Она родилась в самой обычной, ничем не примечательной семье. Отец выбросил новорождённую на улицу лишь потому, что та оказалась девочкой, а не долгожданным сыном.
От верной гибели кроху спасла женщина по имени На Ша.
Пятнадцать лет пролетели как один день. Вэнь Дуона уже смирилась со своей скромной долей, но судьба судила иначе: дева оказалась отмечена десницей Всевышнего. Ей открылись тайны колдовства, и она взошла на престол Святой девы. С тех пор весь народ преклонялся перед ней, сам вождь склонял колени, а каждый её день рождения превращался в грандиозное празднество. Ей приносили щедрые дары — отборное мясо, рыбу и спелые плоды.
Из забитой дурнушки, вечно страдающей от нужды, она в одночасье превратилась в прекрасную лебедь.
Однажды в их края забредал чужеземец. Судьба свела их среди бескрайнего цветочного океана Сяпа.
Вэнь Дуона стояла среди лавандовых зарослей в белоснежном национальном платье. Её чистый, прозрачный взгляд лучился ярче ночных звёзд. Увидев её, А-Бу обомлел. От природы застенчивый и неречистый, юноша неожиданно для самого себя проникся неведомой смелостью. Сделав неловкий поклон, он запнулся и смущённо пробормотал:
— П-привет... Я... меня зовут А-Бу. Зд-здравствуй...
Вэнь Дуона тихо рассмеялась, заворожённая робостью этого паренька.
А юноша окончательно потерял голову, пленённый её чистой, неземной красотой.
Они полюбили друг друга. Шестнадцатилетней Вэнь Дуоне казалось, что она обрела весь мир. Никогда прежде её сердце не знало подобного счастья.
Но однажды, вернувшись домой, она застала яростную перепалку. На Ша спорила с женщиной, называвшей себя родной матерью девушки. Обе боролись за право распоряжаться её судьбой.
— Вы выбросили её, как ненужный хлам! — кричала На Ша. — Я выходила её, выстирала, вырастила красавицей, а ты явилась на всё готовое?! Прочь отсюда!
— Ты просто наживаешься на ней, злобная тварь! — не уступала соперница. — Я костьми лягу, но не дам тебе её использовать!
На Ша растила её шестнадцать лет, отказывая себе во всём. Девушка сочувствовала приёмной матери: та до смерти боялась снова оказаться в нищете и, вкусив богатства и почитания, теперь цеплялась за них из последних сил. Пожираемая жадностью, На Ша требовала от Святой девы всё больше и больше. Памятуя о материнском труде, Вэнь Дуона безропотно исполняла любую её прихоть.
И пусть от непомерного напряжения она чахла на глазах, а на молодом лице залегали ранние морщины, девушка не роптала. Жизнь казалась ей светлой и полной надежд, ведь А-Бу не отверг её. Он любил её прежней.
Однако счастье длилось недолго. Об их связи стало известно племени.
Первым против чужестранца восстал вождь. Племя день за днём пыталось вразумить Святую деву, а самого А-Бу бросили под замок.
Тогда Вэнь Дуона решила: раз сан Святой девы не позволяет им быть вместе, она отречётся от него. Она бросит всё и сбежит с любимым на край света.
С помощью магии она вызволила А-Бу. Они уже готовились пересечь океан, но путь им преградил вождь со своей дружиной. Сотни соплеменников пали перед ней на колени, а вождь с горечью возопил:
— Святая дева! Если ты уйдёшь, что станет с нами?! Что станет с нашим народом?! Вокруг полно врагов, жаждущих наших богатств. Кто защитит племя от резни, если ты нас покинешь?!
— Как ты можешь быть настолько эгоистичной?! — вторили ему из толпы. — Променять весь свой род на одного чужака?! Предать родную кровь и землю?!
— Если Святая дева уйдёт, мы все лишим себя жизни! Без тебя нам не выжить! Чем гибнуть от рук иноплеменников, мы лучше умрём прямо сейчас!
Здесь был её дом, её кровь, её народ.
Эти узы связали её по рукам и ногам. Выхода не было... Вэнь Дуона вернулась.
Чтобы окончательно отрезать девушке путь назад, вождь приказал схватить А-Бу. Юношу пытались сломать: ему сулили несметные богатства, статус наследника и в жёны — прекрасную дочь самого вождя. Любой другой мужчина поддался бы такому искушению, но А-Бу остался глух к посулам.
— Напоите его Любовным гу! — в ярости взревел вождь.
Дочери он отдал материнский гу, а А-Бу силой заставили проглотить отцовский гу.
Превратившись в безвольную марионетку, юноша словно в тумане отгулял свадьбу с дочерью вождя и был отведён в брачный покой.
Казалось, всё кончено. Однако в брачную ночь А-Бу внезапно очнулся. Осознав, что отравлен заклятием Любовного гу, он прибег к последнему средству: чтобы заглушить дурман, юноша нанёс себе несколько тяжелейших ударов ножом. Превозмогая адскую боль, истекая кровью, он вырвался из покоев и бросился прочь, непрестанно повторяя имя любимой.
— Неблагодарная тварь! — созвал вождь соплеменников.
Толпа перекрыла беглецу путь. А-Бу рвался вперёд с отчаянным рёвом, и тогда вождь окончательно потерял человеческий облик:
— Он чужеземный соглядатай! Он затуманил разум Святой девы, чтобы погубить наш род! Забейте его! Во имя Святой девы — забить насмерть!
На юношу обрушился град ударов. Палки и железные лопаты ломали рёбра, дробили кости ног, пробивали череп.
А-Бу лежал в грязи, тяжело угасая. Он с трудом протянул изувеченную руку к витавшему перед глазами призрачному образу:
— Вэнь... Дуона...
Очередной удар разможил ему кисть — кости хрустнули, но боль уже не могла вырвать из его груди ни звука. Чувства притупились. Перестав защищать голову, он лишь упорно полз вперёд, ведомый единственным зовом сердца. За ним тянулся широчайший кровавый след.
— Вэнь Дуона, жди меня... Не бойся... Я... проложу путь... В следующей жизни мы обязательно встретимся... в цветочном океане Сяпа...
— Что вы делаете?!
Громовой вопль заставил убийц оцепенеть. С багровых от крови дубин капала алая юшка. Мужики побледнели, а двое от страха и вовсе обмочились.
Вождь опешил и попытался заслонить собой растерзанное тело:
— Святая дева?.. Как вы здесь...
— Прочь! — выдохнула Вэнь Дуона.
С лицом белым как мешанный мел, она растолкала соплеменников и замерла перед кровавым месивом.
— А... А-Бу...
Опустившись на колени, она осторожно тронула остывающую щёку юноши, а затем прижала его к груди. Ни одной целой косточки. Всё тело — сплошная рана. Убит. Забит до смерти.
И Святая дева зарыдала. Её отчаянный, надрывный вопль разорвал ночную тишь. Из глаз вместе со слезами хлынула кровь, и луна за густыми тучами словно налилась багрянцем.
За какой-то час её смоляные волосы полностью побелели. С горящими ненавистью глазами, похожая на вырвавшуюся из преисподней демоницу-ракшаси, она обрушила на племя свой гнев. Вэнь Дуона вырезала каждого, кто был причастен к гибели А-Бу: вырывала сердца, выпускала кишки, сдирала кожу с живых.
А после, опустившись рядом с любимым, она взяла нож и медленно, с филигранной точностью начала срезать с его костей плоть, погружая кусок за куском в глиняные сосуды. Кости она истолкла в порошок, запечатав в урну, и нанесла на глазурь заклятие собственной кровью.
— А-Бу, я буду ждать. Сколько бы лет ни прошло, найди меня... И возьми в жёны.
С треском разламываясь на части, древний остров погрузился в пучину океана.
* * *
[Поздравляем игроков Цзян Аньсюэ, Лоу Ду, Нань Кэ, Цзе Янь, Лу Чжань, Янь Цзы и Ван Цзыцян с прохождением основного сюжета этой игры! До завершения раунда остаётся один день. Желаем выжившим приятной игры!]
Системное оповещение эхом раскатилось над Островом Счастья. Остальные двадцать один игрок задрожали от ужаса.
— Они всё-таки спровоцировали «Шах и мат»! Дерьмо, они что, решили нас всех прикончить?! — Лысый одним точным ударом ножа уложил пришедшего искать неприятностей Игрока № 70. Чжоу Ми тоже действовала безжалостно, в мгновение ока перерезав горло Игроку № 80.
Испуганная Девушка в очках пролепетала:
— По правилам игры нам отведён месяц! Они раскрыли сюжет всего за семнадцать дней и выбили «Шах и мат» у Игр Жёлтых Источников... Что же нам теперь делать? Что произойдёт с островом?
— Я слышала об этом лишь мельком, — хмуро отозвалась Чжоу Ми. — После активации «Шаха и мата» шанс выжить составляет от силы процентов десять. Так что пеняйте на себя. Если есть предметы — используйте не задумываясь, нечего их копить.
— Остался всего день, и это играет против нас, — взяв себя в руки, трезво рассудил Лысый. — Мы — игроки с цифровыми номерами. У нас есть всего два пути к победе: либо разгадать сюжет, либо убить Большого чёрта. За оставшиеся сутки разгадать сюжет с нуля невозможно, так что единственный шанс выжить — прикончить Большого чёрта!
— А почему нельзя просто спрятаться? — не унималась Девушка в очках. — Разве мы не можем просто дождаться конца отведённых суток и выжить?
— Новичок, включи ты мозги! — рявкнула на неё Чжоу Ми, опередив Лысого. — Система с самого начала объявила: условие победы — не «продержаться месяц», а раскрыть сюжет или убить Большого чёрта! У нас только эти два варианта. А это значит, что когда время истечёт, все, кто не разгадал тайну и не прикончил Большого чёрта, просто сдохнут!
Девушка в очках побледнела до синевы, губы её затряслись:
— То есть... главное, чтобы Большой чёрт умер? Или выживет только тот, кто нанесёт решающий удар... и место всего одно?!
От этих слов десяток присутствующих игроков одновременно оцепенели.
До них только сейчас дошла эта простая и страшная истина.
Большой чёрт — всего один. И победа зачтётся только тому, кто его убьёт!
Если бы смерть Большого чёрта давала автоматическую победу всем игрокам с цифровыми номерами, Игры Жёлтых Источников были бы слишком милосердны.
За вычетом Большого и Маленького чертей, а также демонических воинов, в игре участвовало сто восемь человек. Если среди них найдётся хоть один головорез, который прикончит Большого чёрта, Маленькие черти и демонические воины тут же выбывают и погибают. Но остальным ста семи цифровым игрокам остаётся единственный путь — сюжетный. И если за месяц они его не раскроют, вся сотня отправляется на тот свет.
Проще говоря: выжить гарантированно сможет лишь один-единственный счастливчик — тот, кто нанесёт смертельный удар Большому чёрту.
Сто двадцать два игрока на старте — и лишь один победитель в финале.
Вот какова истинная подлость этой игры. Вот в чём сущность Игр Жёлтых Источников!
За считаные секунды атмосфера накалилась до предела. Каждое оружие сжалось в руке. Те, кто мгновение назад были союзниками, в следующую секунду превратились в смертельных врагов.
Кто успеет первым — тот выживет. Кто промедлит — тот умрёт.