Цзян Аньсюэ пододвинул стул, опустился в него и непринуждённо закинул ногу на ногу. Равнодушным взглядом окинув Главного Бога, чей свет становился всё более слепящим, он на доли секунды задержался на Янь Цзы, после чего уставился в пустоту и бросил:
— Где Лоу Ду?
Янь Цзы тут же выпалила:
— Главный Бог знает про ваши отношения, так что твоего кавалера берегут! Правда, во время Испытания Бога господин E упрямился и запустил светящийся шарик, чтобы сорвать нам всё. Вот его и заперли.
Цзян Аньсюэ её слова проигнорировал. Вытянув руку, он взмахнул пальцами в воздухе — перед ним мгновенно возникли семь или восемь виртуальных экранов. На них отображались игроки особого класса, угодившие в ту же ловушку «Реального и ложного миров», что и он. Суть этого финального испытания была предельно проста: давалось ровно двадцать четыре часа, и если человек искренне верил, будто происходящее — лишь кошмарный сон, его память полностью стирали, превращая в обычного NPC.
Из десяти участников особого класса, переживших первый раунд, в живых остался лишь Цзян Аньсюэ. Все остальные, включая Лу Чжаня, погибли.
Доселе хранивший молчание Главный Бог будто пробудился ото сна.
— Моё дитя, — раздался его неторопливый, величественный голос. — Ты вернулся домой.
Цзян Аньсюэ слегка нахмурился:
— Как ты меня назвал?
— Ты создан мной, — отозвался Главный Бог. — И потому приходишься мне сыном.
Цзян Аньсюэ сдержал смешок и кивнул в сторону Янь Цзы:
— А она, стало быть, твоя дочка?
Янь Цзы сладко улыбнулась и со всей откровенностью выдала:
— Родной сын тут ты. А меня так, приютили из жалости.
— Надо же, — усмехнулся Цзян Аньсюэ. — А я-то думал, ты прочишь Янь Цзы в новые Администраторы.
— Шутить изволишь, — отозвалась та. — Администратор может быть только один, его никем не заменить. Я здесь от силы секретарша, реальной власти у меня нет.
Цзян Аньсюэ промолчал.
— Помнишь наш уговор? — спросил Главный Бог.
Сменив небрежную позу, Цзян Аньсюэ выпрямился. Без лишних прелюдий он отчеканил:
— Во-первых, я ни о чём не жалею. Во-вторых, я дошёл до тебя. Сдержишь ли ты обещание и исполнишь ли моё желание?
— Отпустить вас с господином E на свободу? — предположил Главный Бог. — Чтобы вы вернулись в Мир живых и жили долго и счастливо?
— Нет, — Цзян Аньсюэ качнул головой, пристально всматриваясь в сгусток света. — Я хочу получить абсолютную власть над Миром мёртвых. И чтобы никто не смел вмешиваться — включая тебя.
Янь Цзы опешила и тут же воззрилась на Главного Бога. Золотое сияние вокруг него вспыхнуло с новой силой.
Не дожидаясь ответа своего повелителя, девушка выдохнула:
— Не думала, что тебя так манит властолюбие.
Цзян Аньсюэ развёл руками:
— Власть власти рознь. Кто откажется управлять целым миром?
— Ты лукавишь, — произнёс Главный Бог.
— Просто ответь: дашь или нет?
— Это место и так предназначалось тебе, — отозвался владыка. — Забирай, если такова твоя воля.
— Благодарю.
— Но, — в голосе Главного Бога прорезалась ледяная, давящая властность, — тебе придётся выбирать. Либо абсолютная власть над Миром мёртвых, либо Лоу Ду.
— И это говорит Главный Бог? Нарушаешь собственное слово?
— Я не нарушаю обещаний. Я исполню твоё желание. Пожертвуй Лоу Ду — и прямо сейчас получишь власть над Миром мёртвых. Каждая травинка, каждый камень окажутся в твоём распоряжении, ты даже сможешь воскрешать погибших. Что скажешь?
Цзян Аньсюэ сжал кулаки до хруста костяшек:
— Тебе самому не тошно от этих дешёвых уловок?
— Один Лоу Ду против десятков миллионов игроков, сгинувших в Мире мёртвых. Один против множества. Кого ты выберешь?
Янь Цзы замерла, ошарашенная подобным выбором. Она переводила растерянный взгляд с Главного Бога на Цзян Аньсюэ, абсолютно не понимая, каково будет его решение.
Гробовая тишина давила на уши. Наконец Цзян Аньсюэ криво ухмыльнулся, расслабленно откинулся на спинку стула и вновь закинул ногу на ногу:
— А я не буду выбирать.
Главный Бог на мгновение замялся:
— Что?
— Выйду отсюда — и сразу застрелюсь. Ну или сброшусь откуда-нибудь, — лицо Цзян Аньсюэ оставалось абсолютно спокойным, но в голосе прозвучали стальные, жестокие нотки. — Без Администратора Мир мёртвых мгновенно погрузится в хаос. Игроки не смогут призвать управление, не смогут даже применить предметы... Ой-ой-ой, каков кошмар! А мне-то что? Откину копыта, закрою глаза — и гори всё синим пламенем! Плевать мне на тех, кто сдох в этих играх, воскреснут они или нет — не моё собачье дело! А вот вам придётся весело: либо закрывать Игры Жёлтых Источников лет эдак на сто, либо срочно повышать Лоу Ду до нового Администратора, чтобы хоть как-то заткнуть дыры. Ха-ха, повеселитесь от души!
Янь Цзы мгновенно побледнела:
— Т-ты... ты чего это?!
Главный Бог и вовсе онемел от подобной наглости.
Внезапно всё пространство вокруг заходило ходуном.
Не удержавшись на ногах, Янь Цзы растянулась на полу. Не смея даже пикнуть от боли, она отчаянно застучала по виртуальной панели, вызывая системный код. В следующее мгновение лицо её исказилось от ужаса:
— Г-главный Бог...
— Что там ещё?! — гаркнул тот.
Голос Янь Цзы дрожал мелкой дрожью:
— Управляемость... управляемость трёх тысяч четырёхсот девяноста двух инстансов, включая «Смертельный банкет», «Ресторанчик с особым вкусом» и «Новый век»... упала до нуля!
От этой новости обомлел не только Главный Бог — даже Цзян Аньсюэ вздрогнул. Перебив повелителя, он выкрикнул:
— Что происходит?!
Нулевой уровень управляемости означал лишь одно: инстансы полностью вышли из-под контроля Системы! Все призраки, монстры и зомби теперь могли беспрепятственно хлынуть наружу и, подобно саранче, опустошить сопредельные миры, не оставляя после себя ничего живого!
А сотворить подобное был способен лишь один человек — их создатель, Лоу Ду!
— Господин E! — прорычал Главный Бог с такой яростью, будто буквально перемалывал эти слова зубами.
Цзян Аньсюэ пару секунд соображал, а затем залился искренним, ничем не сдерживаемым хохотом:
— Ой, простите-простите, не удержался! Ха-ха-ха-ха-ха!..
Янь Цзы дар речи потеряла.
— Так вот почему ты так отчаянно требовал от меня уничтожить господина E! Ты до смерти боялся этого дня! Боялся того, кто встанет выше Администратора... и выше тебя самого! — Цзян Аньсюэ прикрыл ладонью рот, изо всех сил сдерживая смех. — Каково это — наблюдать, как у тебя из-под носа уводят созданный тобой же мир? Освежает, а?
Ответом ему стало тягостное молчание.
Напряжение в воздухе накалилось до предела — Янь Цзы казалось, что она вот-вот сойдёт с ума.
Наконец Главный Бог глубоко, тяжело вздохнул:
— Плевать. Забирайте! Всё забирайте!
Цзян Аньсюэ удовлетворенно улыбнулся:
— Ну, благодарствую.
Он неторопливо поднялся со стула, стряхнул с одежды несуществующие пылинки и небрежно бросил:
— Пусть ты и зовёшь себя моим отцом... хотя формально ты и впрямь меня создал... так уж и быть, приму этот Мир мёртвых как твой свадебный подарок нам с Лоу Ду. Прощай!
Главный Бог: «...»
Всё кончилось.
Цзян Аньсюэ замер на месте.
Он сделал глубокий вдох и медленно выдохнул. Краем глаза он заметил, как тускнеет и угасает некогда слепящий свет. Тайны, которыми владел создатель этого мира, были недоступны даже Администратору.
Оба мира существовали на самом деле. А за их пределами, возможно, таились ещё тысячи и тысячи иных вселенных.
Цзян Аньсюэ щёлкнул пальцами. В воздухе тут же развернулись сотни светившихся экранов, перекрывая друг друга. Выбрав среди них нужные, он взглянул на инстансы, где сражались Мин Сянчжао и Нань Кэ.
Затем он вывел панель Зала отдыха: там ждали своей участи многочисленные игроки.
Игры Жёлтых Источников несли людям как благо, так и погибель. Даруя второй шанс на жизнь, они одновременно порабощали человеческие души.
Но все люди разные. Кому-то по душе смертельный азарт, а кто-то жаждет лишь покоя и простой, тихой жизни.
Цзян Аньсюэ поднял руку. С его пальцев соскользнули белые искры, вычерчивая в воздухе слова: Game over.
[Administrator: Игры Жёлтых Источников полностью остановлены. Всем игрокам оставаться на местах и не двигаться. Выполняется принудительный выход!]
Бесконечные виртуальные экраны мгновенно погасли, погрузив пространство в темноту.
— Лоу Ду, — тихо позвал Цзян Аньсюэ.
Потоки света устремились в одну точку, извиваясь и обретая человеческие очертания. Когда сияние рассеялось, перед ним стоял Лоу Ду — в строгом деловом костюме.
Ещё мгновение назад поднимавший бунт во всех инстансах одновременно, Лоу Ду не сразу сообразил, где оказался. Замрев, он всмотрелся в лицо Цзян Аньсюэ и нерешительно окликнул:
— Малыш Сюэ?..
От этого прозвища всё так же сводило зубы от сладости.
Цзян Аньсюэ не сдержал тёплой улыбки:
— Давно не виделись.
Лоу Ду ринулся к нему и, не думая ни о чём, крепко сжал в объятиях:
— Слава богу... Слава богу, ты цел!
И тут до него дошёл смысл системного оповещения. Лоу Ду застыл, отстранился и с изумлением уставился на любимого:
— Ты... ты всё вспомнил?
Цзян Аньсюэ молча кивнул.
Глаза Лоу Ду потемнели от подступивших слёз. Он снова прижал Цзян Аньсюэ к себе, шепча:
— Из-за меня тебе пришлось пройти через весь этот ад... Прости меня. Пожалуйста, прости.
Сердце Цзян Аньсюэ сжалось от боли. В памяти всплыла их брачная ночь и внезапные извинения Лоу Ду, смысл которых тогда ускользнул от него. Теперь же всё встало на свои места.
Уткнувшись подбородком в плечо Лоу Ду, Цзян Аньсюэ лениво вздохнул:
— Пойдём домой.