Убедившись, что связь установилась, Хэ Янь с невозмутимым видом опустил руку и прижал поминальную дощечку к груди.
Даже выпустив её из пальцев, он продолжал отчётливо чувствовать странное натяжение — словно невиданная нить, протянутая из темноты, зацепила его за самый кончик указательного пальца и мягко потянула за собой.
— Дух Цзян У там, внутри, — твёрдо произнёс он. — Я иду за ним.
Бойцы «Пылающей пчелы» переглянулись. Хотя считалось, что в гробнице больше нет опасности, и разведчики уже прочесали её вдоль и поперёк, Хэ Янь был далеко не рядовым человеком.
— Но... — заколебался командир отряда.
В его глазах ценность Хэ Яня ничуть не уступала ценности Цзян У, если вообще не превосходила её: мастер карт, способный творить немыслимое! Случись с ним что-нибудь внутри — а дежурил сегодня именно он, — вины с него никто не снимет.
— Может, вы просто укажете направление? — с надеждой спросил офицер. — А мы сами его отыщем?
— Бесполезно. Эту нить чувствую только я. — Хэ Янь ощутил, как натяжение на кончике пальца вновь усилилось. Дух снова сместился! Мешкать нельзя. — Времени мало, пропустите!
— Пропустите его, — в тот же миг раздался голос из гарнитуры: приказ пришёл напрямую из штаба.
Бойцы «Пылающей пчелы» больше не смели перечить. Около дюжины бойцов тут же окружили Хэ Яня плотным кольцом.
Командир встал рядом и тяжело вздохнул:
— Против духов мы бессильны. Но если столкнёмся с куй — сразу отходи за наши спины. Тебя мгновенно эвакуируют.
Хэ Янь удивлённо взглянул на него. Порывался возразить, но передумал и просто послушно кивнул.
Перед командиром стоял совсем ещё юноша. Видя его покладистость, офицер немного отмяк. Мальчишка, что с него взять? Не осознаёт до конца, насколько жуткими бывают подобные места. Главное — слушается, а с остальным разберёмся.
Да и этот отчаянный порыв в глубине души можно было понять. Цзян У был ему дорог. Обладая особым даром, Хэ Янь не мог просто сидеть сложа руки, пока оставался хоть малейший шанс вернуть его дух. Окажись командир на его месте, поступал бы точно так же.
На войне, где смерть становится обыденностью, встретить такую преданность было даже... немного трогательно. Человек готов рисковать собой ради другого только потому, что у него есть сердце.
— По порядку рассчитайсь! — рявкнул офицер, выпрямляясь во весь рост. — Вперёд!
Один этот выкрик создал такое напряжение, словно они выдвигались на решающий штурм. Бойцы, до этого выглядевшие расслабленно, мгновенно подтянулись.
Хэ Янь аж вздрогнул от неожиданности, по затылку пробежали мурашки.
Хэ Янь: «...»
Чжоу Цин вознамерился увязаться за ними. Прикинувшись ветошью, он пристроился в хвост колонны, но на самом входе в усыпальницу его бесцеремонно остановили.
«Ходячая энциклопедия» лишился дара речи от такой дерзости:
— Я же не ради забавы! Наука требует наблюдений... мне нужно задокументировать процесс!
Его разрывало от любопытства: действительно ли Хэ Янь способен вернуть дух Цзян У? Если да, то речь шла не просто об одарённости, а о глубочайшем знании и истинном мастерстве. А это меняло буквально всё.
Охранявший вход боец даже не стал слушать оправдания, молча ткнув пальцем в сторону большого проекционного экрана у подножия холма.
— И что это значит? — опешил Чжоу Цин.
— Садись и смотри, — буркнул солдат.
Кому не любопытно? Впрочем, авангард был оснащён камерами и передатчиками, так что трансляция шла без задержек.
— Так там же мест нет! — удручённо пробормотал Чжоу Цин, оглянувшись.
Сотни людей, прибывших на грузовиках, оказались куда проворнее: они уже уселись ровными рядами на валунах напротив экрана, словно зрители в кинотеатре.
Повесив нос, Чжоу Цин подплёлся к ним и примостился на корточках с краю. Через некоторое время рядом присел майор Линь. Оценив обстановку, офицер молча занял место по другую сторону и с нескрываемым изумлением уставился на экран.
Что за дела? В кадре мелькнул Хэ Янь... Неужели он действительно пошёл внутрь?
* * *
Тем временем группа Хэ Яня углублялась в усыпальницу. Командир, уже не раз бывавший здесь, умело вёл отряд по извилистым ходам, тихо раздавая указания и уверенно обходя опасные участки.
Древние гробницы всегда кишели ловушками. За века многие из них истлели в прах, но некоторые всё ещё исправно функционировали. Впрочем, после многочисленных зачисток большинство механизмов уже сработало, а оставшиеся не представляли угрозы — если, конечно, не сходить с проверенного маршрута.
На очередном разветвлении командир скомандовал:
— Влево!
— Погодите... — Хэ Янь замер перед левым проходом. Выражение его лица стало странным. — Не туда. Нам направо.
Он вытянул указательный палец правой руки. Бойцы своими глазами увидели, как палец, изначально направленный прямо, плавно отклоняется вправо, словно его тянула невидимая сила. Нажим был несильным, но палец изгибался под таким углом, какой человек не смог бы придать себе сам.
Командир отряда опешил:
— Ты действительно что-то чувствуешь?
Он-то полагал, что юноша просто рвётся внутрь в надежде хоть что-то найти, а тот, оказывается, нащупал след ещё снаружи!
— Мне хорошо знакома аура Цзян У, — откликнулся Хэ Янь. — Если он где-то поблизости, я всегда это ощущаю.
К тому же поминальная дощечка изначально служила мостом между миром живых и мёртвых. Дощечка, выточенная его собственными руками, являлась идеальной заготовкой для духовного артефакта. Найти с её помощью дух было проще простого.
— Но справа... Цзян У там никогда не был! Да и мы этот рукав ещё не исследовали, — замешкался командир. Если человек туда не заходил, откуда там взяться его духу? — Может, ошибаешься?
— Исключено, — Хэ Янь качнул головой. — Он справа. И, кажется, совсем рядом!
Офицер насупился, связался по рации со штабом, после чего сжал зубы и принял решение:
— Идём направо!
По его сигналу спецназовцы перестроились в ступенчатую колонну, укрыв Хэ Яня в самом центре. Запустив вперёд сканирующие дроны и выждав около десяти минут, отряд осторожно двинулся вглубь необследованного тоннеля.
На этот раз непроглядная тьма поглотила их полностью. Тоннель освещался лишь лучами их собственных фонарей. Воздух здесь был спёртым, с едким гнилостным привкусом.
Каменистый пол изобиловал выбоинами. Один из бойцов случайно задел ногой что-то сухое и окаменелое.
— Что за... Похоже на куриную кость, — пробормотал он.
— А вдруг и правда куриная? Вон та штука — вылитая ключица. А ниже... точь-в-точь вяленые яйца, — отозвался другой. Их шепоток глухо отдавался от сводов усыпальницы.
Внезапно Хэ Янь почувствовал лёгкое дыхание сквозняка, от которого по коже пробежал мороз.
Но холод шёл не от воздуха. Это было концентрированное, чистейшее зложелательство...
Юноша невольно вскинул голову. На самом своде пещеры замерла огромная тёмная туша.
Тем временем пространство вокруг неуловимо изменилось, наполнившись багровым свечением. На заляпанных грязью стенах тени людей, отбрасываемые фонарями, внезапно исказились.
Вместо отряда вооружённых спецназовцев на стене отпечаталась вереница из десятка обезьян, а в самом центре цепочки шагала... ощипанная курица.
Хэ Янь озадаченно склонил голову набок.
Тень ощипанной курицы точь-в-точь повторила его движение.
Хэ Янь: «...»