Стоило воображению разыграться, как мысли понеслись вскачь, словно сорвавшиеся с привязи кони.
Перспективы рисовались туманные и тревожные, отчего на душе у Не Пана скребли кошки. Не помешало бы с кем-нибудь посоветоваться, но, перебрав в голове всех знакомых, он понял, что спросить толком не у кого — разве что у Дуань Сыи.
Поколебавшись немного, он всё же открыл чат и набрал:
— Сяцзе, вчера, когда ты написала, я уже спал, а утром побоялся разбудить.
Дуань Сыи только проснулась. Сидя в туалете и листая свежую главу новеллы, она увидела уведомление и тут же отстучала ответ:
— Ничего страшного, я сама только глаза продрала. До университета добрался? Оформился?
— Да, регистрацию прошёл, теперь жду студенческий. За наличку билеты на метро безумно дорогие, а завтра тащиться сюда снова неохота, так что решил забрать сегодня. Кстати, на выходе из подземки меня пытались ограбить! Правда, выхватили только блокнот. Вор сообразил, что это не телефон, и выбросил, так что я его подобрал.
Сыи прислала ржущий до слёз смайлик:
— Ой, уморил! Ну, хорошо хоть ничего ценного не утащили. Но ты всё равно гляди в оба: в Лондоне с безопасностью беда, ворья пруд пруди.
— Угу. Слушай, а ты хорошо знаешь Цзи Цзе и его компанию? Он увидел мой пост в Моментах и заявил, что приедет угостить меня обедом — типа чтобы стресс снять. Мне кажется, это уже лишнее, но как отказать, ума не приложу.
— Погоди-ка, а это ещё с чего вдруг?
Не Пан вкратце описал вчерашний ужин и то, как Цзи Цзе вызвался помочь ему с документами.
Посмотрев его ленту, Сыи ответила:
— Мы не то чтобы близко общаемся. Я больше с сестрой Мин Тяньюя дружу, ну и пересекались с ними за общим столом пару раз. Ребята вроде нормальные, по крайней мере, за какими-то дикими выходками замечены не были, да и Мин Тяньцин ничего дурного о них не говорила. Раз уж зовёт пообедать — сходи, лишний повод завести полезные знакомства. Я ведь не в Лондоне и толком помочь тебе не смогу, а они все на месте. Держись к ним поближе, в случае чего выручат.
— Ладно, тогда пойду, — немного успокоился Не Пан.
Вслед прилетело ещё одно сообщение:
— Только смотри: если начнут постоянно таскать тебя по дорогущим ресторанам и сорить деньгами, сразу вежливо сливайся. Они все мажоры, денег куры не клюют, это совсем другой уровень жизни. Но если соберутся куда-то в поездку и у тебя найдутся свободные деньги, можно скооперироваться.
— Понял, спасибо огромное, сяцзе!
Не Пан прекрасно понимал: семья Дуань Сыи была куда обеспеченнее его собственной — их доход исчислялся миллионами, — и если уж она говорила о разнице в статусе, то ему и подавно стоило держать дистанцию. В конце концов, он приехал сюда учиться, а не прожигать жизнь.
К моменту приезда Цзи Цзе студенческий был уже на руках. Для Великобритании эта пластиковая карточка служила главным пропуском в цивилизованную жизнь: теперь можно было открыть банковский счёт, подать на биометрический ВНЖ, оформить медицинскую страховку и получить льготный проездной.
Радуясь, что завтра не придётся тащиться в кампус заново, Не Пан чуть ли не подпрыгивал на ходу от восторга.
Цзи Цзе, сидевший на пассажирском кресле, наблюдал через лобовое стекло, как тот, придерживая лямки рюкзака, вприпрыжку спешит к воротам.
— Ощущение, будто первоклашку из школы забираем, — хохотнул он.
— Это он? — сидевший за рулём мужчина покосился на выходящего из ворот парня. — Бакалавр?
— Вроде да.
Водитель с усмешкой покачал головой:
— Молоко на губах не обсохло. Жизнь его ещё не била, вот и скачет наивный.
— А чем тебе наивность не угодила? — фыркнул Цзи Цзе. — Было бы лучше, превратись он в старого кочерыжника вроде тебя? Сяо Панпан, сюда!
— Кто тут старый кочерыжник?! — возмущённо поправил безоправные очки водитель. — Мне всего двадцать пять, самый сок для мужика! А вы — так, зелень незрелая!
— Старик, да не отнекивайся ты! — заржал Цзи Цзе и, высунув руку в окно, махнул Не Пану: — Запрыгивай!
Подойдя к машине, Не Пан смущённо наклонился к окну:
— Брат Цзе, ну к чему такие церемонии? Ничего страшного не случилось. Я и вещи-то не потерял, просто испугался немного.
— Испугался — значит, надо заесть стресс. Лезь назад, — мотнул головой Цзи Цзе.
Делать нечего — Не Пан потянул ручку задней двери новенького Porsche Cayenne.
— Говорят же, что кражи и грабежи в Европе — это обязательная дисциплина для каждого приезжего. Считайте, я сдал зачёт экстерном в первый же день, да ещё и бесплатно отделался. Грех жаловаться!
— А малой-то с юмором, одобряю, — донёсся с переднего сиденья бархатный мужской голос.
Не Пан только сейчас разглядел водителя.
Цзи Цзе тут же пояснил:
— Это мой двоюродный брат, в Оксфорде в докторантуре учится.
— Шао Яо, — мужчина обернулся и коротко кивнул.
Одет он был с иголочки, с претензией на сдержанный британский шик. Очки в тонкой оправе и лёгкая аура зрелой уверенности выдавали в нём типичного представителя интеллектуальной элиты. В салоне ненавязчиво пахло его дорогим парфюмом.
— Здравствуйте, брат Шао. Я Не Пан, — вежливо поздоровался парень.
Шао Яо плавно тронул машину с места:
— Что есть будем?
Цзи Цзе задорно осклабился:
— Раз уж Сяо Панпан только прибыл на Туманный Альбион, надо приобщить его к святыням британской кухни: рыбе и картофелю фри и легендарному пирогу «Вглядываясь в звёзды»!
Шао Яо одарил его испепеляющим взглядом:
— Я ради этого, по-твоему, выкроил время и приехал в Лондон? Чтобы давиться рыбьими головами?
— Ты сам спросил, куда поедем!
— Я гостя спросил, а не тебя. Сяо Пан, какие предпочтения?
Поняв, что выбор переложили на него, Не Пан замялся:
— Да мне без разницы...
Хотя в глубине души ему было ужасно любопытно, действительно ли существует этот жуткий пирог «Вглядываясь в звезды» с торчащими из теста рыбьими глазами.
— «Без разницы» не принимается! Чего душа просит: китайской кухни, французской, итальянской? Может, турецкой или тайской? — наседал Цзи Цзе.
Список звучал солидно и явно недёшево. Не это ли Сыи называла прожиганием жизни?
— Решайте сами, я правда не привередлив, — осторожно произнёс Не Пан. — Главное, чтобы не слишком сладко.
И желательно не заоблачно дорого, чтобы потом можно было сделать ответный жест и не разориться.
— Сладости я тоже не жалую. Погнали на турецкую, мне как раз захотелось бараньих рёбрышек на гриле, — вынес вердикт Шао Яо.
— Добро, — легко согласился Цзи Цзе.
Не Пан глянул на часы: начало пятого. Для ужина рановато, но, возможно, ресторан находился на другом конце города. Впрочем, прямиком в заведение они не поехали — сначала свернули к огромному китайскому супермаркету, решив попутно показать новичку дорогу.
— Если понадобятся приправы, нормальная посуда или соусы — здесь лучший выбор, — пояснил Шао Яо, паркуя машину.
Не Пан смутился:
— Возле моего общежития тоже есть китайская лавка. Думал там отовариться, всё-таки ближе тащить.
Цзи Цзе шутливо отвесил ему лёгкий подзатыльник:
— Голова ты садовая! Сегодня под рукой два здоровых грузчика и бесплатное такси с личным водителем, а ты скромничаешь? Хватай всё, что душе угодно: сковородки, кастрюли, рис, масло, соль!
Глаза Не Пана загорелись. А ведь и правда: если покупать всё самому, даже несчастные пару сотен метров до общаги придётся наматывать в несколько заходов с тяжеленными пакетами.
— Тогда я с вашего позволения разгуляюсь!
И начался тотальный шоппинг. Не Пан методично забивал тележку: утварь, специи, соевые соусы, уксус, сушёные грибы, свежие овощи и мясо — словом, всё, без чего на кухне не обойтись.
Заметив в тележке увесистый мешок пшеничной муки, Цзи Цзе удивился:
— А мука-то тебе зачем?
— Налеплю пельменей да паровых булочек, заморожу — будет чем в универе обедать.
— Ты ещё и это умеешь? — Цзи Цзе многозначительно переглянулся с Шао Яо.
— Немного, — скромно улыбнулся парень.
Вскоре первая тележка заполнилась до краёв, и Не Пан покатил за второй.
— А парень не промах, разошёлся не на шутку, — тихо хмыкнул Шао Яо, кивнув на гору покупок.
Цзи Цзе заговорщически понизил голос:
— Да пускай. Мы его потом к нам затащим, пусть и нам налепит на пробу. Куда он теперь денется, совестно же будет отказать!
Не Пан этого заговора не слышал. Знай он, какой хитрый план созрел в головах этих двоих, на душе стало бы куда легче: услуга за услугу — и никакого чувства долга.
На кассе, глядя на вылезающий бесконечной лентой чек, Не Пан едва не всплакнул. Зарабатывать в юанях, а тратить в фунтах — удовольствие не для слабонервных. Несколько пакетов базовых продуктов обошлись в добрую пару сотен фунтов. Умножив в уме на курс почти один к десяти, он с тоской подумал, что в Китае на всё это ушло бы от силы несколько сотен юаней.
Загрузив багажник, они наконец отправились в ресторан. Счёт оказался вполне гуманным — около ста с небольшим фунтов на троих, то есть по сорок с хвостиком на брата. Такую сумму при случае вполне можно было потянуть для ответного жеста.
Главным хитом вечера стали бараньи рёбрышки: сочные внутри, с аппетитной хрустящей корочкой и сбалансированным пряным ароматом. Шао Яо предусмотрительно заказал сразу две порции. Поначалу Не Пан решил, что официант ошибся, но, когда тарелки опустели в мгновение ока, признал: расчёт оказался безупречным.
Выйдя на улицу, Цзи Цзе потянулся:
— Сяо Панпан, времени ещё вагон. Заглянешь ко мне на огонёк, а потом я тебя закину в общагу?
Не Пану, конечно, хотелось поскорее разобрать вещи и отдохнуть, но, будучи сытно накормленным за чужой счёт, отказать напрямик он не решился:
— А у вас какие-то планы?
Цзи Цзе с хитрой ухмылкой закинул руку ему на плечо:
— Да какие там планы... Сто лет домашних пельменей не ели, слюнки текут. Ты же сам сказал, что спец по этому делу. Выручай, а?
Услышав это, Не Пан с облегчением выдохнул:
— Без проблем. А начинка есть?
— Всё схвачено! — просиял Цзи Цзе. — Погнали, полепим от души!
Шао Яо лишь усмехнулся и нажал на газ, направляя машину к дому кузена.
На месте выяснилось, что Цзи Цзе в супермаркете тоже времени даром не терял: из багажника перекочевал пузатый пакет со свежими продуктами.
Вчерашней шумной компании дома не оказалось. Гостей встретил только вальяжный британский кот — окинув незнакомца ленивым взглядом, круглый серый увалень спрыгнул с дивана и с достоинством удалился на второй этаж.
Цзи Цзе сгрузил пакеты на кухонную стойку:
— Ты ведь и баоцзы умеешь, да? Может, заодно и булочек сообразим?
— Ладно, тогда я пока займусь тестом, — Не Пан заглянул в пакет. — Так, тут говядина... Значит, будет мясная начинка. Только фарш ещё не готов. Будем на мясорубке крутить или ножами рубить?
— Через мясорубку ведь не так вкусно получится, как рубленый вручную? — уточнил Шао Яо.
— Текстура грубее, рубленое сочнее, — подтвердил Не Пан. — Но если не боитесь повозиться, лучше порубить.
Братья переглянулись и в один голос выпалили:
— Ты и руби!
А затем, оценив комичность момента, синхронно добавили:
— Ладно, давай вместе.
Шао Яо прожил за границей не один год и изредка готовил сам, так что нож в руках держать умел, пусть и без особого изящества. Цзи Цзе же принадлежал к той породе людей, что путают соль с сахаром.
Оба они катастрофически недооценили объём работы — особенно с учётом их аппетитов: говядины они заготовили килограммов пять, не меньше.
Увидев эту мясную гору, Не Пан рассудительно заметил:
— Может, оставим половину? Куда вам столько? В морозилку не влезет.
— Не переживай, холодильник огромный, а контейнеров под пельмени завались. Часть брат с собой заберёт, — отмахнулся Цзи Цзе.
Поняв масштабы бедствия, Не Пан решил раскатывать сочни покрупнее и лепить пельмени щедрого размера.
Пока он замешивал тесто, братья кряхтели над разделочными досками. Когда принялся раскатывать кругляши — они всё ещё рубили мясо. Когда подошло дрожжевое тесто для баоцзы — монотонный стук ножей на кухне так и не прекратился.
Закончив с зеленью и специями для заправки, Не Пан заглянул к «рубщикам»:
— Ну как там, готово?
Цзи Цзе с мученическим видом потряс затёкшей рукой и оглядел покрасневшую ладонь:
— Глянь сам... У меня плечи отваливаются, кажется, мозоль натёр. Твою же мать, какая же это мука — домашние пельмени!
Не Пан с улыбкой покачал головой:
— Почти. Давайте дальше я сам.
Шао Яо с облегчением отложил нож. Не Пан же взял в каждую руку по широкому кухонному топорику и пустил их в пляс: частый, звонкий и невероятно ритмичный перестук двух лезвий слился в единую пулемётную дробь.
Оба зрителя так и застыли с открытыми ртами.
Цзи Цзе опомнился первым, выхватил телефон и принялся снимать виртуозную работу на видео, тут же отправив ролик в их общий дружеский чат:
«Зацените технику двух клинков!»
Чат мгновенно взорвался сообщениями:
«Ого, это же Сяо Панпан! Он опять у тебя кухарит? Что на этот раз вкусненького?»
«Это он фарш для пельменей рубит?»
«Ах ты паразит, Цзи Цзе! Втихаря от всех набиваешь брюхо и опять эксплуатируешь Сяо Панпана! Немедленно делись пельменями, не то настучу на тебя за эксплуатацию малолетних!»
Цзи Цзе надиктовал голосовое:
— Он совершеннолетний, между прочим! А пельмени вам только во сне светят! Хотите жрать — лепите сами!
Не Пан тем временем заправил фарш мелко нарубленным луком, специями и соусами, вымесил его до идеальной консистенции, и троица приступила к лепке.
На этом этапе Цзи Цзе наконец почувствовал себя полезным. Как истинный северянин, он хоть и не был мастером, но процесс видел с пелёнок: шлёпнул ложку мяса в центр сочня, залепил края — и готово. Правда, за герметичность швов и целостность теста он не ручался.
Шао Яо справлялся куда аккуратнее: за годы учёбы в Великобритании он не раз встречал китайский Новый год в компании соотечественников, где лепка пельменей была священной традицией.
Но то, что творил Не Пан, заставило обоих затаить дыхание. Его пальцы двигались с филигранной лёгкостью, выдавая то идеальные полумесяцы, то традиционные «слитки-юаньбао», то изделия с кружевным резным краем, то изящные «колоски». Настоящее кулинарное искусство.
Если с пельменями братья ещё худо-бедно помогали, то с баоцзы случился полный провал: защипы выходили настолько корявыми и нелепыми, что после двух испорченных сочней горе-помощников с позором отстранили от процесса.
Пока Не Пан ловко собирал дрожжевые булочки в аккуратные узелки, Шао Яо уже поставил на плиту кастрюлю с водой под пельмени. А когда первая партия сварилась, тут же водрузил поверх пароварку, решив приготовить и пробу баоцзы.
— Им бы расстояться немного, чтобы пышнее были, — подсказал Не Пан.
Шао Яо отмахнулся с улыбкой:
— Ничего страшного, тут всего пара штучек, чисто на зубок попробовать.
Тем временем Цзи Цзе сфотографировал ровные, будто солдаты на параде, ряды пельменей в контейнерах для заморозки, затем щёлкнул дымящуюся тарелку со свежесваренной порцией и с торжествующим видом закинул снимки в беседу:
«Пельмени от Сяо Панпана — просто отвал башки, сочнейшие! Братва, я снимаю пробу первым, завидуйте молча!»