— Больной ублюдок!
В то же самое время в высотке по ту сторону дождевой завесы настенная левитационная камера премиум-класса, зафиксированная у панорамного окна, бесшумно транслировала происходящее в сотне метров отсюда.
Кто-то в сердцах задел устройство — камера сорвалась с крепления и с глухим стуком покатилась по мягкому ковру. В объективе мелькнули кисти рук, плотно замотанные бинтами.
— Этот жирный кочан капусты ещё и плясать удумал?!
В просторном офисе площадью четыреста квадратных метров забинтованные руки со всего размаху обрушились на столешницу. Лишь секундой позже до их владелицы дошла боль, и девица, заверещав, принялась отчаянно пританцовывать на месте:
— Ой-ой-ой! Больно-больно-больно!..
Оптика камеры интеллектуально подстроилась под освещение и плавно сместила фокус вверх. На экране появилось нечто, весьма напоминающее египетскую мумию — голова и шея девушки были сплошь забинтованы.
Лишь смоляные пряди да живые, выразительные глаза с залегавшими под ними тёмными кругами намекали: под бинтами прячется вполне симпатичная особа.
По обе стороны от неё чинно выстроились две шеренги вышколенных охранников в чёрных очках — внушительное зрелище. Вот только сейчас эта суровая свита выглядела довольно нелепо: одни пытались бережно подхватить её травмированные руки, другие подстраховывали сзади, боясь, как бы хозяйка снова не лишилась чувств. Воистину, не охранники, а личные ассистенты какой-нибудь капризной звезды.
Эта барышня — фанатка одного известного игрового стримера — в своё время первой вычислила реальный адрес Хэ Яня и увидела его воочию. Едва выписавшись из больничной палаты, она без промедления рванула мстить: во что бы то ни стало нарыть на Хэ Яня новый компромат и окончательно утопить его в сетевой грязи.
Спустя три минуты на официальном форуме «Духовных карт» под её верифицированным аккаунтом уже висел свежий ролик.
Прежний владелец этого тела особой популярностью не отличался — за последний месяц он снискал известность лишь как «фотошопный обманщик», чью подлинную личность и подноготную разоблачили до последней нитки. Поэтому регулярные посетители форума мгновенно узнали героя.
Но стоило им открыть видео... читатели пожалели, что не ослепли.
«Решил на дешевом хайпе выехать?»
«Что это за дергания?.. У этого "танца" вообще есть название, или толстяк просто бьётся в конвульсиях? Мои глаза!»
«А-ха-ха-ха, матерь божья, я очумел от смеха! Хэ Янь, ну ты даёшь! Мужик, сумевший одной фоткой окрутить топ-стримера, реально готов на всё!»
* * *
Как бы ни бушевали сетевые страсти, реальный мир сохранял невозмутимое спокойствие.
Хэ Янь раскладывал перед собой кучу свежекупленных вещей.
Ещё месяц назад, только попав сюда, он понял: этот мир мало чем отличается от его прежнего. Здесь тоже водились духи. Пока жива человеческая душа и пока пылают нерастраченные страсти да нереализованные желания, духи не исчезнут.
Изначально Хэ Янь рассчитывал заняться привычным ремеслом: проводить спиритические сеансы, помогать людям избавляться от напастей, исполнять последние желания усопших. Этим он легко заработал бы на безбедное существование в межзвёздную эпоху.
Но, вникнув в реалии местного общества, юноша столкнулся с неожиданным препятствием...
В этом мире отродясь не слыхивали о духовных медиумах!
Развитая медицина и технологии почти свели на нет смертность от болезней. Люди уходили из жизни спокойно, без глубоких обид и сожалений. Духи, лишённые питательной почвы сильных эмоций, рассеивались сами собой за два-три дня.
Здесь никто не нуждался в услугах медиума. Более того: попытайся Хэ Янь предложить подобную помощь, его бы тут же упекли в полицию за мошенничество.
Хэ Янь лишь тихо вздохнул. Жизнь порой преподносит такие сюрпризы, что хоть плачь.
Раз вернуть старое ремесло не вышло, его внимание привлекла «Духовная карта» — погружная виртуальная игра, в которой коротал дни прежний хозяин тела.
Судя по всему, упомянутые на форумах «героические духи» представляли собой не что иное, как неупокоенные души древних жителей этого мира. А для Хэ Яня любой дух был виден как на ладони.
Поэтому, просидев безвылазно дома месяц, Хэ Янь охотно согласился на предложение Чэнь Цыцы устроить прощальный ужин — тот как раз решил бросить мечты о киберспорте и уехать в деревню на уборку пшеницы. Юноша сам выбрал место — знаменитую шашлычную в древнем городе Цзиньлин, славящуюся своей локальной «аномалией».
Аномалии — будь то редкий рельеф местности или особый атмосферный фронт — возникают неспроста. Хэ Янь, всю жизнь имевший дело с потусторонним, прекрасно знал: если где и сохранились древние духи, то именно в таких особых местах.
И предчувствие его не обмануло. Недавно, когда все во время ужина в шашлычной наблюдали за грозой, Хэ Янь видел не просто молнии. В небесах ему явился силуэт.
Это был человек в длиннополом халате — поджарый, в высоком головном уборе, с длинной бородой.
Перед ним стоял письменный стол: курильница, тушь с кистями и развёрнутый свиток.
Чуть отдаль замерли четыре или пять полупрозрачных призрачных фигур. Они склонились перед мужчиной в уважительном поклоне:
«Слыхали мы, господин, будто вы нарисовали картину по мотивам древней оды. Позволите ли взглянуть?»
Обычно духи привязаны к воспоминаниям, отражающим их сильнейшую прижизненную страсть. То, что увидел Хэ Янь над Цзиньлином, очевидно, являлось ключевым моментом в жизни этого призрака.
Тогда, стоя под проливным дождём, Хэ Янь попытался настроиться на частоту духовной речи, но безуспешно.
Этот дух пробыл в мире слишком долго; сил в нём почти не осталось, он стоял на грани полного исчезновения и более не реагировал на человеческий голос.
Даже имея дар видеть незримое, живой человек не способен достучаться до угасающего духа без специальных ритуалов.
Хэ Янь не отличался разговорчивостью и не стал ничего объяснять Чэнь Цыцы — лишь попросил снять всё на камеру. Первое прикосновение к потустороннему провалилось из-за плохой подготовки, и отснятый ролик вышел абсолютно бесполезным.
Не пав духом, Хэ Янь принялся за дело заново. Он аккуратно сложил из ритуальной жёлтой бумаги фигурки людей, миниатюрные столы и стулья, придал им форму письменных приборов и свитка, после чего долго и тщательно прорисовывал детали тушью. Закончив, он неторопливо отнёс заготовки сушиться к сушильному стеллажу.
Проходя мимо Чэнь Цыцы, Хэ Янь заметил, что тот увлечённо уткнулся в смартфон и буквально заходится от смеха.
Вернувшись, он застал приятеля в том же расплывшемся от удовольствия состоянии — от былых печалей не осталось и следа.
Хэ Янь скользнул взглядом по экрану его телефона:
«Этот Хэ Янь совсем конченый, что ли?!»
«А-ха-ха-ха, да он же вылитый жирный кочан капусты на дискотеке!»
«Кстати, у него же есть кореш, Чэнь Цыцы, мастер фотошопа. Это он снял? Специально слил Юю, чтобы подраконить?»
«Юю» — тот самый блогер-миллионник, девица, лежавшая в бинтах после аварии.
Лента комментариев стремительно обновлялась. Хэ Янь наочишь увидел, как Чэнь Цыцы с довольным видом набивает ответ с фейкового аккаунта:
«Да этот Чэнь Цыцы тоже хорош, одного поля ягоды с Хэ Янем! Парни, нельзя спускать им это с рук, надо загнобить их по полной! Как они смели обмануть моего любимого стримера, хнык-хнык!»
Под сообщением мгновенно вырос ответ:
«Сестрёнка, ты тоже фанатеешь от ZXY?»
ZXY — инициалы Чжан Сяоюня, популярного игрового стримера в «Духовных картах». В своё время он клюнул на отфотошопленные снимки Хэ Яня, долго добивался его взаимности, а после разоблачения стал объектом всеобщей жалости и обрёл целую армию сочувствующих фанатов.
Чэнь Цыцы напечатал:
«Да-да, обожаю братика Сяоюня! Его микроконтроль просто божественен!»
Фейк Цыцы имитировал юную девушку: розовая аватарка с плюшевым медведем намекала, что владелице аккаунта от силы лет шестнадцать.
«Тогда мы на одной волне! Давай в друзья? Если на Хэ Яня появится свежий инсайд или компромат, сразу тебе скинем. И ты делись, если что всплывёт!»
«Ой, конечно, братики, обязательно~» — кротко отписался Чэнь Цыцы и тут же залез в галерею, отыскивая случайно сделанные кадры, где Хэ Янь безмятежно ковыряется в ноге. Он явно вознамерился отправить их в общий чат.
Хэ Янь молча наблюдал за этим зрелищем.
Ощутив на себе тяжелый взгляд, Чэнь Цыцы поднял голову, встретился глазом с другом и расплылся в довольной ухмылке:
— А ты хорош, Янь-цзы! Стоило взглянуть на проблему под другим углом, и всё решилось само собой. Жди, в нужный момент я сливану эти фотки. Это будет неожиданный удар — твоя популярность взлетит до небес!
Хэ Янь уставился на него с немым вопросом. У него аж нервно подёрнулся глаз:
—... Не надо ничего отправлять.
— А? — Чэнь Цыцы застыл. — Ты же сам устроил эти пляски с пением, разве не ради чёрного пиара?
— Нет, — Хэ Янь, сохранявший олимпийское спокойствие даже перед ликом древних духов, чувствовал, как рушатся его нервы. — Это танец «Магия слов» и танец «Цюму». В древнем шаманизме они считались красивейшими ритуальными танцами.
Красивейшими?..
Чэнь Цыцы опешил. Какие ещё шаманы? Кажется, все слова по отдельности были ему знакомы, но собранные вместе звучали как абсолютная тарабарщина.
Хэ Янь понял, что объяснять бесполезно — лучше один раз показать. Он забрал со стеллажа подсохшую жёлтую бумагу и накинул тёмную накидку с капюшоном.
Бумажные фигурки людей, стола и стульев аккуратно отправились в переносную курильницу.
— Пошли, — Хэ Янь толкнул дверь и жестом макнул Чэнь Цыцы следовать за ним.
Свежий, влажный воздух после дождя бодрил. Хэ Янь бросил на приятеля спокойный, пронзительный взгляд:
— Безвыходных ситуаций не бывает. А если тебе кажется, что ты попал в тупик... просто доверься мне.