— Да ничего особенного, обычная домашняя еда, — улыбнулся Не Пан.
Чжай Цзиншэн недоверчиво фыркнула:
— Не верю! Брат никогда не бросает слов на ветер. Раз говорит, что вкусно, значит, пальчики оближешь. Надеюсь, и мне перепадёт попробовать твои блюда.
— Ещё успеется, — ответил Чжай Цзин'ань. — А пока я помогу ему занести вещи в комнату. Пойдём, Не Пан.
— Да, пойдём, — кивнул Не Пан и повернулся к старику: — Дедушка, я тогда пойду расположусь?
— Иди-иди, — махнул рукой дедушка Чжай.
Цзин'ань привёл его в комнату на втором этаже:
— Будешь жить здесь. Моя спальня по соседству.
Окна выходили прямо на озеро Эрхай и величественные горы Цаншань. Не Пан с восхищением прильнул к окну:
— Какой отсюда потрясающий вид!
— Угу. Все знаменитые пейзажи Дали как на ладони, — Цзин'ань прикрыл за собой дверь, без лишних слов прижал Не Пана к дверному полотну и крепко, горячо поцеловал.
Не Пан мгновенно отозвался на поцелуй, но тут же слегка оттолкнул его:
— Сдурел? Дедушка и твоя сестра внизу! Вдруг кто углядит или засос оставишь?
— Потому я и ограничился одним поцелуем, не стал увлекаться, — Цзин'ань быстро чмокнул его в губы ещё раз и распахнул дверь. — Раскладывай вещи и спускайся обедать.
— Сейчас.
Не Пан прошёл в ванную и умылся холодной водой, чтобы сбить румянец и привести себя в порядок.
Обед приготовила хозяйка из местных: Второй дядя Чжай нанял её присматривать за усадьбой. Семья бывала здесь наездами, дом месяцами пустовал, и оставлять его без присмотра или сажать постоянного управляющего было неразумно — дом быстро пришёл бы в упадок или зарос чужими людьми. Поэтому дядя договорился с местными жителями. Те поливали цветы, убирались, проветривали одеяла, а когда приезжали хозяева — готовили. За стряпню доплачивали отдельно. Работы немного, а платил Второй дядя щедро, так что домохозяйка старалась на совесть, и в усадьбе всегда царил идеальный порядок.
Взглянув на стол, Не Пан сразу понял, что готовил местный повар: почти во всех блюдах изобиловал жгучий перец, даже жареные грибы были щедро приправлены чили. Он тихонько поинтересовался у Цзин'аня:
— Твои дедушка и сестра нормально переносят острое?
— Ещё как! Уплетают за обе щеки.
И действительно, за обедом Не Пан убедился, что дедушка Чжай и Цзиншэн обожают пряную кухню — особенно им приходились по вкусу острая рыбка с кислинкой и ароматные жареные грибы.
Строгих правил насчёт молчания за едой у Чжаев не водилось, так что обед проходил за непринуждённой беседой.
— Брат рассказывал, вы в прошлом году набрали на горе самых дорогих грибов. Правда? — полюбопытствовала Цзиншэн.
— Ага, нам повезло наткнуться на целое семейство ганьбацзюней, — подтвердил Не Пан.
— И что это за грибы такие? Вкусные?
— Ты что, ни разу их не пробовала? — удивился Цзин'ань. — Завтра купим на рынке, сама оценишь.
— Ой, с удовольствием! Ужасно интересно, неужели они действительно вкуснее и ароматнее мацутакэ? — у Цзиншэн аж глаза загорелись.
— По мне, так ганьбацзюнь оставляет мацутакэ далеко позади, — улыбнулся Цзин'ань. — Не Пан, давай завтра спозаранку сходим на рынок, поищем?
— Сходим!
— Брат, а мы не можем сами в горы за грибами отправиться? — вмешалась Цзиншэн. — С нами же брат Не Пан, с ним точно не отравимся поганками! В здешних горах растут грибы?
— Должны быть, — ответил Не Пан. — На Цаншане так уж точно, вот только это заповедная зона, там собирательство под запретом.
— Ну так давай поедем подальше, на машине же! — Цзиншэн приезжала в Дали не в первый раз и успела обойти все основные достопримечательности, поэтому мысль об охоте за грибами зажгла её не на шутку.
Дедушка Чжай с улыбкой покачал головой:
— Лишь бы ерундой маяться! Сяо Не приехал отдохнуть, а ты его в горы тащишь.
— Да ничего страшного, дедушка! — заступился Не Пан. — Нас, юньнаньцев, хлебом не корми — дай грибы побирать. Мы с Братом Анем прикинем варианты, и если найдём подходящее место, съездим на разведку.
— Договорились, я потом посмотрю в интернете отзывы и маршруты, — поддержал Цзин'ань.
— Ура! Брат, ты лучший! — Цзиншэн победно выбросила два пальца.
Покончив с обедом, дедушка отправился проветриться. Цзин'ань и Не Пан вызвались пойти с ним.
— Идите-ка вы, молодёжь, по своим делам, — остановил их старик. — Я тут каждую тропку знаю, пройдусь немного и прилягу вздремнуть.
— Да мы и сами не прочь прогуляться, дедушка. После обеда тысяча шагов — и доживёшь до ста лет, — рассмеялся Цзин'ань.
Дедушка оглядел старшего внука с тёплым одобрением:
— А у тебя, паршивец, язык-то развязался, стал мягче говорить.
— Да ну? Серьёзно?
— Серьёзнее некуда. За последние пару лет ты прямо изменился. Раньше словечка не вытянешь, хмурый ходил, а поучился в своей Британии — и будто оттаял, стал куда разумнее и проще в общении. Видно, поездка пошла тебе на пользу.
Услышав это, Цзин'ань бросил взгляд на Не Пана. Тот как раз смотрел на него, и Цзин'ань лукаво подмигнул ему. Не Пан сдержал улыбку, прекрасно понимая, в чём причина: любовь научила Цзин'аня проявлять чувства и открываться людям.
— Скажите честно, дедушка, вам ведь нравятся такие перемены? — усмехнулся Цзин'ань.
— Нравятся, ещё как. В тебе появилось человеческое тепло, и у меня на душе стало спокойнее.
Старик не лукавил: он всегда знал, что внук обладал редким умом, но при этом был совершенно глух к житейским тонкостям и не желал идти на компромиссы. Дедушка боялся, что слишком твёрдое дерево быстрее сломится под ветром, и теперь искренне радовался его мягкости.
— Не беспокойтесь за меня, дедушка. Всё у меня будет отлично, — тихо пообещал Цзин'ань, прекрасно понимая старика.
— Вот и ладненько!
Дедушка принялся расспрашивать Не Пана. Узнав, что тот тоже занимается математикой, старик понял, отчего внук так с ним сблизился — общие интересы! А раз парень нашёл общий язык с его непростым внуком, значит, и сам не промах. Оценка Не Пана в глазах старшего Чжая заметно выросла.
Покатившись по деревенским улочкам, Цзин'ань обернулся к Не Пану:
— Приляжем отдохнуть?
— Да я вроде не устал.
— Тогда, может, покатаемся по озеру?
— С удовольствием!
Они направились к пристани. Чтобы беречь экосистему Эрхая, частным лодкам выход на воду запрещался — покататься можно было только на официальных судах.
Большие катера они проигнорировали и наняли скромную деревянную лодчонку у местного лодочника. Тот неторопливо грёб вдоль берега. Прозрачная вода позволяла разглядеть водоросли и юрких рыбок на дне, а прямо по глади озера покачивались нежные белые соцветия — водная салатная трава.
— Дядя, а местным сейчас разрешают ловить рыбу в озере? — поинтересовался Не Пан.
— Разрешают, отчего ж нет? Я вот на этой лодке как раз по ночам и промышляю. Только строго в отведённых зонах и только сетями. Никакой электроудочки или химикатов, чтобы воду не травить.
— А на рынке реально купить настоящую рыбу из Эрхая?
— Купить-то можно, да вот только глаз нужен да глаз. Там полно привозной, городскому не всегда разобраться, — ответил лодочник.
— А вы сегодня выйдете на лов? У вас можно купить настоящую озёрную?
— Если вам надо — выйду. Только предупреждаю сразу: уступки не дам, возьму ровно по рыночной цене.
— Без проблем, — вступил Цзин'ань. — Главное — вылов именно из Эрхая. Назовёте цену — столько и заплатим.
— Вот и ладно. Оставьте номер, завтра утром с получением улова сразу наберу.
— Можете завезти прямо к нам, — Цзин'ань указал на видный дом у самого края деревни. — Вот в эту усадьбу.
— А-а, так вы оттуда! Хорошо, принесу. Вам какую рыбу — крупную или мелкую?
— Вы принесите, что поймаете. Если улов небольшой — заберём целиком, а если много — выберем, сколько съедим, — здраво рассудил Не Пан.
— Договорились.
— А во сколько принесёте?
— Часикам к шести-семи утра.
— Отлично, только не задерживайтесь, мы собирались спозаранку на ярмарку.
Сойдя на берег, они прошлись по деревне. Бурный поток туристов наложил свой отпечаток: чуть ли не в каждом втором дворе ютилась либо гостиница, либо кафе, либо сувенирная лавка. Имелся и местный мини-рынок, но за настоящим размахом требовалось ехать в соседний городок.
Едва они переступили порог дома, как их встретила насупившаяся Цзиншэн:
— Ну вы даёте! Ушли гулять и меня не позвали!
— Ты же вроде с друзьями в онлайн-игры резалась? — отозвался Цзин'ань.
— Да сыграли пару каток и разошлись, выхожу — а вас и след простыл.
— Мы осматривали окрестности. Завтра утром собираемся на настоящий базар. Пойдёшь с нами?
— На деревенский базар? А там не слишком грязно?
— Естественно, не супермаркет: шумно, пыльно, под ногами не стерильно. Не хочешь — не насилуй себя, мы сами сгоняем. К тому же вставать придётся часов в шесть утра.
— Хи-хи, тогда я точно пасс, в такую рань меня не поднять. Брат, а за грибами когда рванём?
— Послезавтра, если погода не подведёт.
— Ура-а! Буду ждать!
Ужинать отправились в Старый город Дали. После сытной трапезы побродили по подсвеченным улицам. Назвать этот город «старым» можно было скорее по сетке улиц и историческому месту: большинство зданий возвели заново в конце прошлого века, и лишь немногие исторические постройки прошли через реставрацию.
Вернулись домой относительно рано. Дедушка, привыкший к строгому распорядку, уже умылся и лёг спать. Зато Не Пан и Цзин'ань, типичные полуночники, спать не собирались. Не Пан достал ноутбук: у него как раз застрял в голове один математический вопрос, и обсуждать его лицом к лицу было куда продуктивнее, чем по переписке.
Цзиншэн, откровенно скучая, пришла поиграть с братом, но в его комнате было пусто. Заглянув к Не Пану, она увидела приоткрытую дверь и двух парней, склонившихся над экраном. Она постучала:
— Брат, вы чего там разглядываете?
Цзин'ань обернулся:
— Учимся. Ты что-то хотела?
— Да просто от скуки зашла. — Цзиншэн недоверчиво заглянула им через плечо, увидела мешанину из странных символов и формул и обомлела: — Это... математика?
— Она самая.
— Ну вы даёте, у меня слов нет! На каникулах, в отпуске — и зубрить?!
Не Пан смущённо почесал затылок:
— Да вот застрял на одной задаче, решил с Братом Анем посоветоваться.
— Всё-всё, умываю руки! — Цзиншэн покрутила пальцем у виска и выкатилась из комнаты. Она всегда считала брата чудаком, а тут выяснилось, что и друг его под стать. Впрочем, подобные всегда притягивают подобных.
За занятиями время пролетело до одиннадцати. Цзин'ань захлопнул крышку:
— На сегодня хватит. Пора баиньки, завтра вставать ни свет ни заря.
— Угу, согласен.
Не Пан проводил Цзин'аня до дверей. Они не позволили себе ни малейшего лишнего жеста, но взгляды, которыми они обменялись, были напитаны нежностью и скрытым током. От этого взгляда у Не Пана отчаянно заколотилось сердце.
— Доброй ночи, спи крепко, — тихо проговорил он.
— До завтра, — Цзин'ань подмигнул и шагнул в коридор.
Не Пан улыбнулся и прикрыл дверь. Пусть они не могли открыто проявлять чувства, сама возможность жить под одной крышей, дышать одним воздухом и знакомиться с его семьёй наполняла душу ни с чем не сравнимым теплом. Они шаг за шагом входили в жизнь друг друга.
На следующее утро Цзин'ань проснулся от звонка лодочника:
— Парень, вылезай, я рыбу принёс!
Сонливость как рукой сняло. Цзин'ань сел на кровати:
— Сейчас спущусь!
Он сперва хотел сходить один, но потом решил растолкать Не Пана: тот лучше разбирался, сколько брать.
Они вместе сбежали во двор. Мужик принёс ведро с бойко плещущейся рыбой и корзину с уловом, который уже заснул, но выглядел совсем свежим — только из воды.
Не Пан заглянул в ведро и прикинул:
— Тут килограмма полтора, не больше. Заберём всю?
— Давай всю, — согласился Цзин'ань.
Лодочник охотно подсказал пару кулинарных секретов, как лучше приготовить озёрную рыбу. Покупки занесли в дом: живых пустили плавать, снулых убрали в холодильник — доделать намеревались после поездки на базар.
Они поднялись умыться, а когда спустились снова, дедушка уже вовсю выводил плавно-величавые па в стиле тайцзи прямо посреди двора.
— И чего вам в такую рань не спится? — удивился старик.
— Доброе утро, дедушка! Мы на рынок за продуктами. Вернёмся — приготовим завтрак.
— Ты готовить собрался? — шутливо переспросил дедушка.
— А хоть бы и я! Мою стряпню вполне можно есть, — с улыбкой отозвался Цзин'ань.
Старик хмыкнул:
— Ладно-ладно, подловлю на слове.
Они сели в машину и направились на поселковый базар. Рынок работал ежедневно, радуя изобилием свежих даров гор и водоёмов.
Главной целью были грибы. Обойдя ряды, они разжились свежими цзицун и ниуганьцзюнь, а вот редкие ганьбацзюнь никак не попадались. Лишь в самом дальнем углу Не Пан заметил пожилую местную торговку. Женщина изъяснялась на столь густом диалекте — похоже, народности бай, — что даже Не Пан не мог разобрать ни слова.
В конце концов прибегли к помощи соседнего молодого продавца, который перевёл цену. Просила бабушка не так уж много — четыреста пятьдесят юаней за цзинь. Цзин'ань отдал деньги без малейших колебаний.
Раздобыв заветный гриб, Не Пан присмотрел у соседнего лотка бойкого живого петуха.
— Эй, он же не ощипанный и не потрошённый! Ты что, и курей резать умеешь? — удивился Цзин'ань.
— Умею, дело нехитрое, — улыбнулся Не Пан. — А петушок-то домашний, деревенский, на натуральном зерне вырос. Из такого бульон получится куда ароматее, чем из фабричного.
— И как ты это определил?
— Да по виду, хотя на сто процентов не ручаюсь. Вот сварим — и узнаем!
В придачу к петуху они прикупили парной свинины и свежеприготовленной рисовой лапши эрсы для завтрака.
К их возвращению дедушка уже закончил упражнения и неторопливо попивал чай в беседке.
— Задержись вы ещё ненадолго, я бы чаем досыта наелся, — добродушно пошутил старик.
— Уже бежим! Сейчас всё организуем, — Цзин'ань подхватил пакеты и направился на кухню.
— Серьёзно решил сам встать к плите? — ухмыльнулся Не Пан.
— Ну... ты мне подсказывать будешь, — признался Цзин'ань с хитрым видом.
— Ладно, обучу. Начнём с рыбы — сделаем лапшу эрсы на свежем рыбном бульоне.
Не Пан выудил из ведра живого карасика шириной в ладонь. У карасей мясо нежное и сладковатое, да вот беда — мелких костей не обобраться. Но Не Пан орудовал ножом так ловко и умело, что вырезал мелкие косточки одну за другой. Цзин'ань смотрел на эту ювелирную работу с искренним восхищением: теперь за завтраком можно не опасаться подавиться костью.