[Жизнь похожа на поезд: кто-то входит, а кому-то пора выходить. Добро пожаловать на борт Поезда Жёлтых Источников.]
[Следующая остановка — «Ресторанчик с особым вкусом». Пассажирам, выходящим на этой станции, просьба заранее подготовить напарников, оружие и вещи к высадке.]
* * *
Цзян Аньсюэ протянул билет маленькой кондукторше, и та приступила к подсчёту награды.
— Поздравляем с успешным прохождением испытания «Остров Счастья»! Награда: 15 000 игровых очков, ранг S, принадлежность — Зона B.
— Для высокоуровневых игроков очковый множитель составляет х3, что даёт 45 000 очков плюс гарантированная базовая тысяча. Итого: 46 000 очков. Баланс вашего счёта — 197 600 очков.
— Поздравляем! Вы получили награду: 24-часовая карта выносливости — 2 шт. Для активации обратитесь к Администратору.
— Текущее содержимое инвентаря: 24-часовая карта выносливости — 2 шт., пакет с кровью 1000 мл — 2 шт., карта маскировки — 1 шт., портативное пространство — 1 шт., кость удачи — 1 шт., Благословение E — 1 шт.
Цзян Аньсюэ забрал билет. На обратной стороне узора два лепестка и три тычинки цветка подземного царства налились алой краской.
Весь бутон окрасился в цвет свежей крови.
Девочка сладко улыбнулась:
— Поздравляем с достижением «Цветок Жёлтых Источников»! Вам открыт доступ к Списку наград.
Перед Цзян Аньсюэ возник прозрачный виртуальный экран диагональю около семидесяти дюймов. Сверху донизу его заполнял плотный перечень имён.
Никакой анонимности — настоящие имена без купюр, разве что фотографии отсутствовали.
Рядом с каждым именем значилась сумма награды, а за ней пульсировали зелёные стрелки падения и красные — роста, точь-в-точь как на фондовой бирже. Позиции в рейтинге и суммы менялись каждую секунду. Цзян Аньсюэ наугад ткнул в одно из имён. Открылось всплывающее окно со статистикой.
Там во всех подробностях расписывался каждый пройденный инстанс с момента входа в Игры Жёлтых Источников, итоговые оценки и даже короткие видеоролики от пяти до тридцати секунд с наиболее яркими моментами сражений — для оценки боевого потенциала. Вдобавок указывались бонусы за статус высокоуровневого игрока и общая оценка системы: ранг B.
Едва Цзян Аньсюэ вошёл во вкус, разбирая чужие показатели, как окно схлопнулось, а имя игрока испарилось из Списка наград.
Кондукторша с готовностью пояснила:
— Исчезновение имени означает смерть участника. Если игрока убивает другой претендент, система оглашает это на весь сервер. Раз оповещения не было, значит, бедолага сгинул из-за внутренних факторов игры.
— Этот Список наград составляет сама система? — уточнил Цзян Аньсюэ.
— Совершенно верно.
— Тогда я могу сделать вывод, что участники из этого списка слишком талантливы? Они представляют угрозу, вызывая у системы опасение или азарт, и потому она натравливает на них остальных?
Девочка наклонила голову набок и проговорила наивным детским голоском:
— Никому не под силу превзойти Главного Бога. Вы всего лишь ничтожные смертные, как вам тягаться с божеством? Список наград — просто забава, потакающая людской жажде соперничества и жестокости. Он похож на расстрельный список: стоит там оказаться, как на тебя тут же объявят охоту. Но с другой стороны, это ещё и доска почёта! Чем выше строчка, тем ты сильнее. Ты получаешь признание, славу и аплодисменты, прямо как настоящая звезда.
— Миллионы участников рвутся в Зону A и мечтают попасть в Список наград лишь затем, чтобы тешить своё тщеславие. Игры Жёлтых Источников дали людям шанс подзаработать, а заодно устроили эдакую корриду для Главного Бога — ему ведь тоже бывает скучно.
Малышка мягко и ласково улыбнулась:
— Вот и всё.
Цзян Аньсюэ сухо ухмыльнулся.
Для Главного Бога все они — не более чем заводные игрушки. Смертные стравливают друг друга насмерть просто ради того, чтобы развлечь заскучавшего владыку!
— А что слышно про Нань Кэ?
— Игрок Зоны C Нань Кэ в данный момент находится на испытании, — ответила кондукторша.
— Каков сеттинг?
— Психиатрическая лечебница.
Цзян Аньсюэ хватило этих двух слов, чтобы представить, в какой ад попал Нань Кэ. Оказаться запертым среди безумцев, врачей и сиделок со шприцами наготове... Там и здоровый сойдёт с ума за считанные дни.
Одно дело продержаться пару суток, но Нань Кэ торчит там уже целых триста шестьдесят дней!
Жив ли он вообще? Сохранил ли рассудок?
К высокоуровневым игрокам кондукторы проявляли редкое снисхождение. Заметив тучу на лице Цзян Аньсюэ, девочка решила добровольно поделиться полезной информацией:
— Правом на дистанционную связь обладают только участники Зоны A. Они могут подать запрос системе и связаться с любым игроком сквозь пространство и время. Лимит — пять минут.
Цзян Аньсюэ не отозвался. Полезного в этом было мало.
— А вот вмешиваться в чужие испытания позволено лишь игрокам особого класса. По запросу система может забросить их в разгар игры к конкретному участнику — для помощи или устранения.
Малышка с энтузиазмом продолжала просвещать его, не заботясь о том, хочет ли Цзян Аньсюэ её слушать:
— Игроки особого класса могут прийти на выручку союзнику или же выследить жертву. К примеру, если такой участник выберет цель из Списка наград, он может напрямую внедриться в её инстанс и совершить убийство, не дожидаясь случайного распределения. Полная свобода действий! Правда, это не касается индивидуальных дуэлей — вроде квалификаций или персональных вызовов. В подобные битвы вмешиваться запрещено.
— Выходит, даже будь у меня статус игрока Зоны A или особого класса, повлиять на испытание Нань Кэ я бы всё равно не смог? — ледяным тоном уточнил Цзян Аньсюэ.
— Именно так, господин. — Девочка похлопала большими невинными глазами. — Уважаемый игрок, у вас остались ещё вопросы?
Цзян Аньсюэ молча вздохнул. Вежливости ей не занимать, а вот от ответов толку — как от козла молока.
* * *
Свет и тени качнулись. Цзян Аньсюэ очутился в тёмном переулке, за выходом из которого бурлила городская жизнь: ярко горели огни витрин, сновали прохожие.
Прямо перед ним стояло здание ресторана с довольно широким фасадом. Застеклённые двустворчатые двери были распахнуты настежь, а скромная отделка ничем не отличалась от обычного городского заведения.
Цзян Аньсюэ поднял взгляд. На чёрной деревянной вывеске красовались тиснённые золотом иероглифы: * «Ресторанчик с особым вкусом»*.
[Добро пожаловать в Игры Жёлтых Источников — «Ресторанчик с особым вкусом».]
[Локация: Частный ресторан в глухом переулке.]
[Предыстория: Известное в городе B приватное заведение. Местные блюда обладают уникальным, незабываемым вкусом, вызывающим мгновенное привыкание.]
[Время прохождения: 7 дней.]
[Условие победы: Выживайте как умеете.]
[Желаем приятной игры!]
[Ваш напарник: Лоу Ду.]
[Координаты: За вашей спиной.]
В переулке вместе с Цзян Аньсюэ находились ещё восемь участников. Все они были одеты по-разному: кто-то с рюкзаком за плечами, кто-то с чемоданом на колёсиках.
Их возглавлял гид — NPC в спортивном костюме, державший в левой руке красный флажок, а в правой — рупор. Он пронзительно объявил:
— Город B славится не только своими пейзажами! Этот ресторанчик пользуется бешеной популярностью в сети, отзывы сплошь пятизвёздочные, а посетители от здешней кухни в полном восторге. Говорят, у их стряпни есть волшебное свойство: первый кусочек кажется обычным, второй — слегка странным, а после третьего вы уже не сможете без неё жить!
— Напридумывают же сказок, — пробормотала одна из участниц.
Круглолицый мужчина с короткой стрижкой «ёжиком» фыркнул:
— Привыкание с третьего куска? Туда что, опиумный купорос подмешивают?
— Да какая разница! — оживлённо отозвался жизнерадостный парень. — Главное, раунд выглядит халявным: бегать ни от кого не надо, да и с голоду не помрёшь.
Гид продолжал вещать:
— У заведения свои строгие правила! Здесь подают только ужины, двери открываются исключительно по вечерам, а завтраков и обедов не бывает в принципе. Кроме того, меню отсутствует: что шеф приготовит, то и будете есть. Прошу за мной!
Подобная спесь характерна для многих именитых частных заведений: один приём пищи в день, никаких заказов по желанию — и всё равно от клиентов отбоя нет.
Внутри ресторанчик выглядел неожиданно уютно, хоть и без пышной роскоши. От интерьера веяло умиротворяющей деревенской простотой, а в центре зала росло пышное искусственное дерево с густой зелёной кроной.
Поскольку здание находилось в низине между соседними домами, загораживавшими солнце, естественного света не хватало, а тусклые лампочки под потолком едва рассеивали полумрак. Пришлось немного подождать, пока глаза привыкнут к освещению.
Мужчина с причёской «ёжиком» предложил:
— Может, представимся? Меня зовут Чун Шань.
— Моя фамилия Юй, — сухо отронила девушка.
Она назвала только фамилию, чтобы не светить полное имя и обезопасить себя.
Остальные игроки, хоть и не обладали уникальными статусами, решили не рисковать и последовали её примеру, ограничившись лишь фамилиями.
— Я Хао, — представился оживлённый парень.
Элегантная женщина в ярко-красном пальто — Мэй Цяньцю — с невозмутимым видом утаила настоящую фамилию:
— Моя фамилия Цю.
Чун Шань, открыто назвавший своё имя, насупился: выходило, что остальные схитрили, а он один выложил карты на стол. Наехать было не на кого — сам виноват, но осадочек остался.
Раздражённо оглядевшись, он вдруг замер, а затем расплылся в изумлённой улыбке:
— Ого! Вы случайно не тот самый знаменитый писатель ужасов Лоу Ду?
Лоу Ду молчал.
Каждый мог утаить имя — даже тот же Лу Чжань, актёр тринадцатого эшелона. Но только не Лоу Ду. Его лицо было слишком узнаваемым.
Заметив, что не он один рассекречен, Чун Шань мгновенно повеселел и радушно предложил всем рассесться.
В этот момент со второго этажа спустилась официантка. На вид ей было лет двадцать с небольшим, стильная короткая стрижка, приветливая улыбка и красная униформа с бейджиком: «Цзи Жань».
— Приветствую! Рассаживайтесь, где удобно, ужин почти готов.
Цзян Аньсюэ поднялся с места:
— Подскажите, где здесь уборная?
— Прямо по коридору и налево, — вежливо ответила Цзи Жань.
— Благодарю.
До остальных тут же дошло: предлог со сбором в туалет — отличный шанс изучить планировку. Но если вся орава разом повалит в сортир, это привлечёт лишнее внимание, так что пришлось придушить любопытство и остаться на местах.
В этом раунде система установила лишь временной лимит, не озвучив чётких условий победы, что существенно усложняло задачу.
Если требовалось просто продержаться семь дней — достаточно сидеть тихо и не нарушать табу. Если же суть заключалась в расследовании сюжета, пассивно сидеть нельзя — придётся искать улики.
Цзян Аньсюэ действительно дошёл до туалета. Уборная делилась на две крошечные кабинки, в каждой из которых едва помещался один человек.
У раковины он столкнулся с Мэй Цяньцю, поджидавшей его у входа.
Ей было тридцать четыре года. Незамужняя карьеристка, успешная и уверенная в себе женщина с безупречным вкусом. Дорогой наряд, макияж от люксовых брендов, роковой бюст и обворожительное лицо — поклонники выстраивались за ней в очередь от Цзинчжоу до Хайчэна. Впрочем, она предпочитала холостую жизнь и пользовалась свободой на полную катушку.
— Надо же, снова вместе в одной игре, — проговорила Мэй Цяньцю, опираясь на дверной косяк и крутя в пальцах скальпель. — Не думай, я его не с собой принесла. Система выдала.
— По легенде мы — экскурсионная группа, приехавшая в город B, — Цзян Аньсюэ пошарил в кармане и вытащил пачку сигарет с ветрозащитной зажигалкой. — Нам распределили роли и предметы, соответствующие статусу.
— И что это значит? — Мэй Цяньцю приподняла бровь. По одной пачке сигарет профессию не угадаешь.
Цзян Аньсюэ пожал плечами:
— Роль — не главное. Важно оружие. Эти предметы даны не просто так. Твоим скальпелем можно защититься или кого-нибудь пырнуть. А моими сигаретами и зажигалкой в крайнем случае можно устроить неплохой пожар.
Мэй Цяньцю тут же вспомнила рассказ Мин Сянчжао о «Смертельном банкете», где Цзян Аньсюэ сжёг всю виллу вместе с сюжетным монстром.
Вот уж действительно отчаянный тип!
— Цзян Аньсюэ, Мэй Цяньцю.
Неожиданное обращение по полным именам заставило обоих вздрогнуть. Обернувшись, они увидели того самого жизнерадостного парня, назвавшегося фамилией Хао.
Мэй Цяньцю нахмурилась:
— Ты кто такой?
— Duang! — Парень изобразил руками выразительный жест. — Я из чата брата Мина. Ник — Duang.
Мэй Цяньцю потребовалось три секунды, чтобы сообразить:
— Так ты из нашей тусовки! На сходках тебя не было, фотки не выкладывал, вот и не признала.
Хао Шуан хохотнул:
— Да я тоже не сразу понял! Вы же шифровались. Благо Лоу Ду — фигура заметная. А где Лоу Ду, там и Цзян Аньсюэ, вы же напарники! Я искал момент шепнуть пару слов без свидетелей и никак не ожидал, что «госпожа Цю» — это наша «Я так прекрасна». Вот уж воистину судьба!
Предаваться воспоминаниям Мэй Цяньцю не собиралась и сразу перешла к делу:
— Какое оружие досталось тебе?
— Бесполезный мусор, — развёл руками Хао Шуан и вытащил из кармана обыкновенный карманный фонарик.
Планировка заведения оказалась предельно простой. При входе располагался обеденный зал, в глубине которого находилась лестница. Слева — дверь в туалет, справа — проход на кухню.
Кухонная дверь была наглухо закрыта, оттуда доносился лишь гул вытяжки да ритмичный стук ножа по разделочной доске.
Лестница на второй этаж выглядела довольно крутой, и из-за угла обзора с первого этажа разглядеть происходящее наверху не удавалось.
Чтобы не вызывать подозрений, троица вернулась в зал.
К этому моменту на столе уже стояли три тарелки с холодными закусками: битые огурцы, морская капуста и маринованный бамбук.
Официантка Цзи Жань принесла большой стеклянный кувшин с густой алой жидкостью, похожей на вишнёвый сок или винную настойку.
— Это свежевыжатый микс из клубники, арбуза и черешни, — с улыбкой пояснила она, разливая напиток по десяти бокалам, включая гида. — Очень освежает и бодрит!
Лоу Ду поднёс бокал к носу. Запах действительно напоминал фруктовый сок с лёгкой арбузной свежестью, но в нём угадывалась какая-то едва уловимая, странная нотка. На дне проглядывал осадок — то ли мякоть, то ли что-то ещё.
Девушка по фамилии Юй боязливо глянула на Чун Шаня:
— Ну как, вкусно?
— Да вроде нормально, — Чун Шань сделал ещё глоток. — Вкус специфический, но пить можно.
Убедившись, что подопытный живой, остальные участники несмело приложились к бокалам. Напиток и впрямь оказался необычным, но вполне приятным.
Мэй Цяньцю уже поднесла бокал к губам, когда заметила, что Цзян Аньсюэ и Лоу Ду даже не прикоснулись к соку.
— Вы чего не пьёте? — шёпотом спросила она.
— Соком жажду не утолишь. И тебе не советую, — с ленивым видом отозвался Цзян Аньсюэ, после чего повернулся к официантке: — Девушка, а обычной воды не найдётся?
— Конечно, сейчас принесу.
Цзи Жань вернулась с графином. Цзян Аньсюэ налил себе стакан — обычная кипячёная вода.
Хао Шуан тут же подскочил со своим бокалом:
— Напитки только усиливают жажду, я тоже водички бахну. Спасибо!
Лысеющий плотный мужчина, жадно заглотнувший полбокала, смерил их презрительным взглядом:
— Вы чего выкаблучиваетесь? Раз подали сок, значит, надо пить. Не боитесь табу нарушить?
Лоу Ду смерил его холодным взором:
— А вы не боитесь, что сам сок и есть табу?
Мужчина поперхнулся, лицо его налилось краской:
— Умники хреновы! Смотрите, как бы боком не вышло!
— И вам того же, — отрезал Лоу Ду.
Мэй Цяньцю грациозно вскинула подбородок и налила себе воды:
— В Играх Жёлтых Источников каждый сам за себя. Что вы так распереживались?
Плотный мужчина окончательно взбесился и пробормотал сквозь зубы:
— Сговорились, суки...
В этот момент из кухни вышла ещё одна женщина. На ней был домашний халат и кухонный фартук, а выражение лица не предвещало ничего хорошего.
Она молча поставила на стол блюдо с тушёной свининой и повернулась, собираясь уйти.
Цзи Жань поспешила за ней:
— Хозяйка, вы всё ещё на меня сердитесь?
Женщина скрестила руки на груди и холодно отрезала:
— Завтра собирай пожитки и проваливай.
— Хозяйка?..
— Расчёт переведу на карту.
Цзи Жань побледнела:
— Вы... вы меня увольняете?
— Сама прекрасно всё знаешь, — раздражённо отмахнулась женщина.
Девушка панически схватила её за руку и прямо на глазах у изумлённой публики рухнула на колени, заливаясь слезами:
— Хозяйка, прошу вас, не прогоняйте меня! Мне очень нужна эта работа, очень!
Женщина явно не ожидала такого поворота и попыталась вырвать руку:
— В зале люди! Совсем стыд потеряла? Встань немедленно!
Цзи Жань безудержно рыдала, вцепившись в её ноги:
— Не встану, пока вы меня не простите!
Хозяйку перекосило от злости:
— Хватит разыгрывать сиротку! «Нужна работа»? Да тебе мой муж нужен, дрянь! Думаешь, я не знаю про ваши шашни? Не хочешь позора на весь город — собирай манатки и вали!
Игроки, наблюдавшие за драмой: «...»
Классический любовный треугольник: жена, муж и молодая любовница.
Вот только при чём тут прохождение раунда? Неужели условие победы — помочь жене прогнать разлучницу или, наоборот, устроить счастье любовнице?
Цзи Жань ещё немного поплакала на полу, затем утёрла слёзы, поднялась и с пылающими от стыда щеками вернулась к столу:
— Извините, дорогие гости... Простите за эту сцену.
Игроки переглянулись. Пожалуйста, продолжайте, мы не против.
Дальше ужин проходил под стук посуды. Хозяйка и Цзи Жань по очереди носили блюда. Официантка ещё пару раз пыталась заговорить с хозяйкой, но та её игнорировала, и в итоге Цзи Жань ушла плакать в туалет.
Стол ломился от еды: жареная рыба, сочное мясо, тушёные овощи. Ароматы стояли такие, что слюнки текли.
— Будем есть? — тихо спросила девушка по фамилии У. — А вдруг отравлено?
Хао Шуан с видом эксперта уверенно заявил:
— Вряд ли. Нам тут продержаться надо семь дней. Если еда ядовитая, мы тупо сдохнем от голода.
Он смело отправил в рот кусок баклажана, пожевал секунду и внезапно схватился за горло. Лицо его посинело, а глаза вылезли из орбит.
Госпожа У визгнула от ужаса:
— А-а-а!
Плотный мужчина так дёрнулся, что задел свой бокал, и густой красный сок расплескался по полу.
Хао Шуан согнулся, прокашлялся, проглотил кусок и с хохотом высунул язык:
— Да шучу я, не ядовито!
Игроки мысленно помянули всех его родственников.
— Не ядовито-то не ядовито, но вкус реально странный, — продолжил парень как ни в чём не бывало. — Даже не объясню. Попробуйте сами!
Раз уж есть доброволец, остальные решили рискнуть.
Первый кусочек — вроде обычный.
Второй — с поволокой странности...
А третий... Боги, да это же шедевр!
У плотного мужчины глаза на лоб залезли:
— Мать твою, да как это вообще вкусно?!
— Святые угодники, я в жизни ничего подобного не пробовала! Попробуйте рыбу! А какой тушёный баран, просто отвал башки!
— Это не свинина, это мясо дракона!
Люди сходили с ума от восторга. Всякая осторожность испарилась, палочки мелькали над тарелками с бешеной скоростью.
— А краб-то, а краб! Острый, пряный, пальчики оближешь!
— А курица? Какой гений это готовил?!
— Невероятно! Если меня завалят в этой игре, я сдохну счастливым!
Сочные хрустящие ножки в золотистой корочке, тающие во рту кусочки мяса, непередаваемый букет специй — еда дарила почти наркотическое наслаждение. В считанные минуты стол был вычищен дочиста, некоторые готовы были вылизать соус с тарелок.
После трапезы гид рассыпался в комплиментах кухне и вытащил шеф-повара на аплодисменты. Покупавшись в лучах славы, повар вернулся к жаровне, а сытые и довольные игроки наперебой хвалили заведение.
Цзян Аньсюэ тоже не остался в стороне, отвешивая изысканные комплименты налево и направо. Затем он неторопливо подплыл к Цзи Жань и осыпал её лестью с ног до головы, отчего девушка залилась густым румянцем.
— Вы так прекрасны, госпожа Цзи... У вас есть лишь один недостаток.
— Какой? — пролепетала она.
— Недостаток меня рядом с вами.
Лоу Ду с громким звоном грохнул металлические палочки о стол и сжал зубы. Где он набрался этой дешёвой пикаперской дряни?!
Цзян Аньсюэ не обратил на него внимания и продолжил с мягкой улыбкой:
— Я не мастер говорить красивости, но ваша утончённая красота заставляет меня выдумывать всё новые похвалы.
Цзи Жань вспыхнула, как спелый помидор.
А Лоу Ду позеленел от ярости!
— Пойду в уборную, — прорычал Лоу Ду и прожёг Хао Шуана таким взглядом, что у парня мурашки побежали по шее.
— Слушай, — Хао Шуан ткнул локтём Мэй Цяньцю, доедавшую огурец. — Цзян Аньсюэ что, реально запал на этот скрипт?
— Не мели чуши, — Мэй Цяньцю погладила животик. — Ох, объелась... Тоже пойду носик попудрю.
Цзян Аньсюэ, опираясь на стойку, непринуждённо проговорил:
— Вы так милы, госпожа Цзи, да и готовите изумительно. Тому, кто возьмёт вас в жёны, несказанно повезёт!
— Что вы, я вовсе не умею готовить! Я просто официантка, — смутилась девушка.
— Да неужели? — с наигранным изумлением спросил Цзян Аньсюэ. — А я решил, что тушёные шарики, кисло-сладкую свинину, судака и краба приготовили именно вы. На каждом из этих блюд стояло украшение из резной розы.
Он указал на выброшенные на стол гирлянды из овощных цветов:
— Точь-в-точь как та роза, что вытатуирована у вас на ключице.
Цзян Аньсюэ прищурился:
— Одинаковый почерк. Вот я и подумал на вас.
В глазах Цзи Жань мелькнул испуг. Она судорожно поправила воротник, закрывая татуировку, и тихо ответила:
— Все эти блюда готовит А-Дун. У него золотые руки.
— А-Дун? Это хозяин? — Цзян Аньсюэ подался вперёд. — Не подумайте ничего такого, мне просто любопытно. Обычно в подобных местах рецепты держат в секрете и чужаков на кухню не пускают.
— Так и есть. Но наш хозяин всё же нанял повара для обычной обжарки. А вот маринование мяса, специи и соусы делает сам, в тайне от всех.
* * *
Лоу Ду направился вовсе не в туалет. Он свернул в коридор, ведущий к кухне.
Мэй Цяньцю тоже не пошла в уборную — она бесшумно поднималась по лестнице на второй этаж.
Лоу Ду прекрасно понимал, что Цзян Аньсюэ лишь разыгрывает комедию ради информации, но при виде его ухаживаний внутри закипала лютая, неконтролируемая злость!
Стены коридора украшали пейзажи в традиционном стиле, фотографии довольных посетителей и совместное фото персонала. Лоу Ду сразу узнал Цзи Жань и хозяйку. Рядом с ними стояли симпатичный мужчина и худой парень в поварском колпаке.
Опустив взгляд, Лоу Ду заметил у самого пола странные красные разводы. Из-за тусклого света они казались винно-бордовыми, словно запёкшаяся кровь.
Он присел на корточки и присмотрелся. Это оказалась не кровь, а восковой мелок.
При детальном осмотре обнаружились и другие цвета: синий, жёлтый, зелёный. Беспорядочные каляки-маляки сложились в неуклюжий домик, кривое дерево и несуразное животное.
Рисовал ребёнок.
Однако на фотографии персонала никаких детей не было.
Неужели рисунки оставил кто-то из посетителей?
Но если испорченную стену так и не очистили, вероятнее всего, это следы чада самого владельца.
Коридор упирался в массивную дверь кухни. Стук ножей и шум вытяжки к этому моменту стихли.
Лоу Ду осторожно подобрался к двери и потянул за ручку.
Заперто.
— Господин, что вы здесь делаете?
Лоу Ду мгновенно отдёрнул руку и обернулся. За его спиной стояла хозяйка, удерживавшая попавшуюся Мэй Цяньцю.
— Ищу туалет, — не моргнув глазом заявил Лоу Ду.
— Туалет в другой стороне, — с ледяным видом указала женщина. — Здесь служебная зона. Наш ресторан бережёт свои секреты. Если вы случайно увидите лишнее, это будет расценено как промышленный шпионаж.
Характер у хозяйки явно был не из мягких.
Вопросов накопилась тьма, но форсировать события сейчас было глупо. Лоу Ду и Мэй Цяньцю пришлось вернуться в зал.
Гид объявил:
— Поужинали отлично! Время позднее, пора отправляться в гостиницу.
Вся группа поплелась за гидом. Игроки готовились к долгой прогулке, но, выйдя из ресторана, прошлёпали ровно два метра, толкнули узкую дверцу размером с туалетную и поднялись по крутой лестнице на третий этаж.
Оказалось, гостиница располагалась прямо над «Ресторанчиком с особым вкусом»!
* * *
Каждому участнику отвели по отдельной комнате. Однако Лоу Ду под предлогом безопасности настоял на том, чтобы заехать к Цзян Аньсюэ.
Остальные игроки, глядя на них, тоже решили объединиться.
Плотный мужчина по фамилии Цянь взял к себе двух новичков — молодых девушек.
Чун Шань заселился с Хао Шуаном, а госпожа Юй — с Мэй Цяньцю.
Господин Цянь расплылся в сальной улыбке, увлекая перепуганных девушек в свои хоромы и приговаривая слащавые напутствия.
Ночь вступила в свои права. В доме воцарилась тишина.
Кровать в комнате была односпальной, вдвоём на ней не поместиться. Лоу Ду принёс из соседнего номера матрас и устроил себе постель на полу. Разговаривать он не рвался, а Цзян Аньсюэ не спешил завязывать беседу. Тяжёлое молчание висело в воздухе.
Лишь когда оба умылись и легли, Лоу Ду не выдержал:
— Цзян Аньсюэ.
— М-м? — откликнулся тот с кровати.
Лоу Ду облегчённо вздохнул. Попробуй он заговорить, а в ответ — тишина, вышел бы конфуз.
— Где ты набрался этих слащавых бредней?
Цзян Аньсюэ повернулся на бок и ухмыльнулся:
— Посмотри пару мелодрам, и не такому научишься.
— Ты смотришь любовные фильмы? — удивился Лоу Ду.
— Коллеги смотрели, мне волей-неволей приходилось слушать.
Лоу Ду вспомнил, как тот флиртовал с официанткой, и внутри снова закипела досада:
— Не разбрасывайся подобными фразочками. Нарушат тебе фасад когда-нибудь.
Цзян Аньсюэ изобразил невинность:
— Я всего лишь сделал комплимент. Похвалить женщину за красоту, а мужчину за статность — обычный вежливый этикет.
— Этикет? Ну-ну, — буркнул Лоу Ду. — Большой знаток, я смотрю.
— Стараюсь, — не смутился Цзян Аньсюэ.
Лоу Ду подавился воздухом.
Он крутился с боку на бок, но сон не шёл. Раздражение выжигало изнутри.
Наконец он сел и в тусклом свете луны уставился на спокойное лицо Цзян Аньсюэ. Глядел-глядел, и злость постепенно испарилась. Точно колдовство какое-то: рядом с этим человеком всякая ярость сходила на нет.
— Повара зовут А-Дун, — не открывая глаз, проговорил Цзян Аньсюэ. — У них с Цзи Жань роман. Он выражает чувства довольно своеобразно — выкладывает овощные розы в форме её татуировки. Ресторан предоставляет жильё и еду. А-Дун работает тут года четыре, а Цзи Жань — всего год.
Лоу Ду от неожиданности чуть не подпрыгнул на матрасе.
Ах ты лис! Притворялся спящим!
Цзян Аньсюэ открыл глаза и встретил недоумённый взгляд Лоу Ду:
— А ты что выяснил?
Лоу Ду потянулся поправить очки, но пальцы ткнулись в пустоту — очки лежали на тумбочке. Смущённо кашлянув, он ответил:
— В здании есть ребёнок. Возраст от трёх до девяти лет. Имя, внешность и статус неизвестны.
— А кухня?
— На замке.
— Завтра надо туда проникнуть.
— Пойдём напролом? — изумился Лоу Ду.
— Вскроем замок и прокрадёмся.
— А если поймают?
— Притворимся идиотами, — Цзян Аньсюэ оптимистично поправил одеяло. — Спокойной ночи.
* * *
Посеред ночи Цзян Аньсюэ вынырнул из кошмара. Он тяжело дышал, прижав ладонь к бешено колотящейся груди.
Вдруг за окном раздался тихий, протяжный плач.
Плакала женщина.
Кто это — игрок или NPC?
Девушек среди участников было всего трое. Мэй Цяньцю точно не стала бы распускать сопли, значит, плакала одна из новеньких. Но рыдания доносились с улицы — вряд ли у них хватило бы дерзости вылезти наружу в глухую ночь.
Если же это сюжетный персонаж, то оставались хозяйка или Цзи Жань.
Едва Цзян Аньсюэ скинул одеяло, собираясь подойти к окну, как плач мгновенно оборвался.
— Ложись спать. Любопытство сгубило кошку, — прошептал Лоу Ду с пола. Неизвестно, проснулся он от шума или не спал вовсе, но взгляд его был ясным. Он поднялся и заботливо укрыл Цзян Аньсюэ. — Спи.
Цзян Аньсюэ уже собрался лечь назад, как вдруг за дверью раздались шаги.
Кто-то... или что-то медленно поднималось по лестнице. Тяжёлые шаги заставляли деревянные половицы отзываться едва слышным скрипом.
Оно приближалось.
И замерло прямо перед их дверью.
Лоу Ду быстро зажал Цзян Аньсюэ рот ладонью, призывая к тишине, и приковал внимательный, опасный взгляд к дверному проёму.