Студенты британских вузов начинают суетиться по поводу стажировок уже на первом курсе. Впрочем, шансов зацепиться на первом году мало — обычно на стажировку уходят в летние каникулы после второго курса. Это задел на будущее: крупные компании Великобритании охотно набирают стажёров на лето, присматривая потенциальных сотрудников. К моменту выпуска многие получают так называемый return offer — официальное приглашение в штат после получения диплома. Но даже без него за плечами остаётся ценный опыт, который открывает многие двери.
Не Пан в то лето прошляпил все сроки: увлёкся подготовкой к международному конкурсу по математическому моделированию и попросту выкинул стажировки из головы. Чжай Цзин'ань опытом стажировок не обладал, да и нужды в них не испытывал, так что к этой теме никогда не проявлял интереса.
Когда Не Пану всё же напомнили о дедлайнах, порталы подачи заявок уже дружно закрылись. Делать нечего, пришлось утешать себя тем, что наверстает всё на третьем курсе.
К счастью, для поступления в британскую магистратуру стажировки были не критичны — там куда важнее средний балл. Так что каникулы Не Пан потратил на учёбу и усердную прокачку навыков программирования.
С началом нового учебного года Не Пан не только подал документы в магистратуру, но и веером разослал резюме по крупным компаниям на весенние и летние программы. Весенняя стажировка припадала как раз на пасхальные каникулы длиною в месяц. Резюме у него вышло внушительным: диплом первой степени международного конкурса по математическому моделированию, отличная успеваемость, знание языков программирования. Единственной уязвимостью оставалось отсутствие реального опыта работы.
Третий курс на бакалавриате — время сплошной круговерти: подготовка документов в магистратуру, сложные профильные предметы, итоговые экзамены, написание диплома... А Не Пан вдобавок решил взвалить на себя ещё и поиск работы.
К счастью, с документами для магистратуры он разделался ещё на каникулах, да и часть программы прошёл наперёд, так что теперь оставалось сконцентрироваться на экзаменах, дипломе и стажировке. Иной на его месте за голову бы схватился от такой нагрузки. Но Не Пан отличался завидным хладнокровием, устойчивой психикой и привычкой делать всё без лишней суеты.
К тому же рядом почти всегда был Чжай Цзин'ань. Стоило Не Пану устать или поддаться тревоге, как он крепко обнимал своего верного «пауэрбанка» — и силы тут же возвращались. Цзин'ань честно отрабатывал роль идеального парня, взяв на себя всю тыловую рутину. Как минимум, подыскивать и покупать продукты в супермаркетах Не Пану больше не приходилось. Время от времени Чжай Цзин'ань даже готовил, не говоря уже о том, что служил лучшим в мире успокоительным.
В такие минуты Не Пан искренне радовался:
— Считай, мне повезло до безумия. С этой кучей дел да ещё и с мерзостной лондонской погодой я бы без тебя точно загнулся.
— Мой косяк, — вздохнул Чжай Цзин'ань. — Если бы я вовремя поинтересовался этой темой, тебе не пришлось бы сейчас так разрываться.
— С какой стати ты виноват? Я сам прохлопал. Ты и так делаешь больше, чем нужно. Всё будет хорошо, вот увидишь, — Не Пан мимолётно коснулся его губ поцелуем.
Чжай Цзин'ань ответил более долгим поцелуем:
— Держись, прорвёмся!
Удача не заставила себя ждать: Не Пан получил оффер на весеннюю стажировку в инвестиционном банке, а вскорости ему перезвонили из среднекалиберной компании, занимающейся анализом данных. Ему предложили пройти собеседование на краткосрочную подработку в рождественские праздники. В канун Рождества многие штатные сотрудники уходили в отпуск, и компании срочно требовался толковый человек на неделю-полторы. Впечатлившись его сильным резюме и приняв во внимание статус китайского студента, HR-менеджер решила уточнить, свободен ли он.
Для Не Пана, жаждавшего наработать хоть какой-то опыт, это стало подарком судьбы:
— Разумеется! Я согласен!
Фирма была небольшой, но специализированной. Идея заключалась в том, чтобы проанализировать рыночные данные за праздничный период. Опыт участия в международном конкурсе по математическому моделированию сыграл решающую роль, и Не Пана утвердили без лишних расспросов.
Чжай Цзин'ань со смехом взъерошил ему волосы:
— А ты молодчина! Предложения так и посыпались. Жаль только, мне нужно вернуться в Пекин к дедушке, так что поддержать тебя лично не смогу.
— Езжай спокойно. Я буду ходить на работу, со мной ничего не случится.
— И всё-таки в праздники в Лондоне бывает сплошной хаос, — нахмурился Цзин'ань, переживая за его безопасность.
— Они занимаются аналитикой данных, — успокоил его Не Пан. — Не думаю, что придётся торчать в офисе каждый день. Наверняка разрешат работать из дома.
— Уверен?
— Заступлю — уточню. Постараюсь выбить себе «дистанционку».
— Хорошо.
Первое полугодие третьего курса пролетело в непрерывной беготне. Чжай Цзин'ань улетел в Китай, даже не дождавшись официального начала каникул: он рассчитывал вернуться в Великобританию аккурат перед Новым годом, чтобы встречать и провожать Не Пана с работы.
Каникулы у Не Пана начались в середине декабря, и он сразу связался с компанией, чтобы узнать, когда выходить. Оказалось, что часть сотрудников уже свалила в отпуска, в офисе аврал, поэтому его попросили приступить немедленно.
Впервые в жизни Не Пан примерил на себя роль офисного работника. Каждое утро он, наряженный с иголочки, втискивался в переполненный вагон метро. Гардероб ему составлял Цзин'ань: вместо привычного студенческого стиля — элегантный сэми-кэжуал. Смотрелось весьма стильно и солидно, и если бы не юношеские черты лица, в нём вряд ли кто-то угадал бы студента.
В офисе царило чемоданное настроение — все жили предвкушением рождественских выходных. В наставники Не Пану определили молодого белого парня, проработавшего в компании всего пару лет. Тот отличался вспыльчивым характером, слегка завышенным мнением о себе и поначалу откровенно морщился от необходимости нянчиться с неопытным новичком.
Однако очень скоро старший коллега понял, насколько ему повезло. Не Пан схватывал всё на лету: достаточно было намекнуть — и он уже во всём разобрался. Буквально за два дня стажёр полностью освоился и начал щёлкать сложные задачи одну за другой. Не будь Не Пан временным работником, наставник всерьёз почувствовал бы угрозу своему положению.
Секрет такой прыти крылся в том, что текущие задачи до боли напоминали тренировочные кейсы с международного конкурса по математическому моделированию. Так что уже через пару дней Не Пан впахивал наравне с постоянными сотрудниками.
График в компании был восьмичасовым с часовым перерывом на обед, причём время прихода разрешалось варьировать: можно с девяти до пяти, а можно с восьми до четырёх. Зимой темнеет рано, и Не Пану совсем не улыбалось возвращаться по темноте, поэтому он выбрал вариант с восьми утра до четырёх дня, чтобы ровно в четыре выходить за двери и не терять ни минуты.
Поработав несколько дней, Не Пан пришёл к непреложному выводу: быть студентом — настоящее счастье. Как бы ты ни уставал над учебниками, это не идёт ни в какое сравнение с тугим офисным напряжением. Конечно, в течение дня выпадали минутки для передышки — утром и днём давалось по 10–30 минут на чай или кофе. Всё остальное время требовалось сохранять предельную концентрацию. Для работы, требующей постоянного напряжения мозгов, шесть-семь часов интенсивной пахоты в день выматывали до предела, а над душой к тому же висел контроль эффективности.
Романтика новизны улетучилась быстро, уступив место суровой правде жизни офисного раба. И ведь он был всего лишь стажёром! Впрочем, никто не спешил раскрывать ему глаза: поскольку парень оказался продуктивным, нагружали его вовсе не как стажёра, а как полноценного работника.
Его непосредственная начальница, белая женщина лет тридцати с небольшим, относилась к Не Пану с особой теплотой. Во-первых, он выглядел совсем юным — в её глазах милым и обаятельным парнишкой. Во-вторых, он проявлял усердие, обладал высоким интеллектом и выполнял поручения быстро и чётко, выгодно отличаясь от местных старых лис, набивших руку в искусстве увиливать от работы.
Поэтому она то и дело заботливо напоминала:
— Пан, пора сделать перерыв на чай. — Или спрашивала: — Не хочешь десерт?
Попробовав однажды принесённые спросонья сладости, Не Пан вежливо отказался: слишком уж приторно, аж в горле першит.
Что касается обедов, поначалу Не Пан рассуждал так: раз уж вырос до взрослой работы, глупо таскать с собой контейнеры, как в школе. Поэтому первые дни он ходил обедать за компанию с коллегами. Вскоре выяснилось, что весь их рацион сводился к сухому сэндвичу и чашке кофе. Даже те, кто приносил еду с собой, ограничивались ломтиком хлеба с ветчиной, листком салата и парой черри с горстью черники.
Для человека, усиленно работающего головой, такого количества углеводов катастрофически не хватало. Уже через два дня Не Пан решительно перешёл на домашнюю еду. К счастью, в офисе имелась микроволновка, и очереди к ней, в отличие от университетской столовой, не собирались.
Поскольку выходить из дома приходилось спозаранку, готовить утром времени не оставалось. В свой первый «автономный» обед Не Пан взял жареный рис. С вечера он сварил риса побольше, нарезал кубиками морковь, шиитаке, ветчину и подготовил зелёный горошек. Утром оставалось лишь быстро обжарить всё на сковороде, съесть порцию на завтрак, а остатки укомплектовать в контейнер.
Чэнь Юйсюань уехал ещё в самом начале каникул — на этот раз махнул в Грецию, греться под средиземноморским солнцем и заряжаться позитивом. Так что Не Пан хозяйничал в квартире один, и готовить на двоих не требовалось.
Но в пустом доме было неуютно: ему больше нравилось, когда вокруг кипела жизнь. К тому же их с Чжай Цзин'анем разделяли восемь часовых поясов. Удавалось лишь обменяться короткими утренними сообщениями да созвониться в часовой обеденный перерыв, потому что, когда Не Пан заканчивал рабочий день, в Китае уже стояла глухая ночь. Приходилось возвращаться в тихую, остывшую квартиру один на один с тоской.
Во время обеда к его столу подошёл сосед, молодой белый парень по имени Эрик:
— Эй, Пан, пойдём перекусим?
Эрик устроился в компанию только этим летом и был не сильно старше Не Пана. Руководствуясь негласным правилом новичков держаться вместе, он охотно проявлял инициативу. Предыдущие два дня Не Пан как раз составлял ему компанию в походах за сэндвичами.
Достав прозрачный контейнер, Не Пан качнул головой:
— Извини, сегодня тебе придётся идти одному. Я принёс еду с собой.
Сквозь пластик отчётливо просвечивал яркий, аппетитный жареный рис. Эрик с любопытством прищурился:
— Ого, а что это у тебя?
— Жареный рис.
— По-китайски?
— Ага.
— Понятно, — Эрик пожал плечами. — Ну, тогда я побежал.
Не Пан поднялся и направился к микроволновке. Западные коллеги к горячим обедам приучены не были — даже лютой зимой они спокойно уплетали ледяные сэндвичи и запивали их водой со льдом, так что печь стояла свободной.
Разогрев рис, Не Пан присел за общий стол. Коллеги, жевавшие свои сухомятки, посматривали на его судочек с откровенным любопытством, но подходить не стали — отношения пока оставались чисто рабочими.
Аромат разогретого риса, конечно, уступал только что снятому с огня, но всё равно был великолепным. Отправляя в рот ложку за ложкой горячую, пряную вкуснятину, Не Пан чувствовал, как благостно расслабляется желудок. Всё-таки истинно китайский организм требует привычной домашней кухни.
В этот момент экран телефона вспыхнул — звонил Чжай Цзин'ань по видеосвязи.
— Обедаешь? — улыбнулся Цзин'ань с экрана.
Не Пан принял вызов:
— Угу. Ты-то сам поужинал? — В Китае перевалило за восемь вечера.
— Давно уже. А у тебя что сегодня? Своё принёс?
— Ага, сам с утра обжарил рис. Смотри! Местную стряпню мой желудок отказывается принимать.
— Молодец. Своя еда куда сытнее. В Пекине, кстати, валит густой снег. А в Лондоне как?
— Паршиво. Утром дождь лил, дубак собачий.
— Зимний дождь — это мерзость. Ничего, через пару дней я вернусь, буду помогать тебе с продуктами и возить на работу и обратно.
Не Пан расплылся в счастливой улыбке. Он безумно скучал по Цзин'аню, но стеснялся признаться вслух — не хотел, чтобы это звучало как эгоистичное требование бросить всё и прилететь.
— Чего лыбишься, глупыш? Скучал по мне?
Не Пан кивнул:
— Угу. Очень.
— Я тоже скучаю. Совсем немного осталось. Сегодня водил мелких на озеро Шичахай — на коньках кататься. Ты ведь вроде так и не научился?
— Не-а. На лыжах кое-как научился, а потом забросил.
— На следующие рождественские каникулы поедем в Альпы кататься на лыжах. А коньки освоим, когда окончательно вернёмся в Китай.
— Договорились!
Они поболтали ещё немного, пока Не Пан не доел обед, после чего Цзин'ань попрощался. Желудок Не Пана был полон горячей еды, а сердце — теплом и любовью. Наполненный новой энергией, он с удвоенным азартом взялся за работу.
Чем ближе подбиралось Рождество, тем заметнее пустел офис. Официальные праздники в компании начинались только двадцать четвёртого декабря, но большинство сотрудников оформляли ежегодный отпуск встык к праздничным дням, обеспечивая себе как минимум две недели отдыха.
Не Пану же предстояло отработать вплоть до самого кануна. Затем следовала передышка: два рождественских дня плюс два выходных. После этого короткого отдыха оставалось отслужить ещё несколько дней, и с наступлением Нового года его краткосрочная стажировка благополучно завершалась.