— Фу, — коротко отрезал Се Вэйсюань.
Вэнь Мо всё понял без лишних слов. Лицо его тут же вытянулось, а в груди отчаянно заскребло:
— Тот самый Фу?
— А какая ещё? Не тот же иероглиф «счастье», что вверх ногами на двери к Новому году клеят, — ухмыльнулся Се Вэйсюань. — Её тело в мире живых до сих пор не нашли. Похоже, именно поэтому Снизу и велели мне вернуться — чтобы закрыть этот кармический долг.
Вэнь Мо не нашёлся, что ответить.
— Понимаю, она перед тобой провинилась, и тащиться ради неё — сомнительное удовольствие, — Се Вэйсюань бросил взгляд за стекло. — Но если уладим дело, нам должны прилично отсыпать Снизу.
Услышав про деньги, Вэнь Мо мгновенно оживился:
— В самом деле?
— Именно.
Чувство справедливости в душе Вэнь Мо слегка восстановилось. Всё-таки спасать ту, что некогда спихнула тебя с высоты восьмого этажа, — затея, от которой у любого душа встанет дыбом.
— К тому же она тебе ещё спасибо скажет, — добавил Се Вэйсюань. — Представляю, как перекосит её физиономию, когда она узнает, что ты приложил к этому руку.
«А ведь верно!» — мысленно согласился Вэнь Мо и с чувством дважды кивнул.
Заметив в зеркале заднего вида, как парень мигом стряхнул с себя хандру и просиял, Се Вэйсюань тихо хмыкнул и сделал глоток чая. Всё-таки ничто так не бодрит человека, как здоровая злорадная перспектива. Куда там пустой болтовне в духе «на самом деле ей жаль».
— А ты знаешь, где её искать? — Вэнь Мо снова взглянул на зеркало. — Не хотелось бы приехать на пустое место.
— Я узнавал, — ответил Се Вэйсюань. — Она со стопроцентной вероятностью там... А вот и наши.
Вэнь Мо повернул голову: из дверей здания вышли Сюй Лянъюнь и ещё один человек в точно такой же светло-синей полицейской форме.
— Это наш консультант по психологии, — пояснил Се Вэйсюань. — Чжун Тан.
— Психолог?
— Поведенческий анализ, — уточнил Се Вэйсюань. — На месте сам всё увидишь.
Как и предсказывал Се Вэйсюань, Сюй Лянъюнь сел на переднее пассажирское сиденье, а Чжун Тан устроил свои кости сзади.
Вбив в навигатор «Курортный парк развлечений Чантин», Сюй Лянъюнь услышал ровный женский голос из динамиков:
«Пункт назначения — Курортный парк развлечений Чантин. Начинаем движение».
— Погнали, — скомандовал Сюй Лянъюнь, откинувшись на спинку сиденья.
Вэнь Мо лишних вопросов задавать не стал и утопил педаль газа.
Лянчэн ютился на самом краю провинции, а курортный парк развлечений Чантин располагался уже в соседней. Хоть дело и требовало межрегионального выезда, путь не занял много времени — около двух часов по трассе.
День выдался погожим и солнечным.
Одолев дорогу, Вэнь Мо затормозил прямо у центральных ворот парка. Пока толпы смеющихся посетителей стекались к аттракционам, в стороне, у самого угла, кучковалась группа полицейских. Рядом с ними суетился грузный мужчина, непрестанно утиравший платочком взмокший лоб.
«Итить...» — изумлённо про себя выдохнул Вэнь Мо. Перед ним стоял живой Ли Фанъюань.
Дверца машины щёлкнула — Сюй Лянъюнь уже выбрался наружу.
— Выходите, — бросил он сидящим сзади, после чего повернулся к Вэнь Мо: — Припаркуйся неподалёку и подтягивайся.
— Понял.
Заперев автомобиль, Вэнь Мо направился к группе людей. Полицейские обступили Ли Фанъюаня плотным кольцом. Тот, зажатый со всех сторон синими мундирами, казался едва ли не на грани слёз. На его заплывшем жиром лице застыло поистине жалкое выражение.
— Офицеры, да что ж это такое? С чего вдруг проверки в нашем парке? — Ли Фанъюань выдавил из себя невероятно натянутую, страдальческую улыбку. — Мы же все налоги до копеечки платим, отчётность прозрачная... Я же законопослушный гражданин!
Вэнь Мо молча уставился на него.
— Он не врёт, капитан Сюй, — подал голос один из местных полицейских. Вэнь Мо перевёл взгляд на говорившего: суровый страж порядка с честным и строгим лицом протягивал пухлую папку с документами. — Ли Фанъюань все эти годы исправно платил налоги. Как предприятие они чисты.
«Так в реальности его зовут Ли Фанъюань», — подумал Вэнь Мо.
Сюй Лянъюнь даже не протянул руки к папке.
— Нас это не касается, — спокойно отрезал он. — Мы не из отдела по борьбе с экономическими преступлениями. Офицер Чжоу, мы — убойный отдел Лянчэна.
Офицер Чжоу смущённо улыбнулся и без тени обиды убрал документы:
— Прошу прощения. В ордере на обыск значилась лишь проверка территории парка, вот я и подумал, что вы выявили какие-то финансовые махинации.
— Будь это махинации, сюда приехали бы совсем другие люди, — Сюй Лянъюнь перевёл тяжёлый взгляд на Ли Фанъюаня. — Веди в главный силовой блок.
Ли Фанъюань обомлел:
— В силовой блок? Зачем?
— За тобой, — Се Вэйсюань достал из-за пазухи плотный бумажный конверт и ловким движением пальцев размотал нить. — Пять лет назад твоя бывшая жена, Цянь Сюаньсюань, загадочно исчезла. Её не нашли до сих пор. У меня есть все основания полагать, что ты убил её и спрятал тело.
С этими словами он вытащил из конверта постановление на обыск и развернул перед самым носом бизнесмена:
— Будь добр, покажи дорогу. Нам нужно в главный силовой блок.
Ли Фанъюань попеременно переводил взгляд то на Се Вэйсюаня, то на бумагу в его руках, а затем горько, наигранно усмехнулся:
— Братцы-полицейские, ну хватит шутить... Как такое вообще возможно? Когда моя бывшая пропала, я первым делом бегал в полицию и содействовал как мог! Скажите же, офицер Чжоу!
Все взгляды устремились на Чжоу. Тот кивнул:
— Всё так.
— Ну вот, видите! — Ли Фанъюань всплеснул руками и с обиженным видом обратился к Се Вэйсюаню: — Офицер Чжоу пять лет назад со своими людьми тут каждый сантиметр перерыл! Парк тогда только строился, они всё вверх дном перевернули — и ничего! Пять лет прошло! Какой смысл идти туда сейчас? Что вы рассчитываете там найти? Зачем опять меня подозревать?
Сюй Лянъюнь, казалось, задавался тем же вопросом. Он обернулся и с нескрываемым смыслом прищурился на Се Вэйсюаня:
— А ведь он прав.
Офицер Чжоу и его подчинённые тоже уставились на Се Вэйсюаня.
— Есть там что-то или нет — узнаем, когда посмотрим, — Се Вэйсюань ровно встретил взгляд Чжоу. — Вы тогда проверяли электрические щиты?
— Электрощиты? — удивился офицер Чжоу. — Нет.
— Вы что, думаете, тело внутри щита? — подал голос молодой оперативник, стоявший под боком. В его тоне звучало явное недоверие. — Да как это возможно? В то время щиты в силовом блоке уже вовсю монтировали, они работали! Внутри всё забито проводами и трансформаторами, туда же физически человек не влезет!
— Влезет или нет — видно будет на месте, — отрезал Се Вэйсюань. — Веди.
Ли Фанъюань беспомощно развёл руками:
— Да бесполезно это, только время зря потеряете...
— Значит, потеряем.
Ли Фанъюань замолк.
* * *
В парке царил уличный шум и гвалт. Смех детей, вопли катающихся на американских горках и весёлая, беззаботная музыка из динамиков.
Точно такая же музыка звучала в Аду Железных Деревьев.
Вэнь Мо аж передёрнуло. На мгновение ему показалось, что он снова оказался внутри игры, а толпящиеся вокруг полицейские и зеваки вот-вот сбросят маски и обратятся жуткой нежитью.
«Белый Учан сюда за вдохновением приезжал, что ли?» — мысленно вздохнул Вэнь Мо, согнав с рук кусачий мороз.
Группа двигалась к силовому блоку. Ли Фанъюань шагал впереди, за ним шли оперативники из Лянчэна, а замыкал шествие Вэнь Мо. За его спиной глухо гудела внушительная процессия местных полицейских.
Сквозь шум аттракционов до Вэнь Мо долетали обрывки их разговора.
— Бред какой-то, — бурчал тот самый недоверчивый молодой оперативник. — Дядя Чжоу, ну это же чистой воды дурь! Когда Цянь Сюаньсюань пропала, мы тут всё вверх дном перевернули. Если бы тело было здесь, разве мы бы его проглядели? А тут ещё и про электрощит задвигают... Да там же места нет!
— Помолчи, Сяо Лян. Выполняй работу, — осадил его офицер Чжоу.
— Но это же бессмысленная трата сил и времени! — не унимался парень.
— Сяо Лян, — веско произнёс Чжоу, — наша работа как раз и состоит в том, чтобы делать вещи, которые могут оказаться бессмысленными. Если мы придём напусто — это к лучшему. Значит, женщина всё ещё может быть жива: взяла деньги, сменила имя и уехала за границу строить новую жизнь. Но если мы что-то найдем... работы у нас прибавится. Так что молись, чтобы это было пустышкой. Когда у уголовного розыска полно работы — в этом нет ничего хорошего. Понял?
Молодой полицейский прикусил язык.
Шум и гул развлекательного комплекса проглотили их голоса.
Главный силовой блок курортного парка развлечений Чантин.
Внутри дежурили несколько сотрудников. Увидев, как в помещение вваливается целая орда вооруженных людей в форме, они замерли в шоке.
— Ли-цзюн... — несмело подала голос молодая работница. — Что происходит?
— Полиция проводит проверку, — отозвался Ли Фанъюань, после чего повернулся к Сюй Лянъюню: — Офицеры, парк работает на полную мощность, мы не можем обесточить сразу всё оборудование. Может, осмотрите по секторам?..
— Не нужно, — перебил Се Вэйсюань. — Где находится щит с маркировкой BA3041? Обесточьте только его.
— А, хорошо, — Ли Фанъюань тут же обернулся к девушке: — Отключите секцию BA.
— Слушаюсь, Ли-цзюн, — ответила та. — Но понадобится минут пятнадцать. Нужно перевести подключенные аттракционы на резервные линии.
— Без проблем, — Ли Фанъюань повернулся к полицейским с добродушной, искренней улыбкой: — Офицеры, придётся немного обождать.
Глядя на эту добродетельную физиономию, полицейские хранили угрюмое молчание.
Ли Фанъюань отшагнул назад и отдал пару распоряжений персоналу у пультов.
Как только бизнесмен отошёл, Сюй Лянъюнь тихо спросил у своих:
— Ну что?
Вэнь Мо не успел сообразить, о чём речь, как молчавший всю дорогу Чжун Тан дал чёткий расклад:
— Он лжёт. Взгляд бегает, перед тем как ответить — делает мелкие непроизвольные движения руками. За время пути выпил восемь глотков воды из бутылки. При сильном стрессе жажда наступает мгновенно. Конечно, можно списать это на волнение перед толпой полицейских, но для человека его склада он слишком развязен. Ли Фанъюань — тёртый деляга, он не из пугливых. А значит, причина одна: он действительно чего-то панически боится.
Вэнь Мо едва не вытаращился.
Вот она — работа профессионального психолога-криминалиста! Сколько игроков в играх преисподней пытаются гадать на кофейной гуще, строя теории о поведении НПС, а тут человек опирается на железные факты и наблюдение.
— Но когда мы упомянули электрощит, его психоэмоциональное состояние не изменилось, — заметил Сюй Лянъюнь. — Никакой защитной реакции.
— Вот это и странно, — Чжун Тан повернулся к Се Вэйсюаню: — Ты точно уверен?
— Абсолютно, — твёрдо ответил Се Вэйсюань.
Вэнь Мо нахмурился. Он посмотрел на стоящего у пульта Ли Фанъюаня: тот выглядел совершенно естественным и спокойным.
Невольно засомневавшись, Вэнь Мо подступил к Се Вэйсюаню, отвёл его за локоть на пару шагов в сторону и тихо прошептал:
— Ты точно уверен, что тело там?
— Да точно говорю! — Се Вэйсюань досадно отмахнулся. — Что ж вы все мне не верите-то? Я лично с ней говорил!
Эти слова немного успокоили Вэнь Мо.
Спустя пятнадцать минут секция BA была успешно обесточена.
Ли Фанъюань подвёл группу к нужному объекту:
— BA3041... Вот он, офицеры.
Огромный стальной шкаф возвышался перед ними. На дверце красовалась чёткая маркировка: «BA3041». В отличие от жуткого аналога из Ада Железных Деревьев, этот щит был заметно меньше.
— Досмотреть, — скомандовал офицер Чжоу.
Оперативники в белых резиновых перчатках приступили к демонтажу. Дверцы распахнулись, защитные панели с грохотом опустились на пол. Конструкция в реальном мире отличалась от игрового сюрреализма: сверху залезть было невозможно, только полностью сняв фасадную часть.
Двое полицейских с фонарями забрались внутрь.
В помещении воцарилась звонкая тишина. Лишь гул шагов исследовавших шкаф людей отдавался от металла.
Минуты тянулись как вечность. Наконец один из оперативников вылез наружу и растерянно доложил:
— Командир... здесь ничего нет.
«Что?!»
В толпе пронёсся глухой ропот.
— Как ничего нет?! — Се Вэйсюань изменился в лице. — Вы всё тщательно осмотрели?!
— Всё до последнего сантиметра, — ответил полицейский. — Внутри провода и блоки управления, места для человека там просто физически нет. Пусто.
Се Вэйсюань замер. Он глубоко вдохнул, сжав губы, и обменялся тяжёлым взглядом с Сюй Лянъюнем.
Местные полицейские смотрели на них со смешанными чувствами. Кто-то сочувственно, кто-то со скрытым раздражением — мол, приехали заезжие гастролёры, устроили цирк на пустом месте.
— Ну что, господа офицеры? — раздался елейный голос Ли Фанъюаня. Тот снова вытирал лоб платком, виновато улыбаясь. — Вопросов больше нет?
Се Вэйсюань вдруг хмыкнул и посмотрел на Сюй Лянъюня:
— Похоже, по возвращении мне придётся писать рапорт об увольнении?
На его лице не было ни паники, ни позора — только абсолютная, величественная невозмутимость. Вэнь Мо мысленно восхитился: сразу видно генерала с двухтысячелетним стажем.
Сюй Лянъюнь ничего не ответил. Он кинул взгляд на Се Вэйсюаня, а затем снова впился глазами в Ли Фанъюаня.
Чжун Тан накренился к уху капитана Сюя и что-то быстро зашептал.
Вэнь Мо отступил на пару шагов и поднял глаза на табличку над дверцей.
Он скрестил руки на груди, погрузившись в глубокие раздумья.
— Ну что, сворачиваемся? — с ухмылкой у молодого оперативника вырвалось в сторону Чжоу. — Поехали назад.
— Постойте, — вдруг подал голос Вэнь Мо.
Все обернулись. Парень смутился под десятком взглядов, но упрямо попросил:
— Прошу прощения, дайте нам одну минуту.
Он хватко взял Се Вэйсюаня за рукав и утянул его за распахнутую створку соседнего шкафа, прочь от чужих ушей.
— Ты чего? — недоуменно спросил Се Вэйсюань. — Если есть что сказать, говори прямо. Зачем за угол тащить?
— А ничего, что про дела Преисподней при обычных людях не говорят? Я не хочу в первый же рабочий день уехать в психушку, — шёпотом прошипел Вэнь Мо. — Похоже, Фу просто перепутала.
— Чего?
— Назвав тебе номер BA3041, она исходила из собственных воспоминаний, — быстро заговорил Вэнь Мо. — Но что, если её память исказилась, и она ошибочно решила, будто умерла именно в 3041-м?
Се Вэйсюань сдвинул брови:
— Ты о чём вообще?
— Ты не знал? — уставился на него Вэнь Мо. — Когда человек умирает мучительной, насильственной смертью, его душа испытывает колоссальный шок. Душевная оболочка, отвечающая за память, расщепляется. У одних воспоминания путаются, у других вообще наступает амнезия.
Се Вэйсюань замер:
— Вон оно как...
— У Шэнь И было то же самое, — вздохнул Вэнь Мо. — В Аду Железных Деревьев её ментальное состояние было нестабильным как раз из-за этого. Чтобы стать Ночным стражем, её душу подлечили, но отдельные куски памяти всё ещё могли склеиться неверно. Она помнила лишь вырванный из контекста фрагмент и сама выстроила из него «факт».
Се Вэйсюань нахмурился:
— Хочешь сказать, она видела этот номер, но умерла в другом месте?
— Именно!
Оба умолкли. Вэнь Мо нахмурился, бормоча себе под нос:
— Но если она умерла не здесь... откуда у неё в памяти взялся этот номер?..
— Постой, — вдруг перебил его Се Вэйсюань. — Когда дверца электрощита открыта... номер же не виден, так?
Вэнь Мо осенило.
Дверца шкафа распахивается наружу. Маркировка приклеена в верхнем углу лицевой стороны. Когда дверь открыта настежь или прижата к стене, стоящий внутри человек видит лишь внутреннюю гладь!
— Цянь Сюаньсюань рассказывала, что когда её убивали, первым делом внутрь затолкнули её дочь, — быстро заговорил Се Вэйсюань, и глаза его вспыхнули. — В реальности, чтобы засунуть человека в такой шкаф, нужно сначала снять фасадную панель! Представь: панель снята, дверь открыта... Убийцы пытаются затолкнуть её внутрь. Ни один человек не станет смиренно ждать смерти — она отчаянно сопротивлялась! Её пихали внутрь, а она пыталась вырваться. А значит... она не могла лежать спиной к выходу! Она перевернулась лицом к наружному пространству!
Се Вэйсюань резко развернулся и сделал шаг назад из тени.
Он поднял взгляд.
Прямо напротив открытого шкафа BA3041, через узкий проход, стоял точно такой же стальной шкаф.
Его дверца была наглухо закрыта.
А в левом верхнем углу белела чёткая табличка с чёрными цифрами: BA2079.
Словно молния прожгла мозг Се Вэйсюаня. Понял!
Он мгновенно вытащил из кармана перчатки, натянул их на ходу и рванул к шкафу BA2079.
— Офицер! — в ужасе закричал Ли Фанъюань. — Вы что творите?!
Бизнесмен кинулся было перехватить его, но куда там! Се Вэйсюань вцепился в стальную рукоять закрытой двери, глубоко вдохнул и с дикой силой рванул её на себя.
КРАК!
Замок со скрежетом разлетелся вдребезги. Дверь распахнулась.
Ли Фанъюань застыл как вкопанный: он отродясь не видел, чтобы люди ломали стальные замки голыми руками.
Секция BA была обесточена, и Се Вэйсюань действовал без тени сомнения. Он ухватился пальцами за массивную защитную панель, зафиксированную десятком мощных болтов. Выпустив из груди исполненный исполинской мощи рык, он рванул металлическую плиту на себя!
ГРОМОВОЙ ГРОХОТ!
Панель, которую обычно скручивают специальным инструментом полчаса, с мясом вырвалась из пазов и рухнула на бетон.
В ту же секунду из чрева электрощита с хлюпающим гулом хлынул настоящий поток густой, тёмной крови!
Словно прорвало плотину, хлынувшая жижа мгновенно затопила пол у ног полицейских. Оперативники в ужасе отпрянули, молодой Сяо Лян взвизгнул.
Кровавое море разливалось по помещению.
Сюй Лянъюнь опустил взгляд: в алой жиже плавали мелкие обломки костей и куски размолотой плоти.
Вместе с потоком к его сапогам приплыла окровавленная пластиковая карточка.
Достав из кармана перчатки, Сюй Лянъюнь торопливо натянул их, нагнулся и поднял карточку. Большим пальцем он с усилием стёр слой свернувшейся крови.
На свет показалось удостоверение личности.
— Цянь Сюаньсюань, — громко и отчётливо прочёл Сюй Лянъюнь.
Ли Фанъюань мгновенно стал белее мела.
Сюй Лянъюнь медленно поднял голову. Его глаза, обычно спокойные, сейчас резали хладнокровием, словно клинок:
— Цянь. Сюань. Сюань. Ли-цзюн, как ты это объяснишь?
Ли Фанъюань стоял истуканом, углы его рта нервно подёргивались в попытке выдать хоть подобие улыбки, но выходило лишь жалкое, уродливое оскаливание.
Се Вэйсюань стоял по колено в алом месиве. Он развернулся, тяжело ступая по кровавой луже, и ухмыльнулся:
— Выходит, рапорт на увольнение откладывается?
— Откладывается, — отозвался Сюй Лянъюнь. — Но работы у тебя на ближайшие дни прибавится. Ты придумал правдоподобную версию, откуда узнал про тело?
— Версию? — Се Вэйсюань усмехнулся. — Честно говоря, вообще ничего в голову не приходит.
Офицер Чжоу оглядел кровавую баню на полу и, повернувшись к бледному, как смерть, молодому оперативнику, тихо сказал:
— Видишь, Сяо Лян? Мы приехали не зря.
Молодой полицейский не мог вымолвить ни слова. Он с диким ужасом смотрел то на море крови у ног, то на стоящего перед ним двухметрового богатыря Се Вэйсюаня, который только что голыми руками сорвал с петель стальную плиту.
В этот момент всё привычное мировоззрение молодого опера рухнуло безвозвратно.