. Из темноты подбежал Вэнь Сяобай. Увидев мёртвого Хань Кая и бледного, как полотно, Аньсюэ, он застыл, а затем подскочил и подставил плечо.
— У меня две новости — хорошая и плохая. С какой начать?
Цзян Аньсюэ чувствовал себя настолько скверно, что хуже быть уже не могло:
— С плохой.
Вэнь Сяобай закатал рукав, демонстрируя ровный след от укуса:
— Меня цапнул зомби.
Цзян Аньсюэ: «...»
— По идее, я должен превратиться в упыря, — вздохнул Вэнь Сяобай. — А моя смерть означает твою смерть.
Цзян Аньсюэ лишь промолчал.
— Но! — оптимистично воскликнул Вэнь Сяобай. — Раз система назначила меня Здоровым игроком, у меня абсолютный иммунитет! Иначе какой же я Здоровый? Меня бы списали в ту же секунду. Так что я не превращусь. Это и есть хорошая новость.
— Поздравляю, — безжизненно откликнулся Цзян Аньсюэ.
— Тебе нужен кислород? Пойдём в пульмонологию?
— Не надо. Осталось одиннадцать часов, — Цзян Аньсюэ вызвал лифт и прислонился к стене. — Я найду того зомби.
— Ты с ума сошёл?! — обомлел Вэнь Сяобай.
Цзян Аньсюэ методично пояснил:
— Мы обошли всю больницу. Кроме этого зомби и гиганта, других существ нет. Если Вампир — это NPC, он обязан проявлять активность и появляться перед игроками.
— Думаешь, зомби и есть Вампир? — Вэнь Сяобая передёрнуло. — Дичь какая-то.
Они спустились на первый этаж и вышли к стойке регистрации. Три трупа заставили их замереть.
Дядюшка Подагра, Ван Ван, Сунь Мяо.
— Дело рук Хань Кая? — предположил Вэнь Сяобай.
Сердце Цзян Аньсюэ пропустило удар:
— Погоди. Число не сходится.
— Что?
— В трансляции говорилось, что осталось девять выживших. Посчитай, сколько погибло на данный момент.
— Эти трое, Аллергик, Импотент, Ли Лили... Без Хань Кая получается шестеро.
— А сколько всего было игроков?
— Четырнадцать... Стоп, осталось восемь?!
— Есть ещё один игрок, — глубоким, зловещим тоном произнёс Цзян Аньсюэ. — Всего было пятнадцать человек. И один из них до сих пор не показал лица.
Вэнь Сяобай похолодел.
Цзян Аньсюэ приложил палец к губам. Из коридора послышались шаги — подходили Больной раком печени и Больной бронхитом. Из лифта напротив вышел Ань Чэн в кепке, а с балкона второго этажа послышались радостные возгласы Юй Хуа и Шуй Цай:
— Цзян Аньсюэ, наконец-то мы тебя нашли!
— Господин Цзян, мы спускаемся!
Все три группы одновременно устремились к Цзян Аньсюэ, образовав плотное кольцо.
Больной раком печени косо поглядывал на Юй Хуа и Шуй Цай. Заметив, как те весело приветствуют Аньсюэ, он сжал зубы от зависти и злобы.
Ань Чэн сдвинул кепку на лоб и сделал шаг вперёд:
— Не думал, что встречу самого Цзян Аньсюэ. Я хоть и состою в Списке наград, но на задворках, так что даже хвастаться стыдно.
Юй Хуа смущённо почесал затылок:
— Да я тоже там числюсь... За меня дают десять миллионов, поэтому привык пользоваться псевдонимом. Зови меня Юй Хуа.
Цзян Аньсюэ кивнул. Он помнил имя Юй Хуа из наградных листов.
— Раз уж ты доверился мне и назвал настоящее имя, спасибо.
Юй Хуа замахал руками:
— Что ты, это мне честь!
Шуй Цай подала голос:
— Что делаем дальше? Ищем Вампира и попутно вычисляем Здорового?
Больной раком печени возмутился:
— А если Вампир взбесится и вырежет нас всех?!
Юй Хуа язвительно отрезал:
— Без риска в этой игре не выжить.
— Риск — дело дураков, — огрызнулся тот.
— Ну так сиди здесь, — Юй Хуа повернулся к Ань Чэну. — А вы?
Ань Чэн хмыкнул:
— Я с вами.
Они двинулись по коридору. Ань Чэн пристроился рядом с Цзян Аньсюэ и как бы невзначай спросил:
— Зачем ты убил Хань Кая?
— Он напал первым, — небрежно откликнулся Аньсюэ. — Самооборона.
Ань Чэн ухмыльнулся:
— Ты — легенда Зоны A. Как думаешь, кто из нас Здоровый?
Цзян Аньсюэ улыбнулся:
— Подозревать можно каждого: Юй Хуа, Шуй Цай, вон того парня с раком печени, Вэнь Сяобая... И тебя.
— Меня? — Ань Чэн наигранно изумился. — Чем же я похож на Здорового? По-моему, Вэнь Сяобай куда подозрительнее.
— Вот как? — спокойствие Аньсюэ не колебалось. — Раз так, не спускай с него глаз. Если угадаешь — спасёшь всех нас, станешь героем.
— Героем-то героем, — протянул Ань Чэн, — да только если Здоровый умрёт, кому-то придётся плакать.
— Главное — выжить самому, — парировал Цзян Аньсюэ.
— И то верно, — согласился Ань Чэн.
Вдруг Юй Хуа судорожно зажал рот и метнулся в туалет. Через секунду оттуда донеслись звуки рвоты.
Ань Чэн нахмурился:
— Господин Вэнь, а почему его так выворачивает?
Вэнь Сяобай отмахнулся:
— Побочка от химиотерапии.
— Хм... А какова симптоматика лейкоза?
— Разновидностей лейкоза много, система не уточняла диагноз.
— Расскажи про основные? — допытывался Ань Чэн. — Врач ведь должен уметь ставить диагноз по внешним признакам?
Вэнь Сяобай почесал нос:
— Диагностика по внешности — это к традиционной китайской медицине. К тому же я офтальмолог, в гематологии не силён.
— Понимаю. Извини, если мои расспросы звучат так, будто я сомневаюсь в твоей квалификации, — Ань Чэн хитро улыбнулся.
Шуй Цай не выдержала и вступилась:
— Доктор Вэнь настоящий! Я уверена, что он не Здоровый!
Ань Чэн тут же переключился на неё:
— А кто тогда?
Шуй Цай опустила глаза:
— Не знаю... Здоровый слишком хорошо притворяется.
— Что ж, — Ань Чэн обвёл присутствующих внимательным взглядом. — Я верю, что Юй Хуа — не Здоровый. У Цзян Аньсюэ симптомы налицо. У госпожи Шуй действительно проблемы со зрением — я проверял. Я доверял и доктору Вэнь... Но теперь сомневаюсь.
Больной раком печени рыкнул:
— Говори прямо!
Ань Чэн в упор посмотрел на Вэнь Сяобая:
— Расскажи-ка, что ты чувствуешь? Где болит?
Вэнь Сяобай насупился.
— Выбирай выражения осторожно, — предупредил Ань Чэн. — Ошибёшься — и я решу, что ты симулируешь СПИД.
Вэнь Сяобай усмехнулся:
— Будто ты специалист по ВИЧ.
— Ещё какой, — Ань Чэн осклабился. — Мой отец — заведующий отделением инфекционных заболеваний. Не интерн, а заслуженный врач.
Вэнь Сяобай внутренне замёр.
— Ты объявил себя больным СПИДом, рассчитывая, что тебя испугаются и не станут рассматривать вблизи, — голосом следователя заговорил Ань Чэн. — Но почему ты укутан с ног до головы в такую жару? Холодно? Или ты боишься, что мы не увидим на твоей коже саркомы Капоши, пурпуры и герпеса? Почему на тебе свитер с высоким горлом? Не потому ли, что твои лимфоузлы на шее, подмышками и в паху ничуть не увеличены?!
Вэнь Сяобай застыл как истукан.
Вот же проклятие! Попасться на родственника инфекциониста!
Игроки в шоке уставились на Вэнь Сяобая, а затем на Ань Чэна:
— Это правда?!
Ань Чэн продолжал давить:
— А раз доктор Вэнь — Здоровый игрок, у меня есть все основания полагать, что Цзян Аньсюэ, который спасал его ценой жизни и оставался с ним наедине, — не кто иной, как Предатель!
Юй Хуа, только что вышедший из туалета, онемел от неожиданности.
Цзян Аньсюэ недоумённо почесал затылок, взглянул на Ань Чэна и поинтересовался самым невинным тоном:
— Брат Почечнокаменный, а твой почечный приступ уже прошёл?
Ань Чэн поперхнулся:
— Что?
— Мой сосед страдал почечнокаменной болезнью, — рассудительно произнёс Цзян Аньсюэ. — Рассказывал, что боль в животе и пояснице такая дикая, что на стену лезть хочется. Какая тут беготня — лежишь пластом и молишь о смерти. Почему же ты стоишь тут огурчиком и толкуешь про симптомы?
Ань Чэн застыл:
— Я...
Цзян Аньсюэ с наигранным ужасом прикрыл рот:
— Неужели ты симулировал?! Забыл про "боль", потому что слишком обрадовался встрече со мной?!
Толпа ахнула.
Больной раком печени взревел:
— Точно! Почечная колика — это же адская боль!
Юй Хуа закричал:
— Ах ты паскуда, так у тебя нет никаких камней?!
Ань Чэн остолбенел. Он действительно забыл.
Точнее... боль отступила!
Но почему?! С каких пор?!
С тех пор, как Цзян Аньсюэ угостил его кофе?!
Кофе не мог дать такого эффекта, если только... Если только туда не подмешали мощный анальгетик! Цзян Аньсюэ ведь заходил в процедурную!
В то же мгновение над головой Ань Чэна блеснуло лазурное лезвие.
Сработало звериное чутьё: Ань Чэн кувырком отпрыгнул назад и мгновенно встал в боевую стойку, готовясь к контратаке.
Вся комбинация заняла от силы две секунды.
На третью секунду Ань Чэн понял, что совершил роковую ошибку.
Цзян Аньсюэ убрал клинок и обессиленно опёрся о стену. Тяжело дыша, он ухмыльнулся:
— Какая реакция! Какая скорость и грация! Физическая форма просто загляденье!
Больной бронхитом побледнел:
— Ты... Ты Здоровый!
Больной раком печени взревел:
— Ах ты тварь! Сам Здоровый, а на других клеветал!
Ань Чэн в отчаянии крикнул:
— Идиоты, это не я! Это Вэнь Сяобай!
— Наглядные улики налицо, а ты отпираешься! — раковый больной замахнулся дубинкой.
Ань Чэн увернулся и с разворота прописал нападавшему мощнейший лоу-кик. Раздался хруст — у парня треснули рёбра, он с воплем рухнул на пол.
Юй Хуа и больной бронхитом ринулись в бой.
— Тупые бараны! — рявкнул Ань Чэн. Он уклонился от градуса кулаков Юй Хуа и ударом снизу выбил зубы астматику.
В этот момент на него наскочил Вэнь Сяобай. Скальпель в его руке превратился в стальную молнию, оставив глубокие порезы на лице, шее и запястье Ань Чэна.
Ань Чэн вытаращил глаза:
— Твоя скорость...
Второй выпад Вэнь Сяобая был нацелен прямо в кадык. Смертельная угроза нависла над Ань Чэном.
— [Портативное пространство]! — выкрикнул Ань Чэн.
Его тело подёрнулось мягким свечением. Вэнь Сяобай в последнем прыжке успел вцепиться ему в запястье — и в следующий миг оба игрока рассыпались яркими искрами и исчезли.
Больной бронхитом сплюнул кровь:
— Куда они делись?!
— Артефакт использовал, сука! — прорычал раковый больной, держась за бок. — [Портативное пространство] переносит в случайную точку! Надо их найти!
Юй Хуа хотел было броситься в погоню, но заметил застывшего Цзян Аньсюэ:
— Мы не идём?
Цзян Аньсюэ покачал головой:
— Пусть ищут. Ты видел, на что способен Ань Чэн. Если Вэнь Сяобай не справится, нам нужно хотя бы найти Вампира, чтобы обезопасить себя.
Юй Хуа хлопнул себя по лбу:
— Точно!
Шуй Цай спросила:
— Но где искать Вампира?
— Я видел, как он побежал в сторону амбулаторного корпуса, — Цзян Аньсюэ потёр виски. — Разделимся и проверим кабинеты.
Своевременно применённая Карта выносливости не давала Аньсюэ окончательно упасть без сил.
Он поочерёдно осмотрел терапевтический, офтальмологический, ортопедический и ревматологический кабинеты — пусто.
Поднялся в отделение рентгенологии. Там царил сумрак, и Аньсюэ возлагал на него большие надежды, но внутри не оказалось ни души.
Выйдя в коридор, он наткнулся на процедурный кабинет забора крови. Внутри стояла непроглядная тьма.
Вампиры боятся света.
Миновав аптечный склад, Цзян Аньсюэ тихо пошёл к процедурной.
Стеклянные двери были разбиты — похоже, работа гиганта. Сжав в руке Мурасамэ, Аньсюэ ступил в тёмное помещение.
Под ногами хрустели осколки пробирок и шприцев. На кафеле темнели застарелые пятна запёкшейся крови.
Тук!
Тихий, едва различимый звук заставил Аньсюэ замереть. В звенящей тишине он прозвучал как выстрел.
Кто там? Вампир? Или очередной монстр?
Цзян Аньсюэ шаг за шагом приближался к источнику звука. Мурасамэ в его руке испускал холодное свечение.
Сердце колотилось о рёбра. Нельзя ошибиться и случайно прикончить Вампира, но и подставить горло под удар тоже нельзя.
— Выходи, — вполголоса произнёс он, зажимая существо в тупике между стеной и гематологическим анализатором. — Ты — Вампир?
Тень в углу сжалась.
Из-за тьмы виден был лишь силуэт: худой, высокого роста.
Помявшись, Цзян Аньсюэ убрал Мурасамэ и поднял открытые ладони:
— Я пришёл просить о помощи.
Существо в углу не шелохнулось.
Аньсюэ сделал осторожный шаг:
— Здесь слишком темно. Выйди на свет.
Тень молчала.
Аньсюэ задумался. Как заставить его выйти?
Если это Вампир, он должен быть жаден до крови...
Точно.
Цзян Аньсюэ слегка надрезал предплечье. Капли свежей, алой крови выступили на коже.
Тень в углу вздрогнула.
Сработало!
Аньсюэ медленно отступил к дверному проёму:
— Иди сюда.
Существо поднялось и двинулось вслед за запахом крови.
Выйдя из мрака к пробивающемуся свету коридора, тварь предстала во всей своей жуткой натуре.
Изуродованные черты лица, искривлённые пальцы, мертвенно-бледная кожа, покрытая язвами и нарывами. Кровоточащие дёсны и два длинных, острых клыка, выступающих изо рта...
Это был не просто зомби. И не просто вампир.
И это лицо... Оно казалось знакомым.
Цзян Аньсюэ в изумлении распахнул глаза:
— Цзе Янь?!