По лезвию струилась кровь. Шэнь И, будто вовсе не чувствуя боли, сжал пальцы сильнее. Алая струя хлынула гуще, мгновенно запятнав его белую футболку.
Вэнь Мо мертвенно побледнел. Сжавшись от испуга и растерянности, он затарахтел отрицательными жестами и попытался вырвать оружие. Но Шэнь И держал рукоять и лезвие с нечеловеческой силой — сколько Вэнь Мо ни рвал клинок на себя, тот даже не шелохнулся.
— Не дергайся, — сипло выдохнул Шэнь И. — Я не отпущу. Чем сильнее тянешь, тем глубже оно въедается в ладонь.
Он перевел дыхание и добавил:
— Вэнь Мо, я художник. Если хочешь, чтобы я превратился в калеку и до конца дней не мог удержать кисть, — тяни дальше.
Вэнь Мо замер.
Шэнь И коротко, горько усмехнулся:
— Вот оно что... Отчего ты нынче такой упрямый. Ты ведь с самого начала не собирался выходить отсюда живым. Пойти напролом, вступить в смертельную схватку с местным Ночным стражем — какая разница, верно? Тебе уже на всё плевать, лишь бы вытащить меня отсюда... Насколько же ты себя не бережешь?
Вэнь Мо молчал.
— Если я правильно понял, ты делаешь это из-за меня, — продолжал Шэнь И. — Наверное, есть какая-то тайна, о которой ведают лишь Ночные стражи? Скажем... пока ты жив, я обречен волочься за тобой по этим адским играм. Другие игроки сражаются за шанс выбраться, а я... я сражаюсь за тебя. Хоть и не понимаю пока, что именно отдано на кону. Но ты не хочешь, чтобы я рисковал. Предпочитаешь сдохнуть сам, только бы не втягивать меня в эту грязь...
Вэнь Мо до крови прикусил губу. Едва удерживаемые слезы в его налитых кровью глазах перелились через край — кровавые ручейки потекли по щекам.
— Ну не плачь, — со вздохом попросил Шэнь И. — Можешь... просто не умирать?
Вэнь Мо лишь отрицательно качнул головой.
— А я хочу сражаться за тебя, — настойчиво произнес Шэнь И. — Поверь, я живучий. Правда.
Вэнь Мо ничего не ответил. Он всё так же сжимал рукоять, но руки его дрожали всё сильнее. Оружие выпадало из ослабевших пальцев; перед глазами вставала алая пелена, а по спине и всему телу расползалась острая, колючая боль — расплата за падение на россыпь стеклянных осколков от разбитых панорамных окон виллы.
Изуродованными ожогами, окровавленными руками Вэнь Мо дрожащими пальцами начал быстро отбивать знаки:
«Отпусти! Я чуть не погубил тебя снова».
— Что?.. — обомлел Шэнь И.
«Я. Чуть. Не утянул. Тебя. В могилу. Во второй раз, — отчеканил знаками Вэнь Мо. — Мне плевать, чего они добиваются... Мне не нужна эта жизнь. Я вовсе не хочу возвращаться из мертвых! Это я во всем виноват. И мне ничего не нужно».
Ему ничего не требовалось от этого мира. С него было достаточно: до конца дней хватит той муки, когда он на своих глазах видел смерть Цзян И. Единственное, чего он желал — чтобы в следующих перерождениях Цзян И никогда больше с ним не пересекался. Чтобы жил в покое и безопасности, из века в век.
Лишь бы не знать Вэнь Мо.
— Да с чего ты взял, что это ты меня погубил?! — перебил его Шэнь И. — Ты...
«Я! — судорожно взметнулись кисти Вэнь Мо. — Если бы не я, ему просто не в чем было бы тебя обвинить...»
— Нашел бы в чем! — Шэнь И поймал его трясущиеся руки. — Не будь тебя, он натравил бы на меня Цзян Шэнго, заявил бы, что я издеваюсь над братом или плевать хотел на отцовский долг! А если б и этого не нашлось — наплёл бы с три короба! Мы с ним учились бок о бок столько лет, ты думаешь, он погнушался бы грязной клеветой?!
Вэнь Мо обомлел.
— На что только эта тварь не способна! — с горячностью чеканил Шэнь И. — Зачем ты слушаешь его бред?! Ты совсем глупый? Он же нарочно бил по больному, чтобы выбить у тебя почву из-под ног!
Вэнь Мо вздрогнул всем телом и замер. Алые, затуманенные слезами глаза растерянно затрепетали. В голове поплыл гулкий туман. Он смотрел на гневное, испуганное лицо Шэнь И, на его покрасневшие глаза — и слова эти отдавались в его сознании оглушительным эхом.
В горле у Шэнь И снова запершило. Нагнувшись, он зашёлся тяжелым, надрывным кашлем.
— Вэнь Мо... — едва преодолев приступ, просипел он и сжал его запястья со всей силой, словно моля о пощаде. — Не умирай больше. Слышишь? Я... Я прошу тебя. Пожалуйста.
Вэнь Мо ничего не ответил. Лишь остекленело смотрел на Шэнь И, а потом слабо, невольно покачал головой. Освободив руки, он дважды прикоснулся дрожащими пальцами к собственной груди и медленно, с запинками, показал:
«Все равно... нельзя. Ты мог бы жить без этих страданий. Если мое появление опять влечет за собой лишь смерть и хаос... мне лучше уйти».
Шэнь И замолк. Кашель утих. Глядя в окровавленные, заплаканные глаза Вэнь Мо, на его искусанные в кровь губы и непокорный взгляд, он внезапно усмехнулся:
— Такой же упрямый, как и раньше.
Он разомкнул пальцы, освобождая лезвие.
Вэнь Мо облегченно выдохнул. Но в следующее мгновение Шэнь И накрыл его ладонь своей и с силой рванул клинок к собственному горлу, прижав измазанную кровью сталь прямо к сонной артерии.
Зрачки Вэнь Мо сузились в точки.
— Тогда режь, — глядя ему прямо в глаза, спокойно чеканил Шэнь И. — Сначала убей меня, а потом забирай свою жизнь.
Кровь в жилах Вэнь Мо застыла. Охваченный ужасом, он попытался отдернуть оружие, но Шэнь И вцепился в его руку мертвой хваткой — вырвать нож было невозможно.
«Что ты творишь?! — в панике зажестикулировал Вэнь Мо. — Я же ради того и...»
— А я не оставлю тебя погибать в одиночестве, — отрезал Шэнь И. — В прошлый раз я из последних сил вытолкнул тебя оттуда лишь для того, чтобы ты спасся. Я думал, жить всяко лучше, чем гнить в земле. И хоть сгинуть вместе с тобой казалось не худшей долей, тогда мне казалось: вырваться из той проклятой деревни, выжить — куда важнее, чем пасть жертвой их тошнотворной злобы. Да даже умереть в другом месте было бы лучше, чем там. Я хотел, чтобы ты бежал. А в итоге... довел тебя до такого состояния.
Шэнь И перевел дыхание:
— Пусть это эгоистично, но я не смогу смотреть, как ты умираешь. Да, я заставил тебя пройти через этот ад — видеть мою смерть. Но сам я второго раза не вынесу. Слышишь? Если уходить в преисподнюю — то вместе. Хочешь сдохнуть — сначала всади этот нож в меня. Я пойду за тобой до конца.
Вэнь Мо застыл, не в силах показать ни единого знака. Рука его потонула в воздухе.
На лице Шэнь И не осталось и тени улыбки — суровый, сдвинутый к переносице взгляд жглым огнем въедался в лицо Вэнь Мо.
Он не шутил. И-гэ говорил совершенно искренне.
Горячая кровь с ладони Шэнь И перелилась на кисть Вэнь Мо, стекая по тыльной стороне пальцев. Это тепло на ледяной коже отозвалось безудержной дрожью.
Вокруг бушевало пламя. Двухэтажный дом накренился, обрушиваясь в огненную бездну. С грохотом рушились балки и черепица, от вибрации содрогалась земля под коленями. В самом эпицентре этого ада он стоял на коленях над Шэнь И, намертво скованный чужой хваткой.
В голове Вэнь Мо поплыло, зрение раздвоилось. В гуле пожара послышались посторонние, сочащиеся ядом голоса: зловещие выкрики деревенских жителей, жаждущих расправы. Эти проклятия, требовавшие их смерти, становились всё громче, сокрушая остатки разума, словно он снова вернулся в тот кошмар.
Содрогаясь от ужаса, Вэнь Мо рванулся изо всех сил и наконец выдернул клинок из пальцев Шэнь И. Резким взмахом он отбросил его прочь.
Короткий нож со звяканьем ударился о камни и затерялся в пламени.
Тяжело дыша, Вэнь Мо остекленелым взглядом смотрел на то место, где исчезло оружие. Голоса в голове наконец утихли. Остался лишь треск разрушающегося в огне дома.
— Вэнь Мо, — тихо окликнул его Шэнь И.
Раскаленный ветер пожара трепал его волосы. Лицо оставалось недвижным и строгим. Простерши руку, он бережно прижал ладони к щекам Вэнь Мо, заставляя того поднять голову.
Измазанная кровью кисть отдавала палящим теплом. Подушечка большого пальца провела по разбитым, окровавленным губам, отчего те отозвались режущей болью. Губы Вэнь Мо дрогнули, на мгновение обнажив искусанные, алые зубы.
Шэнь И наклонился и накрыл его губы своими.
Соленый, железный вкус крови мгновенно заполнил рот. Вэнь Мо испуганно дернулся, пытаясь оттолкнуть его, но Шэнь И властно обхватил его голову за ушами, еще крепче прижимая к себе. За попытку вырваться он получил ощутимый, наказательный укус за язык. Вэнь Мо вздрогнул и покорился — не смея больше сопротивляться, он лишь покорно раскрыл губы, принимая эту всепоглощающую страсть.
Лишь спустя долгие мгновения Шэнь И отстранился.
Вэнь Мо тяжело, рвано дышал, из уголка его рта струилась алая влага. Шэнь И опустил голову, уткнувшись своим лбом в его лоб.
— А-Мо... — прошептал он. — Не умирай. Я люблю тебя. Люблю так же сильно, как и раньше. Не бросай меня. Если надо сойти с тобой в пекло хоть тысячу раз — я пойду. На всё пойду, лишь бы быть рядом.
Из его вспухших, покрасневших глаз выкатились слезы:
— Дай мне хоть что-то сделать для тебя... Перестань отталкивать! Перестань прятаться... Неужели ты не веришь, что в этом мире кто-то готов отдать за тебя всё? Я сделаю для тебя абсолютно всё, Вэнь Мо. Я уже нашел тебя, я вспомнил слишком многое. Если ты опять оттолкнешь меня и сгинешь... я до конца дней себе этого не прощу. Я ведь люблю тебя, А-Мо. Не уходи умирать туда, где я тебя не увижу. Лучше... как тогда, пробейся ко мне сквозь все преграды, чего бы это ни стоило. Хорошо?
Эти слова пронзили Вэнь Мо насквозь.
«Пробейся ко мне, чего бы это ни стоило. Как тогда...»
Снова пройти сквозь проклинающую их толпу. Снова выплюнуть дрянь, которую насильно заливали в горло. Снова оттолкнуть сородичей, переломавших ему ноги. Снова сжать тупой топор и расшибить заклейменную желтыми талисманами дверь.
Еще раз. Сотни раз. Пробиваться к нему, не жалея жизни.
Не обходить стороной.
Воспоминания хлынули неудержимым потоком, и Вэнь Мо не выдержал. Из глаз снова брызнули кровавые слезы. Вцепляясь в Шэнь И, он рухнул ему на грудь и забился в исступленном, надрывном плаче.
Шэнь И ласково прикоснулся к его голове, гладя по волосам. Вэнь Мо прижался ближе, обняв его за талию и рыдая во весь голос. Из его поврежденного горла вырывались дикие, хриплые звуки — так кричит от боли раненый звереныш, не способный издать человеческий звук. Шэнь И приподнял его, прижал к своему плечу и стал размеренно поглаживать по спине.
Вся одежда и кожа Вэнь Мо были усыпаны осколками стекла. При первом же прикосновении ладонь Шэнь И пронзила острая боль. Вздрогнув, он посмотрел на свою руку — в кожу вонзилось несколько прозрачных шипов. Шэнь И на миг замер, но затем продолжил успокаивающе гладить его по истощенной спине.
— Все такой же худой, — тихим голосом произнес он. — Надо бы тебе...
Договорить он не успел. Леденящая волна смертоносной ярости обрушилась сверху, точно на голову выплеснули ушат ледяной воды. Шэнь И мгновенно похолодел до самых кончиков пальцев.
Крепче прижав к себе Вэнь Мо, он резко вскинул голову.
На разрушенной каменной ограде, возвышаясь над ними и въедаясь немигающим взором сверху вниз, стояла женщина в длинном черном платье с распущенными темными волосами.