Ночью разглядеть лица в темноте было непросто. Лишь когда Хэ Янь и его спутник спустились вниз, военный чин с изумлением узнал прибывшего: Цзян У! Этим парнем он командовать не мог. Но кто стоял рядом с ним?
Как раз в этот момент из лестничного пролёта выбрались серебряно-белые воины. Один из них, оглядев присутствующих, сдвинул прозрачный щиток маски. Это оказался полковник Линь:
— О, вы-то откуда здесь?
— Да я тут вообще-то живу, — ответил Хэ Янь.
Полковника Линя прошиб холодный пот. Точно! Неудивительно, что дорога казалась знакомой: это же жилой комплекс Хэ Яня. Он ведь уже приезжал сюда, когда Цзян У подвозил юношу домой.
Полковник окинул Хэ Яня весьма странным взглядом: «Ладно еще наткнуться на нестабильный пространственный проход за городом, но у себя во дворе? В следующий раз он у тебя прямо под кроватью откроется?»
— А ты-то что тут делаешь? — Линь повернулся к Цзян У. — Ты ведь живешь совсем в другом месте.
— Получил сообщение о ваших учениях, решил взглянуть, — небрежно отозвался Цзян У. — Случайно встретил Хэ Яня, пригласил подняться на борт, проболтали какое-то время.
Полковник Линь не поверил ни единому слову. Чтобы Цзян У с чего-то проявлял такое рвение? Раньше он и близко не подходил к новообразованным аномальным зонам на Древней звезде. Какое ему дело до местного сектора? Он ведь даже не отсюда. Да и окажись он на родной планете, пальцем бы не шевельнул.
Там этих проходов — как дыр в решете, навидался выше крыши. Неинтересно, да и бессмысленно. Даже если обнаружить формирующийся разрыв сразу, перекрыть его — лишь выиграть от силы лет пять-десять.
На Древней звезде тоже блокировали немало зарождающихся аномалий. В густонаселенных районах гул стоял такой, что все вокруг сбегались. А в глухих лесах — вроде того случая, когда наткнулись на проход в загородном парке, — разрывы возникали совершенно незамеченными.
Цзян У к такому привык. И утверждать, будто он примчался ради пространственного разрыва... Скорее уж он прилетел исключительно ради Хэ Яня. К тому же они сидели вдвоем в летающем модуле, обдуваемые ночным прохладным ветерком — и кто знает, чем еще занимались.
— Полковник Линь, вы тут... на задании? — поинтересовался Хэ Янь. Намекать на то, что он обо всем догадывается, было нельзя, но и совсем молчать выглядело бы подозрительно.
— Я? Кхм-кхм... Обычные ночные учения, — кашлянул полковник, мгновенно напустив на себя строгий вид. — Учения еще не окончены, мне пора доложить обстановку. Позже поговорим.
Он засуетился, спешно натягивая прозрачную маску, и случайно выронил из коробочки на поясе карту.
Эта карта заметно отличалась от привычных — она была шире стандарта и явно не продавалась на массовом рынке. Главное же — с обложки смотрела миловидная лисичка. Дацзи.
Не успела карта упасть на землю, как порыв ветра подхватил её, рассыпав в мельчайшую пыль, растаявшую в воздухе.
Хэ Янь сделал вид, будто ничего не заметил:
— Понятно.
Полковник Линь и остальные воины замерли. Кое-кто даже дернулся к прибору стирания памяти. Но, увидев абсолютное хладнокровие Хэ Яня, бойцы озадаченно переглянулись. Серьёзно? И так можно было?
«Разве тебе не любопытно? Не хочется спросить, что это было? Для карточного мастера увидеть необычную карту, рассыпающуюся прахом, — разве не дикость?»
Линь открыл было рот, но слова застряли в горле. Его сослуживец попытался прийти на помощь:
— Вообще-то эта карта...
— Мерч с Дацзи, понимаю, — с абсолютно невозмутимым лицом перебил Хэ Янь. — У меня много фанатов, так что выпуск частных фигурок и мерча с моими картами — дело привычное. Правда, качество у вас так себе. В следующий раз свяжусь с производителем, сделаю нормальную партию и подарю вам одну.
Все присутствующие, прекрасно знавшие истину, застыли в полном замешательстве. Оспорить версию с «мерчем» было просто невозможно.
Полковник Линь, которого волею судеб записали в фанаты, чуть не заскрипел зубами от досады. «Какого черта?! Ты поставил меня в один ряд с малолетними фанатками? Я, вообще-то, полковник!» Но возразить он не мог и лишь с деревянным лицом выцедил:
— Что ж... спасибо большое.
Цзян У, единственный среди них знавший правду о догадках Хэ Яня, наблюдал за этой разыгранной как по нотам комедией. В его глазах блеснула задорная смешинка. С тех пор как он познакомился с Хэ Янем, жизнь стала куда веселее. Хотя... прятать это от юноши не имело никакого смысла.
Во-первых, Хэ Янь и так обо всем догадался, да и память ему стереть невозможно. Во-вторых, он умел чувствовать скрытую природу людей — к примеру, пламенное дыхание полковника Линя или собственное металлическое чутье Цзян У. Подобное умение определять совместимость карт с бойцами оказало бы огромную помощь всей системе.
Впрочем, это его не касалось. Главное — сам Хэ Янь, похоже, сгорал от любопытства, но, вынужденный играть роль ничего не понимающего простака, уже явно устал от этой пантомимы.
— У тебя есть связь с капитаном? Нужно обсудить пару вопросов, — обратился Цзян У к Линю, а затем повернулся к юноше: — После учений здесь всё утихнет. Иди отдыхай.
Хэ Янь всё понял:
— Хорошо.
Это означало, что проход заблокирован или вовсе не успел сформироваться. Словом, на какое-то время наступит затишье.
Особо переживать не стоило: Древняя звезда веками жила в покое, и мир не рухнет за пару дней. А аномалия в их жилом комплексе... скорее всего, была чистой случайностью.
* * *
На следующий день Хэ Янь принялся разбирать сообщения из района Цзинъань. На этот раз он целенаправленно искал записи в разделе городских аномалий и баек, где указывались точные имена и адреса.
Карту [Цзин Кэ] нельзя выставлять на продажу, пока не найдется нейтрализующая её карта. По словам Цзян У, до сих пор не существовало карт с непрерывным тройным ударом, преследующих цель даже после гибели хозяина. Подобное оружие таило слишком большую угрозу для людей.
Иными словами, для куев эта карта была смертоносна, но для высокопоставленных лиц предвещала огромную опасность. Вред превышал пользу.
Однако после того как карта [Цзин Кэ] явилась миру, а хозяин антикварной лавки подкрепил слухи собственным рассказом и видеозаписью своего помощника, многие поверили, что Хэ Янь действительно разбирается в потусторонних явлениях.
«Бог Хэ не шутил? Он реально ходил решать проблемы этого торговца?»
«Если бы не видео, я бы и не подумал, что духи живут прямо среди нас... Чёрт, хорошо хоть они людям не вредят, а то чистый хоррор!»
«Вообще-то героические духи — просто часть аномального магнитного поля. В них нет ни добра, ни зла. Главное — не оказаться в неудачном месте в неудачное время».
«Торговцу просто не повезло пройти мимо. Если у кого-то происходит подобное, лучше убрать вещицу подальше и ждать специалиста!»
Жители Звёздной эры не верили в призраков в привычном понимании, но признавали существование аномалий. Речь шла не о монстрах-людоедах, а об ощущении неладного в определенных местах. Когда происходило нечто необъяснимое, это списывали на сбои магнитных полей. А уж причин у таких колебаний хватало, и присутствие духов было лишь одной из них.
Просмотрев несколько заявок, Хэ Янь остановил выбор на пригородной деревне Чжуван, расположенной неподалеку от района Цзинъань.
Раньше деревня кормилась рыбным промыслом, но в эпоху высоких технологий местное население быстро освоило торговлю морепродуктами через сеть и разбогатело. Молодежь уехала в города, а в деревне остались в основном пожилые люди с детьми. При современном транспорте добираться до города было делом нескольких минут, так что многие с удовольствием жили у моря на свежем воздухе.
Так что авторами обращений к Хэ Яню стали небедные и уважаемые в округе люди — местный староста Чжу и деревенский парторг. Именно они первыми заметили неладное.
Хэ Янь закончил отбор к полудню, а до деревни Чжуван добрался уже к вечеру. Летающих машин здесь почти не встречалось. Навстречу ему тянулась узкая каменная тропа, уходящая к селению, погруженному в предзакатные сумерки.
На миг Хэ Яню показалось, будто он вернулся в свой прошлый мир — деревня явно сохранила старинный, традиционный облик.
Чэнь Цыцы, шагавший с сумкой за его спиной, глубоко вдохнул:
— Эх, запашок моря...
С этими словами он сразу поставил армейскую палатку на склоне холма, явно не собираясь идти дальше вместе с Хэ Янем:
— Давай сразу договоримся: если почувствуешь неладное — подай сигнал, я вызову полицию. — Это на случай человеческого фактора. А если дело в духах... — Если с духом не сладишь, пускай вот эту ракету. Я тут же свяжусь с Цзян У.
Чэнь Цыцы протянул Хэ Яню сигнальную ракетницу, похожую на толстую ручку. Достаточно было нажать на кнопку на торце, чтобы в небо взмыл яркий огненный сноп, распускающийся огромным цветком. Это было придумано на случай, если у Хэ Яня не будет возможности набрать сообщение.
Справившись вместе с несколькими духами, они успели сработаться.
Впрочем, Чэнь Цыцы с сомнением потёр переносицу:
— Ты правда думаешь, что Цзян У сможет помочь? — Он до сих пор не мог взять в толк: ладно Цзян У тоже карточный мастер, но он ведь игрок киберспортивной команды, какое ему дело до изгнания духов?
— Если уж он не справится, то брошай всё и беги отсюда как можно дальше, — с полной серьезностью посоветовал Хэ Янь. Дух Цзян У заставил забиться в угол даже свирепого демона из кинжала. Если появится кто-то, кому Цзян У не указ, то Чэнь Цыцы тут будет лишь бесплатной закуской.
Чэнь Цыцы обомлел:
— Всё настолько опасно?! Я никогда не слышал, чтобы карточные мастера погибали при усмирении духов...
— Угу, я тоже не слышал, — кивнул Хэ Янь. Увидев испуг на лице приятеля, он вздохнул: с такой восприимчивостью, что с ним станет, когда он узнает про пространственные проходы и куев? Сам-то Хэ Янь давно смирился с риском для жизни, а духи для него были не опаснее детских забав. Похлопав Чэнь Цыцы по плечу, он улыбнулся: — Пугаю тебя. Я пошел.
Чэнь Цыцы, полностью ему доверявший, облегченно выдохнул:
— А, ну ладно.
* * *
Заявитель ничего от Хэ Яня не скрывал, поэтому, войдя в деревню Чжуван, юноша сразу направился к небольшому коттеджу в деревенском стиле у самого берега. Дверь ему открыл местный староста.
— Вы... — Мужчина лет тридцати с небольшим запнулся. Выглядел он вполне современно и, окинув взглядом фигуру Хэ Яня, быстро догадался: — Бог Хэ?
Из дома тут же высыпала вся семья — взрослые и дети с любопытством уставились на гостя.
— Неужели сам Бог Хэ приехал?
— Дай гляну! На фото в сети он вроде другой... Почему здесь он такой упитанный? Сметаны переел? — самый младший мальчишка сверил образ гостя с планшетом.
— А ну марш отсюда, живо принесите чаю! — Староста прогнал ребятню и вместе с остальными домочадцами провел Хэ Яня внутрь.
Хэ Янь про себя лишь ухмыльнулся: с тех пор как он попал в этот мир, его еще нигде не встречали с таким почтением. Почувствовал себя прямо как в прошлой жизни.
Однако, переступив порог и глянув вглубь дома, он удивленно приподнял бровь.
— Что-то не так, Бог Хэ? В доме что-то подозрительное? — Староста, похоже, кое-что смыслил в древних повериях и мог завернуть мудреное словечко.
Утрата древней культуры не означала её полного исчезновения. Что-то передавалось из уст в уста, пусть и в урезанном, мозаичном виде.
В воздухе дома ощущалась влажность чуть более плотная, чем снаружи. Хэ Янь качнул головой:
— Нет, просто удивляюсь. Внутри стиль совсем другой.
— Деревня у нас построена под старину, но молодежи это не по душе, вот мы и переделали интерьер. От городского теперь и не отличишь! — с гордостью пояснил староста.
Вечером староста собрал за столом всех жителей, отправлявших заявки.
Праздничный ужин на полтора десятка человек с горой сытных блюд показывал крайнее уважение к гостю.
Хэ Янь думал съесть пару кусочков из вежливости, но домашняя кухня оказалась настолько вкусной, что он незаметно увлекся и ушел с головой в разговоры местных:
— Мы бы не стали беспокоить по пустякам, если бы не чуяли неладное.
— Всё началось с семьи старого Чжана. У него дочь шестнадцати лет, девчонка с характером. Поругалась с родителями да и убежала из дома. А потом кто-то своими глазами видел, как она побрела прямо в море! Зови не зови — идет не оборачиваясь. Очевидец перепугался до смерти и сразу в полицию!
— Приехали полицейские, начали поиски, а среди ночи девчонка сама вернулась домой!
— Сама приплыла? — удивленно перебил Хэ Янь.
— Да она плавать вообще не умеет! И что самое дикое — целая и невредимая! Только одежда мокрая, да даже испуга от утопления не было! Сначала думали, свидетелю показалось, а девчонка просто гуляла.
Разговор протекал неторопливо, каждый добавлял по детали. К середине ужина Хэ Янь сложил картину воедино. Случай с дочкой Чжана был не единственным — позже похожее повторялось еще пару раз. Но поскольку никто не пострадал, полиция дело замяла.
Возможно, стражи порядка и догадывались о причинах, но сделать ничего не могли, а раз вреда нет — решили не поднимать панику.
Вот только деревенские не знали, что и думать. Лунатизм это или что похуже? Им хотелось знать правду.
Когда пошли слухи об аномальных магнитных полях и духах, жители задались вопросом: не завелся ли у них дух? Или кто-то из моря заманивает людей в воду?
Уезжать из родных мест никто не хотел, но и жить в неведении надоело. Вот староста с активистами и написали несколько сообщений, надеясь привлечь внимание Хэ Яня.
Они смотрели видео из антикварной лавки — там ситуация выглядела куда страшнее! Дух в кинжале мог влиять на разум обычных людей, а у прохожих от одного приближения голова раскалывалась. Раз Хэ Янь справился с той чертовщиной, то и с их деревенской аномалией разберется.
Выслушав их, Хэ Янь пришел к выводу, что в деревне действительно обитает дух. Он чувствовал куда больше других, и нависшая над селением водяная взвесь для него была очевидна.
Особенно густым этот водяной пар был в доме старосты. Неудивительно, что домочадцы старосты отличались удивительно гладкой и нежной кожей по сравнению с соседями.
Постоянная жизнь в атмосфере высокой влажности действовала как распаривающие SPA-процедуры. В одном и том же районе воздух не мог различаться настолько сильно без видимых причин.
* * *
В ту ночь Хэ Яня оставили ночевать у старосты. В глухой предрассветной тишине он перевернулся на другой бок, затаил дыхание и слегка повел ухом. До него донеслись едва различимые звуки...
В третьем доме к востоку не спавший хозяин шептал жене:
— Этот парень, которого позвали... По-моему, толку от него чуть. Молод слишком!
— Раз знаменит, значит, что-то умеет, — отзывалась супруга. — Да даже если и пустышка, у нас за столько лет ничего плохого не случилось. Пускай его. Мне вообще кажется, если в деревне и есть какое-то магнитное поле, оно нас защищает.
— Что за глупости! Был бы дух — все б мечтали его выгнать. С чего бы ему нас защищать? Любовных романов перечитала? — буркнул муж. — Спи давай, а то завтра сама готовить будешь.
За этим последовал шлепок по мягкому месту, и в доме воцарилась тишина.
В первом доме к западу тоже обсуждали его... Настроены они были скептически, но вскоре и там утихли. Деревенский народ у моря был простым: перемыли косточки — и баиньки, в голове дурного не держат.
Все замерло. Лишь ровный шум морского прибоя четко отдавался в тишине.
Среди плеска подпрыгивающих в воде рыб и тихого шуршания ракушек до ушей Хэ Яня донесся слабый человеческий голос. Он звучал надрывно, будто пробиваясь сквозь песок и гальку, и тихим эхом отдавал в стенах дома.
В темноте Хэ Янь резко открыл глаза. Щелкнул выключателем, толкает дверь и выходит в гостиную, направившись к шкафу возле проекционного экрана. В этот миг все посторонние звуки мгновенно стихли.
Шкаф был доверху заставлен терракотовыми фигурками — в основном воинами и военачальниками.
Лишь один из них выделялся. Он был заметно крупнее остальных, а его головной убор полностью закрывал лицо, не позволяя разглядеть черты.
Хэ Янь не стал задерживать на нем взгляд и, внимательно осмотрев полки, повернулся спиной.
И в этот момент статуэтка с закрытым лицом, секунду назад стоявшая как все — с оружием в одной руке и второй на поясе, — чудесным образом шевельнулась. Статуэтка вытянула руку, словно пытаясь остудить вспотевшую ладонь на ночном ветерке. А затем, сочтя это недостаточным, осторожно вытерла ладонь о свои доспехи. Движение вышло вороватым и невероятно комичным.
— Завязывай вытирать, — раздался тихий, прохладный голос Хэ Яня.
Терракотовая фигурка застыла. Рука так и осталась висеть в воздухе, не смея вернуться на пояс. Вся жизнь в мгновение ока испарилась из истукана, и он вновь превратился в обычную глиняную чурбашку.
Хэ Янь повернулся и открыл дверцу шкафа.
На шум в гостиную, протирая глаза, вышли разбуженные домочадцы старосты. Никто не думал, будто Хэ Янь решил залезть в чужие закрома — карточный мастер с пятью картами вряд ли позарился бы на деревенский утиль.
Люди просто удивились его ночным изысканиям.
— Шкаф?.. — неуверенно переспросил староста. В его душе зародилось подозрение. В шкафу ведь стоят только терракотовые фигурки! Раз Бог Хэ разглядывает их среди ночи, значит... с ними что-то не так?
— Неужели с фигурками что-то не ладно? — удивилась госпожа Гао, жена старосты. — Это же моё приданое, от предков досталось, так и стоят тут.
Хэ Янь задумчиво уточнил:
— Позвольте спросить, как давно ваши предки живут в этой деревне?
— Да кто ж упомнит, — улыбнулась женщина. — Но моя девичья фамилия Гао. Раньше наша деревня так и называлась — деревня Гао. Сменилось поколений сорок-пятьдесят, не меньше. Значит, очень давно.
«Сорок-пятьдесят поколений... Это ведь больше десяти тысяч лет! За столько веков, несмотря на смену эпох, маленькая деревня так и осталась на месте. Настоящее чудо».
— Ой? А почему у Генерала Чжу рука растопырена? — вдруг удивленно пискнул младший сын старосты, указывая пальцем на полку.
Заметить изменения было легко: ожившая статуэтка была ощутимо крупнее остальных. В обычное время казалось, что военачальнику и положено быть представительным, но сейчас разница бросалась в глаза.
Хэ Янь странно посмотрел на мальчика:
—... Генерал Чжу?
— Ага! У него же свиное рыло! — смело заявило дитя, подбегая и бесцеремонно сдвигая шляпу с головы статуэтки. Под ней показалось лицо, одновременно похожее на человеческое и свиное. — А ещё на доспехах написано "Маршал"! Разве он не генерал?
Мальчишка наивно задрал голову:
— Вот мы и зовём его Генералом Чжу!
Свет люстры упал на физиономию «Генерала Чжу», заиграв на глиняной поверхности мягким, маслянистым глянцем.