— Мы можем поговорить?
Взгляд Шэнь И лучился искренностью, а в голосе звучала неподдельная надежда — он и правда отчаянно хотел поговорить.
Вэнь Мо ненадолго задумался. Смерил взглядом Место охоты, где только что приказал долго жить Гун Цан. На этот раз он методично, удар за ударом, истыкал тварь клинком, и сжигавшая его ярость наконец понемногу улеглась. Поостыв, Вэнь Мо перевёл взгляд на стоящего перед ним Шэнь И. Если подумать... им действительно стоило объясниться.
Шэнь И не должно было здесь быть. Настоящий И-гэ ни за что не попал бы в это проклятое место. Он был добрым, чистым человеком, а такие в ад не попадают. Поразмыслив над этим, Вэнь Мо скупо кивнул, соглашаясь.
Шэнь И заметно перевёл дух и переспросил, будто не веря своей удаче:
— Правда посидим, поговорим?
Вэнь Мо снова кивнул.
Лицо Шэнь И озарилось улыбкой — такой широкой, что глаза его превратились в два лукавых полумесяца.
Вокруг бесшумно сеял мелкий дождливый сумрак, непроглядная ночная тьма сдавливала со всех сторон, но мрачная адова жуть словно липла ко всему, кроме Шэнь И. Он ни капли не изменился: те же круглые, живые глаза, которые от этой улыбки вспыхнули ещё ярче.
У Вэнь Мо на мгновение поплыло перед глазами. Непроглядная тьма адской ночи вдруг потеряла свою глухую черноту, а холодные струи дождя словно растворились. В предрассветном мороке ему мерещились тёплые лучи заходящего солнца, опускающиеся на плечи Шэнь И. Ладони отозвались знакомой, фантомной болью — будто их снова лизнул лютый огонь.
Этот свет больно резанул по глазам. Вэнь Мо дёрнул уголком века, махнул рукой и указал себе на предплечье: мол, обожди немного, надо смыть грязь и кровь.
Шэнь И мгновенно сообразил и закивал часто-часто, точно сорока:
— Да-да, конечно! Я подожду.
Вэнь Мо отвёл взгляд и опустился к воде. Погрузив руки по локти в реку, он зачерпнул немного воды, плеснул на ткань и принялся оттирать въевшуюся бурую копоть и кровь. Тёмные струйки потянулись по протоке тонкой паутиной и тут же растворились в тёмном потоке.
Одеяние Ночного стража, выданное самой Преисподней, отличалось добротностью: плотная, качественно скроенная ткань не впитывала грязь и мгновенно очищалась от крови, стоило лишь ополоснуть её водой.
Закончив, Вэнь Мо поднялся на берег. Расправил рукава, опустил штанины, аккуратно натянул сухие носки, обулся и, выудив из прибрежных зарослей камыша свои перчатки, надел их обратно.
Это были чёрные лаковые перчатки без пальцев, закрывавшие лишь тыльную сторону ладони. Разгладив кожу на запястьях, Вэнь Мо поднял голову, намереваясь жестами окликнуть спутника, но замер: Шэнь И стопором застыл неподалёку, густо залившись краской, и невидящим взглядом уставился на его обтянутые чёрным глянцем кисти.
Вэнь Мо недоуменно сдвинул брови. Что ещё не так?
Он поглядел на свои руки — перчатки сидели как влитые, нигде ничего не перекосилось и не порвалось. Однако Шэнь И продолжал стоять с абсолютно глупым и ошарашенным видом.
Почувствовав на себе пристальный взгляд, Шэнь И вздрогнул и очнулся. Встретившись с ним глазами, Вэнь Мо вопросительно изогнул бровь и чуть склонил голову набок, невербально поинтересовавшись: ты чего завис?
Шэнь И мгновенно одеревенел, смущённо отвёл глаза и с вызовом покашлял в кулак. Чтобы скрыть неловкость, он поспешно сунул Вэнь Мо свою куртку-штормовку и буркнул:
— На вот... накинь лучше.
Вэнь Мо смерил его взглядом. На самом Шэнь И осталась лишь мокрая насквозь футболка, с подола которой упрямо капала вода. Сними такую да сожми — полведра наберётся.
Немой безнадёжно вздохнул и принялся быстро жестикулировать:
«Ты промок до нитки. Надевай сам. Ты заболешь, а мне ничего не станется».
— Но ты ведь... — замялся Шэнь И.
Сколько можно жевать эту тряпку? Вэнь Мо терял терпение и метнул в него такой свирепый взгляд, что Шэнь И виновато сжался и без лишних слов натянул штормовку на себя.
Только после этого выражение лица Стража немного смягчилось. Шэнь И и вправду продрог до костей: едва плотная ткань укрыла от ветра, его лицо озарилось поистине блаженным облегчением. Сложив руки крест-накрест и спрятав ладони в рукава, он ссутулился, точь-и-точь деревенская старуха у завалинки, и с наслаждением выдохнул.
Вэнь Мо опустил ресницы. Жёсткий, ледяной взор Ночного стража невзначай потеплел — редчайшая роскошь для Ночного стража.
Некоторое время Шэнь И с удовольствием грелся, но тут же опомнился, вспомнив, зачем они здесь.
— Да, точно... нам же надо поговорить, — он нерешительно посмотрел на немого. — Слушай... тебя ведь зовут Вэнь Мо, да?
Вэнь Мо на мгновение вздрогнул, а затем медленно кивнул. Прошла целая вечность с тех пор, как кто-то произносил его настоящее имя.
Но...
Он указал пальцем на Шэнь И, затем приложил ладонь к собственной груди и вопросительно приподнял бровь: * «Откуда ты меня знаешь?»*
— Ну... можно и так сказать, — Шэнь И выпростал руки из рукавов, неловко потёр ладони и понизил голос: — Перед тем как попасть в эту Игру, я видел сон. Точнее... один и тот же сон снился мне целую неделю подряд.
Он взглянул на Стража и тут же опустил взор к своим ногам:
— И в этом сне был ты.
Вэнь Мо промолчал.
— Мне снилась деревня, очень похожая на эту, — продолжил Шэнь И. — Будто мы оба жили там... И ещё... мы с тобой...
Договорить фразу у него никак не получалось. Густой румянец залил его щёки. Слова застревали в горле, на полпути к губам.
Пожевав губы ещё пару мгновений, он, пунцовый до кончиков ушей, с невероятным трудом вытолкнул из себя:
— Мы ведь... в-встречались? Ну... любили друг друга?
Вэнь Мо не шелохнулся. Ни слова, ни единого движения пальцев. Он просто стоял неподвижно, бессильно опустив руки вдоль тела, пока вокруг шелестела ненастная мелкая морось.
Сквозь полупрозрачную водяную завесу Вэнь Мо смотрел на стоящего напротив парня. Тому потребовалась вся его храбрость, чтобы произнести это вслух — уши у Шэнь И пылали точно спелая земляника. Вэнь Мо понимал: тот ждёт ответа.
И всё же не спешил отвечать.
В словах Шэнь И звучала чистая, наивная юность — трепетная, осторожная и ещё не ведающая боли. Какое же это счастье — быть молодым, когда слово «любовь» означает просто любовь, не отягощённую ни воспоминаниями, ни гнетущим грузом прошлого. Но в душе Вэнь Мо не отозвалось ничего тёплого. Там царила лишь выжженная, бесплодная пустыня.
В ушах снова зазвенели проклятые голоса, терзавшие его память столько лет:
«Нечисть!»
«Да пойми ты наконец — бесы в него вселились! Одержимый он!»
«Жги его, иначе никак! Сколько раз шаманка Ван твердила, сколько раз твоего мальчишку осматривала? Одержимость это! Сжечь надо!»
«Жаль И-гэ, эх... Такой славный парень был...»
«И надо же было такому случиться... За что ему это?»
Виски сокрушила тупая боль, во рту разлилась знакомая горькая медь. Вэнь Мо прищурился и, потянувшись к висевшему на поясе клинку, полуобнажил лезвие. А затем сжал его голой ладонью. Острая сталь легко рассекла кожу, и по пальцам потекла струйка горячей крови. Острый всплеск боли прогнал наваждение, прояснив разум. Подняв взор, немой увидел, что Шэнь И всё так же смущённо ожидает от него хоть какого-то знака.
Рукоять находилась за спиной Стража, так что Шэнь И ничего не заметил. Однако долгая пауза заставила его растеряться — на лице сменилась гамма эмоций.
Вэнь Мо помедлил. Видеть растерянность на этом лице было невыносимо. Тихо вздохнув, он кивнул и свободной, чистой рукой быстро показал:
«Мы с тобой действительно... были вместе. Но всё это — в прошлом».
Шэнь И заметно повеселел:
— Главное, что не привиделось! Пускай и в прошлом... А ты можешь рассказать, что тогда произошло?
Вэнь Мо молча смотрел на него. Улыбка на лице Шэнь И медленно угасла под этим пустым взглядом. Парень смущённо почесал щёку, и его голос заметно осип:
— Ну... почему ты очутился здесь? И почему стал... Ночным стражем?
Ни один жест не сорвался с рук Стража. Он вновь ушёл в себя, потупив взор. Шэнь И тоже замолчал, но Вэнь Мо чувствовал набежавшее напряжение и его тревожный взгляд, буквально прожигающий насквозь.
Небеса разверзлись с новой силой. Шэнь И вдруг оглушительно чихнул. Вэнь Мо мгновенно вскинул голову. Не успел парень перевести дыхание, как за первым последовал второй чих, а за ним и третий.
— Да что б тебя... — прикрыв рот ладонью, пробормотал он и тут же выдал четвёртый: — Апчхи!
Вэнь Мо посмотрел на хмурое небо. В Аду Вырывания Языков погода отличалась крайней капризностью: ливень то утихал, то начинался вновь без малейшего предупреждения. Когда Шэнь И чихнул в пятый раз, стало очевидно — парень на грани простуды. Беспомощно вздохнув, Вэнь Мо шагнул к нему, подхватил за локоть и увлёк за собой в глубь деревни.
Шэнь И от неожиданности дёрнулся, намереваясь спросить, куда его тащат, но заместо этого оглушительно чихнул в шестой раз. Вэнь Мо подвёл его к первому же дому по правую руку. Дверь оказалась заперта, но Ночной страж без лишних рефлексий выбил её точным ударом ноги. Сварные петли со стоном треснули, и косяк вместе с дверным полотном с грохотом рухнул внутрь.
Шэнь И уставился на этот вандализм круглыми от изумления глазами, пока Немой волок его через порог.
— Постой, это же... нехорошо! — возопил он. — Мы ведь так врываемся в чужой дом! А если хозяева... апчхи!
Проигнорировав его причитания, Вэнь Мо шагнул в жилые помещения. Прямо у входа располагался кухонный очаг с печью. Дверь в спальню была плотно закрыта — похоже, хозяева давно спали.
Выпустив рукав Шэнь И, Вэнь Мо притворил за собой проём, прошёл к центру комнаты и дёрнул за истёртый шнур выключателя. Под потолком скупо затеплилась тусклая жёлтая лампочка. Не теряя времени, Страж направился к печке.
Шэнь И косился на закрытую спальню с возрастающей тревогой.
— А-Мо, мы точно преступаем закон. Войти без стука... Что мы скажем хозяевам, если они проснутся? Может, уйдём? Да я и не мёрзну вовсе, я же мужчина... А-Мо?
Страж не удостоил его ответом. Возле печи аккуратной стопкой лежали сухие дрова. Опустившись на корточки, Вэнь Мо принялся один за другим закладывать поленья в топило.
— А-Мо, ну ответь ты мне! — не унимался Шэнь И. — Так же нельзя...
Не обращая внимания на его тараторство, Вэнь Мо забил топку доверху и отправился на поиски в глубь дома. Вскоре он вернулся, неся стальной таз, охапку старых газет и дешёвую зажигалку.
Скомкав бумагу, он бросил её в таз и чиркнул колёсиком зажигалки. Едва яркое пламя охватило сухие листы, Страж поднёс к огню тонкую лучину и, когда та разгорелась, швырнул её прямо в печные поленья.
Шэнь И так и замер с открытым ртом, наблюдая за его сноровистыми движениями.
Огонь в топке мгновенно разгорелся, весело затрещав. Вэнь Мо опрокинул таз туда же, и догорающие клочки бумаги в мгновение ока пожрало пламя.
Выпрямившись, Вэнь Мо повернулся и за воротник притащил обомлевшего парня к самому очагу. Шэнь И покорно встал у огня, точь-и-точь деревянный истукан, а Вэнь Мо тем временем извлёк из угла два раскладных табурета.
Раскрыв их, он подтолкнул один к ногам Шэнь И, а второй поставил рядом. Опустившись на сиденье, Вэнь Мо посмотрел вверх. Шэнь И продолжал стоять. Немой вопросительно сдвинул брови и мотнул головой вниз. До парня наконец дошло, и он поторопился сесть.
Печь жарила на славу. Живительное тепло мгновенно выбило из Шэнь И всю дурь и желание спорить. Он сладко зажмурился, слушая, как снаружи по крыше монотонно стучат каплями ночные небеса.
Жаркое пламя согревало уставшее тело, дождь за стеной убаюкивал... Чёрт возьми, да под такой аккомпанемент уснуть — милое дело. Однако сейчас перед ним стояла куда более важная задача.
Он повернулся к Вэнь Мо.
Страж сидел рядом, погрузившись в молчание. Не жестикулировал, лишь безучастно смотрел в огнедышащую пасть печи. На нём не было куртки — только тонкое чёрное исподнее с высоким воротником, закрывавшим половину лица до самого носа.
Плотная ткань облегала худые плечи, вычерчивая знакомый с детства щуплый силуэт — так отчётливо, что сквозь неё проступали бугорки позвонков. Он остался прежним... и всё же изломанная робость, некогда таившаяся в его взгляде, испарилась без следа. Вэнь Мо стал жёстче, суровее: меж бровями залегла хмурая складка, а в алых глазах застыла ледяная, опасная глубина.
Отблески очага отделывали его фигуру мягким золотистым ореолом, но сам он казался замурованным в невидимый ледник. Никакой огонь не мог отогреть эту стужу. Сколько же ему пришлось пережить? Как тот тихий, хрупкий мальчишка превратился в внушающего ужас Ночного стража?
— Слушай... — не выдержал Шэнь И.
Вэнь Мо очнулся от тяжёлых раздумий и медленно повернул голову.
— А-Мо, я очень благодарен, что ты привёл меня греться, — тихо сказал Шэнь И. — Но ты так и не ответил... Что с тобой произошло? Почему ты стал Ночным стражем?