Когда Не Пан проснулся, за окнами уже стояла непроглядная тьма. Скинув одеяло и собираясь встать, он только в этот момент осознал, что на нём нет ни нитки. Чертыхаясь про себя, он запахнул одеяло вокруг бёдер и короткими перебежками рванул к гардеробу.
В шкафу висела целая охапка его вещей — от лёгких летних футболок до плотных зимних курток, накопившихся за всё время его визитов с прошлого года. Схватив подходящий комплект, Не Пан метнулся обратно на кровать, чтобы одеться под защитой пледа.
Едва он сбросил тканевый кокон, как дверь без стука распахнулась. В комнату переступил Чжай Цзин'ань. Окинув взглядом его наготу, он не удержался от восхищённого свиста:
— Какая картина: «Красавец за туалетом». Глаз не оторвать!
Не Пан молниеносно натянул футболку и, сграбастав подушку, запустил её прямо в жениха:
— Не смей смотреть! Отвернись!
— Да я на тебе каждую родинку знаю, всё видел и перецеловал! Чего вдруг засмущался? — Чжай Цзин'ань ослепительно улыбнулся, сверкнув белоснежными зубами.
Поспешно прыгнув в бельё и натягивая джинсы, Не Пан буркнул:
— Я не смущаюсь, а опасаюсь, что в тебе снова проснется зверь.
Чжай Цзин'ань поймал подушку, отбросил её на застеленную постель и, подступив сзади, властно обнял Не Пана за талию, проведя ладонью по гладкой коже:
— Как ты мог обо мне такое подумать? Я вообще-то пришёл позвать тебя ужинать.
Выскользнув из его объятий, Не Пан поспешил к двери:
— Ладно, пошли кушать. Только я сначала умоюсь.
Он предпочёл быстро ретироваться, пока у этого неукротимого парня опять не распустились руки.
Не Пан настраивался на привычные быстрые лапшичные супы, но, выбравшись на кухню, с изумлением обнаружил на столе два полноценных горячих блюда: сочную говядину, обжаренную с острым перцем, и пышную яичницу с томатами — как раз те рецепты, что Чжай Цзин'ань осваивал не так давно.
— Ого, да ты приготовил настоящую еду! — Не Пан уселся за стол и тут же отправил кусочек в рот. — М-м, очень даже недурно. Действительно вкусно.
Чжай Цзин'ань присел напротив, взявшись за палочки:
— Я пробовал учиться готовить что-то ещё, но получалось так себе. А вот эти два блюда выходят стабильно хорошо. Не хотел рисковать ужином, поэтому сделал то, в чём уверен.
— Здесь просто катастрофически мало привычных продуктов, на местном ассортименте кулинарные навыки прокачивать трудно. Вот вернёмся на родину — я научу тебя ещё нескольким отличным рецептам.
— Договорились! С нетерпением буду ждать курицу в паровом горшке и жареный рис с грибами ганьбацзюнь, — улыбнулся Чжай Цзин'ань.
— Надо же, ты запомнил название ганьбацзюнь! — рассмеялся Не Пан.
— Разумеется. Ты же сам сказал, что это самый деликатесный гриб на свете. Такое я не забуду. Как и тот грибной хот-пот.
— Сказал — и у самого слюнки текут. Как раз летние каникулы — самый сезон: пойдут свежие дикие грибы. Как подумаю, что через пару дней буду дома уплетать всю эту вкуснятину, на седьмом небе от счастья становлюсь. — Глаза Не Пана лукаво сузились в счастливые полумесяцы.
— Вижу, ты прямо расцвёл!
Не Пан слегка наклонил голову, тепло глядя на него:
— Если честно... за всё то время, что я прожил в Британии, у меня ни разу не возникло тоскливого чувства, будто я оторван от дома. Наверное, потому, что ты всегда был рядом. С тобой я ни на мгновение не почувствовал себя одиноким или беспомощным.
Чжай Цзин'ань мягко поднёс ладонь к его щеке, коснувшись пальцами:
— Сочту за высшую честь.
Не Пан накрыл его ладонь своей и ласково потёрся о неё:
— Как же хорошо, что ты у меня есть.
Взгляд Чжай Цзин'аня наполнился такой нежностью, что, не сиди они за обеденным столом, он бы немедленно сжал его в объятиях для глубокого поцелуя.
Не Пан отпустил его руку и вернулся к еде.
Чжай Цзин'ань между делом заметил:
— Билеты я уже взял на шестнадцатое число. Доедем на поезде до Лондона, оттуда на такси прямо в аэропорт. Машину оставим здесь, я попросил лендлорда присмотреть за ней. Мы уезжаем надолго, бросать авто в Лондоне без присмотра опасно — угонят.
— Понял, отлично.
После ужина Не Пан отправился мыть посуду, а Чжай Цзин'ань, прихватив смартфон, уселся просматривать объявления о сдаче жилья. Заодно он закинул удочку в общий чат китайских студентов:
«Народ, если у кого-то в Лондоне есть на примете хорошая двухкомнатная квартира с двумя санузлами — дайте знать. Главное, чтобы не на задворках, поближе к центру и в приличном районе».
Едва сообщение отправлялось, чат моментально оживился:
«Брат Ань, ты ищешь жильё в Лондоне?»
«На короткий срок или долгосрок?»
«На долгий».
«Это ты не для Брата Пана случайно? Ребята, да вы чего, зачем вам вообще две комнаты снимать? Не чужие же люди!»
Ян Чжэньсюань тут же вставил свои пять копеек:
«Пан ищет квартиру? Да забей ты на аренду! Пусть переезжает ко мне, от меня и до его университета рукой подать».
Чжай Цзин'ань даже отвечать ему не стал. Жить у Толстяка? Исключено! Как они с Не Паном тогда смогут уединяться? А если к Ян Чжэньсюаню без предупреждения завалятся родственники и застанут их вместе? Шила в мешке не утаишь — домашние узнают обо всём в тот же день.
Закончив с посудой, Не Пан вернулся в комнату. Увидев, что Чжай Цзин'ань погружён в телефон, он не стал его отвлекать, присел рядом и то же достал свой смартфон.
Открыв WeChat, он заметил личное сообщение от Ян Чжэньсюаня:
«Брат Пан, ты ищешь жильё? Перебирайся ко мне! Денег за аренду не возьму вообще, просто когда будешь готовить, делай порцию и на меня. За продукты я сам заплачу!»
Не Пан удивлённо приподнял бровь и повернулся к Чжай Цзин'аню:
— Ты сказал Яну, что я ищу квартиру?
Чжай Цзин'ань поднял глаза от экрана:
— Да, сбросил запрос в общую группу, чтобы поспрашивали у знакомых. Толстяк уже написал тебе? Мне он тоже твердил, чтобы ты перебирался к нему, но я проигнорировал.
— Ага, пишет, что сними с него заботу о питании, а взамен он отдает комнату бесплатно да ещё и продукты сам оплатит. Условия, конечно, королевские, — с улыбкой отозвался Не Пан.
— И ты хочешь к нему пойти? — уточнил Чжай Цзин'ань.
Не Пан отрицательно качнул головой:
— Нет. К нему в любой момент могут прилететь родители. Если они случайно накроют нас с тобой, выйдет дико неловко. Лучше уж мы, как и договаривались, снимем жильё вместе с Чэнь Юйсюанем.
Чжай Цзин'ань тепло улыбнулся: между ними установилось удивительное полное взаимопонимание.
— Я подумал ровно о том же, потому и не стал ему отвечать.
— Ты же говорил, что мы начнём искать вариант только в августе? Чего вдруг сейчас ринулся?
— Не обязательно оформлять сделку прямо сегодня, но сориентироваться на рынке не помешает. Многие из ребят живут в Англии давно, у них связи шире.
— Логично, — кивнул Не Пан и набрал ответ Толстяку: «Спасибо, Брат Ян! Но мы уже договорились снимать квартиру вместе с соседом, так что я поищу отдельный вариант».
Не прошло и пяти секунд, как экран снова вспыхнул. На этот раз писал Шао Яо:
«Ты ищешь квартиру в Лондоне? У меня есть знакомый, который улетел насовсем в Австралию. У него осталась отличная двухкомнатная квартира неподалёку от центра, как раз планирует сдавать. Хочешь посмотреть? Квартира не моя, приятеля».
Телефон в руках Не Пана будто налился тяжестью. Он беспомощно вздохнул, глядя на Чжай Цзин'аня:
— Шао Яо пишет, что у его друга в центре Лондона освобождается двухкомнатная квартира. Спрашивает, интересно ли мне.
— Конечно нет, — без колебаний отрезал Чжай Цзин'ань. — Мы что, без его помощи квартиру не найдем?
— Я и сам так думаю. Не хочу плодить лишние повод для контактов.
Не Пан набрал вежливый, но твердый отказ: «Спасибо, Брат Шао, не стоит».
Увидев короткий и однозначный ответ, Шао Яо навязываться не стал. А вот Ян Чжэньсюань сдаваться не собирался: он ещё долго строчил сообщения, убеждая Не Пана переехать к нему и даже великодушно соглашаясь пустить Чэнь Юйсюаня за чисто символическую плату. Не Пан вежливо стоял на своём.
Чжай Цзин'ань ещё немного пообщался в чате о предстоящем вылете. Выяснилось, что у всех билеты на разные даты и разные рейсы, так что совместного путешествия не получится. Отложив телефон, он увидел, что Не Пан всё ещё погружён в переписку. Не желая мешать, Чжай Цзин'ань просто откинулся назад и уложил голову ему на бедра.
Не Пан взглянул на него сверху вниз, закончил мысль на экране, отложил гаджет и ласково провел ладонью по его волосам.
— С кем там ведешь переговоры? — поинтересовался Чжай Цзин'ань.
— С Братом Яном. Никак не угомонится, манит к себе. Уже предложил и Феликса забрать, обещав взять с него символическую арендную плату. Еле отбился.
— Он просто мечтает о твоей стряпне, вот и проявляет такое усердие. Условия у него в квартире и впрямь отличные, но жить там — сплошная мина замедленного действия. Мать звонит ему по видеосвязи по нескольку раз в день, да ещё и любит устроить внезапный налёт. Мы бы сгорели в первый же месяц. — Чжай Цзин'ань повернул голову, уткнувшись лицом в живот Не Пана, и обхватил его талию руками.
Ощутив, как гибкие пальцы на его спине начинают недвусмысленно поглаживать кожу, Не Пан поспешно предложил:
— Пошли прогуляемся на свежем воздухе? А вернёмся — разомнемся, отработаем пару связок рукопашного боя. Я сегодня совсем не двигался.
— Как это не двигался? А днём у нас что было, не физическая нагрузка? — донёсся сдавленный смех Чжай Цзин'аня прямо в его футболку.
Не Пан слега щипнул его за щеку:
— Ну и толстокожий же ты! Что за разговоры! Так ты идёшь или нет?
— Иду, иду, иду! — Чжай Цзин'ань неохотно поднялся. Хотя постельная акробатика привлекала его куда больше, про обычные тренировки тоже забывать не следовало — иначе откуда взяться выносливости для долгой и счастливой личной жизни?
В дни, предшествовавшие отлёту, оба расслабились окончательно. Никакой учёбы, никаких экзаменов. Расписание дня свелось к трём простым пунктам: поесть, поспать и потренироваться. Сибаритство на грани полного разложения!
Чжай Цзин'ань чувствовал себя мышью, угадавшей прямо в кувшин с отборным рисом. Каждое утро он бросался на освоение новых поз и экзотических сценариев. И больше всего его пьянило то, что Не Пан наконец-то поймал с ним одну волну.
В эти моменты Чжай Цзин'ань превращался в неиссякаемый генератор энергии, из-за чего Не Пан порой наутро буквально не мог встать с постели.
В какой-то момент Не Пан понял: пора тормозить. Иначе не долго не только подорвать физическое здоровье, но и окончательно деградировать морально. Катиться вниз всегда легко, а вот удержаться на высоте требует усилий.
— Давай выберемся куда-нибудь за город, — предложил Не Пан. — Я слышал, Озёрный край в это время года просто сказочно красив.
— Отличная идея! — откликнулся Чжай Цзин'ань. — Я забронирую отель, поедем на машине.
На следующее утро, заправив бак и сверившись с маршрутом, они отправились в путь. Дорога заняла почти пять часов.
Озёрный край встречал их россыпью драгоценных водоёмов, раскинувшихся среди изумрудных холмов северо-западной Англии. Зеркальная гладь воды, подёрнутая синевой, в сочетании с сочной зеленью берегов рождала живописные пейзажи, при виде которых душа наливалась покоем. Для британцев эти места были настоящим Эдемом, приютом для уставшего разума.
Не Пан и Чжай Цзин'ань часами бродили по озёрным берегам, восхищаясь первозданной красотой природы, сделав десятки снимков на память.
В Кембридж они вернулись аккурат перед самым вылетом.
К тому моменту Чэнь Юйсюань уже сообщил, что нашел, где оставить свои вещи на лето — договорился с однокурсником, так что везти коробки в Кембридж не потребовалось.
Сборы прошли быстро: из вещей брать особо было нечего — летний гардероб много места не занимал, — основную часть багажа составили подарки для родных.
Во время прошлого визита Чжай Цзин'ань уже отвозил домашним Не Пана гостинцы, но на этот раз парень всё равно сломал голову, выбирая подарки. В итоге маме он уложил в чемодан качественные уходовые средства, отцу — бутылку хорошего алкоголя, а младшей сестрёнке — набор коллекционного шоколада и мягкую игрушку.
Настал день отлёта. Шестнадцатого числа, позавтракав, они сели на поезд до Лондона, а оттуда на такси домчались до Хитроу.
Уже на борту Не Пан с удивлением обнаружил, что Чжай Цзин'ань взял два билета в бизнес-класс.
— Сколько стоил этот билет? — уточнил Не Пан.
— Да пустяки, садись, — отмахнулся Чжай Цзин'ань. — Лететь больше десяти часов, в экономическом классе вся спина отвалится.
— Какая разница, долетели бы и так. За бизнес отдаешь в два-три раза больше. У меня не было такого бюджета. — Не Пан, несмотря на их отношения, всегда старался закрывать свою часть расходов в поездках, хотя до копейки они, конечно, не высчитывали.
— Всё в порядке. Отдашь мне сумму за обычный билет, а остальное считай моим бесплатным апгрейдом. Я просто не хотел сидеть в разных концах салона, — улыбнулся Чжай Цзин'ань.
Встретив его открытый и искренний взгляд, Не Пан тихо вздохнул. Разницу в их финансовом положении не спрячешь, и это неизбежно накладывало отпечаток на привычки. Значит, нужно просто адаптировать восприятие и перестать принимать это на свой счёт.
Пока самолёт нёсся сквозь часовые пояса, они успели посмотреть фильм, пару раз вздремнуть, и вот уже лайнер касался полосы столичного аэропорта Пекина. Десятичасовой перелёт пролетел на удивлении легко.
Ступив на родную землю, услышав кругом привычную речь и уловив знакомый ритм мегаполиса, Не Пан почувствовал, будто вернулся из глухой деревни в цивилизованный мир. Кто бы мог подумать, что богатые европейские страны по качеству инфраструктуры местами будут уступать стремительно развивающемуся Китаю!
Не Пан подхватил чемодан, его шаг стал непроизвольно летящим, а улыбку невозможно было сдержать:
— Наконец-то дома! Какое же это блаженство... Прямо дышится иначе!
Чжай Цзин'ань шагал следом, катя свой чемодан, и с тёплой улыбкой наблюдал за ним. Каждый раз, когда у Не Пана поднималось настроение, казалось, будто к его пяткам приладили невидимки-пружины.
— Пойдём уток по-пекински уплетать, — предложил Чжай Цзин'ань.
— Едем! — моментально согласился Не Пан.
Они направились в известный ресторан при аэропорте. Не Пан завернул ломтик хрустящей утиной кожи в тончайшую пресную лепёшку, добавил соломку из свежего огурца, перья зелёного лука, заправил соусом и отправил в рот:
— Утку нужно есть только с пылу с жару! Восхитительно!
Глядя на его довольное лицо, Чжай Цзин'ань заметил:
— А по-моему, у тебя получается вкуснее.
— Я вообще-то никогда не готовил утку по-пекински.
— А если бы взялся, точно получилось бы лучше.
— Вот тут не факт. Утка по-пекински требует специальной печи и подвеса, в домашних условиях такое не повторишь. Да и технология там сложнейшая. Иначе почему в Пекине сотни заведений, а действительно хорошую утку делают единицы? На родине кулинарных мастеров пруд пруди, я бы не рискнул соревноваться, — рассмеялся Не Пан.
Чжай Цзин'ань разглядывал его с нарастающим восхищением: обладая таким талантом, оставаться настолько скромным — редкое качество.
— А если взять курицу в паровом горшке у тебя на родине, в Куньмине — твоя семья в каком рейтинге?
— В первой тройке, без вариантов, — уверенно отозвался Не Пан.
«Типичный Не Пан», — улыбнулся про себя Чжай Цзин'ань. Дуань Сыи недаром говорила, что домашняя цигоцзи у Не Пана — лучшая в городе.
Утку подали традиционно: мясо отдельно, а из остова сварили густой наваристый бульон с добавлением лесных грибов.
Сделав глоток, Не Пан прищурился от удовольствия:
— Какой насыщенный вкус! Но тут не только утиный остов, явно добавляли концентрированный мясной бульон. Эх, замени они эти грибы на дикие юньнаньские — получился бы шедевр. Но всё равно очень недурно, почти как хороший грибной хот-пот.
— Если уж ты даёшь такую высокую оценку, значит, повара действительно постарались, — с улыбкой поддержал его Чжай Цзин'ань. Для Не Пана вершиной кулинарии всегда оставались дикорастущие грибы.
Перекусив, они направились к станции метро. Чжай Цзин'ань не стал просить родных прислать за ними машину и даже не предупредил о точном дне прилёта. Вместо этого он заранее забронировал номер в отеле неподалёку от своего дома, не планируя сразу вести Не Пана к семье.
В вагоне метро Не Пан уселся прямо на свой чемодан, а Чжай Цзин'ань встал рядом, прикрыв нижнюю часть лица маской. Столичное метро в час пик своей плотностью превосходило даже лондонскую подземку, а летний зной мешал в воздухе густой коктейль из человеческого пота и парфюма.
Не Пан снизу вверх посмотрел на Чжай Цзин'аня, опасаясь, что тот начнет проявлять брезгливость. Однако на лице парня не было и тени отвращения. Похоже, его тонкое обоняние не выносило лишь специфический резкий запах иностранцев.
Выбравшись на поверхность, Не Пан зашагал по пекинским улицам. Он уже бывал в столице, но масштабы города снова поразили его:
— Почему у вас в Пекине улицы такие безупречно прямые?
— Рельеф равнинный, никаких естественных преград — планировать одно удовольствие, — объяснил Чжай Цзин'ань.
Не Пан вспомнил родной Город Весны — с его сопками, озёрами и извилистыми подъемами, где проложить прямую магистраль было той ещё задачей:
— А мне нравятся эти пекинские проспекты. Сетка улиц четкая, кажется, будто иди всё время прямо — и упрёшься на край света.
— Главное, чтобы тебе нравилось, — мягко ответил Чжай Цзин'ань.
Они добрались до отеля. У стойки регистрации Чжай Цзин'ань проговорил:
— Поживешь пару дней здесь, хорошо? Я буду приходить к тебе.
Не Пан поспешно замахал руками:
— Конечно! Я бы ни за что не согласился ехать к тебе домой.
— Это ещё почему? — удивился Чжай Цзин'ань.
— Я, считай, увёл у твоего дедушки любимого внука. Я и так чувствую себя виноватым перед стариком, как я могу после этого мозолить ему глаза?
Чжай Цзин'ань хохотнул:
— Ну тут ты на себя лишнего не бери. В наших отношениях всё по взаимному согласию, никто никого не уводил.
— Внутренне — может и так, а со стороны всё выглядит именно так.
«Какая же у меня фантастическая пара, — подумал Чжай Цзин'ань. — Мыслим совершенно одинаково».
Поднявшись в номер, они первым делом отправились в душ. Душ принимали вместе, но Чжай Цзин'ань, вопреки обыкновению, ограничился лишь несколькими нежными поцелуями. Дорога от Кембриджа до Пекина заняла почти двадцать часов, оба вымотались до предела, и мучить Не Пана силами он не хотел.
Выбравшись из ванной, Не Пан увидел, как Чжай Цзин'ань уже ныряет под одеяло, и удивленно спросил:
— Ты что, сегодня домой не пойдёшь?
— Не-а. Сначала высплюсь как следует, а завтра вернусь. Давай кровать делить, забирайся скорее. — Чжай Цзин'ань похлопал по матрасу рядом с собой.
Не Пан забрался под одеяло, уложив голову на плечо Чжай Цзин'аня.
— Завтра съездишь со мной проведать дедушку? — внезапно спросил Чжай Цзин'ань.
Не Пан резко распахнул глаза:
— К твоему дедушке? Сейчас? А это уместно?
Такое стремительное знакомство с родней выглядело слишком рискованно.
— Не хочешь? — уточнил Чжай Цзин'ань.
— Дело не в «хочу». Ты раньше приводил друзей домой?
Чжай Цзин'ань задумался:
— Хм, нет, никогда.
Не Пан выразительно посмотрел на него:
— Ну и как ты меня представишь? Не выйдет ли это слишком внезапно и подозрительно?
Чжай Цзин'ань взвесил его слова. Доля правды в этом была, но ему безумно хотелось, чтобы дедушка увидел Не Пана — хотя бы для того, чтобы в будущем, когда всё откроется, у старика уже сложилось хорошее впечатление.
— Но мне правда хочется, чтобы вы познакомились.
Не Пан немного подумал и предложил вариант:
— Давай сделаем так: перед самым вылетом в Англию я приеду в Пекин из своего родного города. И тогда я официально нанесу визит твоему дедушке — привезу наши юньнаньские деликатесы в знак благодарности за твою помощь в учёбе. Разве так не будет выглядеть куда естественнее и уважительнее?
Чжай Цзин'ань прикинул расклад:
— А ведь это идея.
Из-за смены часовых поясов сон не приходил, но даже просто лежать в обнимку было невероятно приятно. Они негромко переговаривались в полутьме, вспоминая детство, школьные годы и всё лучше узнавая друг друга.
Лишь глубокой ночью усталость окончательно сморила обоих, и они погрузились в крепкий сон.
Когда Не Пан открыл глаза, часы показывали уже десять утра.
— Что будем на завтрак? — потянувшись, спросил он.
Чжай Цзин'ань улыбнулся:
— Да всё, что душе угодно! Закажем доставку.
— Ха-ха, точно! Мы же дома! — Не Пан выудил из кармана телефон, смахнул пыль с приложения, которым не пользовался полгода, и с головой ушел в гастрономический выбор.