2:17 ночи.
В этот час в виртуальной игре «Духовные карты» жизнь замирала. Ночные совы уже расползались по кроватям, ранние пташки досматривали сны, и лишь самые стойкие полуночники продолжали вести виртуальные бои.
Внезапно поверх экранов ожидания у всех немногочисленных игроков тихо всплыло системное уведомление.
[Система: Игрок Хэ Янь создал начальную карту «Гу Кайчжи». Товар добавлен в магазин. Навыки на стадии выбора. Продажи откроются через 24 часа.]
Ярко-золотая плашка прошла мимо тех, кто сражался на аренах или уже вышел из сети. Но среди тех, кто коротал время в меню ожидания, сообщение всё же привлекло внимание.
Кто-то создал новую начальную карту!
Гу Кайчжи?
Опять исторический деятель?
Никогда о таком не слышали.
Впрочем, дело привычное. Часть персонажей из карточной базы эксперты давно изучили и по скудным историческим крупицам доказали, что те реально существовали. О других же не сохранилось ни единого упоминания: слышишь имя — и понятия не имеешь, кто это такой.
В начале третьего ночи сонные игроки реагировали вяло. Выход новой начальной карты немного подстегнул любопытство, но имя создателя никому ни о чём не говорило.
Хэ Янь? Очередной ноунейм. Вряд ли это признанный мастер — скорее, какой-то везунчик, случайно столкнувшийся с героическим духом.
К тому же опробовать карту «Гу Кайчжи» в бою можно будет только через сутки. Многие просто приняли весть к сведению и вернулись к своим делам.
Естественно, никому и в голову не пришло связать имя создателя с тем самым Хэ Янем, о котором гудел игровой форум.
Эти двое существовали в совершенно разных параллельных мирах. Если бы создателей карт показывали по каналу «Наука и бизнес», то скандальный Хэ Янь с форума был героем исключительно жёлтой прессы и бульварных сплетен.
Тем более что раньше Хэ Янь играл весьма посредственно, а сомнительную славу снискал лишь благодаря отфотошопленным снимкам, которые выкладывал Чэнь Цыцы. Совпадение имён — не более.
* * *
Вернувшись в съёмную квартиру, Чэнь Цыцы до сих пор не чувствовал под собой ног. На Хэ Яня он поглядывал с дикой смесью сомнения и трепета.
Перед ним сидел всё тот же Толстяк, но аура вокруг него преобразилась до неузнаваемости.
— Да ну не может быть... Мы что, правда только что заполучили героический дух? — переспросил Цыцы уже раз в тринадцатый за дорогу.
Причём формулировку «ты заполучил» он с поразительной естественностью сменил на «мы заполучили».
Не дожидаясь ответа, он из последних сил впихнул Хэ Яня в капсулу полного погружения и сноровисто вогнал карту в соответствующий слот.
Хэ Янь лишь молча повёл плечом и попытался устроиться поудобнее.
Его капсула была изготовлена по спецзаказу — для людей солидных комплекций, ровно вдвое шире стандартной, как у Цыцы. Но даже в ней приходилось возиться, подминая складки, чтобы не прижать бока обшивой.
Цыцы же пожирал кассету с картой пылающим взором. Карта, вобравшая настоящего героического духа! Он за всю жизнь такого вживую не видел!
А теперь эта драгоценность лежит на расстоянии вытянутой руки. Можно трогать, смотреть, прижимать к сердцу — да хоть с ней обниматься! Когда один из твоих корешей взлетает к небесам, ты автоматом взмываешь следом!
— Быстрей, заходи в сеть! Опробуй карту в бою, а я зайду в зрители! — затрещал Цыцы, уже заскочив в соседнюю капсулу меньшего размера. Из-под крышки торчала одна макушка; выкрикнув это, он шмыгнул внутрь, и крышка со щелчком захлопнулась.
Хэ Янь несколько секунд посматривал на молчаливый пластик, а затем вздохнул и тоже закрыл створку.
Удобнее вытянув ноги, он запустил нейроинтерфейс. Сознание мгновенно провалилось в бездонную тьму.
Над головой вспыхнули и растворились золотые буквы:
[Добро пожаловать в мир «Духовных карт», игрок № 17777778 Хэ Янь]
Очнувшись, Хэ Янь обнаружил себя в личном зале ожидания.
Комната напоминала небольшой выставочный павильон. В воздухе, словно прозрачные небесные фонарики, парили особые витрины.
В каждой из них покоились духовные карты, которые прежний владелец тела покупал или добывал ранее — всего штук семь-восемь, выстроившихся ровным полукругом.
Самым ярким, чистым светом сияла карта с надписью «Гу Кайчжи» в нижней части. Однако само лицевое поле пока оставалось пустым — на нём пульсировал огромный вопросительный знак: [?].
Хэ Янь уже был знаком с игрой и на досуге изучил всё, что касается начальных карт.
Суть сводилась к следующему: запечатав героический дух в реальном мире, обычный человек — не обладающий даром медиума и не способный говорить с духами напрямую — полагался на технологии. Искры силы отдавали на анализ игровому ИИ, который пытался расшифровать потенциал духа.
После смерти человек превращался в духа, а если тот не рассеивался в течение тысяч лет, то обретал особые мистические свойства — Хэ Янь знал это лучше кого бы то ни было.
Силы, выуженные искусственным интеллектом, трансформировались в навыки карт. Чем больше удалось распознать, тем шире выбор.
Однако одна карта могла выдержать максимум три навыка — от большего количества её структура попросту разрушалась.
Поэтому игрокам приходилось выбирать три умения вслепую.
«Вслепую» — потому что из-за системных ограничений игра не показывала описание эффектов. Карточный мастер понятия не имел, что именно активирует, и полагался лишь на удачу.
Кому-то везло, кому-то нет.
За историю «Духовных карт» случались прорывы, когда все три навыка оказывались невероятно мощными. Но в большинстве случаев лишь одно умение представляло реальную боевую ценность, пока два других служили слабым придатком или вовсе становились пустышками.
Бывали и совсем анекдотичные случаи: мастер выбивал три бесполезных свойства, и карта отправлялась в утиль — покупать такой шлак никто не желал.
Словом, удача решала почти всё.
Создатели начальных карт обычно соблюдали целые ритуалы: совершали омовения, воскуряли благовония и прибегали к самым диким суевериям, лишь бы выспросить у судьбы милость перед выбором.
Хэ Яню подобный шаманизм был без надобности.
Смог завязать диалог с героическим духом — считай, решил проблему.
Он насквозь видел как сухие данные, собранные алгоритмами, так и то, что игровой ИИ распознать не сумел.
Карту «Гу Кайчжи» он понимал неизмеримо глубже любых вычислительных систем.
Ещё во время медиумического сеанса Хэ Янь подметил: наибольшим духовным сопротивлением обладали глаза Гу Кайчжи, его кисть для письма и выброшенный под стол картинный свиток «Ода Нимфе реки Ло».
Следовательно, после превращения в карту именно эти три аспекта дадут сильнейшие навыки.
И действительно: стоило Хэ Яню коснуться знака [?], как перед ним выскочил список из десятка пунктов:
· Необычайная сила
· Необычайная скорость
· Необычайное зрение
· Волшебные стол и стул
· Волшебная картина
...
Героические духи по природе своей превосходили смертных, поэтому параметры их силы и скорости игра помечала словом «Необычайный».
На заре игры неопытные мастера карт полагали, будто «необычайный» означает «выдающийся», и бездумно выбирали три таких свойства подряд, получая в итоге совершенно непригодные пустые карточки.
Лишь со временем игроки осознали: базовые превосходства духа — вовсе не залог победы, а зачастую наислабейший выбор.
Взял ты, к примеру, «необычайную скорость». Выходишь на арену, а у противника в картах — конь. Как двуногому обгнать четырёхногого? И это если против тебя обычный конь, а не лев, тигр или стремительная антилопа, от которых не сбежать и не увернуться.
Поэтому предметам, питомцам и уникальным техникам, извлечённым из духа, цены не было.
Хэ Янь опустил мучительные сомнения, присущие другим мастерам, и своей пухлой рукой просто перетащил в слот карты «зрение», «картину» и «кисть».
Три луча света слились воедино и отпечатались на рубашке карты. Вопросительный знак исчез, уступив место изящному цветному рисунку.
Мужчина средних лет внимательно вглядывался в свиток, держа в другой руке кисть. Выглядел он совершенно безобидно. По одному только внешнему виду карта не сулила никакой угрозы.
Впрочем, боевой она и не являлась.
Гу Кайчжи был живописцем и учёным мужем. Писать картины да слагать стихи — вот его призвание. Отправлять столь тонкую натуру махать мечом — всё равно что бросать поэта в гущу кровавого рубилова: чистейшее самоубийство.
Задумавшись на пару минут, Хэ Янь подобрал названия навыкам и неспешно покинул личную комнату.
Залы ожидания игроков походили на уютные домики. Едва Хэ Янь переступил порог, его домик растаял в воздухе.
Перед ним раскинулась оживлённая торговая улица: развлечения, еда, заведения на любой вкус и, разумеется, лавки с картами.
Вот только продавались там вовсе не начальные карты!
Начальная карта — это «материнская карта». Каждая из них стоила целое состояние, а главное — намертво привязывалась к владельцу до конца его дней и не подлежала передаче.
На прилавках выставлялись лишь копии, оттиски с оригинала — так называемые «дочерние карты».
Материнская карта — оригинал (начальная карта).
Дочерняя карта — копия, сохранявшая девяносто процентов силы оригинала.
Именно дочерними картами сражались рядовые игроки.
Мастеров, владевших материнскими картами, в игре насчитывалось немного, и почти все они состояли в гильдиях.
Гильдия берёт под опеку начальные карты своих мастеров. При продаже дочерней карты через игровой магазин комиссия платформы составляет двадцать процентов, а сама гильдия забирает ещё двадцать. Если же карточный мастер не состоит в гильдии и выставляет карту на свободную продажу, магазин удерживает драконовские пятьдесят процентов!
Если карта наберёт популярность, терять даже лишние десять процентов дохода с каждой копии — колоссальное упущение.
Неспешно шагая по улице, Хэ Янь прикинул расклад и решил: раз карта «Гу Кайчжи» уже попала в каталог магазина, надо как можно скорее примкнуть к какой-нибудь гильдии.
Вот только с дурной репутацией прежнего хозяина этого тела... В какую гильдию его вообще согласятся взять?