Чжай Цзин'ань удивлённо покосился в сторону кухни. До чего же бесхитростный парень — хотя в наши дни от излишней простоты и безотказности одни убытки.
Он зачерпнул томатно-яичного супа, плеснул в лапшу, перемешал, щедро добавил ложку грибного соуса с говядиной и отправил в рот внушительную порцию. Свежесть, пряность и насыщенный мясной аромат разом ударили по рецепторам, открывая совершенно новые грани вкуса.
Блюдо вышло потрясающим. Цзин'ань вспомнил, как в гостиной наперебой расхваливали кулинарный талант новичка — ни капли не преувеличивали. А эти обормоты умяли десять блюд! Запрягли человека, едва ступившего на английскую землю, и ведь никакой совести, хоть бы кармы побоялись!
При этом он напрочь забыл, что сам только что пополнил ряды этих самых эксплуататоров.
— Ну как? Вкусно? — поинтересовалась Дуань Сыи.
Цзин'ань, не отрываясь от тарелки, лишь молча показал большой палец.
Как раз в этот момент из кухни вышел Не Пан с пиалой свежеобжаренного масла с грибами цзицун. Заметив одобрительный жест, парень смущённо улыбнулся и поставил пиалу перед девушкой:
— Сюэцзе, масло готово. Остальное пусть остынет, потом перельёшь в банку.
У Дуань Сыи загорелись глаза:
— Спасибо, Сяо Пан! Ты просто сокровище!
— Приятного аппетита.
От её нарочито тонкого, сюсюкающего голоса у Не Пана даже мурашки по коже побежали, так что он поспешил ретироваться обратно.
Чжай Цзин'ань окинул взглядом парня в фартуке — от того веяло каким-то необъяснимым уютом, словно от заботливой хозяйки. В следующую секунду до него донёсся дивный аромат, и он уставился на пиалу перед спутницей:
— А это что?
Почему порция досталась только ей?
— Это наше юньнаньское фирменное, — самодовольно улыбнулась Дуань Сыи. — Масло с грибами цзицун. Из Китая привезли, я специально попросила отца Сяо Пана приготовить. Вкус — просто отвал башки! Ничего вкуснее на белом свете нет!
Цзин'ань, не сводя глаз с благоухающей пиалы, вскинул бровь:
— Не верю. Дай попробовать, тогда решу.
Редко когда удавалось застать этого неприступного красавца в столь ребяческом настроении. Дуань Сыи отложила себе половину, а остаток придвинула ему:
— Забирай. Но на остальное даже не заглядывайся, больше никому ни крошки не отдам!
Цзин'ань подцепил палочками немного грибов, распробовал — и вкус действительно поразил воображение. Неудивительно, что Сыи так жадничала.
Опрокинув оставшееся масло в лапшу, он с удовольствием принялся за еду. На душе разлилось блаженство, смешанное, впрочем, с лёгкой досадой: съесть столько деликатесов в один присест — непозволительная роскошь. Завтра ведь опять придётся давиться сухим хлебом. Вот бы растянуть это удовольствие хотя бы на день!
Тем временем Не Пан перелил оставшееся масло с грибами цзицун в глубокую миску остывать и начисто вымыл вок. Посуду трогать не стал — для этого есть посудомоечная машина, достаточно просто загрузить.
Сполоснув руки и повесив фартук на крючок, он собрался было выйти, как в кухню с пустой тарелкой вошёл Чжай Цзин'ань. Справился он с поразительной скоростью.
— Не наелся? — поинтересовался Не Пан.
Цзин'ань тихонько сдержал подступивший сытый вздох:
— Наелся, спасибо. Лапша просто замечательная. И грибной соус с говядиной, и масло с грибами цзицун — выше всяких похвал. Томатно-яичная заправка тоже отличная, а сама лапша приятно упругая.
Услышав столь подробную похвалу каждому ингредиенту, Не Пан просиял, хотя и стушевался:
— Главное, что понравилось.
Цзин'ань составил приборы в посудомойку и, заметив идеально чистую плиту, нахмурился:
— Тебе не следовало это мыть. Оставил бы мне.
— Да пустяки, дело привычное.
— В корне неверный подход, — не согласился Цзин'ань. — Тот, кто готовил, не должен ещё и убирать. Такое распределение обязанностей только отбивает всякое желание подходить к плите.
Не Пан невольно улыбнулся: редко кто рассуждает настолько здраво.
Заметив его молчание, Цзин'ань добавил:
— В следующий раз, если будешь кому-то готовить, просто бросай посуду и уходи.
— А... хорошо, — растерянно кивнул Не Пан.
Видя его озадаченное лицо, Цзин'ань едва заметно скривил губы. Решил, называется, проявить участие и образумить человека, а в ответ — ни бе ни ме. Только зря распинался.
Когда они вышли в гостиную, компания всё ещё не разошлась. Не Пана усадили на диван. Внимательная Дань Вэнь тут же спросила:
— Сяо-ди, ты где остановился? В студенческой резиденции или квартиру снял?
— В общежитии за пределами кампуса.
— Тебя сегодня ещё заселят? Договаривался заранее, где ключи забирать?
— Да, списывался по почте, — кивнул Не Пан. — Сказали подойти в администрацию резиденции.
Всеми этими тонкостями с ним ещё в переписке поделилась Дуань Сыи.
— Ну и отлично. А-Юй, ты тогда отвезёшь его, ладно? — повернулась Дань Вэнь к Мин Тяньюю.
— Без проблем, всё сделаю, — тот показал жест «окей».
Цзи Цзе окинул Не Пана оценивающим взглядом:
— Сяо Панпан, а может, у меня заночуешь? Время-то позднее. Пока доберёшься, пока разложишься — дай бог к утру уснёшь. А у меня гостевая комната свободна, ложись да спи. Завтра днём я сам тебя в резиденцию отвезу.
Цзин'ань, подошедший из кухни, застал как раз этот разговор. Он посмотрел на Не Пана: парень явно чувствовал себя не в своей тарелке и не знал, куда девать руки.
Остальные покатились со смеху:
— Брат Цзе, да твои счёты так трещат, что костяшки прямо в лоб летят! Знаем мы тебя: хочешь оставить Сяо Панпана, чтобы он тебе утром завтрак сообразил. А после завтрака зачем спешить? Можно и пообедать! А к вечеру опять к себе затащишь — ужин варить!
— Да что вы такое говорите! — со смехом отбивался Цзи Цзе. — Я же исключительно из заботы! На часах десятый час, доберётся к полуночи — он вообще спать сегодня планирует?
Не Пан промолчал. Ему, конечно, хотелось к себе: они едва познакомились за одним ужином, оставаться ночевать у чужого человека было неловко. Но он полагался на решение Дуань Сыи — всё-таки это была её компания.
Дуань Сыи ела медленнее Цзин'аня, и к тому моменту, как она закончила, в гостиной уже стоял невообразимый гомон. За исключением её самой и Не Пана, все здесь были коренными пекинцами — сыпали шутками и прибаутками, словно на эстрадном шоу, слушать их было сплошным удовольствием.
Уяснив обстановку и поняв настрой Не Пана, Сыи быстро набрала кому-то сообщение и шепнула ему на ухо:
— Поедем на машине Чжай Цзин'аня. Он как раз возвращается в Кембридж, подбросит нас по пути до твоей резиденции.
Не Пан удивлённо взглянул на Цзин'аня. Тот откинулся на спинку дивана, вытянув длинные, едва умещавшиеся в комнате ноги, и листал телефон, не обращая на них внимания.
— Хорошо, спасибо вам огромное, — тихо ответил Не Пан.
Они ведь только-только приехали из Кембриджа — и сразу назад? Выходит, Цзин'ань приехал в Лондон исключительно ради того, чтобы привезти Дуань Сыи?
Сыи поднялась:
— Пойду проверю масло. Если остыло, перелью в банку и сразу тронемся.
— Договорились.
Цзи Цзе выразительно вскинул подбородок:
— Ну так что, Сяо Панпан? Оставайся. Завтра как раз покажу окрестности твоего кампуса, заодно схожу с тобой на регистрацию.
Не Пан неловко улыбнулся:
— Спасибо, брат Цзе, но сюэцзе сказала, что сейчас отвезёт меня в резиденцию.
— О-о-о, накрылся твой коварный план медным тазом! — заржали парни.
Цзи Цзе ничуть не смутился, лишь шутливо потёр лицо:
— Эх, не дорос я ещё авторитетом, не удержал гостя!
Вскоре вернулась Дуань Сыи с наполненной банкой — подготовилась она на славу, стеклянную тару привезла с собой.
— Ну всё, вещи собраны, поехали, — сказала она Не Пану, после чего повернулась к компании: — Ребята, всем спасибо за тёплый приём! Я провожу Сяо Пана, а с вами ещё увидимся. Тяньюй, мы с Цзин'анем поедем, так что тебя не утруждаем.
Мин Тяньюй поднялся:
— Лады. Брат Пан, мы все тут, в Лондоне, так что возникнут вопросы — сразу пиши.
— Спасибо большое! — поблагодарил Не Пан.
— Цзи Цзе, ты же собирался помочь мелкому освоиться и карту банковскую открыть? — напомнила Дань Вэнь.
Цзи Цзе потянулся:
— Без проблем. Сяо Панпан, черкни мне завтра во второй половине дня, сгоняем в банк.
Дань Вэнь закатила глаза:
— Тьфу на тебя! Сразу видно, лишь бы отвязаться. Какая карта после обеда? Ты здешнюю неторопливость не знаешь, что ли? Сяо Пан, не слушай его, иди с утра. По будням они открываются в девять, некоторые в полдесятого. Если прийти заранее, народу меньше, не придётся полдня в очереди торчать.
Не Пан кивнул:
— Спасибо, сестрица Вэньвэнь. Только мне завтра сначала нужно в университет на регистрацию, до банка могу не успеть. Да и не стоит беспокоиться, брат Цзе, я сам справлюсь.
— Кто это тут неискренний?! — возмутился Цзи Цзе. — Тогда послезавтра утром! Я лично с тобой пойду, Сяо Панпан.
Не Пан с улыбкой ответил:
— Договорились, спасибо, брат Цзе!
К этому моменту Чжай Цзин'ань уже вышел на улицу. Дуань Сыи и Мин Тяньюй направились к выходу, и Не Пан, накинув рюкзак, торопливо распрощался:
— Всем пока!
Стоило двери за ними закрыться, как в гостиной раздался тоскливый вздох:
— Брат Цзе, а сестрица Фан вообще вернётся? Если нет, придётся снова по кафешкам побираться. От лондонских китайских ресторанов уже тошнит.
— Да кто ж знает... Говорят, у её мужа инсульт случился, а дома ещё дочка-старшеклассница. Вряд ли приедет. Придётся маму просить, чтобы нашла другую экономку, которая готовить умеет, — вздохнул Цзи Цзе, глядя в потолок.
Прежняя помощница по хозяйству, сестрица Фан, прилетала в Британию нянчить внука и заодно подрабатывала у него.
— По мне, так надо по выходным звать Не Пана на посиделки, — подал голос пухлый Ян Чжэньсюань, всё ещё смакуя воспоминания об ужине. По части еды он был признанным знатоком, а уж тушёную свинину хуншао любил больше всего на свете. — Готовит он бесподобно. Я шесть кусков свинины умял — и хоть бы грамм тяжести! Да он даст фору половине пекинских закрытых ресторанов.
— А по мне, так острее и вкуснее всего получилась картофельная соломка с уксусом. Даже вкуснее, чем у моей бабушки, — вернулся с улицы Мин Тяньюй, открывавший багажник «гелендвагена». С его стороны это было наивысшей похвалой.
— Значит, будем чаще приглашать его в гости, — подытожила Дань Вэнь. — Человек у плиты стоит, так что за продукты с него ни копейки не брать.
— Само собой! На еду уж как-нибудь наскребём.
Выйдя во двор, Не Пан заметил ещё одну машину — скромный «фольксваген-пассат», явно выбивавшийся из ряда стоявших рядом «гелендвагенов», «феррари» и «порше».
Цзин'ань распахнул багажник «пассата»:
— Перегружай сюда.
Не Пан подошёл к открытому багажнику внедорожника и выкатил свои чемоданы. Они были тяжёлыми, но спускать их на землю оказалось куда проще, чем поднимать. Багажник «фольксвагена» находился невысоко, и парень рассчитывал справиться сам.
Подкатив оба чемодана к машине, он взялся за ручку, но стоявший рядом Цзин'ань молча перехватил первый и легко забросил внутрь.
Не Пан потянулся ко второму, самому увесистому, но Цзин'ань уже протянул руку:
— Давай я.
Их пальцы на мгновение соприкоснулись — словно проскочил электрический разряд. Не Пан машинально отдёрнул руку и потер онемевшую кожу большим пальцем.
«Неужели в Лондоне настолько сухой воздух? Откуда столько статики?»
Цзин'ань захлопнул багажник и коротко бросил:
— Садись.
Опомнившись, Не Пан поспешил открыть заднюю дверь. Дуань Сыи уже сидела внутри. Парень бросил взгляд на смарт-часы: стрелки показывали четверть одиннадцатого.
Цзин'ань сел за руль, пристегнулся и глянул в зеркало заднего вида:
— Ремень. Адрес.
Смутившись, Не Пан щёлкнул замком ремня безопасности и назвал общежитие:
— Студенческий комплекс Вудворд-Билдингс.
Цзин'ань вбил название в навигатор и завёл мотор.
— Твои пары ведь в Кампусе Южный Кенсингтон? — уточнила Дуань Сыи.
— Да.
— Я смотрела карту: далековато от кампуса. Дорога займёт больше получаса на метро или автобусе. Если начнутся забастовки, намучаешься, — поделилась она знанием британских реалий.
— А здесь часто бастуют? — поинтересовался Не Пан.
— Как повезёт. Недавно вот подземка стояла четыре дня подряд. Если улыбнётся удача, за всю учёбу ни разу не попадёшь, а если нет — хлебнёшь сполна. Впрочем, о забастовках обычно предупреждают заранее.
— Тогда ничего страшного, пару дней можно потерпеть, — оптимистично заметил парень.
— Помнится, у вашего института есть общежития прямо в пешей доступности, — продолжила Сыи. — Моя вина, надо было напомнить тебе подать заявку пораньше.
Не Пан отмахнулся:
— Ты тут ни при чём. Когда пришло письмо, мы с семьёй были в поездке, вот я и протянул время. Говорят, этот комплекс совсем новый, с хорошими условиями и ремонтом. Поживу пока там.
— Ну и ладно, освоишься, а на следующий год подашь заявку пораньше поближе к кампусу. Пусть дороже, зато на проезде сэкономишь, да и времени на дорогу тратить не придётся.
— Угу. Мне право неловко, что так вас напряг: в такой час везти меня через весь город... Вы же в Кембридж только под утро вернётесь, — виновато произнёс Не Пан, поглядывая на молчаливого водителя.
Дуань Сыи весело посмотрела на Цзин'аня:
— За меня не переживай, это Цзин'аню досталось. В следующий раз отдашь ему долг ужином.
— С радостью! — горячо пообещал Не Пан. — Как только обустроюсь, обязательно позову вас в гости на обед.
Он всё ещё сомневался, как обращаться к водителю: назвать просто по имени казалось фамильярным, звать «братом Анем» — слишком интимно для шапочного знакомства, а «брат Чжай» звучало как-то несуразно.
Цзин'ань молча слушал их щебетание. Обильная порция углеводов дала о себе знать: уровень сахара в крови подскочил, и его неумолимо потянуло в сон. Чтобы взбодриться, он включил магнитолу. Из динамиков полилась мягкая, неторопливая мелодия.
Не Пан воодушевился.
«К югу от города».
Надо же, он тоже слушает Чжэн Сина! Кто бы мог подумать, что столь редкого исполнителя он встретит в чужом плейлисте прямо посреди Лондона.