Шэнь И вышел вслед за Янь Пань и мужчиной в костюме.
Остальные грешники оглянулись им вслед, обернулась и крестьянка.
— Вы ведь поняли, что делать? — проговорила женщина. — Коли поняли, ступайте живо, время не ждёт.
— Поняли-поняли.
Троица шагнула за порог. Мужчина в костюме, лучезарно улыбаясь, помахал на прощание остальным грешникам, толпившимся у дома.
Вэнь Мо до остальных дела не было. Заметив, что Шэнь И уходит, он легко вскочил на внешнюю стену и поплёлся вслед за ним шаг в шаг, не теряя из виду.
Дождь всё не прекращался.
Свернув у ворот направо, троица пошагала по размокшей дороге, даже не подозревая, что по заборам за ними по пятам следует невидимый Ночной страж.
— Шэнь И, — вдруг подал голос мужчина в костюме, когда они прошли некоторое расстояние. — А куртка-то на тебе откуда?
Шэнь И вопросительно вскинул бровь и встретил многозначительную усмешку спутника. У того явно было недоброе на уме.
Усмехнувшись в ответ, Шэнь И парировал:
— Тебе-то что?
— Просто любопытно, — пожал плечами мужчина в костюме. — Вчера ты явился сюда в одной футболке, в руках ничего не нёс. Сумка, правда, имелась, но в ней потом прохудилась такая дыра, что всё вывалилось. Единственное, что уцелело, — кажется, та бутылка воды.
Взгляд мужчины скользнул к оттопыренному карману широких брюк Шэнь И, где тот со вчерашнего дня таскал с собой бутылку.
— Вода-то, видимо, лежала во внутреннем кармане, вот и уцелела. Странный ты человек: ценные вещи вроде студенческого билета бросаешь абы где, а какую-то бутылку прячешь в самый защищённый карман.
Шэнь И выдавил сухой хлопок смеха:
— Мой карман — что хочу, то и кладу. Я за город на выходные ехал, а не на лекции, на кой мне этот студентник перекладывать? Выронил в сумку да пошёл. Тебе-то какое дело?
— Да я же без претензий, — рассмеялся мужчина в костюме. — Я к тому, что вчера ты сам выворачивал сумку наизнанку. Мы все видели её содержимое. И куртки там совершенно точно не было. Стало быть, ты разжился ею прошлым вечером или ночью... Так откуда одёжка-то, Шэнь И?
— В чужой дом зашёл да взял. Мне холодно было, преступление, что ли? В этой дыре даже зонтом разжиться нельзя, — отмахнулся Шэнь И. — И что ты ко мне докопался? Надев лишнюю вещь, я сразу превратился в детективную загадку? Конан Дойл недоделанный: и то у него не сходится, и это.
Мужчина в костюме зашёлся смехом:
— Да я же так, к слову! Чего ты так взвился?
— Схороните уже свои дворцовые интриги, — перебила их Янь Пань, не давая Шэнь И ответить. Она мотнула головой куда-то в сторону. — Кажется, пришли. Это и есть Каменный Бодхисаттва?
Шэнь И замер и проследил за её взглядом. У обочины высилась сложенная из камней импровизированная ниша, напоминающая миниатюрный алтарь. Под каменным козырьком ютилась статуэтка размером с ладонь, изображавшая маленького монаха.
От времени, ветра и дождей и сам святилищный гротик, и каменное изваяние густо обросли мхом и покрылись засохшей грязью.
Перед фигуркой стояла потрескавшаяся курильница, до краёв налитая дождевой водой. Судя по её виду, к этому Каменному Бодхисаттве уже давным-давно никто не приходил с поклоном.
Следуя наставлениям старухи, троица повернула возле святилища направо.
Хлестал дождь, размывая грунтованную дорогу в липкую грязь. Спустя пару минут жилые дома по обе стороны пути стали попадаться всё реже, пока перед глазами путников не открылось мрачное обугленное пепелище.
Подойдя ближе, они разглядели почерневшие обломки стен и обугленные балки. Вокруг витал дух давнишнего, но страшного пожарища.
— Похоже, это и есть Разрушенный храм, — произнесла Янь Пань. — Староста ведь вчера говорил, что он сгорел дотла, оттого и превратился в эту груду развалин.
— Неужто заново так и не отстроили... — озабоченно пробормотал мужчина в костюме. — И где среди этой гари искать свадебные носилки?
— Завалило под обломками? — предположила Янь Пань. — Предлагаешь раскапывать?
— Серьёзно? Нас заставят копаться в этом мусоре? — вздохнул мужчина в костюме, всё же направляясь к пепелищу.
Янь Пань пошла следом:
— Старуха ведь чётко сказала: в храме. Значит, где-то здесь.
Мужчина в костюме тяжко вздохнул, всем видом демонстрируя, какая это невыносимая бутафория:
— Делать нечего. Давайте искать: чем быстрее найдём, тем скорее свалим.
Вдруг в лицо ударил едкий, гаревый запах — словно пламя бушевало прямо здесь и сейчас.
Мужчина в костюме закашлялся и инстинктивно взмахнул рукой, разгоняя невидимый дым. Почувствовав неладное, он оглянулся и обомлел: Шэнь И застыл в нескольких шагах позади, напряжённо насупившись и уставившись на сгоревшие руины.
— Шэнь И! — окликнул его мужчина в костюме. — Застыл-то чего? Шагай сюда!
Шэнь И встряхнул головой, неопределённо пробормотал что-то в ответ, но с места не сдвинулся. Сложнейшая гамма чувств промелькнула на его лице; он ещё некоторое время гипнотизировал взглядом чёрные угли и лишь затем сделал нерешительный шаг вперёд.
Заметив его странное состояние, мужчина в костюме тихо шепнул Янь Пань:
— Видела? Натурально реагирует. Точно местный из Ада, прописанный умом.
Янь Пань тихо ухмыльнулась:
— Всё может быть.
Вэнь Мо примостился на раскидистой ветви старого дерева неподалёку. Наблюдая за тем, как Шэнь И с явной неохотой приближается к пепелищу, Ночной страж мрачнел с каждой секундой.
«Неужели вспоминать начал?» — тревожная мысль кольнула сознание.
Угрюмый, отрешённый вид Шэнь И давал к тому все основания. И выражение лица Вэнь Мо становилось всё темнее.
* * *
«И-гэ!»
«И-гэ, ты что, совсем из ума выжил?!»
«В гроб мать вогнать решил?!»
«Я с тобой уже не справляюсь! Ты специально мне наперекор всё делаешь?!»
Гудело безудержное пламя.
Шэнь И прижал ладонь к виску. Разрушенный храм давным-давно сгорел, перед глазами расстилалось обычное голытьбище из сажи и камня — он чётко это видел. Но в ушах немолкающим гулом стоял пожар. Слышался треск ломающихся несущих балок, грохот обрушивающейся черепицы и каменной крошки.
Ледяной дождь Ада Вырывания Языков продолжал струиться за воротник, но Шэнь И внезапно охватил несносный жар. Кожу жгло так, будто к ней прикладывали раскалённые угли.
Ступив на пепелище, он сбросил куртку и принялся растирать плечи. Мучительная, палящая боль не утихала.
А в ушах всё надрывался отчаянный женский вопль. Сердце Шэнь И заходилось в бешеном, болезненном ритме. Он узнал этот голос — тот самый, из ночных кошмаров. Голос его «матери».
«Да что с тобой стряслось, а?! И-гэ, ты же с самого детства рос таким послушным, разумным мальчиком! Отчего же сейчас ведёшь себя как безумный?!»
«Ах, ты всё равно за своё?! Всё равно по-своему сделать хочешь?!» — со звонким грохотом посыпалась на пол разбиваемая посуда, и неистовый крик перерос в визг: «Правду люди говорят! Одержим ты, паршивец! Бес в тебя вселился!»
«Изгонять! — не умолкала она. — Сейчас же побегу к шаманке Ван! Пусть из тебя всю дурь выжжет!»
«Я...»
Внезапно прямо перед его носом — в каких-то десяти сантиметрах — возникла чужая ладонь и звонко щёлкнула пальцами.
Шэнь И вздрогнул.
Вскинув голову, он увидел перед собой мужчину в костюме.
— Земля вызывает призрака! — тот убрал руку. — Звал тебя, звал, а ты ноль внимания. Завис, что ли?
Истеричные женские выкрики вмиг утихли, гул пламени испарился. Шэнь И пришёл в себя и опустил руки. Дикая, выжигающая плоть боль спала без следа.
Спустя секунду оцепенения Шэнь И растянул губы в кривоватой ухмылке:
— Задумался немного.
— Хватит витать в облаках, свадебные носилки сами себя не найдут, — упёрла руки в бока Янь Пань, стоя посреди углей. — Найдём, отнесём — а там видно будет, дадут ли следующее поручение. Если нет, самое время разузнать, кто именно из местных жителей в те годы бросился в реку.
— Точно, эта история явно тесно связана с Призраком-женихом, — согласился мужчина в костюме и повернулся к Шэнь И. — Ты ведь ещё не в курсе? Детская считалочка из системного оповещения звучит не просто так. Это ключевая улика для прохождения испытания. Нам нужно выяснить, кем был этот Призрак-жених при жизни и в чём заключается его «грех».
Лишь теперь Шэнь И вспомнил главное условие победы: «положить конец греху в Аду». Помассировав виски, он кивнул:
— Понял.
— Ищем носилки, — скомандовал мужчина в костюме. — Погнали.
Троица принялась разгребать пепелище. Однако очень скоро мужчина в костюме осознал неприятную деталь.
— Дело дрянь: всё, что лежит внизу, превратилось в труху.
Оттолкнув ногой обугленный брус, он заметил под ним деревянную рейку. Но стоило ему едва сжать её пальцами, как древесина с сухим хрустом рассыпалась в пыль.
Мужчина в костюме досадно цокнул языком и выпрямился:
— Снизу ничего не уцелело, всё хрупкое, как вафли.
— Похоже на то, — озадаченно протянула Янь Пань. — Но где тогда носилки? Это же точно Разрушенный храм. Не могло же в такой глухомани оказаться сразу два храма?
— Вряд ли...
Шэнь И запустил руку глубоко под обломки и нащупал нечто твёрдое. Он потянул на себя — раздался громкий хруст. Предмет переломился. Завал под ногами действительно был предельно хрупким.
Тяжело вздохнув, Шэнь И нащупал оторванную верхнюю часть и вытащил её на свет.
Это оказалась обугленная человеческая кисть. Сухие пальцы замерли в судорожном, противоестественном изгибе, словно человек перед смертью скреб камни.
Шэнь И онемел.
Слова застряли у него в горле. Он держал жутковатый трофей за предплечье. Вся рука обуглилась дочерна, усохла до костей и обтянулась сожжённой кожей — вылитая лапа тех жутиков, что шастают по Месту охоты Вэнь Мо.
Внимание привлекла едва заметная деталь: запястье огибал тонкий поясок. Шэнь И присмотрелся и осторожно потрогал находку — шнурок. Слегка растёр плетёнку пальцами. Сажа осыпалась, обнажая ярко-алый, сочный цвет.
Эта красная нить не сгорела в адском пламени?! Сохранилась невредимой?!
Абсолютно антинаучная чертовщина.
Впрочем, пытаться искать логику и научный подход в этом месте — само по себе диагноз. Посему Шэнь И не стал ломать голову. Присев на корточки, он положил обрубок руки на землю и бережно развязал красную нить. Стерев остатки копоти, он разглядел вещь получше.
Самая простая красная нить. Никаких амулетов или украшений — просто несколько красных нитей, переплетённых в скромный браслет.
Шэнь И внезапно почудилось, будто этот плетёный шнурок ему знаком. Где он мог его видеть? Впрочем, ничего удивительного — подобные копеечные безделушки продаются на каждом углу.
Вдруг на землю за его спиной пала тяжёлая, густая тень. Без малейшего шороха, без шагов — незнакомец появился ниоткуда, выросши за спиной в мгновение ока.
К несчастью, Шэнь И настолько погрузился в разглядывание красной нити, что не уловил изменения атмосферы. Решив, что подошёл мужчина в костюме, он небрежно бросил:
— О, как раз вовремя. Глянь-ка, я тут...
Он обернулся, не договорив. И слова мгновенно застряли у него в горле.
За его спиной высился Призрак-жених в алом подвенечном наряде. В руке он держал раскрытый бумажный зонт цвета свежей крови.