Что там происходило снаружи — кроется ли за дверью человек или лютый демон, — оставалось загадкой. Рисковать не стоило. Хотя с их уровнем подготовки даже кровожадное отродие не представляло серьёзной угрозы, в непроглядной тьме любое опрометчивое действие могло привести к необратимым последствиям.
Гнетущее безмолвие длилось около трёх минут. Затем шаги за дверью замерли и начали медленно удаляться, пока окончательно не затихли в глубине коридора.
Остаток ночи прошёл без происшествий. Когда они проснулись, стрелки часов подбирались к шести вечера.
У Лоу Ду, привыкшего к строгому распорядку, внутренние биологические часы работали безупречно. Настоящий организм просыпался минута в минуту даже в жестоком пространстве Игр. Сон, затянувшийся почти на двадцать часов, выглядел слишком аномально.
Здесь крылись два объяснения: либо они угодили в какую-то хитроумную ловушку, нагонявшую непроглядную дремоту, либо правила игры принудительно ограничивали активность игроков только ночным временем.
Ведь игровой локацией служил «Ресторанчик с особым вкусом», а подобные заведения днём не работают.
Иными словами, пусть на прохождение и выделялась целая неделя, на реальные действия оставалось лишь три часа во время ужина. Если отбросить условности, в распоряжении участников были всего одни сутки.
Организмы игроков, запертых в вынужденной спячке, не прекращали жизнедеятельности. Пропустив два полноценных приёма пищи, все были голодны как волки. Когда гид снова повёл группу на ужин, у людей от голода едва не светило в глазах — каждый был готов ворваться на кухню и сожрать всё сырьём.
Еду подала хозяйка заведения. На столе вновь красовалось гармоничное сочетание мясных и овощных блюд.
— Жареные пельмени на воде — фирменное угощение нашего заведения! — с улыбкой произнесла она.
Вчерашнее уныние исчезло без следа. Хозяйка больше не хмурилась, хлопотала вокруг гостей и выглядела весьма радушной.
Цзян Аньсюэ оглядел зал и сощурился:
— Хозяйка, а где ваша официантка?
Мэй Цяньцю подхватила с легким наигрышем:
— И впрямь, куда делась Цзи Жань? Я хотела спросить у неё секрет ухода за кожей!
При упоминании девушки хозяйка помрачнела:
— Я её уволила.
— Уволила? Жаль... — со вздохом протянул господин Цянь.
Лоу Ду бегло пересчитал присутствующих. За прошедшие сутки не погиб ни один игрок.
Юй Синь тоже это заметил, но расслабляться не спешил. Зловещий характер Игр Жёлтых Источников был ему прекрасно знаком: эта система никогда не дарует милосердных каникул.
И в этот момент под потолком раздался механический голос системного оповещения:
[Поздравляем! Вы выжили в течение суток. Текущее количество игроков: 10.]
Все замерли.
Десять?!
Не считая NPC-гида, в группу входило ровно девять человек!
Неужели кто-то остался снаружи и всё это время находился в тени? Зачем он следит за ними? Чего добивается?
Внезапное известие посеяло тревогу. В этот момент из кухни вышел мужчина с дымящейся тарелкой свинины хуншаожоу. На вид ему было не больше тридцати пяти — минимум на восемь лет моложе хозяйки. Поставив блюдо в центр стола, он гостеприимно улыбнулся:
— Попробуйте, друзья! Свинина хуншаожоу — ещё одна гордость нашей кухни. Готовим её нечасто.
Лоу Ду мгновенно узнал его по фотографии. Это был хозяин заведения.
Обессилевшие от голода игроки не выдержали искушения и потянулись за палочками.
Первый кусок показался странным: слишком жирный, с неприятным привкусом, будто в рот попала капля бензина. Двое новичков скривились, едва удержавшись от тошноты. Но, памятуя об особенностях «Ресторанчика с особым вкусом», они превозмогли себя и сделали второй укус.
Вкус изменился. Неприятный оттенок исчез, уступив место чему-то сносному.
Третий кусок.
Божественно!
Словно поддавшись первобытному голоду, участники начали жадно сметать еду с тарелок, забыв обо всём на свете.
Цзян Аньсюэ взглянул на блюдо маосюэван, в котором плавали кусочки потрохов под слоем алого перцового масла, а затем перевёл взгляд на Лоу Ду.
Лоу Ду посмотрел на него в ответ. Ни одного слова не было произнесено, но они поняли друг друга без лишних объяснений.
— Лучше налегать на овощи, — непринуждённо произнёс Лоу Ду. — Мясо в такое время плохо усваивается.
Занесённая над тарелкой рука Мэй Цяньцю замерла. Она подозрительно перевела взгляд с Лоу Ду на Цзян Аньсюэ.
Цзян Аньсюэ слегка улыбнулся:
— Слишком жирно. Можно испортить фигуру.
Мэй Цяньцю решительно отложила палочки, погладила слегка округлившийся животик и сокрушённо вздохнула.
Лоу Ду взял с подноса сухую кукурузную лепёшку. В попытке воссоздать дух семидесятых её сделали настолько грубой, что она царапала горло при каждом глотке. Ему пришлось выпить несколько стаканов воды, чтобы протолкнуть сухое тесто.
Цзян Аньсюэ выставил перед собой огурцы, варёную капусту и тушёную картошку — скромный, склизкий постный набор.
Господин Цянь, уплетая жирное мясо так, что сок тёк по подбородку, с презрением хмыкнул:
— Отказываться от нормальной еды ради этой дряни... Совсем с мозгами не дружите.
Цзян Аньсюэ даже не взглянул на него. Его внимание было приковано к хозяйке, которая подошла к стойке и принялась пересчитывать выручку. Хозяин ресторана мнётся неподалёку, сделал три круга около стойки и, не выдержав, тихо прошипел:
— Ты правда выгнала Жаньжань? Посреди ночи! Выставить девчонку на улицу в такую темь — у тебя хоть капля совести есть?
Хозяйка продолжала ритмично щёлкать костяшками счётов, даже не подняв головы:
— Раз ты так о ней печёшься, что же сам за ней не побежал? Я выгнала — значит, дрянь бездушная, а ты стоял и смотрел — значит, святой милосердный?
— Да ты совсем с ума сошла! Пошёл бы я за ней — ты бы здесь такой скандал устроила! На ровном месте из пальца проблему высасываешь, самой ещё не надоело?
— На ровном месте?! Я своими глазами видела, как вы обнимались!
— Да у Жаньжань бабушка умерла, она плакала! Я просто утешил человека, что в этом такого?!
Хозяйка в сердцах грохнула счётами о деревянную столешницу:
— «Жаньжань, Жаньжань»! Как ласково! Её зовут Цзи Жань!
— Я не намерена с тобой ругаться!
— Разговаривать не хочешь?! Да потому что сказать в своё оправдание нечего!
От обиды у неё перехватило дыхание, глаза налились слезами.
— Замолчи! Люди смотрят, позор какой, — хозяин с извиняющимся видом посмотрел на гостей и под локоть увёл плачущую жену на второй этаж.
Цзян Аньсюэ тут же поднялся. Лоу Ду последовал за ним, а Мэй Цяньцю и Хао Шуан двинулись следом для прикрытия. Четвёрка стремительно направилась к дверям кухни.
Мэй Цяньцю рассчитывала, что Цзян Аньсюэ достанет отмычки, а Хао Шуан уже приготовился следить за коридором. Однако Цзян Аньсюэ просто постучал в дверь.
Бум-бум-бум!
Мало того, он ещё и громко позвал:
— Есть кто? Повар на месте? Открывайте быстрее!
Спустя несколько секунд дверь приоткрылась на узкую щель. Из неё выглянул худой мужчина в кухонном кителе:
— Чего надо?
Лоу Ду никак не ожидал от Цзян Аньсюэ столь бесцеремонного шага, но среагировал мгновенно — перехватил край двери и со всей силы рванул ее на себя. Повар А-Дун даже охнуть не успел, как внутренности кухни предстали во всей красе.
Не дав повару прийти в себя, Цзян Аньсюэ шагнул внутрь, крепко сжал его ладонь и произнёс с глубочайшим чувством:
— Это ты?! Настоящий кулинарный гений! Я объездил сотни городов, пробовал изысканные деликатесы, но только твоя стряпня смогла задеть струны моей души! Я не удержался и пришёл сюда. Пожалуйста, давай сделаем совместное фото!
Мэй Цяньцю опешила:
«Вот это да...»
Хао Шуан застыл рядом:
«Ничего себе...»
Насмотревшись на ужимки Лу Чжаня, Лоу Ду мысленно поставил Цзян Аньсюэ высшую оценку за актёрское мастерство.
А-Дун стоял в оцепенении. Похвала не вскружила ему голову — напротив, он разозлился, вырвал руку и прорычал:
— Табличку «Посторонним вход воспрещён» не видишь?! Это кухня! С какой стати вы сюда припёрлись?! Выметайтесь!
Однако за эти секунды четверо гостей успели до мельчайших деталей осмотреть помещение в двадцать квадратных метров.
Два ряда стальных столов, пара газовых плит, аккуратные ряды специй, овощи в углу. Ничего подозрительного.
За исключением одного: на кухне абсолютно не было сырого мяса.
Шум привлёк хозяина. Сбежав по лестнице, он увидел посторонних на кухне и багровел от гнева:
— Вы что себе позволяете?! Сюда нельзя входить!
— Извините, ради бога! Я просто хотел лично засвидетельствовать почтение мастеру, — Цзян Аньсюэ виновато развёл руками, обращаясь к угрюмому А-Дуну. — Я веду блог о еде, пишу статьи для кулинарных журналов...
Он полез в карман:
— Увы, визитки с собой не взял. Но ваш талант меня покорил! Оставьте номер телефона, мы могли бы сотрудничать!
Услышав это, А-Дун сбавил тон. Он смерил Цзян Аньсюэ взглядом и со вздохом произнёс:
— Ты ошибаешься. Я всего лишь исполнитель. Вкус блюд — это не моя заслуга, а секретный маринад хозяина.
Цзян Аньсюэ убедительно качнул головой:
— Нет-нет! Кулинария зависит от рук мастера. Дай двум людям одинаковые специи — результат будет разным. У тебя неоспоримый дар, я уверен в твоём успехе!
Мало что может сравнить с радостью встретить ценителя своего дела. А-Дун окончательно сменил гнев на милость и смущённо улыбнулся:
— Вот как... Ну хорошо, давай запишешь номер.
Цзян Аньсюэ достал телефон.
Лицо хозяина ресторана темнело с каждой секундой.
И тут Лоу Ду резко крикнул:
— Кто там?!
Из нижнего кухонного шкафа выскочила тень, с грохотом выбила заднюю дверь и выскочила на улицу.
— Я за ним! — Лоу Ду бросился вслед.
Хозяин побледнел:
— Боже мой... Э-это был вор?!
Силуэт выглядел высоким и коренастым. Лоу Ду рассчитывал нагнать перебежчика, но тот двигался с невероятной ловкостью — прыгнул через ограду и растаял в темноте.
Лоу Ду вернулся ни с чем. К этому моменту остальные игроки закончили ужин, и гид снова повел группу на третий этаж.
Хао Шуан тихо произнес:
— Человек на кухне... Похоже, это и был тот самый десятый игрок.
— Что?! Вы лазали по кухне?! — господин Цянь едва не подпрыгнул, брызжа слюной. — Вы в своём уме?! Нам дают спокойно поесть и отдохнуть, а вы ищете неприятности на свою голову?! Сами дохнуть собрались — так не тяните остальных за собой!
Мэй Цяньцю вспыхнула мгновенно:
— Рот забей, чучело! Если я и подохну, то тебя с собой на тот свет затащу, понял?! Не переживай, я лично прослежу, чтобы ты вперёд меня ногами вперёд ушёл!
Господин Цянь от возмущения едва не задохнулся.
Юй Тао попыталась разрядить обстановку:
— Нам не стоит действовать вслепую. Ваши поиски слишком опасны... Если кто-то случайно спровоцирует «Шах и мат», погибнут все.
Две девушки-новички сжались от страха:
— А что такое «Шах и мат»? Это монстр?
Объяснять им никто не стал. Хао Шуан процедил:
— То есть вы предлагаете просто сидеть и ждать смерти?
Юй Тао ответила прямо:
— Я просто хочу выжить.
Лоу Ду хладнокровно заметил:
— Вы правда уверены, что подаваемая еда безопасна?
Господин Цянь насупился:
— Ты на что намекаешь?
Цзян Аньсюэ спокойно продолжил:
— На кухне есть овощи, фрукты, специи. Но там нет ни куска сырого мяса. В нормальном заведении всегда есть запасы.
— И что с того?! — воскликнул господин Цянь, хотя лицо его слегка побледнело. — Заведение заботится о свежести! Закупают ровно столько, сколько нужно на вечер!
Лоу Ду притянул Цзян Аньсюэ себе за спину и смерил господина Цяня ледяным, исполненным презрения взглядом:
— Блюдо из жареного кишечника понравилось?
Господин Цянь замер. Первый кусок отдавал мерзким привкусом... Лишь со второго и третьего захода еда показалась вкусной.
Лоу Ду продолжал:
— А свиная печень? А кровяная колбаса? Хороши?
Господин Цянь нахмурился.
— А что, если третий кусок показался вкусным лишь потому, что особые специи заблокировали твои рецепторы? — произнес Лоу Ду. — Что, если первый укус отражал истинный вкус блюда? И что, если на тарелке было вовсе не свиное мясо, а человеческие кишки, печень и кровь?
От этих слов в коридоре воцарилась гробовая тишина.
Господина Цяня резко согнуло пополам — его скрутил рвотный позыв.
Двух новичков затошнило прямо у стены.
Мэй Цяньцю и Хао Шуан с ужасом осознали, от какой участи их спасло предупреждение Цзян Аньсюэ.
— Вы... вы всё врёте! Я не поверю в эту чушь! — закричал господин Цянь, вытирая губы трясущейся рукой.
— Как знаете. В этой игре каждый отвечает за себя, — Цзян Аньсюэ с зевотой повернулся к своей двери.
Лоу Ду пошёл следом.
— А ты отлично держишься перед публикой, — заметил Лоу Ду, когда они оказались в номере. — Настоящий артист.
— Профессия обязывает, — Цзян Аньсюэ опустился на кровать. — А ты? Преуспевающий бизнесмен, автор бестселлеров — наверняка тоже мастер переговоров?
— Обычно просят меня, — сдержанно отозвался Лоу Ду. — Так что подобные спектакли мне чужды.
Цзян Аньсюэ не удержался от легкой ухмылки:
«Ну разумеется. Великий писатель, крупный руководитель... Кому, как не тебе, привыкать к чужим просьбам. Не то что мне — без умения втираться в доверие ни информации не добыть, ни преступника не выследить».
Едва Цзян Аньсюэ стал погружаться в сон, как в кармане запел телефон.
Лоу Ду, даже не думавший спать, поднял голову:
— Кто?
Цзян Аньсюэ покрутил гаджетом:
— Наш кулинарный гений.
Он принял вызов. Голос в динамике звучал подчеркнуто уважительно, почти лебезяще:
— Господин Цзян... Вы ведь крутитесь в сфере общепита, у вас наверняка полно связей?
— Разумеется, — отозвался Цзян Аньсюэ. — У тебя отличные перспективы. Не думал открыть собственное заведение? Работать на себя куда выгоднее, чем сидеть на окладе.
— Мечтаю об этом, — вздохнул А-Дун. — Из этого гадюшника хочется сбежать прямо сейчас.
— Соберешься к Цзи Жань?
На том конце провода наступила тишина. Через пару секунд А-Дун ошеломлённо переспросил:
— Откуда вы знаете?!
— Цзи Жань упоминала о тебе.
Голос повара задрожал от волнения:
— Правда?! Что... что именно она говорила?
Цзян Аньсюэ без колебаний ответил:
— Она говорила, что очень благодарна тебе за заботу и поддержку.
— Настоящая правда?! — А-Дун едва не задохнулся от восторга. — Я знал! Знал, что не безразличен ей! Она помнит обо мне!
Цзян Аньсюэ продолжал расспросы:
— Цзи Жань уволили, неужели она даже не попрощалась?
— Нет... Ни слова, ни записки. Я ведь оставался в этой дыре только ради неё. Пусть она держалась отстраненно, мне хватало возможности видеть её каждый день. Раз она ушла, мне тут больше делать нечего.
— А как насчёт секретных рецептов? — между делом поинтересовался Цзян Аньсюэ. — Ты столько лет проработал на кухне, неужели не подсмотрел, как хозяева маринуют мясо?
— Хозяин никому не доверяет, — сокрушённо выдохнул А-Дун. — Всё делают за закрытыми дверями.
— Вчера вечером хозяева сильно ругались. Я слышал, как Цзи Жань плакала перед уходом.
— Плакала? — удивился А-Дун. — Если кто и плакал, так это хозяйка. Вчера они орали так, что посуда летела. Я заглянул на шум — они едва не хватались за кухонные ножи! Чуть до греха не дошло.
Цзян Аньсюэ сочувственно вздохнул:
— Печально всё это. Какими бы ни были разногласия, нельзя устраивать подобное на глазах у ребёнка. Это травма на всю жизнь.
— Какого ребёнка? — искренне удивился А-Дун. — Их сын погиб четыре года назад.
Цзян Аньсюэ перевёл вызов на громкую связь. Лоу Ду взглянул на него.
Цзян Аньсюэ подыграл с идеальной точностью:
— Погиб?!
— Ну да, — обыденно ответил А-Дун. — Четырёхлетний мальчик играл на втором этаже. В ресторане была полная посадка, родителям было не до него. Малыш забрался в ванную и утонул в глубокой бадье. После этого они долго не могли прийти в себя. Хозяин винил себя за занятость, вот и поменял график: теперь работают только по ночам, а всё дневное время посвящают скорби.
— Вот оно как...
— Ладно, не буду вам мешать. Завтра всё равно увидимся в ресторане. Мне осталось доработать три дня до конца месяца, заберу деньги и уволюсь, — проговорил А-Дун и повесил трубку.
Ночь прошла спокойно. Ни криков, ни шорохов в коридоре не было.
Проснулись они снова около шести вечера.
И тут же тишину развязал дикий, пронзительный женский крик.
Лоу Ду подхватил ещё не успевшего толком опомниться Цзян Аньсюэ, и они выскочили в коридор. Крик доносился из соседнего номера.
У дверей стоял Хао Шуан. Лицо его было белее мела, губы дрожали, а сам он сполз по стене на пол, не в силах вымолвить ни слова.
Это была комната господина Цяня и двух девушек-новичков.
Вся комната была залита кровью. Пол, стены и потолок покрывали обрывки плоти.
Господин Цянь лежал в центре комнаты, девушки — на кровати. Их головы были вырваны с корнем, тела представляли собой месиво из мелких осколков костей и раздробленных внутренних органов.
Три отрубленные головы стояли в ряд на подоконнике прямо напротив входа. У всех троих щеки глубоко ввалились, а налитые кровью глазные яблоки вылезли из орбит, уставившись на входящих.
На центральной стене размашистыми кровавыми буквами выведена надпись:
«ВЫ СЪЕЛИ МОЕ МЯСО. ВЕРНИТЕ ЕГО МНЕ!»
Юй Тао выбежала в коридор, с трудом сдерживая рвоту. Мэй Цяньцю тяжело дышала, отворачиваясь от жуткого зрелища.
Цзян Аньсюэ нахмурился. Погибли именно те трое, кто вчера уплетал мясные блюда.
Чьё мясо они съели?
Цзи Жань?
В этот момент в голове Цзян Аньсюэ прозвучал сигнал:
[Уважаемый высокоуровневый игрок Цзян Аньсюэ, активировано скрытое дополнительное задание: «Поиск света».]
— Все проснулись? Пора на ужин! — в коридоре появился гид. На его лице играла свежая улыбка, он будто не замечал ни запаха крови, ни уменьшения группы.
Игроки, испытывая глубочайшее отвращение, снова спустились за гидом в «Ресторанчик с особым вкусом».
Еда не вызывала ничего, кроме ужаса.
Юй Тао сидела бледная как полотно, держась за живот. При виде мясных нарезок её снова скрутило.
Хао Шуан, первым увидевший кошмар в номере, пребывал в глубоком шоке и не мог смотреть на стол.
Мэй Цяньцю понимала, что голодная смерть — не выход, и взяла пару огурцов:
— Я до конца жизни не притронусь к мясу. Да и в мире живых тоже...
— Я думал, эта игра будет проще... — с трудом выговорил Чун Шань. — Хорошо, что вчера я ел только рыбу и овощи.
На этот раз все без исключения предпочли постную пищу.
Цзян Аньсюэ размышлял над смыслом задания «Поиск света».
Он снова отправился на кухню. А-Дун охотно впустил его и запер дверь.
— Когда уволишься, открывай своё дело. Я обязательно стану твоим постоянным гостем.
А-Дун замялся:
— Спасибо, конечно... Но у меня нет стартового капитала.
— Не проблема! Я могу стать твоим инвестором. Откроем дело вместе!
— Серьёзно?! — повар просиял.
— Абсолютно. Я искренне восхищён твоим талантом. Но перед тем как ты уйдёшь, у меня есть одна идея.
— Какая? — с готовностью спросил А-Дун.
Цзян Аньсюэ наклонился к его уху:
— Я хочу подняться на второй этаж и посмотреть на их секретный маринад. Хотя бы край глазком!
Идея попала в самую точку. Как кулинар, А-Дун давно мечтал узнать секрет хозяев.
— Я бы и сам не прочь... Но как туда пробраться?
— Прямо пойти мы не можем. Значит...
— Украдкой?! — догадался А-Дун.
— Именно. Рецепты не пишут на бумаге, их хранят в голове. Нам нужно хотя бы глянуть на ингредиенты.
— Отлично! — закивал А-Дун. — Давайте прямо сейчас...
— Не спеши. Хозяева слишком подозрительны. Давай так: я поднимусь наверх, а ты отвлечешь их внизу. Справишься?
А-Дун решительно кивнул:
— По рукам!
Повар сдёрнул фартук и выскочил из кухни. Цзян Аньсюэ последовал за ним, обменялся быстрым взглядом с Лоу Ду и прошмыгнул к лестнице, ведущей на второй этаж.
А-Дун, подстёгиваемый мечтами о собственном ресторане, был полон решимости.
Хозяйка пересчитывала деньги, а хозяин с беспокойством поглядывал на часы и в сторону туалета:
— Ваш друг там не провалился? Что-то он долго...
Лоу Ду поднялся с места:
— Пойду проверю. У него проблемы с желудком.
— Не надо, я сам, — хозяин нахмурился.
— Хозяин! — А-Дун преградил ему дорогу. Несмотря на худобу, повар был высоким и смотрел на хозяина сверху вниз. — Я увольняюсь.
— Что?! — обомлел тот.
— Я ухожу. Рассчитайте меня за этот месяц.
— Ты с ума сбесился?! До конца месяца ещё три дня!
— Я отработал у тебя семь лет! Неужели ты станешь спорить из-за трёх дней?!
— Порядок есть порядок! Семь лет отработал, а три дня потерпеть не можешь?!
— Да ты просто жмот! — закричал А-Дун, окончательно потеряв контроль. — Взрослый мужик, а ведёшь себя как скряга! И при этом не можешь удержать штаны на бёдрах!
Хозяин вспыхнул:
— Заткни рот! Попридержи язык!
— Думаешь, я не знаю?! Ты приставал к Жаньжань и выгнал её!
— Заткнись! Не смей приписывать мне лишнего!
— Ах так?! Раз ты лезешь к моей женщине, я пересплю с твоей!
Мэй Цяньцю и остальные замерли, молча наблюдая за разворачивающейся драмой.
Лоу Ду встал у подножия лестницы, перекрывая путь наверх и внимательно слушая перепалку.
Цзян Аньсюэ мастерски использовал А-Дуна. В гневе люди теряют контроль и выдают самые темные секреты.
Один ход — и куча полезных сведений!
— Ах ты тварь! — взревел хозяин.
— Что?! — хозяйка роняет счёты на пол и бледнеет. — Не верь ему! Он всё врёт!
А-Дун расхохотался:
— Вру?! У твоей женушки на пояснице родимое пятно, а на внутренней стороне бедра — родинка! Скажешь, не так?!
— Я тебя убью-ю-ю! — взревел хозяин. Лицо его налилось кровью, глаза налились яростью.
Зал превратился в хаос.
И в этот момент в голове Лоу Ду прозвучало уведомление:
[Уважаемый высокоуровневый игрок Лоу Ду, ваш напарник подвергся нападению, его жизнь в опасности. Вы можете спасти его, разделив жизнь и смерть, либо отказаться. В случае победы напарник сможет воскреснуть. Если вы победите и откажетесь от воскрешения напарника, вы получите трёхкратную награду.]