Вечерний ветер дышал прохладой, но ни тот, ни другой этого не замечали. Они шли плечом к плечу, время от времени случайно задевая друг друга, и никто не спешил увеличить дистанцию.
Вдруг из темноты выскочили две крысы. Завидев прохожих, они даже не вздрогнули, а неспешно перебежали дорогу и скрылись на противоположной стороне.
Оба синхронно замерли, переглянулись и одновременно прыснули.
— Неужели в Кембридже тоже полно крыс? — удивился Не Пан. — В Лондоне их просто тьма-тьмущая, даже днём по улицам разгуливают.
— Тут их не меньше! — усмехнулся Чжай Цзин'ань. — Я, когда только приехал, по незнанию оставил еду на столе, так эти бестии её мгновенно обглодали. Пришлось жаловаться хозяину квартиры. Он одолжил у соседей кота, тот пару дней у меня пожил и переловил всех до единой.
— Британские коты умеют ловить крыс? — Не Пан попытался представить, как плюшевый британский толстяк или золотистая шиншилла охотится на грызунов, и не смог.
— У местных породистых боевой дух на нуле. У хозяина как раз серебристая шиншилла — толку от неё никакого. Зато у соседей жил наш родной полосатый беспородный кот. Вот у кого охотничий инстинкт в крови! Если уж ловить крыс, то только с нашими полосатиками.
— Наши беспородные — это сила, — рассмеялся Не Пан. — Я тоже подобрал дворового котёнка у нас во дворе. Совсем кроха был, видать, от матери отбился, даже есть толком не умел. Выхаживал его козьим молоком из пипетки.
— Тот, что у тебя на аватарке? — поинтересовался Чжай Цзин'ань.
— Ага! Характер у него — заглядение, тискать можно сколько душе угодно. А крысолов — просто заглядение! Отец его регулярно брать к себе в магазин «на дежурство» отправляет. Ловит всех подряд, какого бы размера грызун ни был. — Стоило Не Пану заговорить о своём питомце, как его было не остановить, а в голосе прорезалась искренняя гордость.
— Какой умница! — похвалил Чжай Цзин'ань. — А зовут как?
— Мими. На другие клички он вообще не откликается, только на «Мими» ушами стрижёт. Так и прилипло.
— Сколько ему?
— Чуть больше двух лет.
— Совсем молодой, а уже такой охотник! Кот или кошка?
— Кот. Но ужасно ласковый, домашний, на улицу его силой не выманишь.
Чжай Цзин'ань покосился на Не Пана. «Прямо как хозяин», — мельком подумал он и проговорил:
— А у меня пёс, Дахуан. Обычный китайский беспородный, рыжий с белой мордочкой, красавец невероятный. На аватарке в Вичате как раз он.
Не Пан фыркнул:
— Смотрю, с оригинальностью кличек у тебя тоже порядок.
— Кличку дедушка давал. Я-то хотел назвать как-то грозно, солидно, а дед посмотрел и сказал, что пёс один в один как тот Дахуан, который был у него в молодости. Так и повелось.
— Вот оно что! Значит, Дахуан и Мими — самая настоящая народная классика. И сколько Дахуану?
— Пять лет. Пока меня нет дома, он — единственная компания для дедушки.
— Как здоровье дедушки?
— Отлично, бодр и полон сил. Каждый день занимается тайцзи, а потом ведёт Дахуана на прогулку — в любую погоду. В Пекине зимой ветер ледяной, шкуру сдирает, так что я за деда вечно переживаю. Просил домашних выгуливать собаку вместо него, так он ни в какую! — Чжай Цзин'ань с невольной теплотой и беспомощностью улыбнулся.
— Благодаря постоянным прогулкам и тренировкам дедушка и держится так крепко.
— Это правда. К тому же Дахуан у нас умный, всё понимает. Со мной он носится как оглашенный, а с дедом шагает степенно, не спеша. Только поэтому я и спокоен. Любая другая собака рвала бы повод и сбила пожилого человека с ног.
— Я тоже собак люблю. Сестрёнка всё уши прожала — хотела щенка. Но за собакой ведь нужен постоянный уход, выгул, а у меня дома все вечно в делах. Я тогда учился в школе-интернате, сестра совсем маленькая была — выгуливать некому, вот и решили не заводить. С кошкой куда проще: покормил, лоток почистил — и свободен. Я искренне восхищаюсь людьми, которые держат собак в городе.
— Что верно, то верно. Хочешь не хочешь, а хоть ножи с неба капай, выходить надо. А сколько твоей сестре?
— Пошла в первый класс средней школы. Хитрая, сообразительная девчонка, а уж подлизываться умеет мастерски, — вспомнив о сестре, Не Пан невольно расплылся в улыбке.
Чжай Цзин'ань уловил в его голосе безусловную нежность:
— Иметь такого старшего брата — настоящее счастье для неё.
— У неё просто язык подвешен идеально: ласковым словом так обработает, что сам не заметишь, как побежишь выполнять любые её капризы.
«Неудивительно, что у него такой ровный, выдержанный характер, — подумал Чжай Цзин'ань. — Видимо, закалился, пока воспитывал сестру».
За неторопливым разговором они и не заметили, как перед ними выросли огни железнодорожного вокзала.
Не Пан закинул голову, разглядывая фасад. «Уже пришли? — удивлённо подумал он. — А дом Чжай Цзин'аня, оказывается, совсем рядом с вокзалом».
Чжай Цзин'ань и сам поразился тому, как стремительно пролетело время. Сверившись с часами, он увидел, что нет ещё и семи.
— Заходи, бери билет на ближайший поезд. Позже возвращаться небезопасно. Как выйдешь из метро в Лондоне, иди строго по главной улице, не сворачивай в переулки.
— Хорошо, — кивнул Не Пан. — Брат Ань, я пошёл. Ты тоже возвращайся домой, на улице холодновато, да и темно уже.
Чжай Цзин'ань снял с плеча рюкзак Не Пана и протянул его хозяину:
— Договорились. Как сядешь в вагон, сразу напиши. И следи за вещами, карманников хватать за руку некому.
— Я понял. До встречи, брат Ань! — Не Пан помахал ему рукой и пошёл к дверям, но на полушаге не удержался и оглянулся.
Чжай Цзин'ань всё так же стоял у входа, не опуская руки. Лишь когда Не Пан прошёл турникет и его фигура растворилась в толпе, он развернулся и шагнул в прохладную темноту ночи.
* * *
Не Пан ещё некоторое время смотрел ему вслед сквозь стеклянные двери, а когда силуэт Чжай Цзин'аня окончательно скрылся из виду, подошёл к табло. Ближайший поезд на Лондон отходил через четверть часа. В столице он окажется около девяти, а до своей комнаты в общежитии доберётся ближе к одиннадцати.
Стоя в зале ожидания перед выходом на платформу, Не Пан мысленно прокручивал события прошедших двух дней. Всё казалось каким-то неосязаемым сном. Время пронеслось вспышкой — вроде бы ничего особенного не делали, а с другой стороны, успели так много.
Проводив гостя, Чжай Цзин'ань пошёл обратно в одиночестве. Неожиданно вокруг стало сыро и неуютно, пронизывающий ветер дул, казалось, со всех сторон одновременно. Совсем не то ощущение, что было по дороге на вокзал. Сделав глубокий вдох, он перешёл на лёгкий бег и без остановок добрался до своего дома.
Свет в прихожей горел. На столе всё ещё лежали не убранные в морозилку пельмени, а в раковине дожидалась своего часа немытая посуда. Всё осталось точно в том виде, в каком они это бросили перед выходом. Но квартира выглядела пустой и осиротевшей. Не Пан пробыл здесь всего пару дней, однако с его отъездом уют и оживление испарились без остатка.
Чжай Цзин'ань любил уединение. Как математику, ему порой требовалось сидеть в абсолютной темноте, обдумывая сложнейшие формулы и задачи — в такие минуты сознание словно совершало полет вне тела. Именно поэтому он снимал жильё один, избегая шумных соседей.
Однако сегодня в нём впервые зародилась мысль, что присутствие другого человека может быть приятным. Особенно если этот человек тоже занимается математикой и способен без лишних слов понять самые странные порывы и мысли.
Достав телефон, Чжай Цзин'ань открыл Вичат, отыскал в списке аватарку Не Пана и быстро набрал:
«Я дома. Во сколько у тебя поезд?»
Ответ пришёл почти мгновенно:
«Только что сел в вагон. Отправление буквально через пару минут. В Лондоне буду около половины девятого, ночные составы плетутся медленнее».
«В вагоне много людей?»
«Мало».
«Следи за сумкой. Как приедешь домой — напиши. И да, когда разберёшь фотографии, скинь мне часть».
«Хорошо! Я отлично провёл время, спасибо тебе, брат Ань».
«Это мне следует тебя благодарить — ты столько всего наготовил! Будет свободное время — приезжай ещё».
«Обязательно».
Не Пан не ожидал, что Чжай Цзин'ань сам пригласит его снова. Значит, в следующий раз не придётся изворачиваться и придумывать предлоги для поездки в Кембридж. Кулинарные навыки оказались весьма полезным козырем.
* * *
Не Пан и раньше возвращался поздно, но впервые — в полном одиночестве. Прежде его всегда подвозили на машине. На душе было немного неспокойно, но, к счастью, железнодорожный вокзал и метро в Лондоне связаны в единую систему, так что выходить на улицу для пересадки не потребовалось.
С наступлением ночи в подземке прибавилось бездомных: днём они попрошайничали на улицах, а во тьме спускались в метро, спасаясь от сырости и ветра. Некоторые спали прямо на полу в переходах. Не Пан старался не смотреть по сторонам и прибавил шаг.
Пусть он и был парнем — а значит, рисковал меньше, чем девчонки, — одинокие иностранцы в Лондоне всегда оставались лакомой добычей для уличных грабителей. Не Пан убрал фотоаппарат в рюкзак, перевесил его на грудь и пошёл быстрее.
Только поднявшись со станции метро возле своего студенческого комплекса Вудворд-Билдингс, он перевёл дух. За время пути на него не раз бросали хищные взгляды. Хрупкий с виду азиатский юноша с набитым рюкзаком за плечами казался уличной шпане лёгкой мишенью. Но Не Пан шагал стремительно, держал дистанцию и выглядел предельно собранным, так что никто не решился напасть открыто.
До дверей общежития оставалось всего пара минут ходьбы. Эта дорога была изучена до мелочей, и, оказавшись на знакомой улице, Не Пан невольно расслабился.
И едва за это не поплатился. Из соображений безопасности он выбрал освещённую главную улицу, однако пара фонарей на ней, как назло, перегорела, погрузив часть тротуара во тьму.
Заметив слепой участок, Не Пан сразу перешёл на бег. Но тут из тени прямо под ноги ему выскочил высокий темнокожий парень. Расстояние было слишком малым — Не Пан не успел затормозить и на полном ходу врезался в незнакомца.
В момент столкновения лямка рюкзака соскользнула с плеча — нападавший мгновенно вцепился в неё, пытаясь вырвать сумку. А ведь там лежали ноутбук, дорогой зеркальный фотоаппарат и, главное, все снимки с Чжай Цзин'анем, которые он ещё не успел перенести на диск!
Не Пан мёртвой хваткой вцепился в рюкзак правой рукой, а левой со всей силы ткнул пальцами грабителю в глаза, одновременно резко выбросив колено вверх — прямо в пах. Этот подлый приём самообороны ему показал Чжай Цзин'ань. Тот строго-настрого запрещал отрабатывать его на себе, но подчёркивал: против настоящих врагов хороши любые средства.
Приём сработал безупречно. Инстинктивно отдёрнув голову от выпада в глаза, грабитель тут же получил сокрушительный удар в пах. Застонав от дикой боли, он согнулся пополам, и его пальцы выпустили ремень. Не Пан вырвал рюкзак, наотмашь влепил грабителю пинок для верности и рванул прочь.
Выдав максимум в стометровом спринте, он летел во весь опор и затормозил только у самых дверей студенческого комплекса.
Приложив электронный ключ и проскочив внутрь, Не Пан привалился к стене, тяжело и судорожно хватая ртом воздух. Сердце готово было выпрыгнуть из груди. Слава богу, Чжай Цзин'ань научил его драться, иначе сегодняшняя прогулка обошлась бы слишком дорого.
Ему потребовалось добрых три минуты, чтобы хоть немного восстановить дыхание и сбить бешено колотящийся пульс. Охранник у входа, заметив его состояние, обеспокоенно спросил:
— Парнишка, ты в порядке? Что-то случилось?
— Всё в норме, спасибо, — махнул рукой Не Пан.
Полиция в Лондоне на уличный грабёж только руками всплеснёт, что уж говорить о дежурном охраннике общежития? Тот лишь привычно сочувственно кивнёт да бросит парочку банальных фраз.
* * *
Вернувшись в свою комнату, Не Пан рухнул в кресло. Едва переведя дух, он сразу набрал сообщение:
«Брат Ань, я дома! Боже, ты мой спаситель! Если бы не твои уроки самообороны, меня бы сегодня обчистили до нитки».
Экран мгновенно вспыхнул входящим видеовызовом. Не Пан нажал на кнопку ответа — на экране появилось лицо Чжай Цзин'аня, чьи бровки сурово сошлись у переносицы:
— На тебя напали? Ты цел?
Не Пан направил камеру на себя, демонстрируя фигуру со всех сторон:
— Жив, цел, ни единой царапины!
Увидев, что парень паясничает, Чжай Цзин'ань немного отмяк, но настойчиво повторил:
— Точно всё в порядке? Рассказывай подробно, что произошло.
Не Пан без тайн выложил всю историю:
— У меня в голове тогда всё помутилось от неожиданности, и я чисто на инстинктах влупил ему твою самую подлую связку — тычок в глаза и удар в пах. Сработало на ура! Хи-хи.
Глядя на его беспечную ухмылку, Чжай Цзин'ань не выказал и тени веселья — его всё ещё дрожью обдавало от мысли о том, чем всё могло закончиться:
— Сработало — и слава богу. Тебе просто повезло, что у того подонка не оказалось ножа, иначе всё могло быть куда хуже. Я должен был сам отвезти тебя на машине. Проявил непростительную халатность.
— Да ты что, при чём тут ты! — замахал руками Не Пан. — Это просто случайность. Я же не кисейная барышня, за себя постоять могу!
— Уличным грабителям плевать на твой пол, — строго отрезал Чжай Цзин'ань. — Запомни: в одиночку по вечерам больше ни шагу на улицу. В Лондоне сейчас слишком опасно, а перед Рождеством шпана вообще теряет всякие берега.
— Хотят подзаработать себе на подарки?
— Именно. Повторяю: по вечерам сиди дома. А если уж позарез нужно выйти, бери с собой того парня из Малайзии или британца. Если Цзи Цзе и компания зовут прогуляться — пусть забирают тебя на машине и довозят прямо до дверей.
— Понял я, понял. Я и так по ночам обычно никуда не хожу.
— Сегодня моя вина. Раз уж уговорил тебя остаться на ужин, то обязан был довезти до дома. Счастье, что всё обошлось... Не случись этого, я бы себе никогда не простил. — На лице Чжай Цзин'аня читалась искренняя, глубокая вина.
Не Пан почувствовал, что старший братишка перегибает с самоедством, и поспешил его остановить:
— Брат Ань, перестань! Ты вообще ни в чём не виноват. Я взрослый человек. Поехать в Кембридж было моим решением, остаться на ужин — тоже. О паршивой британской преступности я знал заранее, и раз уж приехал сюда учиться, то понимал все риски. Наоборот, я должен сказать тебе огромное спасибо! Не покажи ты мне те приёмы, я бы сегодня остался без вещей. Пожалуйста, не бери на себя чужую вину. Это всё равно что если бы я винил себя за тот случай у музея — ведь это я предложил туда пойти!
Чжай Цзин'ань прислушался к его доводам и заметно остыл:
— Ты прав. Я зациклился.
— На самом деле, вместо страха я сейчас чувствую гордость и даже какой-то азарт, — продолжал Не Пан. — Я смог применить знания и защитить себя! Так что и ты должен гордиться — я ведь твой ученик! Ты сам, когда выходишь на улицу, наверняка ничего не боишься, потому что умеешь за себя постоять. Вот и я теперь не беспомощный ягнёнок! Понятно, мне до твоего уровня ещё расти и расти, но база есть. Буду тренироваться дальше, чтобы отскакивало от зубов!
Чжай Цзин'ань кивнул:
— Я горжусь тобой.
Он окончательно пришёл в себя и понял причину своей вспышки — сильное беспокойство затуманило разум.
Заметив, что Чжай Цзин'ань снова спокоен, Не Пан перевёл тему:
— Пельмени заморозил? Поужинать успел?
— Почти все, осталось две порции. Ещё не ел — жду, пока дойдут в морозилке.
— А чем занимался всё это время?
— Ждал и читал статью по математике.
— Вот уж точно гений — ни минуты без науки! На фоне тебя я чувствую себя полнейшим лентяем. Пойду тоже за книги сяду.
— Разве ты не устал?
От этих слов Не Пан тут же сладко зевнул:
— Есть немного... Ладно, сбегаю в душ, а там видно будет. Если силы останутся — поучусь, если нет — завалюсь спать.
— Иди. Отдохни как следует.
Не Пан смахнул выступившую от зевоты слезу:
— Доброй ночи, брат Ань!
— Доброй ночи!
Низкий, бархатистый голос Чжай Цзин'аня отозвался в душе Не Пана приятной трепещущей дрожью. В голову внезапно пришла безумная мысль: «Интересно, если я попрошу его записать для меня аудио с пожеланиями доброго утра и спокойной ночи, он посчитает меня сумасшедшим?»
Помахав рукой в камеру, Не Пан с неохотой завершил звонок. Красив, умён до нереальности, обладает невероятным голосом да ещё и драться умеет профессионально — ну что за идеальный мужчина! Кому же достанется такое сокровище? Тот, кто станет его парнем, будет просыпаться с улыбкой каждый день.
Рухнуть на кровать хотелось безумно, но ложиться немытым Не Пан себе не позволял, поэтому с трудом заставил себя дойти до душевой. Едва он встал под струи воды, как в дверь постучали. За порогом раздался голос Чэнь Юйсюаня:
— А-Пан, ты дома? Свет горит, значит, вернулся? Я закину кое-что к тебе в холодильник!
Не Пан закрутил кран:
— Подожди немного, я в душе!
— А, ну мойся-мойся, я позже зайду.
* * *
Вымывшись и высушив волосы феном, Не Пан набрал сообщение:
«Заходи, я всё. С ног валюсь от усталости, так что сам иди ко мне».
Не прошло и тридцати секунд, как раздался стук. Не Пан отпер дверь.
За порогом стоял Чэнь Юйсюань с небольшим тортиком в руках. Окинув друга внимательным взглядом, он сощурился:
— Слушай, ты какой-то не такой. Щёчки розовые, весь прямо сияешь... Тебя там что, уже кто-то попробовал на вкус?
Не Пан без лишних слов ткнул его локтем в бок:
— Заткнись! В голове одна пошлость! Это от горячей воды кожа покраснела. Между прочим, на меня сегодня вечером грабитель напал, хотел рюкзак утащить. Пришлось отбиваться! — И он наглядно продемонстрировал выпад пальцами в глаза и колено в пах.
У Чэнь Юйсюаня аж рот открылся:
— Серьёзно?!
— Абсолютно! Бежал потом до самого дома так, будто за мной нечистая сила гонится. Сердце чуть не выскочило. Не город, а бандитский притон! — возмущённо высказался Не Пан.
— Погоди, вы же с тем красавчиком возле музея тоже на бандитов нарвались? Что у тебя за карма такая, почему местная шпана видит в тебе лёгкую добычу?
— В прошлый раз грабили не меня, а моего друга, потому что у него камера стоила как крыло от самолёта — такую грех не присмотреть. А сегодня мне просто не повезло. Вышел на освещённую улицу, а там фонарь перегорел. Этот тип в темноте прятался, хрен разглядишь. Выбирал случайных прохожих. Не знай я пары приёмов, остался бы без ноута и зеркалки.
Чэнь Юйсюань похлопал его по плечу:
— Значит, уроки не прошли даром! Слава богу, все вещи при тебе и сам цел. Но по ночам правда лучше носа из комнаты не показывать.
— Я как раз об этом. Говорят, перед Новым годом и Рождеством местный криминал совсем страх теряет — план по грабежам закрывают.
— Кстати, спасибо за яичную лепёшку вчера утром, это было безумно вкусно! Ты ушёл в начале седьмого, во сколько же ты встал? — Чэнь Юйсюань искренне поражался такой дисциплине, сам-то он раньше восьми утра глаза разлепить не мог.
— Около шести. А с тортом что? Мне принёс?
— Мечтай! Сам себе купил. У меня послезавтра день рождения, решил заранее взять небольшой. Вместе потом съедим.
— У тебя день рождения? Чего молчал? Сказал бы заранее, я бы сам тебе торт купил! — Не Пан распахнул дверцу холодильника и освободил полку.
— Да ну, торт — ерунда. Я вот о чём хочу попросить: сготовишь мне пару вкусных блюд, чтобы нормально отпраздновать?
— Без проблем! Во вторник, да? Как только пары закончатся, сразу прибегу на кухню. Продукты купил?
— Всё есть, полный комплект! Спасибо, А-Пан! Брат Пан! Названный батюшка! Обожаю тебя! — Чэнь Юйсюань распахнул объятия и сгрёб Не Пана в охапку.
Не Пан мгновенно выкрутился и отпихнул приятеля:
— Кончай эти нежности! Разговаривай нормально, без распускания рук. Утром перед выходом переложи мясо из морозилки в холодильник, чтобы оттаяло.
Чэнь Юйсюань доволен остался и так:
— Ладно-ладно, не обниму. Ну а Кембридж как? Понравился?
— Очень.
— Ещё поедешь?
— Возможно.
— Меня с собой возьмёшь?
— И не подумаю. Сам езжай.
— Эх... Ладно, как почтенный названный сын, буду учиться самостоятельности, чтобы не мешать счастью приёмного отца и не вклиниваться в романтик на двоих.
Не Пан влепил ему звонкую оплеуху по спине:
— Всё, хорош брехать! Почтенный сын, блин! — Этот негодяй вечно пытается сводить его с Чжай Цзин'анем, хотя между ними абсолютная чистая дружба!
Чэнь Юйсюань лишь хихикнул:
— Вижу, ты вымотался. Тогда отдыхай, батюшка, а ваш покорный слуга удаляется!
Не Пан с улыбкой качнул головой. Этот парень окончательно потерял всякие границы и нёс всё, что взбредёт в голову.
* * *
Проводив друга, Не Пан понял, что учиться сил нет. Достав из рюкзака фотоаппарат и извлекши карту памяти, он подключил её к ноутбуку и начал скидывать снимки.
За два дня набралась внушительная галерея. Пейзажи — это само собой, но главным сокровищем были кадры с Чжай Цзин'анем. На широком экране детали проступали чётче: пролистав собственные снимки, Не Пан сосредоточился на портретах старшего друга. Чем больше он вглядывался, тем сильнее радовался результату: натурщик безупречен, да и фотограф выложился на все сто — парень выглядел просто невероятно.
Совместное фото, которое сделала та девушка-иностранка, тоже вышло отличным. Редкий случай, когда Чжай Цзин'ань согласился попозировать. Единственное — он не улыбался. Но отсутствие улыбки ничуть не умаляло его обаяния.
Глядя на лицо Чжай Цзин'аня на экране, Не Пан не смог сдержать улыбки — она расплывалась сама собой, и с этим ничего нельзя было поделать.
Просмотрев снимки по второму кругу, он отдал лучшие одиночные портреты и их совместный кадр Чжай Цзин'аню, а заодно перекинул их на свой телефон.
Получив файлы, Чжай Цзин'ань сразу откликнулся:
«Ещё не спишь?»
«Собираюсь. Перед сном решил насладиться результатами съёмки. Брат Ань, как тебе моё мастерство?»
Чжай Цзин'ань скачал фотографии в оригинальном качестве:
«Отлично. Композиция выверена, момент схвачен точно, настроение передано идеально».
«Как-то слишком официально звучит! Надобно писать так: «Гениальный фотограф сумел запечатлеть неземную красоту модели!»
«Твоя правда!»
Не Пан прекрасно понимал, что Чжай Цзин'ань смущается от прямых похвал своей внешности, оттого и ответил так сдержанно. От этой мысли улыбка на губах юноши стала ещё шире.
Сам Не Пан даже не замечал, насколько кокетливо и развязно он общался с Чжай Цзин'анем — в эти минуты он становился совсем не похож на привычно сдержанного себя, словно в него вселился Чэнь Юйсюань.
Сохранив кадры, Чжай Цзин'ань отправил новое сообщение:
«А почему нет снимков, которые делал я? Вышли неудачно?»
Не Пан уже собирался отложить телефон, но эта строчка мгновенно смахнула всю сонливость. «Он что, просит свои фотографии со мной?» — пронеслось в голове.
«Вовсе нет! Всё вышло замечательно, мне очень нравится, сейчас скину!» — Не Пан торопливо пролистал галерею, отдал несколько самых удачных кадров со своим участием и нажал «Отправить».
Отослав сообщения, он уткнулся лицом в подушку и от избытка чувств несколько раз перевернулся на кровати. Чжай Цзин'ань сам попросил его снимки!
Спустя пару минут пришёл ответ:
«Неплохо, навык не растерял. Ладно, уже поздно, ложись спать. Задачи отложи на завтра, тебе ещё на пары идти».
«Угу, зеваю каждые три секунды, мозг уже отключился. Всё, засыпаю. Доброй ночи, брат Ань!»
«Спокойной ночи!»