За исполинскими вратами тянулась узкая лесная тропа.
По обе стороны от неё стоял по пояс пожелтевший бурьян. Небо нависало свинцовой, давящей серостью — плотные тучи предвещали неминуемый ливень. Из самой чащи задувал промозглый сквозняк, в завываниях которого чудился протяжный плач.
Только в эту секунду Шэнь И осознал: что-то пошло не так. Каким бы навороченным ни был дом с привидениями, в нём физически невозможно воздвигнуть настолько циклопические врата со столь сложной гравировкой — да и откуда на верхнем этаже торгового центра взяться такому необъятному пейзажу?
Это предгрозовое небо выглядело пугающе настоящим.
Неужели влипли? Неужто та самая чертовщина, о которой читал на форумах, настигла его наяву?
От этой мысли у Шэнь И мороз продрал по коже.
— Шэнь И… — Гун Цан с дрожью в коленях кое-как поднялся на ноги и забормотал: — Может, не пойдём туда? Тут… тут явно что-то нечисто.
Шэнь И обернулся, собираясь ответить, но в лицо ударил бешеный шквал. Порыв ветра с непреодолимой силой втянул обоих внутрь.
Не успев опомниться, Шэнь И только и смог, что истошно вскрикнуть. Суставы неестественно вывернуло, и, казалось, даже кости подозрительно хрустнули.
Он кубарем покатился по тропе. Приземление вышло настолько неудачным, что сложился он почище складного смартфона — задница чуть ли не на затылке оказалась.
Пролежав в такой позе пару мгновений, парень наконец почувствовал, как душа возвращается в тело. Глубоко вдохнув, он напрягся, перекатился вперёд и сел — спасибо детским занятиям танцами, растяжка спасла.
Потирая ноющие от ушиба плечи и поясницу, Шэнь И со стоном поднялся и оглянулся: Гун Цан лежал точно таким же «раскладным телефоном».
Другу повезло куда меньше — к подобным встряскам он явно был не готов. Тот распластался на земле, перед глазами плыли круги, а рассудок всё ещё блуждал в потёмках.
— Эй, подъём.
Шэнь И подошёл ближе, бесцеремонно схватил его за руки, рывком вернул в нормальное положение и от души встряхнул за плечи, приводя в чувство.
Очнувшись, Гун Цан испуганно оглянулся и тут же побелел как полотно.
Шэнь И проследил за его взглядом.
Врат больше не было. Позади простиралась лишь зловещая пустота, подёрнутая вдали клубящимся чёрным туманом.
У Гун Цана подкосились ноги, и он снова плюхнулся на землю.
Шэнь И выпрямился, осматриваясь. Вокруг расстилалась бескрайняя дикая пустошь, заросшая сорняками, а чуть дальше впереди темнела густая роща.
— Шэнь И… — голос Гун Цана мелко дрожал. — Мы ведь… уже не в доме с привидениями, да?
Какое уж тут развлечение.
— Ни в одном аттракционе так с клиентами не обращаются. Нас чуть не переломало пополам — владельцы живо под суд бы загремели за нарушение прав потребителей, — ответил Шэнь И. — Да и те врата… Я ума не приложу, какие технологии могли бы создать такую детализацию.
Он достал смартфон, глянул на экран и застыл.
Гун Цан обхватил себя руками, в панике озираясь:
— Да что с нами происходит? Мы же только что были на квесте, как вдруг… Эй, ты чего замолчал?
Помедлив, Шэнь И пару раз коснулся экрана.
— Гун, — протянул он, — похоже, мы реально встретились с нечистью.
— А?..
Шэнь И развернул экран к нему.
На рабочем столе высвечивалось время: 05:27 утра.
А дата — 2 ноября 1986 года.
С лица Гун Цана сошли последние капли краски.
Он выдавил сухой, нервный смешок:
— Телефон заглючил, да?.. Ну ты даёшь, Шэнь И, сколько лет твоей развалюхе…
— Ты дурак? Я свой прошлый только два дня назад разбил, ты же сам со мной за новым ходил! Это «Гуанъяо-300», чёрт побери, последняя модель!
—…
— Не веришь — свой проверь, — Шэнь И убрал мобильник и снова зашёл в настройки. — Я уже пытался сбить, ничего не выходит. Дата намертво встала.
Гун Цан лихорадочно вытащил собственный телефон.
Зажёгся экран — цифры точь-в-точь как у друга. Дрожащими пальцами он снял блокировку, влетел в настройки и принялся судорожно переставлять параметры. Бесполезно.
Каждый раз система послушно рапортовала: «Настройки сохранены», — но стоило выйти на главный экран, как всё возвращалось на круги своя.
2 ноября 1986 года.
Пять тридцать утра.
Гун Цан сорвался:
— Да что за чертовщина?!
— Чертовщина и есть, — невозмутимо отозвался Шэнь И, пряча мобильник в карман и глядя на тропу, уходящую в лесную чащу. — Раскисать толку ноль. Пошли, глянем, куда ведёт эта дорога. Сидеть тут бессмысленно — при таком раскладе полицию ждать глупо.
Гун Цан внезапно воодушевился:
— Точно! Надо просто дождаться полиции!
Шэнь И одарил его взглядом, полным глубочайшего презрения.
Гун Цан воодушевлённо вскочил, сжав кулаки:
— Мы же зашли в дом с привидениями вместе с четырьмя младшекурсниками! Они заметят нашу пропажу, вызовут ментов, те пойдут по горячим следам и найдут нас! Мы спасены! Нужно просто оставаться на месте и ждать помощи, разве нет?!
Когда человек паникует, его мозг напрочь отключается. Терпение Шэнь И лопнуло, и он отвесил приятелю смачного пинка под зад:
— «Разве нет» твою налево!
Гун Цан с воплем растянулся на земле и, потирая ушибленное место, возмутился:
— Ты чего творишь?!
— Я чего творю?! А ты чем думаешь?! — вскипел Шэнь И. — Совсем башку отшибло? Менты тебе что, экстрасенсы стопроцентные, чтобы в такое гиблое место пробиться?! У них там в участке что, филиал Преисподней с Чёрным и Белым Учанами сидит, чтобы по потусторонним дырам шастать?!
Выругавшись, Шэнь И решил больше не тратить слов на этого идиота. Сунув руки в карманы, он с сердитым бормотанием зашагал вперёд по тропе.
Гун Цан в растерянности подскочил и бросился следом:
— Постой, Шэнь И!
Он припустил бегом, нагоняя друга. Шэнь И даже бровью не повёл, продолжая уверенно углубляться в рощу.
Ветер с шумом трепал кроны деревьев. Вокруг стоял сиротливый сухостой, а в завываниях бури чудилось присутствие неведомой твари, готовой вот-вот выпрыгнуть из темноты.
Окончательно струсив, Гун Цан прибавил шагу, вцепился в край куртки Шэнь И и испуганно зашептал ему в спину:
— Слушай, может, правда вернёмся и подождём?..
— Если тут действительно рыщет нечисть, то к приезду полиции от тебя останутся одни кости — пойдёшь на закуску местным упырям. Есть дорога — надо идти и разведать обстановку.
Гун Цан с шумом сглотнул, втянул голову в плечи и, притихнув, поплёлся следом, словно нахохлившийся перепел.
Ветер среди стволов не утихал, завывая и плача на разные голоса.
Спустя некоторое время деревья расступились. Тропа стала заметно шире, а впереди показалось поселение.
У самого входа возвышалась каменная арка — надпись на ней издали разобрать не удавалось, зато под сводами толпились люди. Даже навскидку их там набралось не меньше полутора десятков.
— Сколько народу… — пробормотал Гун Цан и тут же сжался: — А они… точно живые? Может, не стоит подходить?
— Пошли, — отрезал Шэнь И. — Надо взглянуть поближе.
Подойдя ближе, Шэнь И с облегчением выдохнул: люди определенно были живыми — больше половины из них уткнулись в свои смартфоны. Призраков с мобильниками он в своей жизни ещё не встречал.
Успокоившись, он сделал шаг вперёд.
Заметив новоприбывших, один из мужчин — в строгом деловом костюме — оглянулся, перевёл взгляд на маячившего позади Гун Цана и бросил остальным:
— Все в сборе.
Шэнь И опешил:
— Что?
— С вами двоими как раз восемнадцать, — отозвался мужчина в костюме. — Пошли, можно заходить.
Толпа развернулась и единой массой двинулась вглубь деревни.
— Эй, постойте! — Гун Цан запаниковал, подскочил к мужчине в костюме и вцепился в его рукав: — Что всё это значит?! Кто в сборе?! Что вообще происходит?! Вы тоже на чертовщину напоролись? Куда мы идём?!
Тот замер.
Несколько человек из группы тоже притормозили, с неподдельным изумлением уставившись на Шэнь И и его спутника.
— Вы что, новички? — изумился кто-то.
— Чего? — не понял Шэнь И. — Какие ещё новички?
— Обалдеть, и этот новичок такой спокойный? — подала голос эффектная красотка с пышными волнистыми волосами. — Сильны. Ладно, не отставайте, объяснять пока лень.
— Всё равно скоро сами всё узнаете, — поддакнул тощий, похожий на обезьяну мужик. — Охота язык чесать. Сдохнете в первую же ночь — только воздух зря сотрясали.
— И то верно, мороки много, — мужчина в костюме брезгливо стряхнул руку Гун Цана, достал платок, вытер рукав и бросил: — Не отставайте.
Он зашагал прочь, и остальные молча потянулись за ним.
Шэнь И оставалось лишь вздохнуть и вместе с Гун Цаном последовать за толпой.
Деревенский ветер пробирал до костей, холодя шею. Переступая невидимую границу поселения, Шэнь И повиновался внезапному наитию и поднял взгляд на каменную арку.
Он застыл как вкопанный.
На камне проступали три кроваво-красных иероглифа:
«Деревня Янчжуанцзы».