На следующий день Чэнь Юйсюань отправился в Дали. Узнав, что перед окончательным возвращением в Куала-Лумпур они с друзьями еще раз навестят Город Весны, мать Не Пана заранее приготовила для них щедрые гостинцы. В нарядные коробки легли лучшие дары провинции Юньнань: отборный чай пуэр, псевдоженьшень, гастродия, дендробиум и сушеные дикие грибы.
Набор почти один в один повторял тот посылочный комплект, что в свое время отправляли Чжай Цзин'аню, разве что без сюаньвэйской ветчины и свежих цветочных коржиков. Ветчину строго запрещалось проносить через таможню, а за коржиками сяньхуабин планировали сбегать перед самым вылетом.
Дни Не Пана текли по давным-давно заведенному распорядку: учеба, уютные семейные вечера и нескончаемые разговоры с Чжай Цзин'анем. Впрочем, в одном вопросе они никак не могли прийти к согласию — частота их любовных утешений оставалась предметом постоянных споров. Стоило завести об этом речь, как Цзин'ань принимался капризничать, с невинным видом заявляя, будто Не Пан к нему охладел.
Не Пан прекрасно понимал: это лишь хитрая уловка, призванная разжалобить его и выманить согласие. В такие моменты приходилось проявлять железную волю и не поддаваться на соблазны. Правда, одно дело — твердо держать оборону через экран смартфона, и совсем другое — устоять перед чужим очарованием лицом к лицу.
Разумеется, Не Пан сознавал, что безукоризненно следовать выдуманным правилам вряд ли получится, но ему требовалось донести до Цзин'аня главную мысль: он настроен предельно серьезно и в будущем им обоим придется выказывать хотя бы минимальную сдержанность.
И хотя разлука с любимым давалась нелегко, время в кругу родных летело с немыслимой скоростью. В этом водовороте противоречивых чувств Не Пан и встретил свой день рождения.
Он родился десятого августа. Когда Чжай Цзин'ань брал билеты в Великобританию, то предлагал вылететь двенадцатого, чтобы Не Пан приехал в Пекин на пару дней раньше и они отметили этот праздник вдвоем.
Не Пан отказался. Ему хотелось провести этот день с семьей:
— До учебы еще больше месяца. Родители и сестренка и без того переживают из-за моего скорого отъезда. Если я еще и день рождения отниму у них, они совсем опечалятся.
— Но я так хочу быть рядом с тобой, — вздыхал Чжай Цзин'ань.
— У нас впереди еще столько совместных дней рождения! Дай мне в этот раз побыть с родными.
Не Пану пришлось приложить немало усилий и высказать сотню ласковых слов, прежде чем упрямца удалось переубедить.
В сам день рождения, едва стрелки часов перешагнули полночь, экран телефона вспыхнул от входящего вызова:
— Любимый, с днем рождения! Надеюсь, я успел первым?
Не Пан невольно улыбнулся:
— Спасибо! Кроме тебя, кто еще станет так въедливо высчитывать секунды до нуля?
— Загадай желание, — предложил Чжай Цзин'ань. — Я исполню его.
— А разве если произнести желание вслух, оно не потеряет силу?
— Тогда загадай про себя.
Не Пан прикрыл глаза и мысленно произнес: «Хочу, чтобы мы были вместе долго-долго и прожили счастливую жизнь».
Стоило ему открыть глаза, как из динамика раздалось:
— Я согласен!
— Какая удивительная чуткость!
— А то как же, мы ведь дышим в один такт. Ложись спать, родной. Доброй ночи! — Цзин'ань громко чмокнул в микрофон.
— Доброй ночи, муж!
Утром Не Пан спустился в гостиную. Все были дома — и родители, и сестренка. Едва он появился на пороге, как его встретил дружный хор голосов:
— С днем рождения!
— Спасибо! — Не Пана накрыла волна тёплой признательности к своим близким.
— А ну-ка, садись за традиционную лапшу долголетия! — Отец поставил перед ним глубокую пиалу. Из ароматного бульона аппетитно выглядывали два яйца-пашот, сочная зелень, рулетики из мяса и капля янтарного грибного масла цзицун-ю. По этим рулетам сразу угадывалась отцовская рука — его личное кулинарное изобретение. Похоже, отец встал на рассвете, чтобы успеть состряпать праздничный завтрак.
— Спасибо, папа.
— Ешь, пока не остыло.
— А вы? Не присоединитесь?
— Обязательно присоединимся! Надо же урвать кусочек счастья от нашего именинника, — с мягкой улыбкой отозвалась мама. — Сегодня тебе не нужно провожать Не Янь, я сама отлажу ее в учебный центр.
Семья дружно позавтракала. Вскоре мама ушла вместе с дочерью, а отец, сняв фартук, направился к выходу:
— Сбегаю на рынок за свежими продуктами. К обеду приготовлю кое-что особенное.
Оставшись в пустой квартире, Не Пан решил перебрать вещи. До отлета в Британию оставалось всего несколько дней. Он уже не первую неделю постепенно докупал все необходимое, стараясь упаковать по максимуму: здешний мелкий ширпотреб стоял в Англии безумных денег, а по качеству не шел ни в какое сравнение с домашним.
В разгар сборов запел телефон. Звонили по видеосвязи. Не Пан глянул на экран — Чжай Цзин'ань. Лицо юноши озарилось радостью, и он поспешно принял вызов:
— Ты куда пропал? Я тебе писал, а ты молчишь.
Цзин'ань широко улыбнулся:
— А ну-ка, угадай, где я?
Не Пан присмотрелся к фону. Какая-то улица, до боли знакомый пейзаж... Сердце пропустило удар.
— Ты... под моими окнами?!
— Ага. С днем рождения, мой хороший! — Цзин'ань сиял, словно летнее солнце.
— Жди там!
Не Пан бросил телефон, на ходу крикнул отцу, возившемуся на кухне, что выскочит на пару минут, и побежал вниз. Забыв про лифт, он перепрыгивал через ступени и за считаные секунды преодолел все девять этажей. Запыхавшийся, уперевшись руками в колени, он замер перед Чжай Цзин'анем и поднял на него глаза:
— Ты как здесь оказался? Сейчас ведь только девять утра! Во сколько же ты встал?
— Часа в три, — тепло ответил Цзин'ань. — Я же обещал, что проведу этот день с тобой.
У Не Пана щипало в носу. Этот человек вечно устраивал безумные сюрпризы, от которых перехватывало дыхание.
— Но у нас запланирован семейный обед... Если ты поднимешься ко мне, как я объясню это родителям? — Сказать, что он проезжал мимо, не выйдет. А заявиться на день рождения к простому приятелю, прилетев за тысячи километров — у мамы с папой тут же возникнут вполне определенные подозрения.
— Я не пойду к тебе домой, — спокойно улыбнулся Цзин'ань, в чьем голосе не было и тени обиды: он с самого начала понимал всю сложность ситуации. — Я поеду в отель. Днем побудешь с родными, а вечер полностью мой.
От такой чуткости Не Пану стало окончательно не по себе.
— Хорошо... Ты уже заселился?
— Едва успел с самолета. Поеду прямо сейчас в тот же отель, где останавливался прошлый раз. Номер уже забронирован.
— Я провожу тебя.
Они неспешно пошли в сторону отеля. Заселившись и поднявшись в номер, Цзин'ань едва успел прикрыть за собой дверь, как тут же сгреб Не Пана в охапку и вовлек в долгий, жадный поцелуй. Они целовались до тех пор, пока дыхание не стало рваным и тяжелым. Лишь после этого Цзин'ань с неохотой отстранился, продолжая крепко обнимать возлюбленного:
— Я так скучал... Все тело ломит от тоски по тебе.
Не Пан не мог не почувствовать перемену в чужом теле, однако остатки разума все еще подавали голос:
— Сейчас нельзя. Меня ждут дома к обеду.
— А я и не прошу прямо сейчас. Дай просто подержать тебя. — Цзин'ань сжал его сильнее, прекрасно понимая, что лишь распаляет собственную жажду, но разжать объятия был не в силах.
Спустя некоторое время Не Пан тихо произнес:
— Мне пора возвращаться, иначе мама начнет что-то подозревать.
— Подожди, — перебил Цзин'ань. — Я ведь еще не вручил подарок.
Он достал из рюкзака продолговатый футляр. Внутри лежала цепочка из желтого металла со странным, необычным кулоном.
Не Пан поднес его ближе к глазам:
— Что это за узор?
— Мой собственный эскиз. Соединил вместе символы Овна и Льва.
— Выглядит очень изысканно, — улыбнулся Не Пан. Это были их знаки зодиака.
— Давай надену.
Не Пан покорно уселся к нему на колени, подставив шею. Когда застежка щелкнула, он достал телефон и посмотрел на свое отражение в экране:
— Слишком уж броско. В Британии такое носить нельзя, в первую же минуту сдернут прямо на улице.
Цзин'аню льстило, что тот не проронил ни слова о том, будто цепочку нельзя показывать домашним:
— Перед отъездом снимешь. Будешь надевать только для моих глаз.
— Договорились. Спасибо! — Не Пан мимолетно коснулся его губ поцелуем. — Ну все, я побежал. Приду во второй половине дня. Ты пока закажи еды и поспи немного.
Цзин'ань пошел провожать его к выходу, но Не Пан оставил его у самой двери:
— Не нужно выходить, я сам. Отдыхай и жди меня. Как освобожусь — сразу приеду. — Он подарил ему еще один поцелуй и выскочил в коридор.
Покинув отель, Не Пан поймал такси, вышел неподалеку от дома, докупил кое-какие мелочи и вернулся в квартиру. Мать уже пришла из магазина:
— Ты куда ходил?
— Упаковывал вещи и понял, что кое-чего не хватает. Сбегал в лавку.
Услышав это, мать вновь вспомнила о скором отъезде сына, и лицо ее омрачилось:
— Вот как... Все собрал?
— Почти. Потихоньку закончу. — Не Пан прошмыгнул в свою комнату.
Мать успела заметить золотистый отблеск на его шее, но из-за невеселых мыслей не стала расспрашивать.
На обед отец накрыл пышный, богато уставленный стол. Благодаря маленькой Не Янь, исполнявшей роль семейного шута, удрученное настроение матери быстро рассеялось, и за столом воцарилось веселье.
В разгар трапезы мама вдруг спросила:
— Сынок, а когда это ты начал носить цепочки?
Не Пан невольно коснулся украшения:
— Да так... Захотелось попробовать.
— Выглядит как золотая. Настоящая?
— Да ну что ты, позолота! Где бы я взял деньги на такую массивную вещь, — с легкостью соврал Не Пан.
Мужские цепочки всегда заметно массивнее женских. Предмет, заказанный Цзин'анем, весил не меньше двадцати граммов, а вместе с кулоном тянул на все тридцать.
— Надо же, как качественно сделано, от настоящего золота не отличишь, — покрутила головой мать.
— Ага, технологии сейчас на высоте, — продолжал гнуть свою линию Не Пан.
Когда обед подошел к концу, именинник потянулся за грязной посудой, но сестренка с важным видом перехватила у него тарелки:
— Сегодня ты именинник, тебе положен отдых. Посуду вымою я.
Не Пан рассмеялся:
— Неужели солнце зашло с запада? Наша принцесса добровольно взялась за работу! Что ж, отдыхаю. Спасибо, ваше высочество!
Родители торопились вернуться к делам:
— Вы тут сами хозяйничайте. Если вечером не захочется готовить, приходите к нам в заведение.
— Хорошо-хорошо, мы разберемся. Ступайте! — отозвался Не Пан.
Едва за родителями закрылась дверь, Не Янь прищурилась:
— Брат, ну-ка покажи цепочку поближе.
Не Пан вытащил кулон. Девочка внимательно осмотрела его:
— Точно не сам покупал. Это Брат Ань подарил, да?
Не Пан не удержался от улыбки:
— Ну и хитрая же ты девчонка.
— Это ведь настоящее золото?
— Кажется, да. Тяжелое.
— Он прислал посылкой?
— Нет, привез лично. Он сейчас в отеле. Я пойду к нему, а ты побудешь дома одна.
— Ого, сам приехал! — Не Янь помыла последнюю тарелку и вытерла руки. — Ладно, за такую преданность я готова укрыть твой побег. Иди, родителям ни слова не скажу!
— Спасибо, ты у меня самая лучшая! — Не Пан просиял, подхватил ключи от скутера, телефон и умчался прочь.
* * *
Чжай Цзин'ань только-только проснулся и ждал курьера с едой. В дверь постучали. Решив, что принесли заказ, он распахнул дверь — и обомлел. В следующий миг Не Пан уже оказался втянут внутрь номера. Дверь захлопнулась, и Цзин'ань с жадностью впился в его губы.
После долгой разлуки им не требовалось раскачки. Едва их тела соприкоснулись, как между ними пробежала искрящаяся волна, заставлявшая дрожать каждый мускул.
В тот самый момент, когда Цзин'ань повалил его на кровать, а его дыхание стало совсем сбивчивым, у двери раздался звонок курьера. Находившийся на пределе Цзин'ань сделал несколько глубоких вдохов, пытаясь вернуть контроль над голосом, и крикнул сквозь дверь:
— Оставьте снаружи, я позже заберу! — Даже так его голос звучал подозрительно глухо.
Курьер, впрочем, не стал задавать вопросов: за время работы ему выпадало видеть и не такое.
Еда, разумеется, подождет — сейчас у Цзин'аня был куда более аппетитный обед. Лишь когда он полностью утолил первый голод, его желудок предательски заурчал. Не Пан тихо засмеялся:
— Иди поешь, там все наверняка остыло.
Цзин'ань слегка прикусил его за плечо. Не Пан вздрогнул и с улыбкой оттолкнул пушистую голову:
— Ну хватит, дай передохнуть. Иди ешь!
Завернувшись в банное полотенце, Цзин'ань втащил пакет в номер. Обед и впрямь превратился в лед, но выбора не было.
— Жаль, все совсем холодное. Может, перезаказать? — сочувственно спросил Не Пан, наблюдая за ним с кровати.
— Не надо. В Британии я привык к холодной еде. — Цзин'ань уселся за стол и принялся за трапезу.
Расправившись с едой, он тут же вернулся под одеяло. Они лежали в обнимку и говорили обо всем на свете: о прочитанных книгах, сетевых новостях, предстоящей учебе... Несмотря на ежедневные звонки, темы для разговоров не иссякали, и им ни на секунду не становилось скучно друг с другом.
Так прошел весь день. Они честно сдержали слово — обошлись двумя подходами, вот только время каждого раунда никто не ограничивал.
После второго захода Не Пан крепко заснул. Из забытья его вырвал звонок телефона. Цзин'ань взглянул на экран — звонила Не Янь — и принял вызов:
— Брат, а мне что на ужин придумать?
— Закажи себе доставку, я скину денег, — ответил вместо брата Цзин'ань.
— Брат Ань? А где мой брат? — удивилась девочка.
— В туалете, — не моргнув глазом наврал тот.
— Врешь! Он даже в туалет ходит с телефоном!
— Не веришь — как хочешь. — Цзин'ань повесил трубку, перевел Не Янь щедрую сумму через мессенджер и приписал: «Хорошая моя сестренка, купи себе что-нибудь вкусное. А завтра я лично угощу тебя в ресторане».
Не Пан протер глаза:
— Кто звонил?
— Твоя сестра. Спрашивала про ужин.
— Ого, уже пора ужинать? — Не Пан потянулся за телефоном.
— Почти. Я отправил ей денег на доставку. Пошли поедем куда-нибудь вдвоем? Сегодня твой день рождения, не хочу тащить с собой третьих лишних.
Не Пан посмотрел на человека, прилетевшего к нему через всю страну ради одного дня, и мягко улыбнулся:
— Хорошо. Только мы вдвоем.