Впрочем, вины Дацзи тут не было: глухотой она не страдала. Пока дух Ли Юя втягивал её за собой в карту, она успела наслушаться, как окружающие называют её нового хозяина. Кто окликал его Янь-цзы, кто уважительно величал Богом Хэ — одно из этого наверняка должно было оказаться настоящим именем.
Дацзи выбрала то, что больше походило на имя. Впрочем, ошибись она — невелика беда. С её способностью к чарам, назови она его хоть Собачьим Яйцом, тот под действием гипноза искренне поверил бы, что обращаются именно к нему.
Так что дело было вовсе не в имени. Проблема крылась в самом Хэ Яне.
Этот человек не поддавался её обольщению. Вообще.
И ладно бы он обладал выдающимися духовными силами — нет, он просто имел врождённый иммунитет к её чарам! Как и другие карты, правила ограничивали её всего тремя доступными навыками. Но Дацзи отказывалась смириться. Обладая колоссальной мощью и сотнями заклинаний в запасе, она изо всех сил пыталась выбрать самые сокрушительные, чтобы подавить волю Хэ Яня.
Ведь до того, как очутиться в карте, она всерьёз рассчитывала прибрать парня к рукам и самой стать его хозяйкой. Пусть, став бестелесным духом, она потеряла возможность заключать полноценный контракт слуги и господина, но что мешало ей затуманить Хэ Яню разум и заставить его плясать под свою дудку? Закон этого не запрещал.
Вот только карта сковала её по рукам и ногам, а сам Хэ Янь оказался слишком крепким орешком. К любым воздействиям духов у него был абсолютный иммунитет — Дацзи не сомневалась: попробуй она вонзить в него зубы, осталась бы без клыков!
С этим парнем явно было что-то не так. Она уже всерьёз начинала сомневаться, чистокровный ли он человек, или в его жилах течёт кровь какого-нибудь древнего каменного духа.
* * *
Хэ Янь же абсолютно равнодушно перенёс несколько всплесков её духовного поля. Он уже собирался заговорить, чтобы успокоить духа, как вдруг в его руке материализовалась свежесозданная карта. Названия навыков на ней появились сами собой:
[Дацзи]
[Пассивный навык: Облик Белой лисицы. Несёт в себе ауру благоденствия. Позволяет игнорировать смертельный урон до 9 раз. Базовое здоровье: 500, скорость: 60]
[Навык 1: Лепестковый дождь персика]
[Навык 2: Режим Девятихвостой]
[Навык 3: Смена формы]
Хэ Янь потерял дар речи.
Чтобы дух внутри карты из раздражения сам задал себе навыки — о таком Хэ Янь слышал впервые.
«Лепестковый дождь персика» относился к уронным способностям по площади: в зоне действия на врагов непрерывно осыпались розовые лепестки, нанося периодический урон. Пока Хэ Янь неспешно шёл сквозь этот дождливый вихрь, ему казалось, будто все руины древней царской столицы оказались засыпаны персиковым цветом. Довольно практичный навык.
«Режим Девятихвостой», скорее всего, заставлял Дацзи принимать истинный облик девятихвостой лисицы для прямого боя. Каковы её боевые характеристики в этой форме, пока сказать было трудно, а вот третий навык...
Выглядел он донельзя странно.
Стоило ему нажать на «Смену формы», как карта тут же перевернулась. Узор на рубашке растворился, а надпись сменилась на «Навык 1: Смена формы (Человеческий облик)», после чего ниже развернулись ещё два дополнительных древа навыков:
[Навык 2: Хитрость наложницы ( «Хитрость наложницы: вражеская крепость станет моей»)]
[Навык 3: Демонизация ( «Пусть лучше я предам весь мир, чем мир предаст меня!»)]
С момента выхода игры «Духовные карты» в систему никогда не попадали духи с настолько высокой самосознательностью. Как правило, в карты запечатывали лишь обрывки душ и смутные воспоминания, лишённые разума.
Даже у таких духов, как Гу Кайчжи, запас духовной энергии был крайне мал: стоило подстроиться под его энергетическое поле и запечатать в карту, как он безропотно подчинялся.
Да и карты, созданные игроками-мастерами через «эмпатию», работали по точно такому же принципу.
Ли Юй стал редким исключением — возможно, благодаря тому, что долго покоился в каменной стеле, его духовное тело сохранилось превосходно, и он мог по своей воле входить в карту. Но на этом его самостоятельность заканчивалась: оказавшись внутри, он, как и прочие духи, ожидал, пока мастер выберет ему навыки.
Но Дацзи... Её свободомыслие переходило все границы!
Она не просто сама выбрала себе способности, но и искусно обошла стандартное ограничение системы в три навыка, урвав себе сразу пять! Абсолютный нонсенс.
Хэ Янь неплохо разбирался в устройстве карт. Ограничения механики были строгими, и Дацзи вряд ли могла просто так сломать правила.
Она явно воспользовалась наличием двух форм, применив подмену понятий: два дополнительных навыка она привязала к человеческому облику как подкатегорию. Очевидно, лимит системы допускал существование дочерних способностей, просто до этого никому в голову не приходило проворачивать подобное.
Никто не видел ничего похожего и даже не слышал об этом!
Ладно бы он, новичок, раз за разом создавал уникальные карты — так теперь он ещё и нашёл лазейку в правилах, выдав карту с пятью навыками... Это неизбежно вызовет бурю споров. Палка о двух концах.
С одной стороны, это принесёт ему огромную известность. С другой — бог весть, с какой целью высшее руководство игры заставляет игроков собирать героических духов. А карта «Дацзи», ломающая привычные стандарты, неизбежно привлечёт ненужное внимание.
Хэ Янь колебался. Его палец застыл над кнопкой «Уничтожить карту».
Уничтожение карты не означало гибель самого духа. Духовную сущность не стереть — в худшем случае карта просто аннулировалась, а дух возвращался в системный хранилищный банк, откуда его уже нельзя было ни купить, ни призвать.
Что-то вроде вечной консервации.
Мастера карт нередко выбраковывали неудачные экземпляры, отправляя их в архив, если не хотели больше их видеть.
Словно почувствовав, что Хэ Янь занёс палец над кнопкой уничтожения, Дацзи испустила отчаянный ментальный вопль. Поразмыслив немного и решив, что бояться ему всё равно нечего, Хэ Янь призвал её наружу.
По идее, дух с двумя формами мог сам выбирать, в каком облике предстать перед мастером.
Спустя пару секунд карта «Дацзи» мягко блеснула, и из неё выскочил маленький белоснежный лисёнок.
Приготовившись к убойной атаке, Хэ Янь с удивлённым видом отступил на пару шагов.
А лисичка невинно склонила голову набок, уставилась на него круглыми зелёными глазами-виноградинами и умильно пискнула. После чего поднялась на задние лапки и преспокойно сложила передние в приветственном поклоне.
Хэ Янь промолчал.
Дело было даже не в том, что она выглядела мило.
Просто уничтожить карту — значит впустую выкинуть тысячу звёздных юаней. А это довольно ощутимый убыток.
Ладно, пусть живёт.
* * *
Согильдийцы из «Пылающего Солнца» ждали уже давно. Едва Хэ Янь показался из дверей, как все тут же уставились на семенившую за ним белую лисичку.
Питомцев в игре не водилось — всех животных призывали исключительно из карт. Значит, эта малышка была воплощением карты.
Вспомнив, что Хэ Янь только что вышел из комнаты настройки навыков, Лефэн озарённо спросил:
— Это Ли Юй или Дацзи?
Ушки Дацзи дёрнулись. Она сжала в зубах карту «Ли Юй» и покрутила головой. Выглядело это настолько очаровательно, что даже у такого сурового мужика, как Лефэн, ёкнуло сердце.
— Понял, значит, Дацзи. Сяо Дацзи, да?
Лисичка издала тихий писк.
— Она умеет говорить? Или совсем маленькая, как Милый кролик, и не разговаривает? — Сяо Юнь тоже подошла ближе, с любопытством разглядывая белую лисичку и искренне удивляясь: — Ого, да у неё же девять хвостов! Выглядит очень смышлёной.
— Говорить она умеет, — ответил Хэ Янь. — Её истинный облик — девятихвостая лиса, и каждый хвост позволяет проигнорировать один смертельный урон.
Он не стал вдаваться в подробности, не желая раньше времени раскрывать полный спектр способностей Дацзи.
Мастера карт зарабатывали солидные деньги и пользовались особым расположением разработчиков. Однако, судя по тому, что в профессиональные команды принимали только игроков с высоким уровнем киберспортивного мастерства, истинной ценностью для руководства были те, кто умел филигранно использовать карты в бою.
Одно дело — уважать, и совсем другое — испытывать реальную потребность.
Хэ Янь не мог похвастаться высокими игровыми навыками и не считался гением, но ему хотелось быть нужным.
Тайна, скрытая за этой игрой, рано или поздно выплывет наружу. И когда придёт день истины, тех, кого просто ценят, можно будет отбросить, а вот действительно необходимые специалисты останутся востребованными всегда.
Ему требовалось приберечь козыри для предстоящих командных турниров и отборочных матчей в состав боевой команды.
Хотя отбор в команду казался пока далёкой перспективой, да и сам Хэ Янь не питал особых иллюзий, поставить себе высокую цель явно не помешает.
Карта «Дацзи» обладала колоссальным обманным потенциалом. Её вполне можно было приберечь, позволяя остальным думать, будто это аналог «Милого кролика» — милая, но бесполезная карта, чтобы соперники недооценивали его возможности на арене.
Впрочем, Хэ Яню даже не пришлось ничего внушать окружающим...
Все и без того приняли Дацзи за безобидного зверька. Игроки по очереди чесали её за ушками и гладили по шёрстке, а лисичка довольненько растянулась на полу, видимо, приняв толпу за персональных массажистов.
Вот только... косясь краем глаза на то, как Хэ Янь передаёт худенькому юноше дочернюю карту «Ли Юй», Дацзи внезапно потеряла всякий интерес к материнской карте, которую держала в зубах.
Она мотнула головкой, с пренебрежением выронила карту «Ли Юй» и уставилась на Чэнь Цыцы кротким, умоляющим взглядом:
— Завидую я тебе, братец... Дацзи тоже так хочется карту, которую подарил братец Бог Хэ!
Голосок её звучал кокетливо и нежно, сочетая невинность и соблазн.
Чэнь Цыцы опешил:
—... Так у неё же есть одна?
Хэ Янь промолчал.
— Ну это же совсем другое! — вмешалась Сяо Юнь. — Может, отдашь свою Дацзи поиграть?
— В магазине всё равно скоро появятся новые, — поддержал Лефэн. — Раз Сяо Дацзи хочется, отдай ей.
Чэнь Цыцы стоял с потерянным видом.
«Ага... Знакомый мотивчик».