Чэнь Лие и Се Вэйсюань быстро скрылись из виду. Куда именно они направились, оставалось только гадать.
Шэнь И наклонился и без зазрения совести прильнул к самой макушке Вэнь Мо, разглядывая путеводитель в его руках:
— И куда эти двое намылились?
Вэнь Мо опустил взгляд на схему.
Парк «Рай» делился на шесть тематических зон: пять вспомогательных секторов располагались вокруг одного огромного центрального.
В самом сердце парка находилась «Обитель Бога».
Там возвышалась сцена — Сцена Дьявола.
А сразу за ней тянулись рельсы самого экстремального аттракциона — Дьявольских американских горок.
— С какого перепуга в «Обители Бога» пляшет дьявол? — хмыкнул Шэнь И.
Вэнь Мо кивнул. В преисподней вовсе не царил информационный вакуум, так что он прекрасно знал, кто такие боги, ангелы и демоны.
Шэнь Аньхин подошёл ближе и, вытянув шею, заглянул в карту.
Рядом с Дьявольскими горками красовался максимальный уровень сложности — десять звёзд из десяти.
— Неужто эти горки ещё страшнее вертикального спуска? — пробормотал Шэнь Аньхин.
— Нет предела совершенству, — пожал плечами Шэнь И. — Так они что, рванули к этому аттракциону?
— Возможно, — отозвался Шэнь Аньхин. — Хотя на Сцене Дьявола тоже стоит целых шесть звёзд. Казалось бы, обычные подмостки.
— Вряд ли всё так просто, — заметил Шэнь И.
Шэнь Аньхин вздохнул:
— Ладно, раз уж они решили идти туда — скатертью дорога. А нам стоит оглядеться по сторонам. Вдруг кто-то из персонажей ещё жив.
— Угу, — отозвался Шэнь И.
Шэнь Аньхин развернулся и пошёл прочь. Вэнь Мо убрал путеводитель и бросил короткий взгляд назад, на вертикальные горки, продолжавшие безумно нестись по замкнутому кругу. Шансы казались призрачными.
Запуск всех аттракционов на полную мощность привёл к тому, что детей раздавило, а пассажиры на американских горках, судя по всему, давно испустили дух. Намерение того, кто привёл парк в движение, считывалось без труда.
Юань Цзысюань мстила.
Вряд ли после такого в парке уцелел хоть кто-то из живых участников той истории.
Троица направилась вглубь развлекательного комплекса.
— Как думаешь, — спросил Шэнь Аньхин, обернувшись к Шэнь И, — если её убил не Ли Фанъюань, то кто? Вся эта семейка выглядит подозрительно.
— Ещё бы. Похоже, все они прекрасно знали о смерти Юань Цзысюань, — задумчиво протянул Шэнь И. — Может, та старуха?
— Мать Ли Фанъюаня?
— Именно. Она же души не чает в Гу Фань, — сказал Шэнь И. — Представь: Гу Фань захотела занять место хозяйки, Ли Фанъюань был не против, но Юань Цзысюань встала у них на пути. Что если старуха сговорилась с Гу Фань и убрала её? А Ли Фанъюань хоть сам руки и не замарал, но молча всё одобрил?
— Звучит правдоподобно, — кивнул Шэнь Аньхин. — Тогда понятно, почему призрак решил извести всю родню. А ты как считаешь? — Он перевёл взгляд на Вэнь Мо. — Что думаешь по этому поводу?
Вэнь Мо опешил.
Это был первый раз, когда кто-то из игроков поинтересовался его мнением. Если точнее — первый раз в жизни, когда его спросил кто-то помимо Шэнь И и его младшей сестрёнки.
К немому мало кто относился всерьёз. Большинство полагало: раз парень не может говорить, то и выпытывать у него ничего не стоит — только лишняя морока. Его привыкли воспринимать как обузу, требующую постоянного присмотра, и ни разу не спрашивали, о чём он думает.
Но Шэнь Аньхин спросил.
Он даже остановился и тихо ждал ответа.
Шэнь И тоже замер рядом.
Поколебавшись несколько секунд, Вэнь Мо поднял руки и начал быстро жестикулировать.
Он выдал длинный пассаж. Когда его пальцы замерли, Шэнь Аньхин, как и следовало ожидать, посмотрел на него с лёгким замешательством, а затем перевёл взгляд на Шэнь И.
— А-Мо говорит, что здесь полно странностей, — истолковал Шэнь И. — Обычно в таких испытаниях жертвы охотятся исключительно на своих убийц, но тут список погибших слишком велик.
— К тому же подозрительно, что Ли Фанъюань испарился ещё до рассылки приглашений. Да и на кой чёрт рассылать их такому количеству народа?
— Если бы Юань Цзысюань просто хотела скрыть истинные мотивы, ей не потребовалось бы вырезать всех поголовно, включая несмышленых детей. Так что А-Мо считает: дело не в одном Ли Фанъюане. У Юань Цзысюань зуб на всю эту семейку.
Шэнь Аньхин задумчиво кивнул:
— Выходит, мстит она абсолютно всем.
Вэнь Мо подтвердил это кивком.
— Значит, наша задача — разыскать остальных родственничков и притащить их к Юань Цзысюань? — размышлял вслух Шэнь Аньхин. — Интересно, спрятался ли кто-то в парке? Остались ли уцелевшие?
Шэнь И перевёл взгляд на немого, но тот лишь неопределенно развёл руками.
— Говорит, без понятия.
— Что ж, — резюмировал Шэнь Аньхин, — так или иначе, надо искать.
Он развернулся и шагнул вперёд. Спутники поспешили за ним.
Вдоль аллеи переливались гирлянды, заливая всё ярким светом. Но стоит им зайти за угол, как идущий первым Шэнь Аньхин от неожиданности отшатнулся и отлетел назад на два шага.
Шэнь И вздрогнул от неожиданного манёвра и вовремя подхватил спутника.
Вэнь Мо от испуга подпрыгнул и мгновенно юркнул за спину Шэнь И, мёртвой хваткой вцепившись в край его куртки.
Прямо перед ними, у самого поворота, выросла фигура клоуна.
Сделай Шэнь Аньхин ещё шаг — и они с этой тварью столкнулись бы нос к носу.
Прижав ладонь к груди, Шэнь Аньхин тяжело перевёл дух.
Слава богу, Лю Сюя нет рядом.
Из всей троицы лишь Шэнь И сохранял невозмутимый вид.
— Дешёвый скример, — вынес он вердикт.
Шэнь Аньхин потерял дар речи.
Вэнь Мо за спиной Шэнь И сделал несколько глубоких вдохов, прежде чем сердце перестало выпрыгивать из груди. Он осторожно высунулся из-за широкого плеча и с подёргивающимся глазом уставился на неожиданное препятствие.
Клоун застыл без движения.
Это была кукла. На ней красовался колпак и пёстрый наряд, белёсое лицо украшали нарисованные звёзды вместо глаз и алые круги на щеках.
Губы куклы растянулись в улыбке до самых ушей.
Но в конечной точке пути не наблюдалось ни страховочных сеток, ни тормозных матов.
Стоя на этом месте, Вэнь Мо отчётливо видел край стены.
Толстая железобетонная преграда лишь снаружи казалась безобидной — её выкрасили в яркие, весёлые цвета.
Внезапно под натянутым тросом вспыхнул прожектор.
Голова клоуна противоестественно съехала вбок, накренившись под углом больше ста градусов, будто вот-вот сорвётся с шеи и покатится по земле.
Заиграла бодрая, мажорная музыка. Кукла вдруг резко выпрямила спину, задрала голову и, раскинув руки в стороны, зашлась оглушительным хохотом:
— Добро пожаловать на аттракцион «Переправа в рай»!
Из кустов по обе стороны дорожки с грохотом выстрелили хлопушки, осыпав всё вокруг серпантином и разноцветными лентами.
Вэнь Мо от внезапного шума снова вздрогнул и попытался буквально вжаться в Шэнь И.
Тот поднял руку и обнял парня за плечи, укрывая у себя на груди.
А клоун всё не замолкал, заливаясь заливистым смехом.
Шэнь И и Шэнь Аньхин с отрешённым видом счищали с волос прилипший серпантин.
Шэнь И крепче прижал к себе Вэнь Мо, погладил его по голове и заботливо убрал цветные ленточки с его волос. Затем насупился и бросил кукле:
— Тебе чего надо? Завязывай народ пугать!
— Та-дам! — Клоун взмахнул руками.
Прямо в воздухе перед ними соткался прозрачный четырёхугольный экран.
Все трое опешили.
— Проекция, что ли? — пробормотал Шэнь Аньхин, озираясь по сторонам в поисках источника света.
— Да какая разница! — Шэнь И ткнул пальцем в экран. — Это же мать Ли Фанъюаня!
— Что?!
Шэнь Аньхин резко повернулся к экрану.
На видео старуха, которая ещё недавно с гордостью распевала хвалы Гу Фань в автобусе, висела вверх ногами, привязанная к рукояти канатного спуска. Она напоминала тушу свинины, вывешенную в морозильной камере.
Лицо женщины исказил дикий ужас. Она широко раззевала рот в беззвучном вопле.
— Приветствуем новых участников испытания «Переправа в рай»! — с энтузиазмом подпрыгивал клоун. — Аттракцион подготовил для вас весёлую забаву! Желаем вам подохнуть так, как вы того заслужили! Будьте благодарны за предоставленный шанс!
От этих слов веяло жуткой жутью.
Выражение лица старухи на экране изменилось — испуг сменился животным, парализующим паническим страхом.
Вэнь Мо заметил эту перемену. Как и оба его спутника.
— Эй, Учитель Шэнь, — тихо позвал Шэнь И. — Видал, как её перекосило?
— Видел, — отозвался Шэнь Аньхин и повысил голос, обращаясь к кукле: — Раз она проходит испытание, на кой черт ты устраиваешь представление перед нами?
Шэнь И выпал в осадок.
«Неужели с монстрами можно так разговаривать?!»
Клоун заходился хихиканьем.
Взмах его рук — и перед троицей с оглушительным хлопком взметнулось облако дыма, переполненное блёстками и серпантином.
Когда пыль улеглась, перед ними стоял круглый стол.
На нём покоилось глубокое блюдо, доверху наполненное цветными шариками — красными, зелёными и синими.
— Сыграем в игру! — Клоун широко расставил руки. — Пока наша гостья летит по канатной дороге, вы должны разобрать эти шарики по цветам! Успеете отсортировать всё до единого — и канат остановится!
— Но если вы провалите задание, бабуля врежется аккурат в финишную стену и превратится в прехорошенький фейерверк!
Игроки переглянулись.
— Ну так что, сыграем? — хихикнул клоун. — Если откажетесь, старушка сразу отправится на салют!
Даже идиот понял бы подвох.
— Сыграем, — отрезал Шэнь Аньхин.
— Отлично! Добро пожаловать в игру! — Залился радостным визгом клоун. — А чтобы вам было веселее, давайте послушаем вопли нашей путешественницы!
Он дважды хлопнул в пухлые ладоши, и из динамиков проектора вырвался звук.
— Цзысюань! — Раздирая горло, забилась в истерике старуха. Из её глаз градом текли слёзы, перемешиваясь с соплями. — Мама виновата! Мама знает, что провинилась перед тобой!
— Я же знаю, что это ты! Я готова разбиться перед тобой в лепёшку, умолять на коленях! Неужели этого мало?!
— Чего ты хочешь?! Я всё тебе отдам! На колени встану!
— Это всё Гу Фань! Всё из-за неё! Не трогай меня, иди к Гу Фань!!
Старуха выла до хрипоты, её слёзы текли вопреки законам физики вверх по щекам к вискам.
Но ни клоун, ни стоящая за его спиной Юань Цзысюань не обратили на эти вопли ни малейшего внимания.
— Игра начинается!
В центре круглого стола появилась алая кнопка. Клоун нажал на неё пухлой ладонью.
Снова рванул сноп искр, осыпав всё серпантином.
В воздухе возник светящийся циферблат с отсчётом в 180 секунд. Таймер отсчитывал мгновения: секунда за секундой.
На экране крепёжный механизм, удерживающий ноги старухи за лодыжки, содрогнулся и стремительно поехал вниз по стальному тросу, увлекая жертву к подножию горы.
Старуха визжала во всё горло.