Стэн наткнул на вилку кусочек яичницы, отправил в рот — и глаза его тут же вспыхнули. Сочетание сочных томатов и обжаренных яиц дало совершенно невероятный, изумительно свежий вкус.
— Пан, ты настоящий кудесник! Помидоры с яйцом — это же безумно вкусно!
Он выложил из сковороды сваренные спагетти, перемешал их с томатно-яичной заправкой прямо в тарелке и уселся напротив Не Пана. Улыбка не сходила с его лица, а хвалебные оды кулинарному таланту соседа сыпались одна за другой.
Не Пан лишь улыбнулся:
— В Китае это самое обычное домашнее блюдо. Ты и сам видел, как просто оно готовится. В следующий раз попробуй сделать сам. Или найди в ТикТоке видеорецепт — там полно обучающих роликов.
— Я обязательно научусь, спасибо тебе! — искренне поблагодарил Стэн.
* * *
После той стычки с Йонасом Не Пан заметил, что стал пересекаться с ним куда реже. А при редких встречах не упускал случая громко поинтересоваться:
— Когда вернёшь деньги за алкоголь? С тебя пять фунтов!
Йонас ничего не отвечал и лишь стыдливо ускорял шаг. В итоге об истории с утащенной выпивкой узнало всё общежитие.
Прежде жильцы — а почти все они, кроме Стэна, были китайскими студентами — придерживались принципа «не ищи проблем на свою голову» и старались не вступать с Йонасом в открытые конфликты, молча проглатывая его выпадки. Теперь же, когда выяснилось, что он банальный воришка, соседи посматривали на него с откровенным презрением.
Не Пан даже про себя иронизировал: Йонас наверняка мечтает согнуть его в бараний рог, так что без пары приёмов самообороны теперь и из комнаты выйти боязно.
Впрочем, после той ссоры кардинально изменилось и отношение Чжан Итин. Если раньше она в упор не замечала Не Пана, то теперь пылала небывалым дружелюбием. Стоило ему выйти на кухню готовить, как она тут же крутилась рядом, наперебой предлагая угоститься купленными сладостями и фруктами.
Не Пан однажды принял угощение, но затем стал вежливо отказываться:
— Спасибо, не хочется. Ешь сама.
Тогда Чжан Итин предложила другое:
— Сяо Не, ты каждый день готовишь на одного, это же так утомительно! Может, станем готовить вместе по очереди? Сегодня ты, завтра я. И каждый день стояние у плиты не будет висеть грузом, да и меню станет разнообразнее.
Идея, в общем-то, была здравой: и времени экономнее, и рацион полноценнее. Однако Не Пан не считал их отношения настолько близкими, а потому мягко отклонил предложение:
— Прости, но мы учимся на разных факультетах, расписание вряд ли совпадёт. Будет неудобно.
Услышав отказ, Чжан Итин заметно разочаровалась. В её голове даже закрались сомнения в собственной привлекательности: вроде бы не обделена красотой, так отчего же парни с материка один за другим пролетают мимо её сетей?
* * *
В пятницу после занятий Не Пан отправился в тот самый китайский супермаркет, куда его возили Цзи Цзе и Шао Яо, чтобы запастись специями и продуктами. Он собирался приготовить тушёное мясо в пряном маринаде лужоу — не только для Чжай Цзин'аня, но и в качестве подарка на день рождения Ян Чжэньсюаню.
Выбор в супермаркете показался ему скромноватым. Поискав в сети, Не Пан выяснил, что в Лондоне есть утренние оптовые рынки с куда более богатым и дешёвым ассортиментом. Он решил съездить туда в субботу с утра — авось удастся раздобыть всё необходимое. Пусть придётся потратиться на проезд, зато наберётся впечатлений.
Вернувшись в общежитие, он едва вышел из лифта, как оглушительно загремела музыка — гул доносился прямо из их блока.
В коридоре его тут же перехватил Стэн:
— Пан! Мы устраиваем вечеринку на кухне! Присоединяйся, попьём пива!
Не Пан замахал руками:
— Спасибо за приглашение, но у меня полно дел. Хорошо вам погулять!
С пакетами в руках он прошёл на кухню. Стэн и его компания развлекались вовсю: гремела музыка, кто-то танцевал, кто-то глушил пиво прямо из бутылок — без единой закуски, даже без арахиса.
Убрав продукты в холодильник, Не Пан достал заготовки на вечер, намереваясь приготовить себе ужин.
Стэн, увидав его у плиты, снова подскочил:
— Пан, я тут рассказал ребятам, какая у тебя выходит безумная паста с томатами и яйцом, а они не верят! Сделай нам порцию, а? Я сам пробовал воспроизвести, но у меня вышло совсем не так вкусно!
Не Пан окинул взглядом гору спагетти, помидоров и яиц, припасённых Стэном, перевёл взор на выжидающие лица его друзей и решил, что делов-то на пару минут:
— Ладно, приготовлю вам заправку. Но с одним условием: к полуночи шуметь прекратите, договорились?
— Без проблем! — просиял Стэн. — Мы не станем тебе мешать.
Гостей набралось человек шесть, а вот свежих томатов оказалось маловато. Не Пан щедро добавил томатной пасты, получив густой, сочный соус — самое то для пасты.
Стэн, едва сняв пробу, поднял большой палец:
— Вот оно! Да даже ещё гуще и насыщеннее, чем в прошлый раз!
«Ещё бы, полбанки томатной пасты бухнул», — мысленно ухмыльнулся Не Пан, а вслух произнёс:
— Макароны сварились? Перемешивайте и ешьте.
— Готово! — радостно крикнул Стэн и позвал друзей.
Компания европейцев дружной оравой выстроилась у стола, жаждая попробовать хвалёное китайское кушанье.
Едва сняв первую пробу, они наперебой стали показывать Не Пану большие пальцы:
— Невероятно! Спасибо тебе!
Кто-то из парней поинтересовался:
— А как по-китайски будет «вкуснятина»?
— Хаочи, — ответил Не Пан.
— Хаочи! Хаочи! — зазвучало со всех сторон.
Не Пан лишь скромно улыбнулся и взялся за мытьё сковороды. На ужин он планировал сделать жареный рис. Свежие макароны его не прельщали, поэтому он ещё днём отварил рис про запас.
Нарезав кубиками ветчину, морковь, спаржу, перец, накрошив зелёный лук и приготовив зелёный горошек, он разогрел вок.
Иностранцы, поглощавшие пасту, с открытыми ртами наблюдали за тем, как ловко Не Пан орудует лопаткой и виртуозно подбрасывает содержимое сковороды. Раздались восхищённые возгласы.
Когда Не Пан переложил дышащий жаром разноцветный рис на тарелку и обернулся, на него уставилась цепочка голодных глаз:
— А это что такое? Выглядит просто умопомрачительно...
— Жареный рис, — ответил Не Пан. — Но у меня только одна порция, угостить не смогу.
С этими словами он подхватил тарелку и ушёл к себе в комнату — выносить на себе десяток голодных взглядов было выше его сил.
— Стэн, твой сосед часом не шеф-повар из Мишлен? — едва за Не Паном закрылась дверь, набросились на Стэна друзья.
Стэн пожал плечами:
— Понятия не имею. На той неделе он угощал меня тушёным мясом — ничего вкуснее в жизни не едал.
— Познакомь меня с ним! Я хочу с ним дружить! — воскликнула симпатичная девушка.
— А он по парням? — пошутил кто-то из ребят. — Если он будет мне так готовить, я готов с ним встречаться!
Стэн уже успел пожалеть, что растрепал о кулинарных талантах соседа: сам толком не поел, а друзья уже вовсю строят планы на Не Пана.
Расправившись с ужином, Не Пан вернулся на кухню вымыть посуду. Компания уже насытилась и вовсю веселилась: кто-то танцевал, какой-то парень наигрывал на гитаре. Завидев Не Пана, та самая симпатичная девушка подошла к нему:
— Привет, Пан! Я Келли, учусь на финансовом. Потанцуешь со мной?
«Эх, видел бы это Чэнь Юйсюань, точно обозвал бы меня чурбаном неотёсанным — симпатичная иностранка сама зовёт танцевать, а я отказываюсь!» — мелькнуло в голове у Не Пана.
— Спасибо за приглашение, Келли, но я совсем не умею танцевать, — вежливо отказался он.
Келли решила, что он просто смущается:
— Ничего страшного, я научу! Это совсем просто.
— Извини, лучше не надо. Хорошего вам вечера! — Не Пан сполоснул тарелку и поспешил к себе.
Едва он ушёл, парень, шутивший про свидания, подошёл к Келли:
— Видишь, девчонки его не интересуют. Вдруг ему больше нравятся парни? В следующий раз сам попробую к нему подкатить.
— Ну-ну, попытай счастья, — фыркнула Келли.
Впрочем, шанса у него так и не появилось: Не Пан больше из комнаты не выходил. Он надел наушники и погрузился в прослушивание записи лекции.
Поскольку это был первый опыт Стэна в организации вечеринок, затягивать он не стал: к двенадцати часам гомон утих, и гости разошлись. Правда, весь вечер друзья только и делали, что подбивали Стэна уговорить соседа приготовить что-нибудь ещё. Стэн и сам ломал голову: под каким предлогом снова обратиться к Не Пану?
* * *
Субботнее утро встретило Лондон мелким моросящим дождём. Закутавшись потеплее, Не Пан вышел из дома. Обещания нужно выполнять, так что непогода — не помеха.
В выходные так рано в метро было пусто. Не Пан наконец-то смог спокойно сидеть в полупустом вагоне, не страдая от удушливых ароматов чужого парфюма.
Оптовый рынок оказался не столь гигантским, как представлялось, но вполне приличным. Главное — цены на овощи здесь были в разы ниже, чем в супермаркетах. Увидев имбирь и чеснок по смешной цене, Не Пан не удержался и набрал несколько килограммов, рассчитывая отбить дорогу. Правда, съесть всё это до того, как оно прорастёт, казалось задачей нереальной.
Побродив между рядами, он разжился говяжьей голяшкой, свиными ножками и даже нашёл свиные ушки и куриные желудочки, которые так любил Чжай Цзин'ань. Улов вырос внушительный, а экономия полностью покрыла проезд.
Проблема заключалась лишь в весе: сумки потянули килограммов на пятнадцать. Таща эту тяжесть к метро, Не Пан твёрдо решил прикупить хозяйственную тележку на колёсиках.
А ради тушёного мяса ему пришлось потратиться ещё и на большую глубокую кастрюлю. Хоть покупка и выбивалась из бюджета, Не Пан чувствовал: в хозяйстве она точно пригодится.
Вернувшись во второй половине дня, он сразу принялся за работу. Продуктов набралось много, но, к счастью, всё помещалось в новую кастрюлю — не пришлось варить в несколько заходов. И всё же провозился он до самой ночи: обработка свиных ножек и ушей требовала дьявольского терпения.
Вскоре по всей кухне разнёсся густой, аппетитный аромат пряного соевого маринада, от которого у соседей потекли слюнки. Впрочем, поскольку Не Пан тушил свинину вместе с говядиной, соседи-мусульмане из Индии и Пакистана угоститься не могли.
Остальным же Не Пан с удовольствием выделил по порции. Стэн, никогда в жизни не евший потроха и свиные уши, будто открыл для себя новый мир: кто бы мог подумать, что хрящики могут быть такими хрустящими, а куриные желудочки — настолько нежными!
Готовое мясо Не Пан заправил острым соусом собственного приготовления, чтобы сбить жирность. Но тут возникла новая проблема: складывать такую гору еды было не во что, пришлось фасовать по пищевым пакетам.
Как раз в этот момент позвонил Ян Чжэньсюань:
— Брат Пан! Я раздобыл для тебя футболку с автографом Роналду! Завтра привезу. Можно я приеду пораньше, с утра?
— Да, конечно. Слышь, Брат Ян, у тебя дома есть большие контейнеры для еды? Я тут мяса натушил, а сложить не во что.
Ян Чжэньсюань аж засиял от восторга:
— Есть-есть! Завтра всё привезу! А что именно натушил?
— Говядину, свиные ножки и ушки.
— У меня аж слюнки текут! Брат Пан, ты мой кумир! Я за тушёные рульки душу отдам! Спасибо огромное! Завтра как проснусь — сразу за тобой!
В голосе Толстяка звучал дикий азарт. В Британии ему ни разу не попадались нормальные тушёные свиные ножки. Как-то он попросил Сестрицу Фан приготовить их, но та так и не смогла убрать специфический запах, чуть кастрюлю не выбросила. Зато в Не Пане он не сомневался.
Закончив с мясозаготовкой, Не Пан перенёс кастрюлю к себе в комнату: в общий холодильник она не влезала, да и оставлять без присмотра было опасно — стащат. В комнате работало отопление, поэтому, чтобы мясо не испортилось за ночь, Не Пан перекрыл вентиль на батарее, решив прозимовать одну ночь в холоде.
Комната пропиталась густым мясным духом, но делать нечего — пришлось терпеть.
Перед сном он сфотографировал получившееся изобилие и отправил Чжай Цзин'аню:
«Если есть большие контейнеры, захвати с собой. Если нет — купим в Лондоне».
Чжай Цзин'ань только-только расправился со сложной математической задачей и пребывал в состоянии полной ментальной перезагрузки. Увидев снимки Не Пана, он ощутил, как рот немедленно наполнился слюной:
«Ничего себе гора! Выглядит невероятно вкусно».
«А как иначе? На вашу ораву меньше и не хватит. Завтра я твою долю отложу отдельно, а остальное отдам Ян Чжэньсюаню. У него день рождения, народу припрётся полно».
«Спасибо! Ты, наверное, весь день у плиты простоял, устал?»
«В семь утра встал, мотался на оптовый рынок за ушами и желудочками. Только вот освободился, с ног валюсь».
«Бедняга. Завтра приеду — заглажу вину. Засыпай скорей».
«В комнате стоит такой аромат тушёного мяса, что не знаю, усну ли вообще. Но я постараюсь. Спокойной ночи!»
Практика показала: когда вымотаешься до предела, уснёшь в любых условиях. Не Пана не смогла разбудить даже корейская соседка, устроившая со своим парнем бурную ночь за стеной. Пострадал разве что Чэнь Юйсюань из 707-й комнаты.
* * *
Будильник прозвенел трижды, прежде чем Не Пан заставил себя сесть на кровати. Сон был глубоким, безмятежным. Впрочем, у молодости свои плюсы: стоит выспаться — и ты снова свеж и бодр.
Он сладко потянулся, умылся, быстро позавтракал и переложил порцию для Чжай Цзин'аня в небольшую кастрюльку. Остальное дожидалось Толстяка.
За ночь мясной бульон превратился в плотный холодец, намертво скрепив куски мяса. Пришлось приложить немало усилий, чтобы разделить их.
Едва Не Пан закончил, раздался звонок от Ян Чжэньсюаня:
— Брат Пан, проснулся?
— Проснулся. Брат Ян, ты чего так рано? С днём рождения тебя!
Не Пан удивился: не было ещё и девяти утра, а Ян Чжэньсюань уже на ногах.
— Спасибо! Я уже у твоего дома. Ещё не завтракал, так хочется чашку лапши долголетия... Сваришь?
— Конечно. Сейчас спущусь встречу.
Не Пан подхватил ключи и пропуск. Как отказать имениннику в простеньком желании?
Ян Чжэньсюань приехал вместе с Цзи Цзе. Оба выглядели так, словно не спали двое суток: тёмные круги под глазами, уставшие лица.
— Спасите... — простонал Цзи Цзе, еле открывая глаза. — Мы полны голода и сна. Сяо Панпан, сотвори нам что-нибудь поесть, а то мы прямо здесь кони двинем!
— Вы что, всю ночь не спали?
Цзи Цзе зевнул так, что челюсть чуть не хрустнула:
— Мы праздновать начали ещё вчера. Сначала клуб, потом ночь за компами, а с утра этот дурень усадил меня за руль. Он нас в гроб загонит! Сдал бы уже на права сам, а?
Ян Чжэньсюань виновато развёл руками:
— Думаешь, я не хочу? Кабы мог — давно бы сдал. Спасибо, Брат Цзе! Я тебе за это свиную ножку выделю.
— Зашибись, одну ножку! Сам всё сожрать хочешь? — шутливо возмутился Цзи Цзе.
Ян Чжэньсюань лишь посмеивался. Впрочем, Цзи Цзе возмущался любя — всё-таки день рождения у друга.
Ян Чжэньсюань протянул Не Пану бумажный пакет:
— Брат Пан, на, это тебе.
Не Пан заглянул внутрь: там лежала красная футболка. Развернув её, он ахнул — седьмой номер Роналду времён «Манчестер Юнайтед» с личным автографом!
— Спасибо, Брат Ян! Неужели правда та самая футболка? Это же бесценный подарок!
— Настоящему ценителю — драгоценную вещь, — Ян Чжэньсюань покровительственно хлопнул Не Пана по плечу. — Сваришь мне вкусной лапши — и мы в расчёте!
— Пойдёмте на кухню, всё сделаю.
Завидев бак с тушёным мясом, гости едва не захлебнулись слюной.
Не Пан предложил:
— Сварю вам лапши, добавлю тушёного мяса и по яйцу. Пойдёт?
— Пойдёт! Мне ножку положи! — оживился Ян Чжэньсюань.
— Обычная сухая лапша устроит? Домашняя будет долго доходить.
— Давай любую, лишь бы быстрее! — поддержал Цзи Цзе.
Не Пан поставил кастрюлю с водой, поджарил каждому по яйцу, а затем бросил в бульон мясной холодец вместе со свиной ножкой. Застывший навар моментально растаял, превратившись в густой, ароматный бульон. В самый последний момент Не Пан добавил свежих листьев салата и горсть зелёного лука. Получилась сытная лапша долголетия — с мясом и зеленью.
Добавив домашнего острого масла, гости уплетали за обе щеки, не отвлекаясь на разговоры.
Расправившись с порцией, Ян Чжэньсюань с чувством сжал руку Не Пана:
— Брат Пан, это лучшая лапша в моей жизни! Ты мой спаситель! Отныне ты мой названый отец! Проси чего хочешь — всё сделаю!
Не Пан аж замялся:
— Брат Ян, ну что ты такое говоришь! Сегодня твой день рождения, день трудов твоей мамы, мне неловко слышать такие слова.
Цзи Цзе расхохотался:
— Ради такой кастрюли мяса можно и отцом назвать! Кстати, наши контейнеры маловаты, всё мясо не влезает.
Ян Чжэньсюань предложил:
— А давай кастрюлю прямо к нам заберём! Потом привезём обратно вместе с Братом Паном.
Не Пан посмотрел на их тару — и впрямь не вместить.
— Ну, давайте так.
Втроём они по очереди спустили тяжёлую кастрюлю во двор и погрузили в багажник. Не Пану ещё никогда не приходилось отдавать приготовленное мясо вместе с посудой — от этой мысли ему самому стало смешно.
* * *
Апартаменты Ян Чжэньсюаня располагались в самом центре Лондона, в пентхаусе. Просторные, роскошные, они заметно превосходили жильё Чжай Цзин'аня. Интерьер поражал богатством, а в гостиной стояли музыкальные инструменты: рояль, скрипка, саксофон, ударная установка, гитары.
На стене висело фото Ян Чжэньсюаня в фраке со скрипкой в руках.
Не Пан изумился:
— Брат Ян, ты занимаешься музыкой?
— Учился классической музыке. Так, балуюсь иногда, — небрежно отозвался тот.
Вскоре Не Пан заметил ещё кое-что интересное: на соседней фотографии Ян Чжэньсюань стоял в обнимку с известной актрисой. В своё время она гремела на всю страну — снималась в кино, пела на эстраде, а уйдя со сцены, занялась бизнесом и преуспела.
— Брат Ян, а это кто?
— Мама моя, — мельком глянув на снимок, ответил Ян Чжэньсюань.
Не Пан вытаращил глаза:
— Твоя мама?!
Он присмотрелся к портрету. Кроме формы носа, они не были похожи ни капли. Причём нос у актрисы был далеко не самой выигрышной чертой.
— Мама — прекрасный цветок, попавший в навозную кучу, а я весь в отца пошёл, ни одной маминой черточки не унаследовал, — с присущей ему прямотой выложил Ян Чжэньсюань.
— Зато унаследовал её творческую жилку, — подметил Не Пан.
— Это да. С детства люблю с музыкой возиться, всё понемногу умею, да ничем толком не владею, — Ян Чжэньсюань указал на кухню. — Брат Пан, вот кухня. Вчера я прикупил продуктов, не знаю, хватит ли. Сам я практически не готовлю, разве что мама иногда балует, когда приезжает. В общем, распоряжайся.
Не Пан шагнул в открытую кухню. Сияющая сталь приборов и мрамор столешниц выглядели ещё шикарнее, чем у Цзи Цзе. В холодильнике завязывался узел из всевозможных деликатесов — на какую же ораву всё это рассчитывалось?
— Брат Ян, а сколько человек будет?
Ян Чжэньсюань загибал пальцы:
— Человек десять-двенадцать. Кое-кто ещё не доехал. Ты готовь на своё усмотрение. А я пойду посплю, сил нет. Еда приедет — открой им дверь.
С этими словами он потёр лицо, еле держась на ногах.
Не Пан опешил — тот просто уходил, не дав возразить:
— Брат Ян, я же не знаю твоих друзей!
— Все свои, китайцы. Спросишь через дверь, кто такие, если имя моё знают — впускай, — зевнул Толстяк.
Не Пан лишь развёл руками.
Он принялся изучать содержимое холодильника. Набор продуктов поражал размахом: австралийский лобстер, камчатский краб, тунец блюфин, отборные тигровые креветки, мраморная говядина Вагю, шотландская говядина, иберийский хамон, а ещё рябчики и оленина. Ну и, конечно, свиная грудинка для хуэйгожоу, которую заказывал именинник.
Из глубин морозильника Не Пан выудил сушёные морские деликатесы: рыбьи губы, плавники, морские гребешки, сушёный балыковый а Use. По датам на упаковках было видно — запасы мамины, давнишние.
Не Пан впал в лёгкий ступор. Ян Чжэньсюань нагрёб самых дорогих деликатесов, но забыл купить элементарные вещи — даже чеснока, имбиря и лука не было! Не варёными же гадами всех кормить? Кто не умеет готовить, тот и продукты покупать не умеет.
Не Пан срочно набрал Дань Вэнь:
— Сестрица Вэнь, ты уже у Брата Яна?
— Да, зашла только что. А что?
— Он накупил кучу дорогой еды, а специй и овощей нет вообще! Тут рядом есть супермаркет?
— Есть, конечно! Напиши список, я сбегаю.
Не Пан вздохнул:
— Я тут половину продуктов в глаза не видел, надо погуглить рецепты. Ты если близко, заходи, вместе решим, что делать.
— Сейчас буду, пару минут!
Не Пан взялся за телефон и блокнот, выписывая способы приготовления экзотических деликатесов, будто к экзаменам готовился. В этот момент пришло сообщение от Чжай Цзин'аня:
«Ты в общежитии или у Ян Чжэньсюаня?»
«У Брата Яна».
«Понял. Скоро буду».
Значит, Чжай Цзин'ань тоже приедет поздравить именинника.
Вскоре появилась Дань Вэнь. Увидев заваленный деликатесами стол, она обомлела:
— Сяо Ян точно с ума сошёл! Набрал чёрт-те чего, а с кулинаром не посоветовался.
Не Пан беспомощно улыбнулся:
— Я сам половину этих гадов не готовил. Вот, сижу, читаю рецепты.
Дань Вэнь заглянула в его записи и удивлённо протянула:
— Ого, какой у тебя почерк красивый! Размашистый такой, совсем не вяжется с твоим скромным видом.
Не Пан скромно промолчал. Почерком он действительно гордился — вложил не один год тренировок.
Полистав записки, Дань Вэнь качнула головой:
— Все эти лобстеры да тунцы — только для вида крупные, поесть-то толком нечего. Боюсь, на дюжину голодных ртов не хватит.
Не Пан хитро прищурился:
— А у меня есть секретное оружие! — И он приоткрыл принесённую кастрюлю с тушёным мясом.
Дань Вэнь ахнула:
— Это тоже ты приготовил?
— Вчера весь вечер тушил.
— Вот это вещь! Вот это по-нашему! И сытно, и вкусно. Нарежем на несколько больших блюд, — рассмеялась она.
— А ещё я сварю рис и сделаю фирменный жареный рис с хамоном и говядиной — сытно и ароматно, — добавил Не Пан.
Дань Вэнь подняла большой палец:
— Годно! Так и сделаем!
Они составили список необходимых специй, зелени и овощей — курятины, перца, моркови, горошка, чтобы разбавить экзотику простыми домашними блюдами. Дань Вэнь ушла за покупками, а Не Пан принялся за чистку и подготовку продуктов.
Едва Дань Вэнь вышла, как в дверь позвонили. На пороге стояла юная девушка — известная дочь знаменитых родителей, которую Не Пан часто видел в новостях.
Девушка держалась свободно:
— Привет! Я Лу Цунцин, подруга Чжэньсюаня.
— Привет. Я Не Пан, тоже друг Брата Яна. Он отошёл поспать, проходи, располагайся. Я на кухне.
— Ты готовишь? Сегодняшний обед на тебе?
— Ага.
Не Пана угнетала концепция открытой кухни: каждый входящий разглядывал его у плиты. Для интроверта это было сущим испытанием.
Вскоре прибыл Чжай Цзин'ань. Проигнорировав приветствие Лу Цунцин, он сразу шагнул к Не Пану:
— Почему ты один копошишься?
— Сестрица Вэнь ушла за овощами, сейчас вернётся, поможет, — пояснил Не Пан.
Лу Цунцин тут же вмешалась:
— Я тоже могу помочь! Я готовить не умею, но ты можешь меня научить.
Не Пан мельком глянул на неё. Девушка просидела полчаса и не проявляла желания учиться, а стоило появиться Чжай Цзин'аню — сразу вызвалась в помощницы. Всё с ней понятно.
— Спасибо, не стоит, я сам справлюсь.
Чжай Цзин'ань нахмурился:
— А где остальные?
— Всю ночь гуляли, отсыпаются.
— Сам устраивает праздник, а гостей заставляет пахать, — недовольно буркнул Чжай Цзин'ань.
— Брат Ян подарил мне футболку Роналду с автографом. Так что приготовленный обед — моя благодарность.
Чжай Цзин'ань не нашёлся, что ответить: сам-то он расплачивался за еду решением математических задач.
— Чем помочь?
— Почистишь картошку?
— Я тоже могу почистить! — подала голос Лу Цунцин.
Чжай Цзин'ань сурово смерил её взглядом:
— Не мешайся под ногами.
Девушка вспыхнула, глаза её налились слезами, и она обиженно убежала в гостиную.
Не Пан вполголоса заметил:
— Кажется, ты её обидел.
Чжай Цзин'ань даже не повернул головы:
— Какое мне дело? Давай сюда свою картошку. — И взялся за палочки для еды, намереваясь скрести ими кожуру.
Не Пан удивлённо прыснул:
— Брат Ань, вот же овощечистка!
Чжай Цзин'ань покрутил в руках инструмент.
— Осторожнее, не порежься, — предупредил Не Пан.
— Угу. — Чжай Цзин'ань с непривычки нажал слишком сильно и срезал толстенный пласт кожуры. Оценив остроту лезвия, он стал действовать аккуратнее.
Не Пан с улыбкой спросил:
— Ну как, получается?
— Получше, чем палочками.
Не Пан задорно усмехнулся:
— Ещё бы! Это же специальный нож.
К моменту, когда Чжай Цзин'ань расправился с картошкой, вернулась Дань Вэнь. Ему тут же поручили чистить чеснок.
Не Пан тем временем заставил кипеть бульон из курицы, хамона и сушёного гребешка. Конечно, за пару часов настоящей глубокой наваристости не добиться — в ресторане его семьи бульон варился сутками, — но для домашнего обеда вариант вполне годился.
Дань Вэнь, задвигая большую кастрюлю Не Пана в угол, сочувственно вздохнула:
— Ну и досталось же тебе. Два дня у плиты ради чужого дня рождения.
Чжай Цзин'ань взглянул на кастрюлю. Он узнал её по вчерашнему снимку. «Ну и прожорливый же этот Толстяк, даже кастрюлю приволок целиком».
— Он сам попросил тушёное мясо в подарок, пришлось сварить, — Не Пан обернулся к Чжай Цзин'аню и, встретившись с ним взглядом, беззвучно шепнул губами: «Твоя доля осталась у меня в комнате».
Чжай Цзин'ань прочитал по губам — и его губы тронула удовлетворённая улыбка.
* * *
К двум часам дня на столе красовалось больше десятка роскошных блюд: запечённый под сыром лобстер, камчатский краб с чесноком и фунчозой, обжаренный тунец, тунец в соевом соусе, креветки с солью и перцем, шашлычки из говядины Вагю, тушёный рябчик, оленина с перцем, брюссельская капуста с говядиной, тушёная свинина хуэйгожоу, артишоки с грибами, рваная курица, картофельные оладьи, жареный рис, а также нарезка из тушёной говядины и куриных желудочков.
Свиные ножки Не Пан приберёг лично для именинника.
За столом собралось четырнадцать человек. Компания шумела так, что потолок готов был рухнуть.
Ян Чжэньсюань поднял бокал:
— Спасибо всем, что пришли! Особая благодарность Брату Пану — с самого утра у плиты! Первый тост — за тебя, Брат Пан!
Не Пан поднялся в ответ:
— За именинника! С днём рождения!
Все дружно поддержали тост.
Начался пир. Гости, сначала отнёсшиеся к идее домашнего обеда скептически, уже после первой ложки были повергнуты в абсолютный восторг. Вскоре за столом воцарилась тишина — все уплетали за обе щеки.
В разгар обеда дверь открылась, и на пороге появилась эффектная женщина с пакетами в руках:
— Сын, сюрприз! С днём рождения!
В комнате мгновенно стало тихо. На пороге стояла актриса Чжао Сюэцзюнь.
Опытная артистка мгновенно оценила обстановку:
— Ого! Сколько гостей у нашего Сяо Яна! Всем привет!
Ян Чжэньсюань поднялся навстречу:
— Мама? Ты же говорила, что занята!
— Хотела сделать сюрприз! Вы ещё не обедали? Ого, какой стол! Из ресторана заказывали?
— Нет, мамуль, это мой друг Не Пан приготовил!
Чжао Сюэцзюнь изумлённо посмотрела на Не Пана:
— Такой красивый мальчик, да ещё и так готовит! Спасибо тебе огромное! Как тебя зовут, милый?
Не Пан покраснел до кончиков ушей:
— Здравствуйте, тетушка. Я Не Пан.
Чжао Сюэцзюнь пожала ему руку, а затем, заметив Чжай Цзин'аня, радостно воскликнула:
— Цзин'ань! И ты здесь!
Чжай Цзин'ань вежливо кивнул:
— Здравствуйте, тетушка Чжао.
Мать Ян Чжэньсюаня присела за стол, попробовала кусочек тушёной говядины с острым соусом — и глаза её вспыхнули:
— Неужели это тоже ты сам приготовил? Потрясающе!
Узнав, что Не Пан учится на первом курсе Империал-колледжа на математическом, Чжао Сюэцзюнь окончательно рассыпалась в комплиментах.
Еда разлетелась за считанные минуты. Даже Чжао Сюэцзюнь, обычно избегавшая углеводов, съела пиалу жареного риса.
После обеда Лу Цунцин и пара гостей из Франции попросили у Не Пана контакты в WeChat. Чжао Сюэцзюнь тоже с улыбкой добавила его в друзья и попыталась вручить роскошный фирменный пакет с подарком.
Не Пан категорически отказался от дорогого брендового подарка:
— Тетушка, действительно не нужно! Брат Ян уже подарил мне футболку с автографом Роналду. Если хотите сделать мне приятное — подарите две фотографии с вашим автографом, я отвезу их маме, она обожает ваши сериалы!
Чжао Сюэцзюнь расплылась в счастливой улыбке:
— Договорились!
* * *
Чжай Цзин'ань решил, что пора закругляться:
— Тетушка, нам с Не Паном пора. Ему ещё нужно делать домашнее задание.
Не Пан подхватил свою кастрюлю.
Шао Яо вызвался подвезти Не Пана, но тот отказался:
— Спасибо, Брат Шао, меня подвезёт Чжай Цзин'ань, мне как раз нужно спросить у него пару задач по математике.
Чжай Цзин'ань бросил на Шао Яо прохладный взгляд:
— Смотрю, у докторантов полно свободного времени.
Шао Яо лишь хмыкнул, чувствуя холодность Не Пана, и списал всё на происки Чжай Цзин'аня.
Спустившись вниз, Чжай Цзин'ань убрал кастрюлю в багажник.
В машине он включил печку потеплее и сказал Не Пану:
— Откинь кресло, поспи немного. Я разбужу.
Не Пан не успел возразить, как его сморил сон.
Доехав до общежития, Чжай Цзин'ань припарковался и тихо позвал:
— Не Пан, приехали.
Не Пан не шелохнулся. Чжай Цзин'ань замер, разглядывая его лицо: аккуратные густые брови, длинные ресницы, маленькая родинка на крыле носа и розоватые губы.
Он аккуратно тронул Не Пана за плечо:
— Просыпайся.
Не Пан открыл глаза, сонный взгляд сфокусировался на лице Чжай Цзин'аня:
— Брат Ань...
— Мы дома.
Не Пан дёрнулся встать, но его удержал ремень безопасности. Он потянулся к застёжке, и его пальцы случайно коснулись руки Чжай Цзин'аня — по телу пробежала волна тепла, похожая на лёгкий разряд тока.
Освободившись, Не Пан выскочил на морозный воздух и тут же громко чихнул.
Чжай Цзин'ань забрал кастрюлю из багажника, не дав Не Пану нести тяжесть.
В комнате Не Пан выложил доставшуюся Чжай Цзин'аню долю: говяжью голяшку, свиные ножки, ушки и желудочки.
— А себе почему не оставил?
— Наелся на неделю вперёд. На следующей неделе буду печь лепёшки в университет.
Чжай Цзин'ань улыбнулся:
— Ты меня заставляешь захлёбываться слюной. Ежедневная готовка тебя не утомляет?
— А что делать? В этой глуши даже нормального завтрака не купишь.
— Это точно. Ну давай, садись за математику.
Не Пан достал тетради и посмотрел на уставшего Чжай Цзин'аня:
— Брат Ань, можешь прилечь на мою кровать, поспи часок. Я пока сам поделаю, а сложные задачи потом спрошу.
Чжай Цзин'ань помешкал и согласился. Снял куртку, но замялся у края кровати:
— В уличных брюках ложиться нехорошо, измажу постель.
Не Пан улыбнулся, доставая из шкафа домашние штаны:
— На, надень мои. Будут немного коротковаты, но сойдут.