Машина остановилась у дома Не Пана. Чжай Цзин'ань крепко сжал его ладонь, не желая отпускать.
— Мы словно тайком встречаемся. Так не хочется отпускать тебя... Хочу засыпать с тобой в обнимку.
Не Пан улыбнулся, успокаивая его:
— Через пару дней поедем отдыхать, и тогда не придётся прятаться.
— Скорее бы уже этот день! — Цзин'ань с неохотой разжал пальцы. — Ладно, иди.
Не Пан выпростал руку:
— Завтра утром позавтракаем вместе. Приезжай пораньше, нам ещё на рынок зайти надо.
— Договорились, заеду за тобой.
* * *
На следующее утро, точно в условленный час, Чжай Цзин'ань подкатил к подъезду.
Не Пан сел в машину:
— Сначала на рынок. Вечером приготовлю тебе курицу в паровом горшке.
— Отлично.
На рынке Не Пан прикупил не только овощей, но и свежих грибов цзицун, чтобы нажарить для Цзин'аня цзицунового масла.
— Не рановато ли делать грибное масло? — поинтересовался Цзин'ань, наблюдая, как тот выбирает грибы.
— В самый раз. Нажарю — сможешь есть в любой момент. Да и домой в Пекин отправишь, родных угостишь. Ты ведь говорил, дедушка их обожает?
Грудь Цзин'аня обдало теплом. Не Пан заботился о его семье так естественно и мягко, что на душе становилось светло.
— И то правда, у нас их все любят, — улыбнулся он. — Спасибо за внимательность. Тогда плачу я, а ты выбирай.
Расплатившись за покупки, Не Пан повёл Цзин'аня позавтракать эрсы. Пережевав первую ложку, тот удивлённо спросил:
— Разве это не обычная рисовая лапша? Почему она называется эрсы?
— Сделана-то она из риса, — объяснил Не Пан, — только форма другая. Лапша мисянь круглая, а эрсы — плоская, как ленточки.
— Понятно. На юге и впрямь обожают рис, раз придумали столько способов его готовить.
— У нас рис — основной продукт, как для северян пшеница. На севере ведь тоже куча видов лапши и выпечки. Хочешь обычную пшеничную лапшу? Тут неподалёку есть место, могу отвести.
— Да нет, просто к слову пришлась. Мне что рис, что лапша — всё вкусно.
Покончив с завтраком, Не Пан не стал спешить домой. Вместо этого он повёл Цзин'аня прогуляться по цветочным рядам, чтобы тот почувствовал всё очарование Города Весны. У Цзин'аня разбегались глаза — его поразила не столько пестрота букетов, сколько цены: огромная охапка свежайших цветов стоила всего пять юаней.
Не задумываясь о том, хватит ли у Не Пана ваз, он подхватывал каждый приглянувшийся букет.
— Умерь пыл, — со смехом остановил его Не Пан. — Цветы-то дешёвые, да ставить их дома будет некуда.
— И то верно, — хохотнул Цзин'ань, но из рук ничего не выпустил.
В итоге оба возвращались к машине с охапками цветов.
— На эти деньги в Британии и одного цветка не купишь, — качнул головой Цзин'ань, усаживаясь в салон. — Дома всё-таки лучше. Особенно в Городе Весны. В Пекине такой роскоши за бесценок точно не найдёшь.
— Ещё бы. Доставка, аренда лавок... Пока до Пекина доедут, цена минимум раза в три подскочит.
Вернувшись в квартиру, они расставили букеты по всем имеющимся вазам, а оставшиеся стебли пришлось временно опустить в обычное ведро.
Затем Не Пан принялся за грибы: тщательно вымыл цзицуны, вручную нарвал их на кусочки и полоски и высыпал в глубокий сотейник с разогретым маслом. Туда же отправились сушёный перец, пара звёздочек бадьяна и щепотка сычуаньского перца — для остроты и аромата.
В приготовлении цзицунового масла главное — уследить за огнём. Нельзя допустить, чтобы грибы подгорели, иначе вся кастрюля пойдёт насмарку.
Минут через сорок, когда из цзицунов выкипела вся влага и они обрели золотисто-коричневый оттенок, Не Пан шумовкой быстро выловил их из кипящего масла и выложил на блюдо остывать — чтобы остаточное тепло не пережарило сухие грибные ломтики.
Пока масло топилось на медленном огне, по всей квартире плыл густой, пряный гурманский аромат. Цзин'ань то и дело принюхивался, едва не теряя голову:
— Ну и запах! Пахнет просто невероятно!
Не Пан подцепил палочками несколько румяных полосок и поднёс к его губам:
— На, попробуй. Может, до папиного уровня я и не дотянул, но всё же.
Цзин'ань подхватил угощение, с удовольствием прожевал и поднял большой палец:
— Вкуснотища! Ничуть не хуже, чем у твоего отца.
— Серьёзно? — Не Пан недоверчиво прищурился, отправляя ломтик себе в рот. Распробовал и кивнул: — Ну, допустим. Почти не уступает. Сейчас масло остынет, перельём по банкам и отправим в Пекин.
На обед Не Пан решил не возиться со сложными блюдами, а нарезал домашнюю лапшу:
— Ты уже столько дней у нас, а нормальной лапши ещё не ел. Сегодня на обед будет лапша.
Цзин'ань подозрительно оглядел его: Не Пан наверняка вспомнил их утренний разговор и решил порадовать его лично. От такой чуткости на душе стало совсем тепло.
— Дорогой, ты у меня просто прелесть.
— А вечером сделаем курицу в паровом горшке, — улыбнулся Не Пан. — И заодним поджарим рис с теми ганьбацзюнями, что мы вчера набрали.
— Отлично! Наконец-то я попробую твою фирменную курицу. Считай, полгода этого момента ждал.
— Нынче исполню твоё желание.
Заправка к лапше была простой — обжаренный мясной фарш, но стоит добавить туда ложку свежего цзицунового масла, как обычное блюдо превращалось в шедевр. Оба выгребли свои пиалы до последнего зернышка и выпили бульон без остатка.
Пообедав, Не Пан сразу засыпал рис в мультиварку, заготовив основу для вечернего блюда, после чего они вместе принялись за чистку ганьбацзюней. Из всех дикорастущих грибов эти — самые капризные. Они растут прижимаясь к самой земле, их шляпки изрезаны складками и невероятно малы, поэтому перебирать их приходится буквально по крупицам, вычищая хвоинки и соринки.
Цзин'ань с удивлением разглядывал целый набор инструментария, который юньнаньцы держали ради кулинарных изысков: щеточки, бамбуковые ножички, лопаточки.
Грибы, собранные накануне собственными руками, оказались кудрявее и грязнее тех, что они покупали на рынке — те выращивались в бережно защищённых условиях и были крупнее. Поэтому возни с ними вышло куда больше. Какое счастье, что они чистили их вдвоём, иначе у одного просто сдали бы нервы.
— Ну и терпение у вас... Ради одной ложки вкуса стоит так ковыряться! — вздохнул Цзин'ань, орудуя щеточкой.
Не Пан хмыкнул:
— И не говори. Я и сам порой поражаюсь, насколько юньнаньцы повернуты на грибах.
На чистку ушло почти пятьдесят минут. Закончив, Не Пан тщательно отжал избыток воды, высыпал грибы на сито и вынес на балкон подсушиться: ганьбацзюнь ценят за особенную хрустящую текстуру, так что чем меньше в нём влаги, тем лучше.
К тому моменту рис уже сварился. Не Пан выключил прибор и оставил кастрюлю остывать. До возвращения Не Янь из школы оставалось больше часа, так что готовить основные блюда было рановато.
— Пойдём ко мне в комнату, отдохнёшь немного? — предложил Не Пан.
— С удовольствием, — тут же отозвался Цзин'ань.
Едва они переступили порог, Цзин'ань повернул ключ в замке, задернул плотные шторы и, прижав Не Пана к себе, вовлёк его в долгий, жаркий поцелуй. Не Пан невольно обвил его шею руками, отвечая на ласку.
— Я всё утро мечтал тебя поцеловать, — прошептал Цзин'ань, тяжело дыша в его губы. — На улице совсем неудобно было.
Он осторожно повалил Не Пана на кровать.
— Мы же не мылись и одежду не меняли, — попытался протестовать тот, хотя голос прозвучал совсем не убедительно.
— Ничего, потом я сам поменяю тебе постельное бельё, — не разжимая объятий, промурлыкал Цзин'ань.
Слишком хорошо зная реакцию своего тела и улавливая, куда клонится дело, Не Пан поспешно перехватил его запястье:
— Цзин'ань, мы же у меня дома!
— А родителей всё равно нет.
— Да у нас и защиты нет! Как мы...
— Кто сказал, что нет? — Цзин'ань, словно фокусник, извлёк откуда-то из кармана коробочку и бросил её на покрывало.
Не Пан опешил:
— Ты когда успел?!
— Ты прошлый раз жаловался, что у тебя ничего нет, вот я и захватил с собой на всякий случай.
Не Пан закрыл лицо ладонями, не зная, смеяться ему или прятать глаза от смущения. Цзин'ань накрыл его губы своими, не давая больше произнести ни слова.
* * *
Когда шторм улёгся и туман в голове рассеялся, к Не Пану вернулась способность трезво мыслить. Он поймал себя на мысли, что рядом с Цзин'анем полностью теряет волю — поддаётся на любую провокацию! И ведь это происходит в родительском доме!
Он уставился на использованный презерватив в корзине:
— Забери этот мусор и выбрось на улице! Не дай бог родители увидят — нам обоим конец.
— Слушаюсь! — Цзин'ань быстро поднялся и помог им обоим привести себя в порядок. Время поджимало: Не Янь вот-вот должна была прийти из школы.
Не Пан велел распахнуть окна, чтобы выветрить комнату, а сам отправился на кухню — вымыл тушку курицы, уложил её в глиняный паровой горшок и поставил на огонь. Лишь после этого он спустился во двор встречать сестру.
Цзин'ань выскочил следом, захватив мусорный пакет. Избавившись от улик, он вернулся на кухню и взялся за промывку вчерашних разнородных лесных грибов.
Роль юньнаньского зятя обязывала его досконально овладеть искусством обращения с дикоросами. За эти дни под руководством Не Пана он научился чистить их не только быстро, но и бережно, чтобы сохранить весь богатый аромат.
Каждый гриб он аккуратно обработал щеточкой, а затем вымыл стебли водной салатной травы и корни хуттуйнии.
Кулинарные пристрастия жителей Юньнани не переставали удивлять Цзин'аня. Взять хотя бы водную салатную траву — по сути, это просто водное растение, у которого в народе есть весьма фривольное прозвище «ветреная речная дева». Его корни уходят глубоко в ил, стебли колышутся в толще воды, а маленькие белые соцветия покачиваются на самой поверхности. Цзин'ань подозревал, что давший растению такое имя человек явно обладал ироничным нравом.
Он уже пробовал эту зелень во время автопутешествия к озеру Лугуху — у неё был тонкий, ни на что не похожий свежий вкус. Говорили, будто растёт она только в идеально чистой воде. Раз её свободно продают на городских рынках, значит, научились выращивать искусственно.
Едва переступив порог, Не Янь с порога застрекотала:
— Ого! Откуда у нас столько цветов?! Вы что, на цветочный рынок ездили?
Не Пан, разуваясь, кивнул:
— Ага.
— Завтра суббота, у меня выходной! Возьмите меня с собой, куда бы вы ни собрались! — тараторила девочка, сбрасывая портфель.
— Мы хотим съездить на озеро Фусяньху, — отозвался из кухни Цзин'ань. — Переночуем там. Поедешь?
— На Фусяньху?! Конечно! Братик, можно мне с вами? — Не Янь уставилась на брата умоляющим взглядом.
— Спроси у мамы, — ответил Не Пан. — Если разрешит — поедешь.
— Вот мама придет, я её сразу спрошу! Ладно, пойду делать уроки, а то не хочется тащить тетрадки на природу. — Девчушка шмыгнула в свою комнату и оттуда раздался её восхищенный возглас: — Ой, и у меня цветы! Спасибо, братик!
Не Пан накинул фартук и тщательно вымыл руки. Цзин'ань заглянул на кухню:
— Чем ещё помочь?
Оглядев вымытые овощи и очищенный чеснок, Не Пан улыбнулся:
— Всё идеально заготовлено, остаётся только обжарить. Посмотри лучше, остыло ли грибное масло? Пора разливать его по банкам.
— Понял.
Цзин'ань достал стеклянные банки — их в доме Не Пана всегда держали с запасом как раз для таких нужд. По неопытности он немного пролил масло мимо горлышка, но под чутким руководством Не Пана быстро приспособился и запечатал весь улов.
Не Пан предупредил, что чуть позже стерилизует банки в кипятке для надёжности.
Вскоре по кухне поплыли восхитительные запахи: Не Пан быстро обжарил ломтики угря, приготовил ассорти из лесных грибов, мгновенно пассеровал стебли водной салатной травы и заправил острый салат из корней хуттуйнии. Курица в паровом горшке дошла до нужной кондиции, а на столе воцарилось главное блюдо — золотистый рис, обжаренный с ароматными ганьбацзюнями.
Когда Не Янь позвали к столу, у неё округлились глаза:
— Боже, как пахнет! Это тот самый гриб, что вы вчера нашли?
— Он самый. Марш мыть руки, — велел Не Пан.
Девочка мгновенно испарилась и вернулась уже с чистыми руками.
Не Пан и Цзин'ань сидели рядом. Для Не Янь это выглядело настолько естественно, будто так было всегда.
Цзин'ань пробовал каждое блюдо и не скупился на похвалу.
Не Янь прикрыла глаза от удовольствия и подняла большой палец:
— Брат Цзин'ань, у тебя отличный вкус! Мой брат готовит просто божественно. Мне иногда кажется, у него получается даже вкуснее, чем у папы!
— Ну-ка прекратите эту лесть, — рассмеялся Не Пан. — Где мне до отца.
— Я не льщу, я говорю то, что думаю, — отрезал Цзин'ань.
— И я! Это чистая правда! — поддержала его Не Янь.
Переглянувшись, они оба дружно расхохотались.
Ужин прошёл в атмосфере абсолютного тепла и уюта. Собирая тарелки, Цзин'ань приподнял глиняный паровой горшок и задумчиво прикинул его вес:
— Слушай, а сколько он весит? Может, прихватим один с собой в Британию? Сможем и там готовить курицу в паровом горшке.
Не Пан изумлённо воззрился на него:
— Ты серьёзно?
— Вполне, — кивнул Цзин'ань. — В нём килограмма полтора, не больше. Вещей у нас сейчас немного, место найдётся. Зато когда соскучишься по дому, сразу приготовишь родное блюдо.
— А это идея! Здорово будет поесть курицу из парового горшка прямо в Англии. Правда, там вкус всё равно будет немного другим — наваристую домашнюю птицу придётся искать разве что на оптовых рынках.
— Значит, в выходные будем ездить на оптовый рынок, — без колебаний вынес вердикт Цзин'ань.
Покончив с уборкой, молодые люди уединились в комнате Не Пана, открыли ноутбуки и погрузились в учёбу.
Хотя на каникулах Не Пан старался не забрасывать занятия, стоит им оказаться рядом, как развлечения и ласки неизменно вытесняли науки.
Спустя какое-то время в дверь постучала Не Янь. Заглянув в комнату, она увидела, что братья сидят перед экраном, и подошла ближе. Ожидая застать их за какой-нибудь игрой, она удивилась, увидев строчки странных символов, из которых лишь малая часть казалась знакомой:
— Братик, а чем это вы занимаетесь?
Не Пан повернулся к ней:
— Учимся. Что-то случилось?
— Я тут с задачей по математике застряла. Хотела спросить... Вы что, математику на английском читаете?
— Это научная статья, — ответил Не Пан и протянул руку: — Давай сюда свою задачу, посмотрю.
Девочка подала тетрадь. Задание числилось среди повышенной сложности в конце варианта — немного закрученное, но Не Пан мгновенно раскусил суть:
— Садись, сейчас объясню.
Цзин'ань молча наблюдал за ними со стороны. Когда Не Янь, всё поняв, забрала тетрадь, он поинтересовался:
— Как у неё вообще с математикой?
— Гуманитарные предметы идут отлично, а вот с точными науками беда, — вздохнул Не Пан. — Из ста двадцати баллов едва наскребает восемьдесят-девяносто. Стоит условию чуть отклониться от шаблона — всё, ступор.
— Мало практики, — подытожил Цзин'ань. — Нужно давать ей целевые задачи, набивать руку и развивать математическое мышление. Постепенно подтянется.
— Может, сам за неё возьмёшься? — с подвохом спросил Не Пан.
— А почему бы и нет? Возьмусь! Достань мне её учебник, я посмотрю программу и подберу нужные упражнения.
Не Пан не удержался от улыбки. Цзин'ань и впрямь относился к его сестрёнке как к родной.
В соседней комнате Не Янь ещё не подозревала, что её летние каникулы только что стали чуточку менее свободными.
* * *
Не дожидаясь возвращения родителей Не Пана, Цзин'ань уехал к себе в отель.
Когда Не Пан был дома, за младшей сестрой было кому присмотреть, поэтому родители обычно задерживались в ресторане до самого закрытия.
Не Янь обычно укладывалась спать до десяти, но сегодня честно дождалась взрослых, чтобы отпроситься на озеро.
Отец и мать, выслушав её просьбу, повернулись к старшему сыну:
— Бери сестру, только смотрите там аккуратнее. На лодке покататься можно, но плавать — ни-ни! Озеро Фусяньху глубокое и опасное.
— Знаю, папа. Да там сейчас и не разрешают купаться.
— Вот и ладно, — успокоился отец. — Держитесь вместе. Я тебе денег переведу. — Он достал телефон и отправил Не Пану пять тысяч юаней через WeChat.
— Пап, у меня есть деньги! — воспротивился тот.
— Бери, пригодится. В поездках не экономь на комфорте, да и на друга все расходы не вешай, некрасиво.
— Хорошо, спасибо, папа!
Наутро Не Янь вскочила ни свет ни заря и упаковала два самых красивых платья, намереваясь устроить фотосессию на берегу озера.
Не Пан, собиравший свой рюкзак, покосился на её приготовления:
— Учебники не забудь. У тебя экзамены на носу, на выходных надо будет повторить материал.
Девочка показала язык — во вторник действительно начиналась сессия. Впрочем, она послушно уложила в сумку пособия, выданные Цзин'анем:
— Всё взяла! Не волнуйся, я сдам всё на отлично!
— Смотри, я запомнил твои слова, — Не Пан шутливо щелкнул её по лбу. — Пошли.
Цзин'ань уже ждал их во дворе на арендованной машине. Завтракать решили по пути. На этот раз выбор пал на шаоэркуай — печеные рисовые коржи с начинкой из яиц, хрустящих жареных палочек юйтяо и пикантного соуса. Напоминало китайский блинчик цзяньбин, только роль теста выполняла мягкая, тягучая рисовая основа.
Разнообразие юньнаньских завтраков казалось Цзин'аню бесконечным — за все эти дни он ни разу не ел одного и того же.
После завтрака за руль сел Не Пан — ему требовалось подтянуть навыки вождения. Впереди их ждало масштабное путешествие по Синьцзяну на арендованной машине, и делить долгую дорогу им предстояло пополам.
Не Янь, вырвавшись на свободу, напоминала выпорхнувшую из клетки птичку. Она уселась на заднем сиденье и всю дорогу без умолку засыпала спутников вопросами, так что скучать в пути никому не пришлось.