Видя, как Чжай Цзин'ань, сначала корчившийся от невыносимого вкуса, к концу трапезы ест с совершенно невозмутимым видом, Не Пан ощущал целую гамму чувств — и смех, и щемящую нежность. Сказать, что он был тронут — ничего не сказать: этот человек искренне пытался полюбить коварные корешки чжээргэнь только ради него.
— Да не налегай ты так, привыкай постепенно, — мягко остановил его Не Пан.
Чжай Цзин'ань лишь улыбнулся:
— Все в порядке, я, кажется, раскушал. Теперь даже нравится.
— Ну ты даешь, брат Ань! Справиться с чжээргэнь за один приход — это подвиг. Обожаю тебя, — произнес Не Пан, глядя на него влюбленными, сияющими глазами.
Услышав это, Цзин'ань понял: все его сегодняшние мучения окупились сполна.
Едва с обедом было покончено, он решительно взялся за мытье посуды. Не Пану казалось неловким нагружать гостя бытовыми хлопотами, но Чжай Цзин'ань пресек любые возражения:
— Ты чего это? Твой дом — мой дом. К чему эти церемонии? Совсем за чужого меня держишь.
Пришлось уступить.
— Ладно, сдаюсь. Спасибо за помощь, — улыбнулся Не Пан и в награду чмокнул его в щеку.
Цзин'ань шутливо возмутился:
— Эй, так нечестно! А когда ты меня целуешь, ты почему не боишься, что родители вернутся и застанут нас?
— Ну тогда пойдем ко мне в комнату, — с хитринкой ответил Не Пан.
Получив этот явный намек, Цзин'ань прибавил ходу. Посуда была отмыта в считаные секунды. Увлекая Не Пана за собой в спальню, он запер дверь на защелку, задернул плотные шторы и с порога впился в его губы жадным поцелуем.
Впрочем, в родительском доме Не Пан не рисковал держать ничего «такого», так что Цзин'аню пришлось ограничиться лишь горячей прелюдией.
— Эх, не разгуляешься... Пошли отсюда. Едем в отель, — с досадой выдохнул он.
Глядя на его голодную, недовольную физиономию, Не Пан не удержался от смешка:
— Мне же еще Яньянь из школы забирать.
— Время еще есть, успеешь, — ответил Цзин'ань, приводя в порядок свою одежду и попутно поправляя воротник на рубашке Не Пана.
Добравшись на электробайках до отеля и поднявшись в номер, Цзин'ань первым делом потащил Не Пана в ванную.
Выбравшись из душа, Не Пан сразу завел будильник, чтобы не проспать уроки сестры. И как чувствовал: утолить голод Цзин'аня этим не удалось, и тот снова накрыл его своим телом.
Не Пан то погружался в дремоту, то снова просыпался, пока наконец не зазвенел сигнал. Он резко сел на кровати.
Цзин'ань приоткрыл глаза:
— За сестрой пора?
— Ага. Заберу её и домой. А ты чуть позже добирайся — на такси или на байке. Ужинать будем у нас, — натягивая одежду, проинструктировал его Не Пан.
— А твои дома? — уточнил Цзин'ань.
— Да вряд ли, у них в заведении самый разгар. Раз уж я вернулся, они полностью повесили Яньянь на меня.
— Тогда зачем тебе торчать у плиты? Забери её, встретимся и посидим где-нибудь в ресторанчике, — предложил Цзин'ань.
Не Пан на секунду задумался:
— А что, мысль. Тогда я за ней, а ты пока присмотри какое-нибудь местечко поблизости.
Выскочив из отеля, он доехал до школы, забрал Не Янь и сразу набрал родителям — предупредить, что поужинает с сестрой в городе и о них можно не беспокоиться.
Заметив брата одного, Не Янь полюбопытствовала:
— Гэ, а где твой друг?
— В отеле. Он сегодня угощает нас ужином, так что едем к нему, — ответил Не Пан, протягивая ей шлем.
Застегнув ремешок, девочка обхватила брата за талию:
— Гэ-э, а где вы сегодня гуляли?
— Да так, по рынку прошлись.
— Чего-о? Ты потащил его на обычный базар?!
— Ты не понимаешь, — ухмыльнулся Не Пан. — В Британии половину наших продуктов днем с огнем не найдешь. Мы там по нормальной еде с ума сходили! Так что теперь любой супермаркет или продуктовый рынок для нас — чистый восторг.
— Ну вы даете! — хихикнула Не Янь. — Но он же мог и в Пекине по рынкам ходить! На кой черт надо было переться к нам ради банальных овощных рядов? Он что, с приветом?
— А вот и нет. Наши юньнаньские рынки куда богаче пекинских. Там и половины того нет, что продается у нас.
— Да ну, скажешь тоже! Это же столица! Сейчас логистика развита, привезти могут что угодно.
— Скоропортящиеся свежие продукты плохо переносят долгую дорогу. К тому же кулинарные вкусы на севере и юге совершенно разные. Вот и получается, что рынки кардинально отличаются.
Не Янь послушала с сомнением:
— Серьезно? Ну ладно, вырасту, поступлю в университет в другом городе — сама проверю.
— А за границу учиться уехать не хочешь? — спросил Не Пан.
— Еще чего! — скривилась девочка. — Не хочу уезжать из Китая. Наша страна — лучшая в мире, зачем мне тащиться чужим людям на забаву и терпеть эти ваши «заморские мучения»?
Не Пан невольно рассмеялся. Что верно, то верно — за границей жизни не сахар. Но жалеть о своей поездке он бы точно не стал. Не уехав бы тогда в Англию, разве встретил бы он Чжай Цзин'аня?
Подъехав к отелю, Не Пан набрал Цзин'аню и сказал, что они внизу.
Не Янь с изумлением уставилась на помпезный фасад пятизвездочного отеля:
— Ничего себе, гэ! А твой красавчик-друг, оказывается, тот еще богач.
— Да нормально, — уклончиво ответил Не Пан. Раскрывать сестренке истинные масштабы состояния Цзин'аня он явно не собирался.
Чжай Цзин'ань спустился практически сразу:
— Долго ждали? Я тут присмотрел пару заведений, гляньте, что больше нравится.
Он открыл список на смартфоне. Не Пан склонился над экраном, а Не Янь, вытянув шею, заглянула туда и прыснула от смеха:
— Так это же наш семейный ресторан!
— Который из них? — переспросил Цзин'ань.
Не Пан ткнул пальцем в первую строчку с самым высоким рейтингом:
— Вот этот.
— О, так, может, к вам и рванем? Все добро в семье останется, — подмигнул Цзин'ань.
— Если хочешь, можно и туда, — усмехнулся Не Пан.
— Ну уж нет! Только не туда! — запротестовала Не Янь. — Давайте выберем другое место, я хочу попробовать что-нибудь новое. От нашей стряпни у меня уже изжога.
Впрочем, обвинять её было сложно: пока Не Пана не было в стране, девочка ужинала исключительно в семейном заведении.
— Договорились, выбирай сама, — уступил Цзин'ань.
Не Янь быстро пролистала варианты и указала на одно из названий:
— Вот сюда! У них курочка, запеченная в бамбуке, — просто пальчики оближешь!
— Что скажешь? — Цзин'ань перевел взгляд на Не Пана.
— Хорошее место. Бывал у них пару раз, готовят вкусно.
— Значит, решено. Вызываем такси?
— Не стоит, сейчас как раз час пик начнется, застрянем в пробке. Арендуй лучше электробайк, доедем с ветерком. Тут близко, три-четыре километра всего, — предложил Не Пан.
Цзин'ань отсканировал QR-код на шеринговом скутере, и они отправились в путь. Всю дорогу Не Янь щебетала без остановки, словно заведенный радиоприемник, и первым делом пристала к Цзин'аню с вопросом, на кой черт ему сдался продуктовый рынок.
— Рынок — это самое сердце городской жизни. Там чувствуется настоящий дух места, — ответил Цзин'ань.
— А завтра вы куда намылились? — переключилась девочка.
— Завтра планируем съездить в деревню к предкам, за грибами сходить, — отозвался Не Пан.
— Я с вами! Гэ, ну подождите меня! У меня же каникулы со дня на день начнутся! — тут же запричитала Не Янь. Одержимость грибалкой у жителей Юньнани передается с молоком матери.
— Давай так: если до твоих каникул я еще не уеду, обязательно возьмем тебя с собой, — пообещал Цзин'ань.
— Правда?! Ловлю на слове! С вас грибной поход! — засияла девочка.
Ресторанчик оказался крайне популярным заведением, славящимся своей кухней на весь город. К счастью, рабочий день только закончился, и свободный столик для них отыскался.
Оба парня были неприхотливы в еде, поэтому почетную обязанность выбирать блюда полностью свалили на Не Янь. Девочка с удовольствием заказала свои любимые кушанья, которые, к слову, оказались местными коронными деликатесами.
За столом Не Пан и Чжай Цзин'ань устроились рядышком, а Не Янь села напротив. Попивая чай и разглядывая двух красавцев-парней, она невольно заулыбалась и протянула руку:
— Гэ, дай телефон.
— Зачем тебе? — удивился Не Пан.
— Сфоткать вас хочу! Ну давай живее! — потребовала сестренка.
Не Пан с секундным замешательством передал смартфон. В его галерее хранились сотни снимков Цзин'аня, но, к счастью, перед вылетом на родину он спрятал весь личный архив в зашифрованную папку.
Схватив телефон и запустив камеру, Не Янь сделала несколько быстрых кадров, после чего принялась с восторгом разглядывать результат:
— Вау, просто огонь! Вы оба такие красавчики! Гэ, скинь мне их потом, я подружкам похвастаюсь, скажу, что у меня теперь аж два старших брата-красавца!
Не Пан с Цзин'анем переглянулись.
«Неужели мелочь о чем-то догадалась?»
Забрав смартфон у сестры, Не Пан просмотрел свежие снимки. Поскольку кадры были спонтанными, никто из них не позировал, и выражения лиц вышли очень живыми. Цзин'ань на них выглядел чертовски привлекательно.
— Снято красиво, но вот хвастаться перед одноклассницами точно не стоит, — осадил её Не Пан. Он отлично знал современные девичьи увлечения. Они с Цзин'анем были настоящей парой, и если девчонки в школе начнут шипперить их и строить догадки, это вполне могло всплыть перед сестрой.
— Ладно, тогда подругам отправлять не буду, оставлю себе на память, идет? — уступила Не Янь.
— Договорились, позже скину, — убрал телефон Не Пан.
Вскоре на столе один за другим начали появляться заказанные яства: курица, запеченная в бамбуковом стволе, жареная говядина с кислыми побегами бамбука, рыбка, тушенная с вонючим тофу, обжаренные грибы ниуганьцзюнь и сочные побеги чайота. В качестве комплимента от заведения подали еще и тарелочку острой закуски из корешков чжээргэнь. Настоящий пир по-юньнаньски!
Цзин'ань с невозмутимым видом зацепил палочками корешок чжээргэнь и отправил в рот. Не Янь уставилась на него с крайним изумлением:
— Я думала, приезжие вообще терпеть не могут эту штуку. А ты ешь и даже не морщишься!
Цзин'ань улыбнулся:
— Ага, вполне нормально. А это тоже тыквенные плети? — спросил он, тянясь к тарелке с зелеными побегами.
— Не, это плети чайота — те самые, что мы утром на рынке видели, — подсказал Не Пан. — Их даже очищать от кожицы не надо, правда, они не такие нежные, как тыквенные. Попробуй.
Закинув кусочек в рот, Цзин'ань ощутил приятный хруст, хотя вкус и правда уступал тыкве:
— Слушайте, а почему у вас тут так любят поедать молодые побеги?
— Климат теплый, дождей много, все растет как на дрожжах. Если лишние плети не обрезать, они заберут всю силу и плодов не будет. Вот их и пасынкуют, а заодно пускают в готовку. Ничего не пропадает даром, — объяснил Не Пан. Этими знаниями с ним когда-то поделились родители, когда у него самого возникали подобные вопросы.
— Вот оно что! Теперь буду есть с чистой совестью, — посмеялся Цзин'ань.
— Да ну вас с вашей зеленью, я мяса хочу! — вмешалась Не Янь. — Гэ, надень перчатки и раздели птицу, мне лень пачкать руки.
— Ладно, давай сюда.
Не Пан натянул одноразовые перчатки и ловко разобрал запеченную курицу на кусочки. Первое сочное бедро он положил сестре, второе отдал Цзин'аню, а себе цапнул крылышко.
Цзин'ань посмотрел на свою тарелку:
— Ты зачем мне ножку отдал? Я крыло хочу, забрал бы себе.
— Да мне и крылышка хватит, ешь давай, — отмахнулся Не Пан.
Цзин'ань, не долго думая, переложил ножку сестренке:
— Счастье должно быть полным, держи оба окорочка! А мне давай второе крыло.
Не Пану ничего не оставалось, как отправить второе крылышко в его пиалу.
Не Янь оглядела свои два аппетитных окорочка, перевела взгляд на парней, уплетавших по крылу, и вдруг выдала:
— Гэ-э, а про вас двоих случайно не говорят «два крыла одной птицы»?
От этой идиомы выражение лица Не Пана сделалось весьма специфическим.
«Она это специально или ляпнула не подумав?»
— Научись сначала идиомами пользоваться, знаток, — с наигранным строгим смешком осадил он сестру. — Ешь давай.
Цзин'ань ничего не ответил, лишь молча отправил кусочек мяса в рот, но по уголкам его губ было прекрасно видно, как он изо всех сил сдерживает улыбку.
Заказан был явный излишек, но из уважения к еде все трое наелись до отвала. Выбравшись из ресторана, они доехали на байках до парка Цюэйху, чтобы прошвырнуться вдоль озера и разогнать калории.
Сумерки только сгущались. В парке яблоку негде было упасть: резвилась детвора, на площадках задорно плясали бабушки под ритмичную музыку, пожилые пары вальсировали на аллеях, а обычные прохожие просто неторопливо прогуливались у воды.
Такую теплую, дышащую жизнью атмосферу можно встретить только в Китае. Даже Цзин'ань, никогда не любивший шумные сборища, ловил себя на мысли, что эти людные аллеи милее его сердцу, чем вымершие пустые улицы Кембриджа. Здесь было много народу, но никто не лез в чужое личное пространство: каждый занимался своим делом, не мешая окружающим.
Сбросив свой тяжеленный портфель на брата, Не Янь порхала вокруг них легкой бабочкой: то ей подавай жареный тофу баоцзян, то замучила жажда и срочно понадобился баббл-ти.
Цзин'ань готов был исполнить любой её каприз, но Не Пан вовремя притормозил его, шепнув на ухо:
— Эй, потише на поворотах, а то мелочь решит, что ты в неё влюбился.
— А она мне правда нравится. Любишь меня — люби и мою сестренку, — тепло улыбнулся Цзин'ань.
— Ей вообще-то уже четырнадцать, она почти взрослая девчонка. Если будешь так баловать, не боишься, что поймет неправильно? — не унимался Не Пан.
Цзин'ань изогнул бровь. Ему и в голову не приходило ничего подобного, он просто искренне относился к ней как к родной сестренке:
— Ну ладно, хозяйничай сам.
Показав ему знак «ОК», Не Пан повернулся к сестре, уже нацелившейся на ларёк с напитками:
— Так, а кто-то у нас, кажется, уже исчерпал весь недельный лимит на сладкие чаи?
— Гэ-э, ну у тебя и память! Я же просто пить хочу, купи мне хоть обычной воды! — хихикнула Не Янь.
Не Пан вручил ей бутылку минералки:
— Мы вообще-то шли ужин утрясти, а ты только и норовишь набрать пару лишних кило.
— Ну все-все, больше ничего съедобного! Гэ, купи тогда брелок Labubu, вон тот, миленький! — переключилась девочка. Не вышло с едой — выпросит игрушку.
— На твоем рюкзаке и так уже висит штук пять этих монстров.
— Какой же ты скряга! — надулась Не Янь и обиженно отвернулась.
Не Пан проявил твердость и покупку делать не стал. Цзин'ань слегка удивился:
— А я думал, ты ей ни в чем не отказываешь.
— Баловать тоже надо с умом. Если исполнять любые капризы, планка желаний задерется слишком высоко, и радость от обычных вещей просто исчезнет.
— Ого, ты даже в психологии воспитания разбираешься?
— Да нет, просто к слову пришлось, вычитал где-то.
Летом на озере Цюэйху чайки не водились, зато вовсю цвели лотосы, наполняя ночной воздух свежим, пьянящим ароматом. Пройдя пару кругов по набережной, они наконец почувствовали, что тяжесть в желудках уступила место приятной усталости.
Выбрав ровную площадку в стороне от аллеи, Не Пан и Цзин'ань сначала слаженно отработали комплекс тайцзичуань, а затем выполнили армейский комплекс рукопашного боя.
Не Янь аж рот открыла от изумления:
— Гэ-э! Ты когда успел этому научиться?! Это же капец как круто!
Закончив упражнения, Не Пан заметил, что вокруг них собралась небольшая толпа, и некоторые зеваки вовсю снимают их на телефоны. Смотреть на двух высоких, статных парней, безупречно выполняющих боевые связки, и правда было одним удовольствием.
— Это брат Ань меня научил, — пояснил Не Пан. — Пошли, время уже позднее, пора домой.
Они направились к выходу, оседлали скутеры и поехали в сторону дома. Цзин'ань сошел у своего отеля, а Не Пан вместе с сестрой отправился дальше.
Дома эмоциональный накал Не Янь все никак не утихал:
— Гэ, ты так круто махал руками, жаль, я не догадалась на видео снять! А брат Цзин'ань вообще отпад... Такой красавчик, да еще и драться умеет. За ним, наверное, девчонки табунами бегают?
— Бегают. Но у него уже есть пара, — в очередной раз напомнил Не Пан.
— Пара — это типа девушка? — уточнила Не Янь.
— Угу, так на севере говорят.
— Эх, повезло же его девушке! А ты когда себе кого-нибудь найдешь?
Не Пан с улыбкой изогнул бровь:
— Что, я недостаточно о тебе забочусь? Хочешь еще кого-нибудь привлечь?
— Да ну тебя! Я просто подумала... ты мог бы пока не жениться? Вдруг твоя девушка меня невзлюбит, и ты про меня вообще забудешь...
— Глупости не неси. Человек, которого я выберу, обязательно будет любить тебя не меньше моего, — мягко потрепал её по шее Не Пан.
Вернувшись в свою спальню, Не Пан вытащил смартфон. На экране висело сообщение от Цзин'аня:
«Ночь долгая, а сон не идет... Не соизволит ли юный господин скоротать сий унылый час за неспешной беседой с бедным студентом?»
Не Пан не сдержал улыбки:
«И о чем же юный господин желает вести речи?»
«О романтике, поэзии и нежных чувствах».
«Ну что ж, вещай, я внимаю».
«Надень наушники, я надиктовал голосовые».
«А может, сразу видеосвязь врубим? Позанимаемся вместе, а?»
«...»
Что тут еще скажешь? Раз уж тебе достался настолько целеустремленный и тянущийся к знаниям возлюбленный, остается лишь смиренно учиться вместе с ним.
На следующее утро Не Пан собрал небольшой рюкзак с самым необходимым и отправился в отель к Цзин'аню. Как и договаривались, сегодня они ехали «на грибалку». Чтобы не зависеть от общественного транспорта, парни заскочили в прокат и оформили аренду автомобиля.
Для чисто городского жителя подобная вылазка на природу казалась диковинным приключением.
— А грибов-то на горах много? — с живописным интересом спросил Цзин'ань.
Не Пан ухмыльнулся:
— Не-а. Грибников на склонах обычно больше, чем самих грибов.
Цзин'ань дался диву:
— Ты серьезно?! И какой тогда смысл перться в такую даль?
— В самом процессе! А уж если посчастливится урвать шляпку — радости будет выше крыши.
— Я видел ролики из Северо-Востока: там они грибы ведрами косят, целыми полянами растут, будто не кончаются никогда.
— Эх, я как уроженец Юньнани сам им отчаянно завидую, — рассмеялся Не Пан. — Надо будет обязательно съездить на Северо-Восток, испробовать их «грибное эльдорадо».
— Заметано, как-нибудь выберемся.
Едва авто покинуло городские кварталы, как небеса затянуло моросящим дождичком. Впрочем, настоящим грибникам мелкая морось никогда не задерживала шаг — ходить по лесу под дождем здесь считалось обычным делом.
Преодолев с сотню километров по извилистой трассе, Не Пан свернул к небольшой деревеньке:
— Ну вот мы и на месте. Это моя родовая деревня. Дед, правда, давным-давно перебрался в город, да и нет его уже с нами... Но дом сохранился, мы сюда каждый год на Цинмин приезжаем. Справим старость — уйдем на пенсию и поселимся тут, будем вести тихую деревенскую жизнь.
— А что, отличный план! — с готовностью поддержал Цзин'ань. — Заведем курей с утками, разобьем небольшой огородик... Красота, а не жизнь!