Повесив трубку, Не Пан заглянул в карту. Район оказался на редкость удобным: супермаркет был буквально под боком. Он решил спуститься вниз, осмотреться на местности и заодно найти, где бы позавтракать.
Сегодня предстояло съездить в кампус Саут-Кенсингтон на регистрацию — неплохо бы сначала разведать дорогу, а в супермаркет заглянуть уже на обратном пути.
Не Пан открыл чемодан, достал несколько привезенных из дома цветочных коржиков и сунул их в рюкзак.
Вообще-то мама велела раздать их соседям по квартире в качестве угощения. Однако вчера в машине Дуань Сыи втолковала ему: налаживать с соседями близкие отношения вовсе не обязательно. Стоит сойтись поближе — и в случае каких-нибудь бытовых разногласий начнутся проблемы. Знакомые быстрее садятся на шею, особенно таким не умеющим отказывать людям, как он. Холодная вежливость, взаимное уважение и соблюдение дистанции — вот идеальная модель совместного проживания.
Не Пан тогда долго переваривал услышанное. Сам-то он надеялся поладить с соседями, вместе готовить обеды или кооперироваться для поездок на такси. Выходит, смотрел на вещи слишком простодушно.
Так что цветочные коржики он решил приберечь для себя. Подлизываться к соседям ни к чему, а там уж как сложится, так и сложится.
Как выяснилось, решение взять выпечку с собой оказалось более чем дальновидным. Спустившись на улицу, он обнаружил, что почти все магазины закрыты, а на дверях красуются таблички с часами работы: открытие то в полдесятого, то вовсе в десять. Что ж, рассчитывать на перекус по дороге на учебу явно не стоило — придется закупаться с вечера, иначе останется только голодным тащиться на пары.
Окрестные улочки на удивление мало отличались от привычных китайских пейзажей. При взгляде на здешние здания у Не Пана даже промелькнуло чувство, будто он и вовсе не уезжал из страны — всё казалось странно знакомым и уютным.
Поскольку телефоном пользоваться на улице было небезопасно, Не Пан набросал на стикере простую схему пути, старательно выписав названия улиц и станций, чтобы не заблудиться.
Сложенный листок со списком пересадок, который вчера для него запросил Чжай Цзин'ань, тоже лежал в рюкзаке. Топографическим кретинизмом Не Пан страдал с детства: в незнакомой обстановке он терялся и не мог отличить север от юга, так что каждый выход в город превращался в настоящее испытание.
Учебный год еще не начался, поэтому студенты в общежитии спозаранку не вставали. На улице лишь изредка мелькали спешащие на работу прохожие. Не Пан несколько раз собирался с духом, но так и не решился окликнуть кого-нибудь и спросить дорогу.
К счастью, указатели на перекрестках стояли понятные. Сверяясь со своим листком, он благополучно выбрался на нужный маршрут. Шагая по тротуару, парень внимательно глядел по сторонам и заодно приметил, где находится супермаркет.
План на день вырисовывался четкий: сначала завершить регистрацию в университете, затем зайти за покупками, а заодно разведать обстановку вокруг и отыскать отделение банка. Если получится, оформить карту уже завтра. Наличные у него имелись, но надолго их не хватит.
От студенческого комплекса до станции метро было от силы три-четыре минуты ходьбы. Не Пан шел не спеша, по пути жуя коржик, поэтому добрался минут за десять.
Проездного у него пока не было, пришлось брать билет за наличные в автомате. Когда высветилась сумма в 6,7 фунта за поездку, у него глаза на лоб полезли. В сети писали, что по транспортной карте та же поездка обходится всего в 2,8 фунта. Неужели такая бешеная разница между наличными и бесконтактной оплатой? Нужно как можно скорее оформлять проездной, иначе на одних билетах разоришься — жаба задушит.
Ему досталась печально известная своей загруженностью Центральная линия. В вагоне стояла жуткая толкучка. Здесь перемешались люди со всех уголков мира: белые, темнокожие, выходцы из Индии и Пакистана, арабы и азиаты вроде него.
Свободных мест не нашлось. Вцепившись в поручень, Не Пан прижал рюкзак к груди и бдительно его придерживал. Воздух вокруг полнился удушливой смесью резких духов и запаха пота. Нос пронзило щекоткой, едва не заставив чихнуть. Потерев переносицу, парень с трудом подавил приступ дурноты и постарался дышать как можно реже и мельче.
Несмотря на тесноту, каждый пассажир был погружен в свое дело: одни читали книги, другие проглядывали свежие газеты, третьи уткнулись в экраны смартфонов, а кто-то, подобно Не Пану, просто глазел по сторонам.
Он обратил внимание на то, как опрятно одеты белые британцы — особенно пожилые мужчины. Многие щеголяли в безупречно сидящих костюмах и начищенных туфлях, выглядя подтянуто и представительно. Настоящие джентльмены старой закалки.
На пересадочной станции Не Пан несколько раз тщательно перепроверил указатели, чтобы не перепутать ветку и направление, и лишь затем шагнул в вагон.
После пересадки дышать стало свободнее: людей заметно поубавилось, и всего через пару остановок поезд прибыл на место.
Выбравшись наружу быстрым шагом, Не Пан с наслаждением полной грудью вдохнул прохладный уличный воздух. Какое же блаженство!
Едва отдышавшись, он полез в карман за блокнотом со стикерами. Но стоило поднести его к глазам, как перед лицом что-то с шумом промелькнуло — и блокнот буквально испарился из пальцев.
Не Пан замер, ошарашенно хлопая глазами, и лишь секунду спустя осознал: его только что ограбили! Обернувшись, он увидел стремительно удаляющуюся спину велосипедиста. Впрочем, уже через мгновение похититель швырнул блокнот на асфальт и, обернувшись на ходу, смачно выругался.
Не Пан не знал, плакать ему или смеяться. Он подбежал и торопливо подобрал листки. Блокнот был узким и длинным, в пестрой обложке — подарок младшей сестры; грабитель, видимо, принял его за новенький смартфон в ярком чехле.
Второй день в Британии — и уже успел познакомиться с местной уличной преступностью. Лондон преподал отличный урок! Он совершил классическую ошибку новичка: выскочил из метро и сразу полез сверяться с маршрутом. Карманники и воры на велосипедах постоянно дежурят у станций возле университетов, выслеживая неопытных китайских студентов. Повезло еще, что в руках не оказалось настоящего телефона.
Спрятав блокнот, Не Пан сориентировался и зашагал в сторону колледжа.
Поскольку в Имперском колледже Не Пан оказался впервые, он благополучно проскочил главный вход — настолько тот был скромным и неприметным. Пройдя дальше, парень почувствовал неладное, обратился к прохожему, и тот махнул рукой назад. Пришлось возвращаться.
Первое впечатление от кампуса IC — теснота. Территория крошечная, здания натыканы вплотную друг к другу. В самом сердце Лондона земля стоила баснословных денег, расширяться было некуда, поэтому университет разбросал свои филиалы по девяти разным точкам города. Впрочем, не место красит человека: слава Империала гремела на весь мир благодаря выдающимся ученым, так что Не Пан нисколько не разочаровался.
Занятия еще не начались, но преподаватели и администрация уже работали. Студенты съезжались постепенно в течение пары недель, так что очередей не наблюдалось, и процедура регистрации прошла гладко.
Сотрудники выдали ему солидную стопку памяток для первокурсников и подробно объяснили, как оформлять необходимые документы: биометрический вид на жительство, банковский счет, транспортную карту и прочие студенческие пропуска.
Пока он во всем разобрался, наступил полдень.
В кампусе имелась столовая, и он собирался пообедать там, но выяснилось, что к оплате принимают исключительно банковские карты. У Не Пана же не было даже открытого счета — только хрустящие фунтовые купюры.
Пришлось идти в ближайший магазинчик за обычным сэндвичем. Забившись в тихий безлюдный угол, он наскоро перекусил. Еда оказалась пресной и совершенно не сытной.
Доев и убедившись, что вокруг никого нет, парень достал телефон и принялся искать адреса ближайших супермаркетов и банков. До выдачи студенческого билета оставалось еще несколько часов, и он решил дождаться его здесь. Возвращаться домой, а завтра снова ехать за карточкой было слишком накладно — билеты на метро влетали в копеечку, так что приходилось экономить.
Закончив с поисками и еще раз оглядевшись по сторонам, Не Пан сфотографировал блокнот и выложил снимок в ленту вичата с подписью: «Второй день в Лондоне. Ограблен прямо у выхода из метро. Ущерб: ноль». Разумеется, публикацию он скрыл от родителей и родственников, чтобы не поднимать лишней паники.
Убрав телефон, парень отправился на прогулку по кампусу, нашел библиотеку и факультет естественных наук. Внутрь без кампусной карты было не попасть, так что пришлось ограничиться осмотром снаружи. При мысли о том, что скоро он начнет здесь учиться, душу охватывало смешанное чувство восторга и тревоги: удастся ли понимать лекции? Больше всего он переживал за свой английский.
Обойдя здания, Не Пан вышел за пределы университета, чтобы изучить окрестности. Теперь-то стало ясно, почему иностранцы так легко наматывают километры пешком, спокойно шагая по полчаса или часу: жизнь заставит, когда проезд стоит таких денег! Далеко не каждый кошелек выдержит ежедневные поездки на лондонском транспорте.
Сам он помногу ходил только в турпоездках, но теперь придется привыкать. В конце концов, для здоровья полезно.
На соседних улицах обнаружились банк, полицейский участок, почта, книжный магазин и пара кофеен. Знаменитый Гайд-парк раскинулся прямо под боком у университета.
Поскольку дневной сон отменился, Не Пан заглянул в кофейню за чашкой бодрящего напитка. Говорили, что многие студенты в Британии быстро превращаются в кофеманов, не способных прожить без кофеина.
В этом был резон: обеденный перерыв в местных вузах длился всего час, поспать днем не представлялось никакой возможности, и держаться на плаву долгими послеполуденными часами помогал только крепкий кофе.
Побродив по району и запомнив ключевые ориентиры, Не Пан вернулся в колледж.
Студенческий билет всё еще не был готов. Пришлось запастись терпением: ехать домой и возвращаться завтра за карточкой он наотрез отказывался — слишком уж это било по карману.
Коротая время, он вытащил смартфон и обнаружил россыпь уведомлений: друзья наперебой ставили лайки и строчили комментарии под его недавним постом.
«Кошмар, неужели в Лондоне такой беспредел? Ты в порядке?»
«Уже долетел? Главное, что ничего не пропало, но будь осторожнее!»
«Вот и сравнивай после этого с нашей безопасностью. Добро пожаловать в дикие джунгли капитализма, ха-ха! Зато закалишь характер».
«То ли дело у нас в Австралии — угроза исходит разве что от кенгуру да пауков».
«Брат, ну ты попал! В Штатах, конечно, дыра дырой, но хотя бы не грабят средь бела дня».
Это откликнулись бывшие одноклассники.
«Сяо Панпан, с боевым крещением тебя на берегах Туманного Альбиона!» — глумился Ян Чжэньсюань.
«Брат Пан, держись! Береги себя», — написал Мин Тяньюй.
«Бедолага, в первый же день в переплет попал. Завтра братец лично свозит тебя по всем делам», — отметился Цзи Цзе.
«Младший братик, ради бога, осторожнее! Сам-то цел?» — побеспокоилась Дань Вэнь.
Не Пан методично ответил каждому, объяснив, что у него всего-навсего умыкнули блокнот со стикерами, да и тот сразу же выбросили.
Пока он печатал ответы, на экране высветилось личное сообщение от Чжай Цзин'аня:
«Что случилось? Ты цел?»
Тот не стал комментировать пост на всеобщее обозрение, а написал напрямую в диалог.
Не Пан вышел из ленты и торопливо набрал ответ:
«Всё в порядке, я не пострадал. Только вышел из метро возле универа, хотел глянуть маршрут. Телефоном светить не стал, записал всё на бумажку, но стоило достать блокнот из кармана, как мимо пронесся велосипедист и выхватил его из рук. Понял, что это не телефон, и сразу выбросил, так что обошлось без потерь [Смайлик]».
Чжай Цзин'ань ответил без задержки:
«Главное, что цел. Никогда не доставай телефон у выходов из метро и на остановках. Воры обожают там пастись и высматривать новоприбывших китайских студентов без чувства опасности. Здесь с правопорядком совсем не так, как дома, держи ухо востро».
Не Пан уже не раз слышал подобные предостережения, однако в словах Чжай Цзин'аня почудилась какая-то особенная забота. Сам не понимая, отчего вдруг потеплело на сердце, он послушно отписался:
«Понял! Отныне гляжу в оба и ушки на макушке держу, ни один воришка не подберется!»
В ответ пришло короткое «Угу», и диалог затих.
Глядя на эту лаконичную реплику, Не Пан мучительно захотел продлить разговор. Он долго чесал в затылке, перебирая варианты, но так и не выдавил из себя ни строчки: они были едва знакомы, непонятно даже, с какой темы начать, да и общительностью он никогда не отличался.
Пока он пребывал в нерешительности, пришло новое оповещение. Закрыв чат с Чжай Цзин'анем, парень увидел сообщение от Цзи Цзе:
«Ты сейчас где?»
«В университете».
«Скинь геопозицию, заскочу за тобой».
Не Пан растерялся:
«Брат Цзе, что-то случилось?»
Собеседник ответил голосовым:
— А без повода уже и повидаться нельзя? Я же вчера обещал помочь тебе с делами, а сам не приехал, вот ты и попал в переделку. Хочу сводить тебя поужинать, стресс снять.
Не Пан опешил от такого внимания:
«Да с чего бы тебе винить себя? Я же ничего не потерял, зато ума набрался на будущее. Брат Цзе, не бери в голову, не стоит тратиться на ужин».
Снова прилетело голосовое:
— Ты ведь в Саут-Кенсингтоне, в главном кампусе IC? Я как раз в центре кручусь, тут рукой подать. Подъеду на машине, побуду твоим гидом, покажу окрестности — я тут уже три года живу, каждый угол знаю! Заодно завезу в китайские супермаркеты, чтобы знал дорогу.
Неподалеку от общежития Не Пана уже был азиатский магазин, но узнать еще парочку лишним не казалось. И всё же такой напор слегка озадачивал: они сидели за одним столом всего раз, до такой фамильярности явно не дотягивали. Неужели коренные пекинцы все настолько без церемоний?
«Правда, не стоит так утруждаться, брат Цзе!» — вновь попытался отказаться Не Пан.
«Будешь так церемониться — сочту, что не держишь меня за друга», — отрезал Цзи Цзе.
Воображение у Не Пана всегда было богатое, и в голове тут же закрутились тревожные мысли. Доводилось ему слышать о тусовках золотой молодежи за границей: бесконечные пьянки, травка, беспорядочные связи... Неужели Цзи Цзе собирается затащить его в какой-нибудь вертеп? Но ведь он парень! Хотя... постой-ка, это же Туманный Альбион — столица всех пороков и гей-культуры!