Не Пан возвращался домой на метро в полном одиночестве. В вагоне было шумно, но внутри у парня царила звонкая, опустошающая тишина. Едва переступив порог квартиры, он без сил рухнул на диван — не хотелось даже шевельнуться.
Этот семестр пролетел как один день. Учеба, бесконечные зачеты, подготовка к соревнованиям... Передышек почти не выпадало. Но труды не прошли даром: Не Пан отчетливо чувствовал, насколько сильнее и опытнее стал. По сравнению с прошлым годом он будто переродился.
И вот наконец наступили долгожданные каникулы, а деваться оказалось совершенно некуда. На праздники почти все заведения закрылись, за окном установилась мерзкая хмарь, и хотя снег в эту лондонскую зиму был редкостью, ледяной дождь лил не переставая. Оставалось коротать дни в четырех стенах.
Не Пан понятия не имел, чем себя занять. Вымотавшись за семестр, он толком так и не отдохнул, а после отъезда Чжай Цзин'аня у него и вовсе все валилось из рук. В конце концов парень решил просто залечь на дно. Благо Цзин'ань перед отлетом забил холодильник под завязку, так что пропадать в магазинах не требовалось.
Звоня из Китая — будь то по видеосвязи или простым сообщением, — Чжай Цзин'ань всякий раз заставал Не Пана либо валяющимся в постели, либо намеревающимся туда отправиться. Он ни разу не упрекнул возлюбленного в лени: понимал, в каком диком напряжении тот жил последние месяцы. Парню требовалась хорошая разрядка. Единственное, о чем Цзин'ань постоянно твердил, — это чтобы Не Пан не пропускал обеды и ужины.
Спустя двое суток из Испании вернулся Чэнь Юйсюань. Появление квартиранта мгновенно выбило Не Пана из анабиоза. Для себя одного он мог состряпать что-нибудь кое-как, но готовить абы как на двоих не позволяла совесть — за еду ему вообще-то платили.
Узнав, что Юйсюань дома, Чжай Цзин'ань наконец перестал переживать: теперь Не Пан не останется в одиночестве. Новый год Чэнь Юйсюань и Не Пан встретили вместе, так что на чужбине праздник прошел вполне душевно.
Буквально через пару дней начались занятия. Чжай Цзин'ань все еще задерживался на родине, и Не Пан, сидя на лекциях, мысленно зачеркивал дни до встречи.
Эта разлука давалась куда тяжелее летней. Тогда они находились в одном часовом поясе и жили по единому ритму, а теперь их разделяли восемь часов разницы, да еще и плотный учебный график. Окно для общения сжалось до минимума, отчего тоска становилась совсем невыносимой.
В пятницу после четырех часов дня на Лондон уже опустилась непроглядная тьма. В это время года сумерки сгущались стремительно. А темнота на британских улицах означала лишь одно — потенциальную опасность. Поеживаясь от сырости, Не Пан в потоке студентов поспешил к выходу с территории института.
Расписание на медицинском факультете поражало своей плотностью. Утренний блок состоял из четырех пар, а дневные занятия обычно тянулись до трех, поэтому подстроить график под Чэнь Юйсюаня не получалось при всем желании, да и завтрак приходилось готовить в седьмом часу утра.
Едва Не Пан переступил порог проходной, как кто-то сильной рукой схватил его за плечо и привлек к себе. Все произошло настолько стремительно, что парень даже не успел испугаться. Он уже дернулся было, чтобы вырваться, но в нос ударил знакомый до боли, родной аромат. Не Пан с изумлением вскинул голову:
— Брат Ань?! Ты вернулся?!
Чжай Цзин'ань нежно прикоснулся губами к его лбу:
— Ага. Заехал домой, понял, что твои занятия еще не закончились, и сразу рванул сюда. Пошли домой.
Не Пан замер, все еще не веря собственным глазам, и механически поплелся вслед за ним:
— Но ты же говорил, что прилетишь только через два дня? Как ты здесь оказался?
Цзин'ань с теплой улыбкой пояснил:
— Билеты изначально были на воскресенье, но я зашел на сайт, увидел свободное место на сегодня и тут же переоформил. Что, не рад видеть меня раньше времени?
Не Пан замахал головой:
— Ну конечно рад! Считал каждый день... Какое счастье!
Чжай Цзин'ань легким щелчком задел его нос:
— Погляди на себя, нос совсем ледяной. Почему без шарфа?
Сняв с себя длинный шарф, Цзин'ань накинул его на шею Не Пана и заботливо обмотал в два оборота.
— Утром впопыхах забыл, — уткнувшись носом в теплую ткань и впитывая родной запах, пробормотал Не Пан. Липкое чувство тревоги, терзавшее его все эти недели, моментально испарилось. Счастье снова было рядом.
Едва они сели в машину и захлопнули дверцы, Цзин'ань бережно обнял Не Пана за лицо, чуть сдвинул шарф вниз и, приподняв его подбородок, вовлек в глубокий, страстный поцелуй. Не Пан жадно приоткрыл губы, отвечая с той исступленной нежностью, в которой сплелись недельная тоска и долгожданная встреча.
Поцелуй вышел настолько горячим, что оба едва не потеряли контроль. Наконец Цзин'ань с неохотой отстранился, прижавшись лбом к его лбу. Оба прерывисто дышали, а потом не удержались и тихо засмеялись — счастливо и облегченно. Позади остались долгие дни ожидания, теперь они снова могли обнимать друг друга в любой момент.
— Ну все, едем домой, — Цзин'ань завел двигатель.
Не Пан сидел вполоборота, не сводя с него влюбленного взгляда, будто боялся, что все это лишь сон.
Чувствуя на себе этот пылающий взор, Цзин'ань сдерживал улыбку. На красном светофоре он отстегнул ремень, наклонился и снова чмокнул парня в губы:
— Ну что, не нагляделся еще?
Не Пан расплылся в широкой улыбке:
— Да хоть всю жизнь смотри — мало будет!
— Ну смотри-смотри, — хохотнул Цзин'ань и снова пристегнулся.
Дома они едва переступили порог, как снова сцепились в объятиях, покрывая друг друга поцелуями. Едва переводя дыхание, Не Пан пробормотал:
— Ты, наверно, голодный с дороги? Я сейчас быстро состряпаю что-нибудь. Поешь и ляжешь отдыхать, после такого перелета совсем измотался.
— Давай помогу.
— Не надо, иди в душ. Я сам справлюсь.
Пока Цзин'ань смывал с себя дорожную усталость, Не Пан успел накрыть на стол. Он приготовил сытный ужин по давней северной традиции — «в дорогу напутствуй пельменями, а дома встречай лапшой». Настряпал домашней лапши и сделал два вида заправки: сочные тушеные томаты с яйцом и ароматный пикантный мясной соус из говядины.
Простая, но душевная еда вернула им силы. После ужина они долго сидели в обнимку, делясь накопленными за время разлуки мыслями.
Возвращение Цзин'аня подействовало на Не Пана как глоток свежего воздуха: к нему вернулся азарт, жизненная энергия и желание кулинарить. В субботу ни свет ни заря они отправились на оптовый рыбный рынок и привезли оттуда целую гору свежайших морепродуктов.
Чэнь Юйсюань, у которого рацион снова сменился с обычных тушеных овощей на роскошные морские деликатесы, от удовольствия аж жмурился:
— Вот что значит приезд брата Аня! У А-Пана сразу появляется вдохновение на кулинарные шедевры! А то до этого два простых блюда на скорую руку — и свободен.
— Это у кого тут «на скорую руку»? — с ложной угрозой в голосе огрызнулся Не Пан. — Мои блюда тебе уже не по вкусу?
Юйсюань хихикнул:
— Вкусно-то вкусно, спору нет, но разнообразия-то хотелось!
— А сейчас разнообразия хватает? — с улыбкой вмешался Чжай Цзин'ань.
— С избытком, брат Ань, с избытком! — закивал Юйсюань.
Цзин'ань достал чеки и пододвинул к нему:
— Вот, глянь чеки. Делим ровно на троих, чур без обид, если выйдет кругленькая сумма.
Посмотрев на цифры, Чэнь Юйсюань пришел в легкий шок: ничего себе, один ужин встал как недельный бюджет на продукты! Впрочем, за качество приходилось платить.
— Ну что, сдюжишь такой ценник? — лукаво прищурился Цзин'ань.
Юйсюань стиснул зубы и кивнул:
— Сдюжу!
— Отлично. Если хочешь, завтра сгоняем за австралийскими омарами и королевским крабом.
Юйсюань тут же расплылся в заискивающей улыбке:
— Ой, да ладно вам, хватит! Морепродукты — вещь хорошая, но если переборщить, приедятся. Раз в неделю — самое то!
Цзин'ань победоносно подмигнул Не Пану, мол, видал, как я его приструнил? Не Пан, переглянувшись с ним, уткнулся в тарелку, едва сдерживая смех. На самом деле Юйсюань был прав: без Цзин'аня у Не Пана действительно не было никакого настроения выготавливать изысканные блюда, он делал лишь необходимый минимум, чтобы все были сыты.
Чжай Цзин'ань побыл у Не Пана три-четыре дня и уехал обратно в Кембридж — там тоже начались занятия. Они снова вернулись к формату «пары выходного дня», но после межконтинентальной разлуки такое расстояние казалось им сущим пустяком.
Результаты первого тура соревнования по математическому моделированию приспели к концу января. Как и ожидалось, троица Не Пана благополучно пробилась в финал. Заключительный этап назначили на конец февраля: четыре дня напряженной работы над единым заданием, сформированным организаторами. Место проведения каждая команда выбирала самостоятельно.
Перед финалом ребята не стали проводить пробные сессии, а сосредоточились на обсуждении стратегии. Нокс и Ци Цзыхэн каждые выходные приезжали к Не Пану — во-первых, ради вкусной еды, а во-вторых, чтобы получить ценные советы от Чжай Цзин'аня.
Старт состязания назначили на четверг, шесть часов вечера. В тот же день Нокс и Ци Цзыхэн притащились к Не Пану с раскладушками, спальными мешками и сменной одеждой, намереваясь прожить у него весь период соревнований.
Как только задание стало доступно, троица погрузилась в анализ условий, устроив мощный мозговой штурм в поисках оптимального математического решения.
Финал был короче отборочного тура на целых двадцать четыре часа, поэтому каждая минута ценилась на вес золота. Уже к ночи они утвердили концепцию, и Не Пан без промедления уселся за создание модели.
Пока он колдовал над расчетами, Нокс отключился прямо на диване, а Ци Цзыхэн забрался на двуспальную кровать Не Пана и Цзин'аня. Укладываясь, парень молитвенно сложил ладони:
«Брат Ань, не суди строго! Я без всякого злого умысла, чисто ради науки!»
После чего завернулся в свое одеяло с головой.
Не Пан заварил крепчайшего кофе и пахал всю ночь напролет. Лишь на рассвете он прилег поспать на три часа, а затем поднялся, перекусил и снова ушел с головой в работу.
На завтрак были пельмени — Не Пан подготовился к турниру заранее и налепил несколько сотен штук, забив ими морозилку. Благодаря этому кулинарные хлопоты не отвлекали от дела. На обед Ци Цзыхэн просто сварил лапши.
Только к вечеру пятницы Не Пан облегченно вздохнул и потянулся:
— Готово! Свою часть я закончил, подходите, смотрите.
Ребята снова собрались у экрана, перепроверили данные и, убедившись в отсутствии ошибок, передали эстафету Ноксу — настала пора писать код.
Не Пан размял затекшую спину:
— Вы же еще не ужинали? Пойду приготовлю что-нибудь нормальное.
Со вчерашнего вечера они перебивались исключительно пельменями да лапшой, так что теперь, освободившись, Не Пан решил состряпать полноценный ужин из трех блюд и супа. Нокс остался в полном восторге: в его представлении настоящая китайская кухня обязательно должна была включать горячий рис и несколько видов горячего.
Плотно поужинав, Нокс отправился в бой. Днем он отлично выспался, набравшись сил перед ночным кодингом.
Ци Цзыхэн в ту ночь не рискнул ложиться с Не Паном. Хоть они оба и парни, у Не Пана все-таки был жених, так что из соображений приличия Ци Цзыхэн перебрался на диван — благо Ноксу спать все равно не светило.
Нокс демонстрировал фантастическую выносливость. Он кодил всю ночь и продолжил пахать утром субботы.
Не Пан, у которого образовалось свободное окно, сходил в супермаркет за свежими продуктами и приготовил роскошный обед. Зная, что Чжай Цзин'ань приедет поздно вечером, парень отложил для него отдельную порцию, после чего они пообедали втроем.
Когда Цзин'ань добрался до квартиры, Нокс как раз завершал написание программы, и вся троица увлеченно тестировала алгоритм. Цзин'ань не стал им мешать: разогрел свою порцию, поужинал и стал спокойно ждать, пока Не Пан освободится. Помочь с конкурсом он не мог, но его присутствие дарило Не Пану ощутимую моральную поддержку.
После проверки программы эстафету перехватил Ци Цзыхэн — ему предстояло писать аналитическую статью. Нокс, исчерпав все ресурсы, рухнул на диван и провалился в беспамятство. Он проспал до самой полуночи, пропустив даже ужин, и очнулся только от дикого голода.
Заранее оставленная Не Паном порция отправилась в микроволновку, и через пару минут Нокс уже уплетал еду за обе щеки. Набив желудок, он снова сладко заснул.
Глядя на то, как слаженно работают ребята, Цзин'ань окончательно успокоился. После сдачи проекта Не Пан наконец сможет перевести дух, и по выходным они смогут регулярно видеться в Кембридже.
В воскресенье навестить команду пришла Сюй Ятун. Ци Цзыхэн, пахавший всю ночь над текстом, в этот момент крепко спал. Девушка не стала его будить: просто забрала пакет с его грязными вещами для стирки и тихо ушла.
Цзыхэн проснулся только к обеду и сразу же вернулся к написанию статьи.
Чжай Цзин'ань уехал после ужина. Не Пан пошел провожать его к машине:
— Еще один день — и я свободен! В пятницу сразу приеду к тебе в Кембридж.
— Договорились, — Цзин'ань улыбнулся. — У вас отличная команда, все четко распределено. Уверен, вы займете высокое место.
— Твоими молитвами! Главное, что мы выложились на максимум.
— Труд всегда вознаграждается, — Цзин'ань нежно поцеловал его. — Ладно, поднимайся наверх, не мерзни.
— Напиши, как доберешься.
— Обязательно.
К полуночи Ци Цзыхэн закончил черновик статьи.
Спать никто не лег: остаток ночи и все утро понедельника они потратили на правку и шлифовку текста. Крайний срок сдачи был назначен на 18:00, и они намеревались вылизать работу до идеала.
Лишь к полудню понедельника финальный вариант был готов. Перечитав работу в последний раз и убедившись, что все безупречно, ребята нажали кнопку отправки.
— Е-е-е! Мы сделали это! — победно дали они друг другу по рукам.
Не Пан облегченно выдохнул:
— Ну что, парняги, с победой нас! Какими бы ни были результаты, мы это заслужили. Пойду приготовлю праздничный обед.
— Да брось ты, — махнул рукой валившийся с ног Ци Цзыхэн. — Ты сам не спал всю ночь. Свари пельменей на скорую руку, перекусим — и по домам. Я сейчас прямо тут усну!
— Ага, поддерживаю, — зевая во весь рот, подал голос Нокс. — Ужасно хочу спать.
— Ладно, сейчас сварю, — Не Пан с темными кругами под глазами отправился на кухню.
Покончив с пельменями, Не Пан проводил друзей до метро:
— Напишите, как доберетесь. И отоспитесь как следует!
— Давай, пока! — Нокс и Цзыхэн помахали руками и скрылись за турникетами.
Вернувшись в опустевшую квартиру, Не Пан принял горячий душ и с наслаждением нырнул под одеяло.
Когда Чэнь Юйсюань вернулся с занятий, дома царила абсолютная тишина. Гостей уже не было — похоже, эпопея благополучно завершилась. Готового ужина, разумеется, не оказалось, но Юйсюань даже не думал обижаться: сам сварил остатки пельменей и с аппетитом поел. Завтра жизнь вернется в привычное русло, а уж к домашнему рису с горячими блюдами в исполнении Не Пана он питал куда большую любовь, чем к покупным полуфабрикатам.
Не Пан проспал до самого утра, пока не прозвенел будильник. Молодость берет свое: нескольких дней дикого умственного напряжения как не бывало, хватило одного полноценного сна, чтобы восстановить силы.
Осознание того, что конкурс позади, дарило невероятную легкость — словно с плеч свалился тяжеленный груз. Если все пройдет гладко и они возьмут призовое место, это станет отличным козырем при поступлении в магистратуру Кембриджа. И тогда они с Чжай Цзин'анем наконец-то будут жить вместе.