Снаружи неожиданно кто-то истошно закричал.
Шэнь И от неожиданности вздрогнул — листок выскользнул из его пальцев. Судорожно всплеснув руками, он едва успел подхватить подхваченную сквозняком бумажку в воздухе.
Переведя дух, он сунул её в карман.
Снаружи снова грохнули: кто-то отчаянно колотил в ворота. Прежний сиплый, сорванный голос зашёлся сумасшедшим хохотом, выкрикивая одно лишь слово: «Сынок!».
Шэнь И поспешно убрал содержимое красного конверта вместе со свежесорванной запиской и выбежал во двор разобраться, что происходит.
Ржавая калитка ходила ходуном под градом ударов.
Вцепившись в створку, какая-то растрёпанная, ободранная старуха в перемазанном грязью шмотье безумно хихикала и билась о дерево, надрывно зовя сына.
Завидев Шэнь И, она на мгновение замерла, её потухший взор прояснился. Покачнувшись, бабка взвизгнула:
— Сынок! Где мой сынок?! Что вы с ним сделали, ироды?!
На середине фразы её крик перешёл в горькие, надрывные слезы:
— Верните... Верните мне моего мальчика! Сыночек мой!..
Шэнь И ошеломлённо вытаращился на неё.
Старуха явно была не в себе, поэтому приближаться он не рискнул. Лишь вытянул шею, слегка наклонился и стал недоуменно, но пристально вглядываться в её иссушенное лицо.
«Похоже, догадался», — подумал Вэнь Мо.
— Эй... Здравствуйте? — осторожно подал голос Шэнь И.
Старуха не обратила на него ни малейшего внимания. Она разразилась ещё более безудержными рыданиями, слезы и сопли градом текли по её изрытым морщинами щекам.
— Простите... — снова попытался Шэнь И. — А мы с вами раньше не встречались?
Старуха продолжала надрывно вопить.
У Шэнь И от этого воя опустились руки. Он в растерянности почесал затылок, не зная, что предпринять.
— Старуха Линь! — откуда-то издалека послышались торопливые шаги. Из дождя донёсся сердитый женский голос: — Ты чего опять сюда припёрлась?! Мало тебе бед, глупая?!
«Старуха Линь...» — значит, вот как её зовут.
— Мой сыночек... — причитала бабка.
— Да какой ещё сыночек, не путайся под ногами!
Шаги приближались с неимоверной скоростью.
Шэнь И помедлил, развернулся и пошёл обратно к дому.
— И-гэ и так сгинул из-за твоего маленького глухого, а ты всё смерти ищешь! Пожить надоело?! — донеслось со двора.
Шэнь И споткнулся на полушаге.
Вэнь Мо стоял в глубине комнаты. Приподняв алые, как свежая кровь, глаза, он холодным и спокойным взором смотрел на застывшего посреди порога парня.
За окном не унимался дождь. Над землёй поднималась редкая белёсая дымка.
Шэнь И замер, полностью опешив. В его глазах читалась абсолютная, звенящая пустота.
— А ну пошла прочь! — закричала прибежавшая сельчанка.
Опомнившись, Шэнь И метнулся в дом и спрятался за дверью, высунув наружу лишь полголовы, чтобы подсмотреть. В конце концов, он прекрасно помнил, что сейчас он — лишь призрак.
Старуха Линь продолжала визжать у ворот. Прибежавшая деревенская баба — опрятно одетая, с зонтом в руке — вцепилась в неё и попыталась оттащить прочь.
Но та упёрлась намертво. Размахивая руками, она пальцами впилась в деревянный косяк калитки:
— Не пойду! Эта гадина ещё не вернула мне сына! Не уйдёшь!!
— Кого вернёт?! — вывела её из себя сельчанка. — Подох твой сын!
— Не подох! Живой он! Живой! — зарыдала старуха. — Это всё Ли Гуйлань! Это она погубила моего мальчика! Ли Гуйлань!!
Услышав имя, баба аж подпрыгнула от испуга.
— Ли Гуйлань! Тварь бессовестная! Верни моего...
— Заткнись!
Женщина попыталась зажать старухе рот, но тут же дико отскочила с воплем. Старуха Линь из последних сил вонзила зубы в её ладонь.
Да так сильно, что на тыльной стороне остался глубокий кровавый след, из которого потекла алая струйка.
Озверев от боли, сельчанка с маху заехала бабке по лицу размашистой пощёчиной.
Старуха взвизгнула, схватилась за вспыхнувшую щеку и завыла ещё жалобнее, с вызовом и обидой.
Потеряв остатки терпения, женщина отборными матюками помянула всю родню сумасшедшей, цапнула её за седые космы и волоком потащила прочь со двора.
Вопли старухи постепенно затихли в шуме дождя.
Шэнь И вылез из укрытия. Задумчиво посмотрев на опустевшие ворота, он перевёл взгляд на хмурое, нависшее над деревней небо.
— Что же здесь, чёрт возьми, произошло?.. — вздохнул он.
Вэнь Мо шагнул следом. Прикрыв глаза, он развеял окутавшую его тьму, собираясь снова показаться Шэнь И, как вдруг у калитки раздалось:
— Ого, еле тебя отыскала!
Вэнь Мо мгновенно втянул тёмную ауру обратно, оставаясь невидимым.
Шэнь И обернулся. Деревянная калитка скрипнула, и во двор на изящных чёрных каблучках с грацией перепрыгнула лужу Янь Пань.
Прикрывая ладонью лоб от капель, она стремительно взбежала на крыльцо.
— С ног сбилась, пока искала! Надо же было тебе забрести в чужие владения.
Смахнув с лица намокшие пышные локоны, Янь Пань энергично встряхнула головой, брызги полетели в стороны. Парочка капель попала Шэнь И прямо на щеку, отчего тот поневоле вздрогнул.
— Ну и ливень, вымокла до нитки, — выдохнула она, поправляя причёску. — Ну что, нарыл что-нибудь в этой глуши? И вообще, с чего тебя сюда занесло?
— Это дом семьи Цзян, — вытирая щеку, ответил Шэнь И. — Я решил, что здесь наверняка найдётся зацепка. Да и толку расспрашивать местных? Они всё равно со мной даже разговаривать не станут.
— Это уж точно, — сочувственно кивнула Янь Пань, вспомнив, как в деревне относятся к чужакам. — Скажи спасибо, что метлой не прогнали.
— Ха-ха-ха... — Шэнь И выдавил из себя саркастическую ухмылку.
— Так нашел что-то или нет? — поторопила его Янь Пань.
— Кое-что есть, — протянул Шэнь И. — Вот только с какой стати мне с тобой делиться?
— Не бойся, в долгу не останусь, — заверила его Янь Пань. — У меня тоже есть сведения. Ты прагматик, сам понимаешь: от деревенских ты ничего бы не добился. А вот ко мне у них язык развязался. Я обошла полдеревни, покалякала с местными и узнала кучу всего. Так что у меня есть факты, которые ты сам никогда не добыл бы, а у тебя — вещдоки, которые спрятали от моих глаз. Давай обменяемся. Честная сделка, разве нет?
Сделка и впрямь выглядела заманчиво.
Шэнь И кивнул:
— Ладно, но сперва покажи свою искренность. Раз уж уверяешь, что разузнала нечто важное, начни первая. Не бойся, я не кину.
— Тогда ты покажешь свои находки.
— Договорились.
Янь Пань кивнула:
— Слушай. История тут выходит прелюбопытнейшая. Три года назад в деревне погибли двое: один — ты, Шэнь И, а второй — глухой мальчишка по имени Линь У.
По словам местных, они были водой не разлить, с самого момента, как семья Шэнь сюда перебралась. Вот только характеры у них различались как небо и земля.
Шэнь И был парнем щедрым и заботливым. У него двое младших, семья жила бедно, так что он привык опекать остальных, как старший брат. Добряк, обо всех пёкся, к любому умел найти подход.
— А вот про Линь У здесь хорошего слова не услышишь, — продолжала Янь Пань. — Мальчишка родился глухим, ничего не слышал. Родители его колотили да ненавидели, оттого он вырос мрачным, диким, от людей вечно шарахался. В деревне его за глаза так и звали — «Призрак-глухарь».
— Из-за того, что избегал всех? — догадался Шэнь И.
— Ага. Молчал вечно, на оклики не отзывался. Вот и стали болтать, будто он не человек, а нечисть, — сказала Янь Пань. — А когда три года назад ты сгорел заживо, Линь У пошёл и бросился в реку.
И ещё кое-что: я возвращалась на свадебный пир. Мёртвый жених так и лежит там, где лежал. И наряд на нём совсем не тот, что был на Призраке-женихе из развалин.
Но самое главное: у Чжан Эра — того самого покойного жениха — на тыльной стороне ладони есть шрам.
— Шрам?
— Именно. Вчера он погиб жуткой смертью, весь был в порезах и крови, мы и не заметили. А сегодня утром деревенские обмыли его перед похоронами, тут-то шрам и вылез. Говорят, он поранился, когда ездил в город на заработки плотником.
Шэнь И аж вздрогнул от такой детали:
— Представляю, как это больно...
— Выглядит тоже несладко, здоровый такой рубец, — продолжала Янь Пань. — И повредил он именно ту руку, которой Призрак-жених протягивал тебе зонт. Но у призрака на руке никакого шрама не было, верно?
Шэнь И замер.
Закатив глаза к потолку, он вспомнил утреннее происшествие. Рука, которую протягивал ему Призрак-жених, была мертвенно-бледной, гладкой и абсолютно чистой.
— Не было, — подтвердил он.
— Вот именно, — разводя руками, подытожила Янь Пань. — Это доказывает, что призрак не имеет никакого отношения к парню, сгинувшему на вчерашней свадьбе.
Шэнь И озадаченно спросил:
— А с чего ты вообще решила, что это должен быть вчерашний жених?
Янь Пань посмотрела на него как на сумасшедшего:
— Ну здрасте! В системном оповещении говорилось про Призрака-жениха. А единственный жених в этой деревне — это Чжан Эр, который только что отдал концы!
* * *
Только тут до Шэнь И дошёл смысл её логики.
И впрямь, всё сходилось.
Смущённо почесав нос, он пробормотал:
— Прости, я просто с самого начала не думал, что тот призрак — это Чжан Эр. Я думал... А, неважно.
Он попытался перевести всё в шутку. Янь Пань подозрительно прищурилась, но расспрашивать не стала.
— Короче говоря, этот Призрак-жених и второй брат Чжан — совершенно разные сущности, — резюмировала она. — Свои карты я раскрыла. Теперь твоя очередь показать искренность.
Она протянула ладонь.
Шэнь И без лишних слов достал из внутреннего кармана старой сумки содержимое красного конверта и передал ей.
Янь Пань принялась разглядывать предметы один за другим, её бровки насупились.
— Это ещё что? — Она повертела в руках двух травяных кукол. — Куклы Вуду, что ли?
— Сам толком не знаю, — ответил Шэнь И. — Забрал прямо так. А вот сам красный конверт, в котором они лежали вместе с купюрами. Когда я его нашёл, он был наглухо перемотан красной нитью.
Янь Пань взяла конверт и тоже внимательно его изучила.
— Не знаю, для чего всё это предназначалось, но нутром чую — вещь важная, — добавил Шэнь И. — Если этого мало, у меня есть ещё листок.
— Показывай.
Шэнь И развернул выдранную из стены Ли Гуйлань записку и протянул спутнице.
Бумага пожелтела от времени, иероглифы расплылись, но отдельные строчки ещё можно было разобрать.
[Заплатить █成██, заставить проглотить с водой █. Кукол засунуть в █包, две бумажки █ вместе. Красную █ перевязать █ нитью, спрятать в █ угол.]
[Сперва нужно его █ забить █. Чтобы █ больше не █.]
— Ну ничерта себе! — не удержалась от ругани Янь Пань. — Самые важные слова размыло! Нашли время издеваться!
Шэнь И хохотнул:
— Классика хоррор-игр. Если бы нам сразу всё разжевали, играть было бы неинтересно.
Янь Пань скривилась и вернула улики владельцу.
— Забирай, — сказала она. — Твоя находка, тебе и носить. Я просто хотела посмотреть.
Шэнь И аккуратно спрятал вещи обратно.
— Слушай, а что ты утром нашёл на развалинах? — припомнив, спросила Янь Пань. — Сразу после этого вылез тот Призрак-жених!