Восточная окраина деревни Синьхуэй. Пройдя от самого въезда в глубину улицы, группа из семи человек остановилась у ворот третьего двора.
Шэнь И ещё по дороге рассудил, что первым делом стоит наведаться к семье Чжун, и спорить никто не стал.
Вэнь Мо держался позади всех, сложив руки на груди. Вскинув взгляд, он окинул взором такие же зелёные железные ворота, как и у прочих деревенских, разве что на этих не висело традиционных ликов богов-хранителей.
Здесь и жили владельцы того самого ресторанчика.
Хань Гуай выудила из кармана телефон и глянула на экран:
— Два сорок дня. Домой они вернутся нескоро. И что делаем? Полезем через забор?
— Сдурела? — нервно выдохнул один из игроков, озираясь по сторонам. — Попадёмся — сразу кранты. Давайте лучше сбоку заглянем, с глухой стены.
Он ткнул пальцем в сторону узкого переулка. С востока двор Чжунов граничил с пустырём, за которым начинался соседский участок. В образовавшемся простенке вполне можно было зацепиться за кладку и заглянуть внутрь.
Долго раздумывать не стали — всей оравой шмыгнули в подворотню.
— Кто карабкается? — полушёпотом спросили из кучи.
Шэнь И уже засучил рукава, намереваясь проявить героизм, но Вэнь Мо ладонью упёрся ему в плечо, останавливая. Без лишних слов немой парень подошёл к ограде, ухватился за край и лёгким, отточенным движением взлетел на стену.
Шэнь И аж крякнул от изумления. Сколь бы часто он ни видел Вэнь Мо в деле, к подобной прыти привыкнуть никак не мог.
— Ну ты даёшь, — покачал он головой, с улыбкой цокнув языком. — А я-то уже скучаю по временам, когда ты притворялся эдаким нежным цветочком.
Вэнь Мо наградил его отборнейшим закатыванием глаз.
Шэнь И тут же наигранно вжал голову в плечи и глуповато заулыбался, смахивая на жизнерадостного дурачка.
Остальные игроки мысленно сотворили тот же жест — их откровенный флирт посреди мрачной локации уже донимал.
— Ну что там? — просипел кто-то снизу. — Есть кто в усадьбе?
Вэнь Мо перевёл взгляд во двор.
А там — пустота. Сам дом — обычнейшая одноэтажная коробка из серого кирпича. Во дворе квохтали куры в курятнике, пара птиц лениво прохаживалась по утоптанной земле, около крыльца нагромождены тазы, кастрюли да сушилось выстиранное бельё. Изба ничем не отличалась от того дома, где Вэнь Мо жил при жизни.
Он прищурился, вслушался и втянул носом воздух — никаких подозрительных запахов. Заглянув сквозь оконное стекло, Вэнь Мо разглядел диван, привычную бытовую утварь и полнейшее отсутствие живых душ или следов чего-то потустороннего.
— Эй, ну что ты молчишь, парень? — подал голос игрок. — Видно что-нибудь?
— Да не может он...
— Эй вы там!
Громкий оклик из подворотни заставил всех подпрыгнуть. Кое-кто даже вскрикнул от неожиданности.
Вэнь Мо шаги услышал заранее, потому остался хладнокровен. Обернувшись, он увидел старосту деревни — тот стоял на выходе из переулка, сжав кулаки, и пылал праведным гневом.
— Твою же мать, чуть сердце не выскочило! — одна из девушек прижала руку к груди, тяжело дыша, а затем с досады ругнулась: — Дед, ты совсем свихнулся?! Орать-то зачем?!
Староста её брань проигнорировал. Вышагивая вперёд с налитыми кровью глазами, он с порога накинулся на чужаков:
— Совсем стыд потеряли! В деревне остался один-единственный дитёнок, а вы вместо того, чтобы бежать к нему в дом и головой отвечать за его шкуру, по чужим подворотням шаритесь! Мало вам хаоса вокруг?!
Вэнь Мо спрыгнул со стены, и Шэнь И заботливо придержал его за локоть.
— А ну пошли! Пошли все к Чжэнь Хэ! — староста сгрёб ближнего игрока за грудки и волоком потащил на улицу. — Сберегите мне её мальчонку, ироды!
— Руки убрал! — выкрикнул тот, пытаясь вырваться, но хватка у старика оказалась мёртвой.
Остальные переглянулись.
— Идём, — вздохнула Хань Гуай. — Похоже, это обязательный квест.
Вся компания покорно высыпала из переулка. Староста, убедившись, что в закоулке никого не осталось, удовлетворенно крякнул и пригрозил кулаком:
— Живо за мной!
Шеренга игроков потянулась за ним по деревенской улице.
По дороге один из мужчин притормозил и приравнялся к Вэнь Мо:
— Слышь, парень, а у Чжунов-то что? Ребёнка не видел?
Вэнь Мо мотнул головой и отбубнил целую тираду на языке жестов.
Игрок смотрел на эти пассы с полным недоумением:
— Ты нормальным языком сказать можешь? Чё ты руками машешь, немой, что ли?
Вэнь Мо с глубоким искренним чувством кивнул.
Игрок от такой непосредственности потерял дар речи.
— Он говорит, двор пуст, — подсобил Шэнь И. — Обычный хлам, куры бегают, ни ребёнка, ни подозрительного мяса.
— Ясно, — отлегло у спрашивавшего. — Значит, дом чист, а вся дрянь кроется в самом ресторанчике.
Путь оказался неблизким. Вскоре дома расступились, открывая вид на заливные поля. Вэнь Мо вгляделся в даль — там, за стеной камыша, тихо несла свои воды речка.
Наконец староста подвёл их к нужному подворью и громко постучал в серые железные ворота.
Изнутри отозвался женский голос, призывая подождать, послышалась суета и торопливые шаги.
Вэнь Мо оценил обстановку: серые ворота, пологий спуск к дороге — ничего примечательного.
Засов звякнул, и створка приоткрылась.
Вэнь Мо слегка опешил.
На пороге стояла плотная женщина лет сорока с мелкими кудряшками на голове. Игроки мгновенно узнали её: именно она сидела за наискосок расположенным столиком в ресторанчике Сестры Цао вместе с другой женщиной и мальчиком.
Вэнь Мо сопоставил факты: раз в деревне остался всего один ребёнок, а в заведении они видели как раз одного мальчишку, кидавшегося едой, выходит, этот балованный сопляк и есть единственное выжившее дитя Синьхуэй.
— Староста? — женщина улыбнулась, а затем удивлённо взглянула на толпу за его спиной: — А это кто?
— Считай, проверочная комиссия, — отрезанным тоном заявил старик. — Слушай сюда, Сяо Хэ. Дачжуан — последний ребёнок на всю деревню, вынь да положь, а сбереги его! Пусть эти люди побудут у тебя в доме, а остальные пусть ищут снаружи.
С этими словами староста заталкивал игроков во двор.
— Оно и к лучшему, — вздохнула женщина с озабоченным видом. — А то у меня в доме всего двое защитников осталось. Заходите, заходите.
Все семеро переступили порог. Староста, не прощаясь, развернулся и ушёл.
Во дворе вовсю резвился тот самый мальчуган из заведения — с диким хохотом он швырял сочные плоды редьки в стену, отчего та вся была измазана белой кашицей, а на земле валялись растоптанные очистки.
— Мать моя! — ахнул один из игроков. — Редьку-то за что?! Продукт же переводит!
— Да и бог с ней, — махнула рукой Чжэнь Хэ. — Редька быстро растёт, пусть тешится. Постойте пока тут, я пойду вызову тех двоих, что раньше пришли.
Только тут до игроков дошло: говоря о «двух защитниках», она имела в виду не себя с золовкой, а других игроков!
Спустя пару мгновений из дома вышли двое.
Ими оказались Ши Минлян — парень-новичок — и мужчина в очках.
— Ого! — удивился кто-то из вновь прибывших. — А вы разгромились? Вы же с остальными на север деревни ушли на разведку!
— Потерялись в суматохе, — буркнул очкастый, засунув руки в карманы. — А потом нас перехватил дед-староста и приволок сюда. Теперь нас тут девять душ... Думаю, больше он никого не притащит.
— Настоящий полководец, — пробормотал игрок. — Ишь как распределил: одни ищут, другие сидят с дитём.
Хозяйка вынесла из дома пузатый чайник и пару пиал.
— Попейте водички с дороги, — предложила она.
— Спасибо, — откликнулся Шэнь И и тут же перешёл к делу: — К слову, в ресторанчике вы обедали вместе с ещё одной женщиной. Где она? Вы разве не вместе живёте?
— А, про неё? — хозяйка разлила воду по чашкам, не поднимая головы. — Это золовка моя. Пошла в поле поработать, к вечеру подтянется.
— Понятно.
— Вечером, как она вернётся, мы снова пойдём в заведение ужинать, — женщина пригубила из своей пиалы и указала на поднос: — Пейте, не стесняйтесь.
Хань Гуай подошла ближе, взяла чашку, но пить не стала — лишь покрутила её в пальцах, пристально глядя на Чжэнь Хэ:
— Опять в ресторанчик? Дома вообще не готовите?
— Давно уже никто не готовит, — пожала плечами хозяйка. — Деньги у всех есть, отчего бы и не посидеть в заведении? Там и готовят вкусно, и берут недорого.
В этот момент Дачжуан огласил двор оглушительным хохотом. Он с упоением прыгал прямо по месиву из раздавленной редьки.
— Ох ты ж батюшки! — женщина всплеснула руками и побежала к нему. — Да вы только гляньте, экая грязища!
—... И хоть бы слово про перевод продуктов, — хмыкнул кто-то из игроков.
Шэнь И глянул на часы: ровно три дня.
Чжэнь Хэ подхватила сына на руки и утащила в дом — мыть ноги и менять измазанные штаны. Из-за закрытой двери доносились шлепки по заднице, детский визг и суровые нотации матери.
Игроки толпой проследовали в дом.
Обстановка обычная: кучи хозяйственного хлама, старая мебель. Вэнь Мо окинул комнату беглым взглядом и замер. Ему в глаза бросился столик, явно предназначенный под домашний алтарь, но сейчас абсолютно пустой.
Он дёрнул Шэнь И за рукав и указал пальцем.
Шэнь И пригляделся, и выражение его лица изменилось.
— Сестра, — громко окликнул он хозяйку. — А вы что, раньше Туди-гоу, Бога Земли, в доме держали?
— Ну держали, — откликнулась она из-за ширмы. — Раньше-то урожай не задавался, тяжело жили, в каждом доме статуэтка стояла. А как жизнь наладилась, так на кой он сдался? Выкинула я его.
—... Выкинули?!
— Ну да.
— И как же?
— Да как-как... Кокнула об камень да в канаву черепки спустила.
Шэнь И лишился дара речи.
Игроки застыли в полном ошеломлении.
Хань Гуай подала голос:
— Сестра, раз вы часто в ресторанчике бываете, вы с Чжунами в ладах?
— Да так, обычные соседи, — отозывалась женщина, переодевая ребёнка. — А что?
— Да так, к слову. Мы там обедали сегодня. У них дети не пропадали?
— С чего бы? У них вся обслуга да хозяева — один родовой клан. От хозяина до последнего официанта. А детям ихним уже всем за двадцать, незамужние да неженатые. Малолеток вроде моего Дачжуана у них нет.
— Вот как... — протянула Хань Гуай. — Сестра, в деревне все ребятишки сгинули, один ваш остался. Не боязно?
Женщина хмыкнула:
— Чего мне бояться? Раз наш Дачжуан до сих пор жив, значит, парень с фартом! Небожители его берегут, никакая нечисть не возьмёт!
— Логично, — кивнула Хань Гуай. — А Чжуны тоже землю пашут? У них же заведение, казалось бы, зачем им поле?
— А то как же! У них огромная пшеничная делянка имеется.
Шэнь И ненадолго задумался, а затем невинным тоном спросил:
— Сестра, а пол месяца назад у вас тут ничего этакого не случалось?
За ширмой мгновенно всё затихло. Прекратился даже шелест одежды.
Спустя несколько секунд послышался настороженный голос Чжэнь Хэ:
— Это с чего ты такие вопросы задаёшь?
— Ну как же, — Шэнь И почесал подбородок. — Дети-то как раз полмесяца назад и начали пропадать. Вот я и подумал, может, с этого всё и началось? Ничего не было?
Женщина выдавила фальшивый смешок:
— Да с какого перепугу? У нас деревня тихая, мирная.
Вэнь Мо подошёл ближе и встретился с Шэнь И взглядом.
За версту разит враньём. Очевидно же, что что-то произошло.
Шэнь И вдруг вспомнил, как в прошлый раз, в том ужасающем парке развлечений, Шэнь Аньхин выуживал информацию из напуганных жителей.
На его губах заиграла хищная усмешка.
Вэнь Мо посмотрел на него со смешанными чувствами. Шэнь И, напустив на себя вид умалишённого с кривым оскалом, прошёл мимо Хань Гуай.
Девушка покрутила пальцем у виска:
— Ты совсем свихнулся?
Шэнь И не ответил. Он прислонился плечом к косяку, скрестил руки на груди и как бы между прочим обронил:
— А вот староста мне по секрету шепнул, что полмесяца назад у Чжунов труп образовался.
Женщина за ширмой ахнула:
— Что?! Староста сболтнул?!
Остальные игроки мгновенно подтянулись, у них загорелись глаза. Хань Гуай восхищённо свистнула и сделала знак руками — давай, жми дальше!
Шэнь И прочистил горло и продолжил гнуть свою линию:
— Ну да. Сказал, кто-то из Чжунов вместе с твоим мужиком дубу дал.
— Брехня! — Чжэнь Хэ вихрем вылетела из-за ширмы, брызжа слюной от ярости. — Собачья брехня! Мой мужик жив-здоров! Какая ещё мразь из Чжунов с ним сдохла?! Старый пердун совсем из ума выжил, такую ахинею нести?!
— А разве они не от пылкой любви вместе сгинули?
— Какая нахрен любовь?! У Чжунов бабка преставилась, ей под семьдесят было! Мой мужик, по-твоему, на сохлую старуху запал?! — матерно завыла женщина.
Игроки дружно ахнули, с нескрываемым уважением глядя на Шэнь И.
Тот лишь едва заметно повеёл ладонью — тихо, мол, не сбивайте настрой.
— Да ладно тебе, — продолжал он провоцировать её. — Староста клялся, что бабка с твоим мужиком прямо на поле в обнимку лежали.
— Да он сбрендил, старый чёрт?! — женщина кинулась к двери, намереваясь выскочить на улицу и набить старосте морду. — Какая, к чертям, обнимка?! Бабка же...
Шаги у самой двери резко оборвались.
Вместе с её истошным ором.
В доме воцарилась гробовая тишина.
Шэнь И замер. Выждав секунд десять и не услышав ни звука, он осторожно постучал костяшками по деревянной обшивке:
— Сестра?..
Вдруг из глубины комнаты раздался пронзительный, визгливый смех.
Шэнь И отшатнулся. Вэнь Мо мгновенно выступил вперёд, заслонив его своим телом.
Визг перерос в оглушительный детский хохот, сопровождаемый топаньем — на кровати прыгал мальчишка.
Вэнь Мо облегчённо перевёл дух: это просто пацан бесится.
— Ну и дурной сопляк, — выдохнул кто-то из игроков.
— Воспитания ноль.
— Пугало! — внезапно закричал ребёнок.
У всех присутствующих сердце ушло в пятки.
— Страшила! Соломенное пугало! — мальчишка задорно хлопал в ладоши, заходясь от хохота. — У мамы головёшка отвалилась! Мама отвалилась!
Вэнь Мо, не раздумывая больше ни секунды, рванул к двери и дёрнул ручку.
Заперто изнутри.
— Ломай! — крикнули сзади.
Вэнь Мо отступил на два шага и со всей дури врезался плечом в дверь. Сила Ночного стража сработала безукоризненно: деревянная створка вместе с петлями с треском вылетела внутрь и рухнула на пол.
Вэнь Мо по инерции вскочил в комнату.
За ним хлынули остальные.
На кане прыгал полуголый Дачжуан в одних трусах. Рядом валялись снятые измазанные штаны и приготовленные чистые, а на полу тёмным, густым пятном растекалась свежая кровь.
Ни хозяйки, ни загадочного «пугала» в комнате не было.
Вэнь Мо застыл на месте, подняв взгляд.
Ребёнок продолжал неистовствовать.
— Где твоя мама? — быстро спросил Шэнь И.
— Её пугало забрало! — хохотал тот. — Мама отвалилась!
— Что отвалилось?!
— Головёшка! — мальчишка показал руками круг. — Соломенное пугало скрутило маме голову! Мама продула!
От этих слов у всех по коже пробежал мороз.
Ши Минлян отступил назад, заикаясь от ужаса:
— Заткнись, паршивец! Заткнись! Какое ещё пугало?! Здесь же никого нет!
В комнате действительно кроме них никого не было.
— Сам заткнись, сам врёшь! — мальчуган ткнул пальцем прямо в гущу стоящих игроков. — Вот же оно стоит! Прямо среди вас! Ты что, ослеп?!