Короткое видео улетело в чат, и беседа мгновенно ожила.
— Ого, сколько налепили! И такие ровненькие, один к одному. У нашего младшенького просто золотые руки!
— Ничего себе заготовки! Завтра же нагряну на дегустацию. Кто со мной в компанию?
— Я! Я с тобой! Собираем банду, идем всем табором!
— Хе-хе, завтра меня дома не будет, так что пельмешек вам не видать — поцелуете закрытую дверь!
— Тогда я прямо сейчас приеду, уж сейчас-то перепадет?
— А прямо сейчас меня тоже не застать: скоро повезу Сяо Панпана домой.
— Тьфу на тебя, жмот! Завтра же позову брата Пана к себе, он мне закатит царский пир, а вы все слюной захлебнетесь!
— А вот и не выйдет, на завтра у него другие планы: я повезу его оформлять симки и банковские карты. Так что вставайте в очередь и ждите! Хе-хе-хе!
От его ехидного смеха в чате поднялась буря: посыпались ругательства, и народ явно жалел, что нельзя дотянуться до наглеца прямо через экран и хорошенько ему всыпать.
Шао Яо поставил перед Не Паном миску с дымящимися пельменями:
— Сяо Не, отложи пока лепку. Поешь горячего.
Не Пан глянул на перепачканные мукой пальцы:
— Сначала закончу, тут всего ничего осталось. Чего лишний раз руки мыть?
Баоцзы выходили увесистыми. Всего он заготовил пятьдесят кусочков теста, и на доске оставалось меньше двадцати.
Шао Яо с наслаждением смаковал сочные пельмени с говядиной, наблюдая за тем, как ловко и споро порхают руки Не Пана. Защипы ложились ровной аккуратной косичкой — загляденье, да и только.
— Слышал, ты с юга. Откуда такое мастерство в обращении с тестом?
Не Пан сдержанно улыбнулся:
— Я с детства люблю мучное. А дома была возможность научиться, вот и освоил.
— Южанин, обожающий мучное? Впервые такого встречаю, — вскинул бровь Шао Яо.
Не Пан промолчал. Скорее всего, собеседник просто мало общался с южанами: среди них любителей лапши и выпечки хватало.
Наконец с готовкой было покончено. В общей сложности ушло три часа, зато результат впечатлял: две сотни пельменей-цзяоцзы и пятьдесят пышных паровых булочек-баоцзы.
Тщательно вымыв руки, Не Пан принялся за свою порцию. Вкус оказался отменным, почти как дома — помогло то, что в китайском супермаркете нашлись все нужные приправы и соусы. Оставалось лишь поблагодарить глобализацию, превратившую планету в одну большую деревню: даже вдали от родины можно было без труда утолить тоску по привычной еде.
«Надо будет и себе налепить про запас, — подумал Не Пан. — Утром отварил по-быстрому — вот и сытный завтрак перед парами. А баоцзы можно брать с собой в универ на обед».
Единственной загвоздкой оставался объем холодильника: в крошечной морозилке студенческого общежития много не сохранишь.
Цзи Цзе тем временем уплетал пельмени за обе щеки и продолжал дразнить народ в чате, упиваясь своим триумфом.
Чжай Цзин'ань тоже состоял в этой группе. Приняв душ после вечерней тренировки, он лег в постель и разблокировал телефон. Групповой чат «Ссылка в Британию» висел на самом верху списка уведомлений. Заглянув туда, он обнаружил бурное обсуждение: приятели наперебой строили планы, как бы заманить Не Пана к себе и заставить готовить.
Пролистав сообщения вверх, Цзин'ань наткнулся на видеоролик, снятый Цзи Цзе: четыре доверху наполненных контейнера с пельменями самых разных форм и аккуратные пышные баоцзы. Неужели все это сделал Не Пан? Поразительно.
Еще выше обнаружилось видео, где парень орудовал двумя тесаками, виртуозно превращая мясо в нежный фарш. Цзин'ань невольно усмехнулся: а ведь выглядит как заправский шеф-повар.
«С ума посходили, — подумал он. — Будто в Лондоне нормальной китайской еды не найти. Накинулись на мальчишку и доят без зазрения совести... Впрочем, готовит он и впрямь отменно».
Вспомнив вчерашнюю потрясающую лапшу и сопоставив ее с собственным сухим ужином из тостов, Чжай Цзин'ань сглотнул набежавшую слюну. Он встал, открыл холодильник и, окинув унылым взором скудный набор из нарезного хлеба, готовых сэндвичей, фруктов и газировки, тут же потерял всякий аппетит. Вздохнув, он достал яблоко, сполоснул его под краном и хрустнул сочной мякотью.
Ледяной фрукт ломил зубы. И именно в этот момент в чат прилетело новое видео — только что снятые с пара, пышущие жаром баоцзы. Аромат будто просачивался сквозь экран. Чжай Цзин'ань с каменным лицом, словно вымещая досаду, с силой вонзил зубы в яблоко.
«Форменное издевательство».
Чат снова взорвался волной возмущения: Цзи Цзе дружно клеймили за то, что жрет в одно горло.
Тот поспешил оправдаться:
— Ничего не в одно! Брат Шао тоже здесь, половину запасов он забирает себе! — и тегнул Шао Яо.
Шао Яо тут же отозвался:
— Парень действительно мастер своего дела. Одни из лучших пельменей, что мне доводилось пробовать.
Увидев, что Шао Яо там же, Чжай Цзин'ань нахмурился.
Он свернул группу, открыл диалог с Не Паном, но, помедлив пару секунд, так ничего и не написал. Уже собираясь закрыть приложение, он машинально нажал на аватарку юноши и перешел в его ленту.
У Не Пана не стояло ограничений по видимости — публикации были открыты от начала и до конца. Записями он делился нечасто: в основном выкладывал аппетитные блюда, живописные дорожные пейзажи, цветы да уличных кошек с собаками. Сам в кадре почти не появлялся, а если и мелькал, то исключительно со спины. В этом они были похожи — Цзин'ань тоже терпеть не мог фотографироваться.
Перед ним представал образ открытого, скромного и искренне любящего жизнь юноши.
«Предупредить его, что ли?» — заколебался Цзин'ань, но тут же одернул себя. С какой стати ему вмешиваться? У него нет на это никаких прав. К тому же личная жизнь Шао Яо — дело щекотливое, выкладывать все едва знакомому человеку попросту некорректно.
Они ведь только встретились. Даже если Не Пан приглянулся Шао Яо, тот вряд ли станет форсировать события с первой же минуты.
Полистав ленту еще немного, Чжай Цзин'ань вернулся в общий чат и увидел, что Шао Яо с Цзи Цзе уже везут Не Пана обратно в общежитие.
Он несколько секунд задумчиво смотрел на крошечную аватарку, после чего отложил телефон и взял с прикроватной тумбочки книгу. Виделись-то всего раз, с чего он вообще за него переживает? Да и если у Шао Яо есть какие-то виды, парень вовсе не обязан соглашаться.
* * *
Обратная дорога затянулась, и к общежитию они подъехали еще позже, чем вчера. Неумолкающий Цзи Цзе успел выведать о Не Пане буквально всё: чем занимаются родители, сколько человек в семье, свободен ли он и в какие компьютерные игры рубится.
К моменту высадки они уже добавили друг друга в друзья на игровой платформе и договорились как-нибудь сыграть вместе. Не Пан, правда, честно предупредил, что уровень у него невысокий и он может тянуть команду на дно.
Цзи Цзе самоуверенно хлопнул себя в грудь:
— Не парься! Твой старший брат — бог гейминга, я в любой игре хорош. Затащу тебя на любой ранг!
Не Пан лишь вежливо улыбнулся. Сейчас ему было совсем не до игр: первоочередной задачей оставалось преодоление языкового барьера и подготовка к учебе.
Остановив машину у жилого комплекса Вудворд-Билдингс, Шао Яо огляделся:
— Ты ведь учишься в главном кампусе? До него отсюда не ближний свет.
— Я подал заявку на общежитие поздновато, — пояснил Не Пан. — Испугался, что вообще останусь без жилья, и указал этот вариант на всякий случай. Вот меня сюда и распределили.
— И сколько уходит на дорогу?
— Утром на метро вышло около пятидесяти минут. Если повезет, можно уложиться в сорок.
Шао Яо нахмурился:
— Это же время в пути как на работу в Пекине. Столько часов терять в дороге... Когда начнутся сложные пары и завалы, как ты будешь всё успевать?
Не Пан смущенно почесал затылок:
— Этот год уже придется дожить здесь, а на следующий подам на кампус поближе.
Дело было сделано: договор подписан, аренда оплачена. Как ни крути, а тянуть эту лямку придется как минимум год.
— Ты на математическом? — уточнил Шао Яо.
— Да.
— У математиков расписание обычно не такое плотное, лекций меньше, основной упор на самостоятельную работу. Поначалу всем тяжело перестроиться, через это проходят все иностранные студенты. Не переживай, со временем втянешься. Желаю поскорее освоиться в британской университетской жизни.
Эти слова искренне поддержали Не Пана. Он благодарно кивнул:
— Спасибо! Буду стараться.
Припарковавшись, Цзи Цзе и Шао Яо вышли из машины, чтобы помочь донести пакеты до блока. Поднявшись на седьмой этаж, они столкнулись в коридоре с соседом из 701-й — индийцем Рави. Завидев троицу, тот расплылся в улыбке и выдал приветствие на густом карри-инглише.
Не Пан вежливо кивнул ему в ответ и поспешил в свою комнату.
Когда они вошли внутрь, Шао Яо спросил:
— Твой сосед — индиец?
— Ага.
Цзи Цзе сочувственно похлопал юношу по плечу:
— Сяо Панпан, держись и уповай на небеса.
Не искушенный в тонкостях межкультурного общежития Не Пан удивился:
— С ними тяжело ужиться?
— Запомни главное правило: всегда говори им твердое и решительное «нет». Никаких полунамеков и вежливых экивоков, иначе проблем не оберешься. У большинства из них напрочь отсутствует понятие личных границ.
Шао Яо мягко добавил:
— Если он один на блок, это еще полбеды. Хуже, когда их собирается целая компания.
Остальных соседей Не Пан еще в глаза не видел и понятия не имел, кто они такие. Оставалось лишь надеяться, что индийцев среди них больше нет.
Сгрузив покупки, Не Пан замялся, не зная, чем отблагодарить парней. Вспомнив про привезенные из дома гостинцы, он достал коробочку:
— Это цветочные коржики с родины. Попробуйте.
— О, спасибо! — с готовностью принял угощение Цзи Цзе. — Время позднее, раскладывай вещи и ложись спать, нам тоже пора. Завтра утром заскочу за тобой, прокатимся по инстанциям, оформим все документы и карты.
— Договорились. До завтра! Счастливо доехать.
Шао Яо достал смартфон:
— Не Пан, давай обменяемся контактами в вичате.
— Да, конечно, — Не Пан достал телефон и отсканировал QR-код.
Проводив гостей, Не Пан принялся за разбор покупок. Скоропортящиеся продукты следовало сразу убрать в холод, а бакалею и приправы он решил оставить в комнате — места в общем холодильнике было в обрез.
Подхватив пакеты, он направился на кухню. В раковине громоздилась гора немытой посуды: желтоватые разводы и едкий запах карри не оставляли сомнений в том, кому она принадлежит. Что ж, придется привыкать к чужим привычкам.
Пока он рассовывал пачки по полкам, на кухне нарисовался Рави. Не Пан понадеялся было, что сосед пришел навести порядок, но тот лишь из праздного любопытства встал рядом, с интересом разглядывая китайские ингредиенты и засыпая парня вопросами.
Специфический акцент разбирался куда труднее американского, так что Не Пан мысленно счел это аудированием и изредка коротко отвечал, просто чтобы не казаться грубым.
В разгар их беседы в дверях кухни появился еще один жилец — конопатый белокожий парень с красным, как спелая слива, носом. Окинув Не Пана оценивающим взглядом, он с порога бросил:
— Ты японец, кореец или вьетнамец?
Не Пан едва удержался, чтобы не закатить глаза. Он нарочно?
— Я из Китая.
Услышав это, парень скривился с видом оскорбленной добродетели:
— Великая держава обязана нести ответственность и помогать тем, кто попал в беду.
Не Пан окинул его невозмутимым взглядом:
— А ты сам откуда?
— Из Литвы, — с высокомерной спесью отчеканил тот.
Не Пан на секунду задумался, вспоминая географию:
— Прости, но я не совсем понимаю, о чем речь.
— О беженцах с Ближнего Востока и войне между Россией и Украиной!
Не Пан пожал плечами:
— Китайцы выступают за мир и не поддерживают решение конфликтов оружием. Все спорные вопросы должны решаться за столом переговоров. Мы не вмешиваемся во внутренние дела других государств. А что касается беженцев — пусть о них заботятся те, кто развязал эти кризисы.
Обозначив позицию, Не Пан спокойно закрыл дверцу холодильника и направился к выходу.
Литовца аж перекосило от злости; раздувая багровые крылья носа, он процедил сквозь зубы:
— Лицемеры проклятые!
Не Пан прекрасно расслышал выпад, но ввязываться в бессмысленную перепалку не стал.
Едва заселился, а двое соседей уже с явными странностями. Голова пошла кругом: неужели весь блок подобрался из чудиков? Радовало лишь то, что общей была только кухня — оставалось надеяться, что пересекаться они будут как можно реже.
По пути в комнату он наткнулся в коридоре на третьего соседа — смуглого парня родом с полуострова Индостан, разве что кожа у него была чуть светлее, чем у Рави. Тот с ходу просиял и протянул руку для рукопожатия:
— Привет, бро! Ты же из Китая? Я Ирфан, из Пакистана.
Не Пан пожал протянутую ладонь:
— Да, китаец. Привет, меня зовут Не Пан. Можешь звать просто Пан.
— Прекрасно! Мы же настоящие братья — бате! — последние слова пакистанец с гордостью выпалил на чистом китайском.
Не Пан еще раз качнул его руку и вежливо высвободил ладонь:
— Здравствуй, брат. Рад знакомству. Надеюсь, сработаемся. А сейчас я пойду к себе.
Четыре человека, четыре разные страны, причем двое — представители государств с вековой враждой. Нетрудно было догадаться, какие веселые деньки ждут эту квартиру.
* * *
На следующее утро Не Пан проснулся в восемь часов. Он быстро сварганил себе простую лапшу с яйцом и помидорами, бросив в миску несколько листьев салата для витаминов.
В кухонной раковине по-прежнему кисли немытые плошки с присохшим карри: похоже, их собирались мыть только перед следующей готовкой. С индийцем определенно предстояло провести разъяснительную беседу.
Позавтракав и собравшись, Не Пан вышел на улицу. Небо затянуло свинцовыми тучами, дул промозглый ветер — похоже, вот-вот зарядит дождь. Вчерашнее ясное солнце для Лондона явно было редкостью.
Рассудив, что Цзи Цзе в такую рань вряд ли проснется, Не Пан пешком дошел до районного отделения банка и занял очередь. Когда зазвонил телефон, двери банка как раз открылись.
Не Пан принял вызов через беспроводной наушник:
— Алло, я уже стою в очереди в банк.
— Ничего себе ты ранний! А мы как раз выехали к тебе. Ты пока оформляй карту, а как подъедем — займемся остальными делами. Потом свозим тебя куда-нибудь погулять!
— Договорились, — ответил Не Пан.
«Мы»? Неужели Шао Яо тоже с ним?