Однако мертвенные костистые лапы, ползущие со дна реки, тянули того в тёмную бездну.
Нахмурившись, Шэнь И нырнул вслед за ним, крепко обхватив за талию. Он вслепую вцеплялся в мерзкие призрачные кисти, облепившие тело Вэнь Мо, и с силой отрывал их одну за другой. Но едва пальцы мертвецов разжимались, как из мутной толщи воды тут же выныривали новые — цепкие, липкие, куда более въедливые, чем болотные водоросли.
Глаза Шэнь И налились кровью от отчаяния и ярости.
Вэнь Мо заворожённо смотрел на его искажённое гневом лицо, и в этом исступлённом порыве ему на мгновение снова мерещился Цзян И.
Те же самые черты. Тот же безрассудный, ослепляющий гнев перед лицом опасности, когда в руках — самое дорогое.
Шэнь И дрожал. Вэнь Мо ощущал эту дрожь всем телом. Твари наступали бесконечным роем, им не было конца.
* «Отпусти…»* — мысленно попросил Вэнь Мо. — * «Отпусти меня, И-гэ»*
Похоже, это его предел. Настал черёд подвести черту.
При этой мысли губы Вэнь Мо невольно тронула слабая, горькая усмешка.
Что ж, видать, судьба у него такая. Из этого замкнутого круга ему не вырваться — ни в той жизни, ни в этой. И вины Цзян И здесь нет и никогда не было…
Собрать остатки сил оказалось невероятно трудно. Вэнь Мо высвободил руку из плена призрачных пальцев и тихонько ткнул Шэнь И в плечо.
Толчок выродился в едва ощутимое прикосновение, но Шэнь И замер.
Его безумная, отчаянная борьба с тварями оборвалась на полувздохе. Он опустил голову и ошеломлённо уставился на Вэнь Мо воспалёнными, красными от слез и воды глазами.
Вэнь Мо ответил ему прямым, бесконечно усталым взглядом. Но когда их взоры пересеклись, уголки его губ снова чуть приподнялись в прощальной улыбке.
В глубине зрачков Шэнь И мелькнул дикий, почти животный ужас, сменившийся беспросветным обескураженным шоком. Вэнь Мо понял: тот всё осознал. И потому мягко смежил веки, едва заметно кивнув.
Уходи.
Плыви наверх.
И вдруг его сдавило так, что из груди вышибло остатки воздуха.
Вэнь Мо резко распахнул глаза.
Шэнь И с остервенением прижал его к себе, ладонью уткнув его голову в своё плечо. Наплевав на всё на свете — на течение, на тварей, на глубинную тьму, — он сцепил руки в глухой замок и увлёк их обоих прямо на дно.
Призрачные лапы со всех сторон облепили их тела.
Вэнь Мо широко открытыми глазами смотрел сквозь толщу воды на далекий, недосягаемый свет над рекой.
Сердце внутри пропустило удар, а затем оглушительно заколотилось.
Нахлынули воспоминания. Призраки прошлого, казалось, воспрянули со дна.
Он вспомнил Цзян И с перебитыми, искалеченными ногами. Тот едва держался на ногах, едва стоял, но, увидав прореху в оцеплении, не задумываясь, вытолкнул Вэнь Мо на свободу.
Вспомнил, как они лежали плечом к плечу в шуршащих зарослях камыша, и Цзян И, обнимая его, шептал: * «Ты самый лучший… Никого нет лучше тебя во всём свете»*.
Вспомнил, как Цзян И выносил его, окровавленного и полумёртвого, из адского пламени, и то яростное, до черпоты искажённое лицо… Вспомнил Шэнь И, явившегося к нему спустя сорок два года перерождений прямо в Аду Вырывания Языков, и его мокрые, блестящие глаза под проливным дождём.
Вспомнил, как тот бежал за ним, отчаянно зовя: * «А-Мо!»* — и как перехватил лезвие ножа, которым Вэнь Мо собирался перерезать себе горло.
Вспомнил его слова: * «Сначала убей меня»*.
* «Убей меня, а потом уже кончай с собой»*.
* «Я пойду за тобой куда угодно»*.
Застывшая в воде рука Вэнь Мо, тянувшаяся к поверхности, невольно замлела.
Он был серьёзен. Все эти слова не были пустой бравадой.
И теперь Вэнь Мо окончательно всё понял.
Шэнь И действительно был готов умереть вместе с ним. Шагнуть в преисподнюю, сквозь небытие — лишь бы не расставаться.
Он больше никогда, ни за что на свете его не бросит.
* «Он хочет быть нужным тебе»*, — вдруг прорезался в памяти спокойный голос Шэнь Аньхина.
* «Он жаждет, чтобы ты в нём нуждался»*.
* «Никто не хочет оставаться в неведении»*.
Вэнь Мо медленно прикрыл глаза.
И в то же мгновение давящая тяжесть во всём теле исчезла.
Он вздрогнул от неожиданности, поглядел вбок и обомлел: утопленники разом разомкнули свои мёртвые объятия.
Шэнь И тоже ощутил это. Он чуть ослабил хватку, изумлённо посмотрел на Вэнь Мо, а затем опустил взгляд к самому дну.
Призрачные кисти колыхались в глубокой воде, беспомощно растопырив пальцы, и больше не делали ни единой попытки дотянуться до них.
А следом на глубине одна за другой стали вспыхивать зеленоватые искры. Они кружились и всплывали, точь-и-точь как лесные светлячки в летнюю ночь.
Костистые лапы стали в страхе втягиваться в ил — крошечные зелёные огоньки наводили на них первобытный ужас.
Зелёный свет туманно мерцал, пробиваясь сквозь воду.
На берегу, под нависшим кровавым диском луны, стояла Хань Гуай. В её руках покоилось массивное Знамя призыва душ, с полотнища которого и соскальзывали эти извилистые сияющие ручейки.
Мужчина в очках сидел на корточках у самой воды, наблюдая, как зелёные искры уходят на глубину, и недовольно бурчал:
— Не слишком ли широкую заднюю дверь мы им открываем?
Сяо Хань, сунув одну руку в карман кожанки, вальяжно вскинула знамя на плечо.
— Да какая разница! В конце концов, это из-за хреновой работы здешних бюрократов души торчали в подземке столько лет, — она беспечно свистнула. — Считай это выходным пособием при увольнении.
Мужчине в очках нечего было возразить.
Хань Гуай повернулась к нему и задорно ухмыльнулась:
— К тому же не терплю, когда люди тонут у меня на глазах.
Брат Очки вздохнул ещё тяжелее. Он поджал губы и глубоко, долгим взглядом посмотрел на спутницу.
* * *
Шэнь И, крепко прижимая к себе Вэнь Мо, вынырнул на поверхность.
Оба жадно глотнули воздух, выпростав головы из речной глади.
У Вэнь Мо не осталось сил даже на то, чтобы держаться на воде — он просто откинул голову назад, пока уши погружались в прохладную воду, и с захлёбом ловил ртом воздух, чувствуя, как в лёгкие возвращается жизнь.
— А-Мо, А-Мо… — тяжело, с хрипом дыша, причитал Шэнь И. Он вцепился в него мёртвой хваткой, притягивая к своей груди, и голос его прерывался от подступающих слёз. — Всё позади, А-Мо… Всё хорошо. Никто тебя не утопит, никто не заставит пойти ко дну…
Вэнь Мо с трудом разомкнул веки и бесшумно, горько ухмыльнулся. Сам он давно забыл о своей гибели, а вот Шэнь И помнил. Шэнь И, погрузившись на дно, мгновенно вспомнил всё: и то, как живодеры из деревни зашили А-Мо рот, и то, как бросили его в воду в дырявом мешке.
Шэнь И всхлипнул и безнадёжно разрыдался, не выпуская Вэнь Мо из объятий прямо посреди реки.
Вэнь Мо с усилием поднял мокрую руку и ладонью обнял его в ответ.
Вода вокруг тихо колыхалась, убаюкивая их на волнах.
Шэнь И греб к берегу, и вскоре Хань Гуай, наклонившись, подхватила обоих за одежду и вытащила на сухую траву.
Вэнь Мо окончательно лишился сил — видать, пугало подмешало в своё зелье какую-то лютую дрянь. Оказавшись на земле, он не мог даже удерживать голову и просто бессильно уткнулся плечом в Шэнь И.
А тот, вновь обретя своё сокровище, зарыдал ещё пуще прежнего — во весь голос, навзрыд, всхлипывая и стеная на всю округу.
— Да хорош тебе реветь-то, вытащили же! — Брат Очки устало поморщился и потер ухо. — В такие моменты нормальные парни красуются и выдают крутые фразочки, а ты воешь как побитый пёс.
— Да что ты вообще понимаешь?! — огрызнулся Шэнь И, пуще прежнего прижимая к себе Вэнь Мо. — Я ж его едва не потерял! Если б не нашёл — всё, мне не жить! Я уже придумал, на какой сук веревку накинуть!
У Вэнь Мо сжалось сердце.
Он с силой сжал ткань рукава Шэнь И, всем видом показывая: * «Даже не думай»*.
Прошло немало времени, прежде чем к Вэнь Мо начала возвращаться чувствительность. Покашливая, он оттолкнулся от груди Шэнь И и с трудом сел прямо.
— Ну как ты? — Шэнь И возрился на него мокрыми от слёз глазами, виноватый и жалкий, точь-и-точь нашкодивший золотистый ретривер.
Вэнь Мо, всё ещё покашливая, кивнул, но руки его не разжались. Он продолжал держать Шэнь И за запястье и лишь правой рукой быстро зажестикулировал:
【Как ты меня нашёл?】
Шэнь И сейчас плохо соображал — в голове стоял гул, а перед глазами не было ничего, кроме Вэнь Мо. Услышав вопрос, он махнул рукой в сторону застывшего неподалёку старика:
— Да я прописал этому старому черту леща и заставил вести.
Вэнь Мо: «…»
Он перевёл взгляд за спину Сяо Хань и только тогда заметил ещё одного персонажа.
Старый староста, с которым они пересекались днём, стоял у воды, съёжившись в кучу и спрятав руки в рукава. Лицо у него было перекошено от обиды, а порыв ледяного ветра шевелил полы его дырявой одежды. Выглядел он невероятно несчастным.
Брат Очки тяжело вздохнул:
— И вот почему ты говоришь как дурачок? — Отчитал он Шэнь И. — Зачем выдёргивать из контекста один кусок?
Вэнь Мо недоуменно моргнул.
Шэнь И и сам икнул от нахлынувших слёз и растерянно переспросил:
— В смысле?
— В прямом, И-гэ! — Хань Гуай тоже не удержалась от смешка и указала пальцем на старосту. — Забыл сказать, что это ты вычислил, где погибла та старуха? Ты сообразил, что её прикончили прямо на поле, сам вытащил старосту из дома и притащил сюда! Мы на поле всё обшарили и ничего не нашли, уже уходить собирались, а ты как упёртый рванул к реке. Вэнь Мо ушел так глубоко на дно — ума не приложу, как ты вообще его разглядел. Реально, мое почтение.
Вэнь Мо, выслушав её, изумлённо перевёл взор на Шэнь И.
Шэнь И утер кулаком слёзы и, не пытаясь оправдываться, тихо посмотрел на него в ответ. Его круглые глаза с алой радужкой всё ещё блестели от влаги, выражая детскую незащищенность.
— Я просто… увидел реку и вспомнил про прошлое, — пробормотал он, опуская голову и сжав пальцы Вэнь Мо в своей ладони. — Смертельно испугался, что ты там… Вот и побежал проверять. В душе обо всем на свете молился — и надо же, ты и вправду оказался в воде.
Вэнь Мо молчал.
Шэнь И сидел, уткнувшись носом в свои колени. Вэнь Мо мягко протянул руку и погладил его по голове, касаясь мокрых волос.
— Ну да ладно, главное — все живы! — Хань Гуай весело улыбнулась. — Ты так маханул в воду, что у меня чуть сердце из груди не выпрыгнуло. Вы пока посидите на берегу, приходите в себя, а мы с этим очкариком оттащим старосту на поле, да осмотримся там хорошенько.
С этими словами она подхватила под локоть Мужчину в очках, второй рукой сгребла за шкирку старика и увлекла их обоих прочь.
Под кровавой луной мир окончательно погрузился в тишину. Остались только они вдвоём.
Шэнь И так и не выпустил его руки, продолжая тихонько всхлипывать.
Вэнь Мо поднёс ладонь к его лицу и заботливо смахнул слёзы со щёк.
Оба они вымокли до нитки, вода капала с одежды и прядей волос. Сколько слёзы ни вытирай, струйки речной воды всё равно заливали лицо, смывая след за следом.
И всё же Вэнь Мо упорно продолжал стирать влагу с его щёк.
【Не плачь,】 — показал он пальцами. — 【Я в порядке. Не надо плакать.】
Шэнь И с трудом подавил очередной всхлип, но глаза его оставались воспалёнными. Он смотрел на него с немой, детской обидой.
Вэнь Мо почувствовал, как у него раскалывается голова.
Он с минуту разглядывал это зарёванное, родное лицо, а потом поднял руки:
【Ты…】 — он указал на него, а затем продолжил жестикулировать: — 【Ты только что и вправду хотел умереть со мной?】
Шэнь И молча кивнул.
— Я же обещал тебе, — проговорил он тихо. — И… сам бы не смог жить дальше, если б бросил тебя.
Вэнь Мо долго просидел без движения.
Шуршал речной ветер, качался камыш на мелководье. Багровый свет луны затапливал всё вокруг, придавая ночному пейзажу зловещий и вместе с тем отчаянно-красивый вид.
【…Я немного обманул тебя,】 — Вэнь Мо поднял руки и стал медленно, с особенной тщательностью складывать знаки. — 【Слушай меня внимательно.】
Шэнь И заворожённо смотрел на его пальцы.
— Ночные стражи. Смерть. Мост Найхэ.
— Воспоминания о гибели. Испытания, которые нужно пройти. Цена, которую приходится платить за право вернуться в мир живых.
Под алым светом ночного светила Вэнь Мо без тайн и недомолвок поведал ему абсолютно всё.
Когда он закончил, Шэнь И долго сидел в неподвижности.
Какое-то время Вэнь Мо не отваживался поднять на него взгляд. Напряжение стало настолько невыносимым, что он чуть не задохнулся от страха. Наконец, он пересилил себя и поднял голову.
Шэнь И смотрел на него с невероятной болью. Его зрачки дрожали, а из глаз снова некстати покатились слёзы. Он открывал рот, но не мог вытолкнуть ни звука.
А потом просто сорвался и сгреб его в охапку.
Эти объятия были настолько крепкими, что у Вэнь Мо едва не треснули рёбра.
— Почему… почему ты мне ничего не сказал?! — Наконец пробился сквозь рыдания глухой, сорванный голос Шэнь И. В нём было столько отчаяния и задавленной боли, что у Вэнь Мо сжалось всё внутри от чувства вины.
Застыв на мгновение, он поднял руки и обнял Шэнь И в ответ.
— Поговори со мной, А-Мо… — плакал тот, уткнувшись ему в шею. — Зачем ты всё таил?! Почему именно тебе всегда приходится проходить через этот ад?!
Шэнь И всхлипывал, не в силах остановить поток слёз:
— За что?! Ну за что тебе всё это?!
Вэнь Мо не знал, что ответить. У него не было слов.
Шэнь И долго плакал, прежде чем немного ослабил хватку. Его глаза распухли и налились кровью. Вэнь Мо бережно оттёр слёзы с его лица и вновь заговорил пальцами:
【Не думай об этом. Мне было не так уж и тяжело. По сравнению с тем, что я нашёл тебя — всё это мелочи.】
【И через мост я переходил только ради того, чтобы идти рядом с тобой. Так что всё это не напрасно.】
Шэнь И замер, а потом беспомощно, сквозь слёзы, горько ухмыльнулся:
— И сколько ещё? — спросил он. — Сколько ещё раз тебе придется пройти через этот ужас, прежде чем всё закончится?
Вэнь Мо качнул головой.
【Не знаю,】 — показал он. — 【Но если в конце меня ждёт наше будущее — я готов проходить через это снова и снова. Я со всем справлюсь.】
Шэнь И нахмурился:
— Да как ты можешь…
【Но теперь ты будешь рядом,】 — перебил его Вэнь Мо новыми движениями рук. — 【Даже если мне придётся умереть ещё пару раз, ты будешь со мной.】
Шэнь И осекся.
【Ты ведь больше не бросишь меня?】
【Ты больше не умрёшь раньше меня, оставив меня одного в горе. Да, это мост Найхэ, но Юй Тань больше не зашьёт мне рот.】
【Если мне просто придётся снова пройти через боль — я выдержу.】
【Ты ведь будешь держать меня за руку?】
【Правда?】
Он заканчивал свои знаки с невероятной осторожностью, словно боялся спугнуть хрупкую надежду, а затем так же осторожно опустил руки.
Вэнь Мо снизу вверх глядел на Шэнь И. В его алых зрачках, обычно потухших и полных печали, вдруг загорелся трепетный, робкий огонёк живой надежды.
Шэнь И больше не нашел в себе сил спорить.
Он лишь горько, бессильно улыбнулся.
— Ну конечно, — тихо проговорил он. — Я никогда не отпущу твою руку.
Он наклонился и, бережно обняв Вэнь Мо за подбородок, прижался к его губам в долгом, тёплом поцелуе.
Вэнь Мо вцепился пальцами в его рукава, ощущая это мимолётное, спасительное тепло.
Шэнь И был совсем близко. Вэнь Мо чуть приоткрыл глаза и сквозь склеенные ресницы видел его мокрые, блестящие от слёз глаза.
И в этот момент в его душе наступил долгожданный, глубокий покой.
Да, он сумел выбраться из Ада Вырывания Языков. Да, он сумел отказаться от мысли о самоубийстве. Но, глядя в будущее, он всё равно чувствовал лишь глухую растерянность.
Ведь Шэнь И переродился.
Он стал совсем другим человеком, начал новую жизнь.
Вэнь Мо вернулся в мир живых и попал в эту новую реальность Шэнь И. Здесь не было той захудалой деревушки — здесь были новые города, учителя, друзья, однокурсники.
И Вэнь Мо чувствовал себя чужим. Он гадал: а есть ли ему вообще место в этой новой жизни?
Сможет ли такой, как он — озлобленный призрак, застрявший в прошлом, неупокоенная душа, даже не прошедшая через колесо перерождений, — быть рядом с Шэнь И?
Но теперь все сомнения сгорели без остатка.
Шэнь И без колебаний готов был бросить свой «новый мир» и шагнуть за ним в могилу.
А значит, и Вэнь Мо должен найти в себе силы жить.
Им пора идти дальше. Цзян И давно остался в том пепелище, и Вэнь Мо пора выбраться из этой ледяной реки.
Цзян И сгорел в руинах. Но спустя сорок два года он вернулся — под именем Шэнь И.
Он вернулся, чтобы забрать его. Чтобы сдержать обещание, данное сорок два года назад.
И Вэнь Мо должен идти за ним.
Все те мучители давно мертвы. Умер и Юй Тань.
Больше никто не держит их в прошлом. Они свободны.
Шэнь И осторожно отстранился, поцеловав его напоследок. Над рекой гудел холодный ночной ветер, шелестели высокие стебли камыша.
* «Забери меня отсюда»*, — прошептал Вэнь Мо про себя, глядя в его родные, тёплые глаза. — * «Забери меня с собой, И-гэ»*.