Едва они встретились на парковке, Ян Чжэньсюань первым делом спросил:
— Брат Пан, что на завтрак?
— Налепил баоцзы, — ответил Не Пан. — Свежая партия уже доваривается на пару, поднимайтесь, сразу сядем есть.
Чжай Цзин'ань бросил взгляд на Не Пана и заметил, что у того на кончике носа белеет пятнышко муки. Не задумываясь, он протянул руку и легким касанием смахнул его.
Не Пан замер от неожиданности. Кровь мигом прилила к лицу, и он покраснел, словно вареный рак: Чжай Цзин'ань... только что коснулся его носа?!
Увидев его реакцию, Чжай Цзин'ань чуть изогнул губы в улыбке:
— Мукой измазался.
— А-а, спасибо, — Не Пан поторопился стереть мнимую пыль с носа тыльной стороной ладони.
Ян Чжэньсюань их маленькой сценки не заметил — его мысли занимала исключительно еда:
— Отлично, сейчас наедимся! Не зря я в выходной встал в такую рань!
— Восемь утра для тебя рань? — косо взглянул на него Чжай Цзин'ань. — Не Пан к этому времени уже целую гору баоцзы налепить успел.
Не Пан улыбнулся:
— Да я и сам в восемь проснулся, не так уж и рано. Налепить их — дело недолгое.
— А я по выходным обычно до полудня дремлю, — гыгыкнул Толстяк. — Зато о завтраке голова не болит: все равно в это время нормальной еды не купишь.
— Неудивительно, что ты никак сбросить вес не можешь, — безжалостно поддел его Чжай Цзин'ань. — Ешь да спишь — вылитый Чжу Бацзе.
— Брат Ань, ну за что ты меня так?
— А что, я тебя раньше не подкалывал? Считай, восполняю пробелы, — небрежно отозвался Чжай Цзин'ань.
Не Пан сдержал смешок и встал на защиту гостей:
— Хороший аппетит — это к счастью. Завтрак готов, пойдемте наверх.
Когда Не Пан выставил на стол подносы с паровыми баоцзы и румяными жареными шэнцзяньбао, у Яна Чжэньсюаня аж глаза засияли:
— Брат Пан, ты просто мой кумир! Тут еще и шэнцзяньбао!
— Пробуйте скорей, оцените, — пригласил Не Пан.
Толстяк не стал заставлять себя ждать: тут же выудил по штуке каждого вида в пиалу и с ходу сжал зубами жареный баоцзы. Не Пан даже рот открыть не успел, чтобы предупредить о горячем соке. В то же мгновение Толстяк с вытаращенными глазами выплюнул укус обратно в пиалу и замахал ладонью у рта, высунув язык, точно пес в жару.
— Мама дорогая, жжется-то как! — невнятно прохрипел он.
Не Пан спохватился и кинулся к холодильнику за холодным молоком.
Чжай Цзин'ань же аккуратно подцепил шэнцзяньбао палочками, слегка продул его и не удержался от ехидного замечания:
— На горячий тофу сдуру не набрасываются. С баоцзы, как видишь, то же самое.
— Брат Ян, ты как? — с сочувствием спросил Не Пан, подавая стакан. — На, отпей молока.
— Спасибо, — Ян Чжэньсюань сделал жадный глоток и еще немного подышал на обожженный язык. — Да ладно, мне не привыкать.
Освоившись, он снова взялся за палочки, но на этот раз усердно подул на надкушенный баоцзы.
— Единственный урок, который человечество извлекает из истории, состоит в том, что оно не извлекает из нее никаких уроков... Хм, а ведь и правда вкусно! — Чжай Цзин'ань откусил сочный край. Тонкое тесто, сочная мясная начинка и ароматный бульон внутри — вкус превзошел все ожидания.
Не Пан просиял:
— Брат Ян обмолвился, что хочет и чего-нибудь сочного, и с румяной корочкой. Я подумал: баоцзы тут подойдут идеально. Паровые сохраняют весь сок, а жареные дают потрясающий аромат. Вышло два в одном.
— Брат Пан, ты просто гений! — пробормотал Толстяк с набитым ртом и поднял большой палец. — Готовишь — просто отвал башки!
При Яне Чжэньсюане Чжай Цзин'ань разговорчивостью не отличался — просто молча и быстро уничтожал угощение. Не Пан, наблюдая, как опустевает тарелка, про себя порадовался: угодил.
Пароварка у Не Пана была небольшой, да и сковорода тоже, так что готовили и ели по очереди. Пока все окончательно насытились, часовая стрелка перевалила за десять.
На столе осталось еще несколько штучек.
— Брат Пан, отложи мне эти оставшиеся на перекус, а? — попросил Толстяк.
Вообще-то Не Пан планировал оставить их Чэнь Юйсюаню, но отказывать не стал:
— Ладно, сейчас принесу пакет, упакую.
Когда с завтраком было покончено, Чжай Цзин'ань поднялся:
— Дело к полудню. Собираемся, пора прогуляться.
— А как же обед? — оживился Ян Чжэньсюань. Расклад получался отличный: перед стрижкой можно было выгадать еще и вкусный обед.
— Опоздал, обедать будем в городе, — отрезал Чжай Цзин'ань. — Не Пану тоже отдыхать надо, даже если он любит готовить.
— Точно-точно! — тут же пошел на попятную Толстяк. — Тогда днем угощаю я!
— Нет, дневной счет на мне, — не принял возражений Чжай Цзин'ань.
— Ладно, тогда за мной ужин!
— На ужин вернемся сюда, я сам все приготовлю, — улыбнулся Не Пан.
Толстяк едва не заплясал от радости:
— По рукам! Твоя стряпня в тысячу раз лучше ресторанной!
Чжай Цзин'ань собрал грязные тарелки и направился к раковине. Толстяк аж подскочил:
— Брат Ань, ты чего! Чтобы ты да посуду мыл? Давай я!
Чжай Цзин'ань мягко отстранил его локоть:
— Ты вообще-то гость. Не хватало еще гостей заставлять.
Не Пан отвернулся, чтобы скрыть улыбку: Чжай Цзин'ань тонко намекал на недавнюю шутку.
— Ха-ха, ну ладно, вкушу прелестей сервиса от самого Брата Аня, — усмехнулся Ян Чжэньсюань.
Конечно же, Толстяк увязался с ними — ведь впереди светил ужин! Да и предлог нашелся отличный: подстричься за компанию.
Не Пан скептически оглядел его шевелюру:
— Брат Ян, ты же недавно стригся?
— А я, может, новый имидж хочу опробовать!
Чжай Цзин'ань посмотрел на него через зеркало заднего вида, когда они уже уселись в машину:
— При твоей длине новый имидж — это либо под ежик, либо налысо. Уверен, что хочешь экспериментов?
Ян Чжэньсюань погладил короткие волосы на затылке:
— Э-э... Пожалуй, воздержусь. Просто съезжу с вами за компанию.
До записи в салон оставалось полно времени, и Чжай Цзин'ань предложил прокатиться по городу, поинтересовавшись у Не Пана, куда тот хотел бы съездить.
Не Пан окинул взглядом синеющее сквозь облака небо:
— Солнышко проглядывает... Может, в Гайд-парк съездим? Он тут совсем рядом с моим кампусом, а я там ни разу не был. Только вот не знаю, как там с парковкой.
Сюй Ятун и Ци Цзыхэн как-то звали его прогуляться по Гайд-парку, но он отказался. Позже он видел их фотографии в соцсетях: золотая осенняя листва выглядела невероятно живописно. Было бы здорово прогуляться там с Чжай Цзин'анем и сделать пару кадров на память.
— Без проблем, на месте разберемся, — отозвался Чжай Цзин'ань. — Как раз салон неподалеку.
Они взяли курс прямо на Гайд-парк. Издали парк казался объят пылающим золотом — зрелище захватывало дух.
Чжай Цзин'аню пришлось дать приличный крюк вдоль ограды, прежде чем удалось отыскать свободное парковочное место. Не Пан мазнул взглядом по щиту с тарифами у въезда — пять фунтов в час! — и невольно ахнул. Настоящий грабеж!
— Ничего себе ценники за парковку! — поразился он.
— Для центра Лондона это норма, — успокоил его Чжай Цзин'ань, заглушив двигатель. — Да и бываем мы здесь не каждый день. Пошли прогуляемся.
Вблизи выяснилось, что золотое убранство деревьев поредело: пик осеннего буйства уже миновал, и большую часть листвы сорвало ветром. Тем не менее пышный ковер под ногами придавал пейзажу особый, светлый и чуть печальный уют.
Солнечный свет пробивался сквозь дымку, и по случаю выходного дня парк полнился гуляющими: кто-то неторопливо прохаживался по аллеям, кто-то грелся на лавочке у озера, кто-то выгуливал собак на лужайках. Вся атмосфера дышала умиротворением и безмятежностью.
Шурша опавшей листвой, они побрели по дорожке. Не Пан запрокинул голову, разглядывая кроны исполинских деревьев. Из всего этого многообразия он мог узнать разве что клены да платаны.
Чжай Цзин'ань же щеголял познаниями:
— Вот это дуб, вон там — бук, а это, похоже, ясень...
— Брат Ань, ну ты и эрудит! — искренне восхитился Ян Чжэньсюань.
— Просто умею пользоваться поисковиком, — честно сознался тот, не пытаясь строить из себя ботаника.
Не Пан фыркнул:
— Ты один тут не боишься размахивать телефоном направо и налево.
— Я не размахиваю, а просто пользуюсь, когда надо.
Не Пан достал смартфон с победоносным видом:
— Ну, пока ты рядом, мне тоже ничего не страшно!
Он сделал несколько снимков осеннего парка, чтобы позже выложить их в соцсети.
— Тебя сфотографировать? — поинтересовался Чжай Цзин'ань.
Не Пан обернулся и с улыбкой протянул ему гаджет:
— Сделай пару кадров, если не трудно.
Чжай Цзин'ань примерился, выбрал пару удачных ракурсов и щелкнул Не Пана.
Тут же подскочил Толстяк и бесцеремонно сгреб Не Пана за плечи:
— О, я тоже хочу с Братом Паном!
Чжай Цзин'ань сделал совместный снимок, взглянул на экран и не сдержал тихого смешка.
Не Пан тут же подбежал ближе:
— Что там? Плохо вышло?
— Да нет. Нормально.
— Показывай! Показывай скорее! — затребовал Ян Чжэньсюань.
Чжай Цзин'ань, сдерживая улыбку, ответил:
— Сейчас Не Пан тебе скинет. Толстяк, мой тебе совет: поставь это фото на обои. Ничто так не стимулирует сбросить вес.
Ян Чжэньсюань глянул через плечо на экран и впал в ужас:
— Пресвятые угодники! Я что, реально такой огромный?! Сопоставление просто кошмарное! Брат Пан, почему ты такой худой? Я же в два раза шире тебя!
Не Пан и сам вздохнул:
— Неужели я правда так худощав? Мне казалось, я немного набрал за последнее время...
— Дело исключительно в фоне, — с усмешкой успокоил его Чжай Цзин'ань. — У тебя тонкая кость, а у него — широкая, да еще и с запасами. Вот и смотрится монументально.
Не Пан вручил телефон Яну Чжэньсюаню:
— Слушай, сними нас с Братом Анем вместе.
Ян Чжэньсюань сделал пару шагов назад.
— Смотри в оба, — предостерег его Чжай Цзин'ань. — Не зевай, а то с телефончиком попрощаешься.
— Спокуха, не утащат! С моей массой я любого ворюгу в блин раскатаю! — переплавил обиду в решимость Толстяк.
Не Пан потянул Чжай Цзин'аня на газон. Позади мягкими волнами уходил вверх холм, увенчанный пышными кронами золотистых платанов. Ракурс выходил вполне достойный, а главное — вдали от проезжей части, где разгуливать с телефоном было безопаснее.
Чжай Цзин'ань непринужденно положил руку Не Пану на плечо, чуть наклонившись к нему. Не Пан сжал лямку рюкзака и смущенно улыбнулся в объектив.
Ян Чжэньсюань сделал снимок и приблизился, разглядывая результат:
— Ну вы даете! С такими лицами — и стоят как истуканы! Грех так кадр переводить. А ну-ка, встаньте нормально, сейчас покажу пару поз.
Все-таки художественное образование давало о себе знать: чувство стиля у Толстяка было на высоте. Под его чутким руководством фотографии и впрямь вышли на загляденье.
— Оцените! Совсем же другое дело! — гордо продемонстрировал он результат.
Чжай Цзин'ань посмотрел на снимок и подмигнул Не Пану:
— Ну что, сменил «фон» — и уже не казался таким хрупким?
Не Пан присмотрелся. Разница в комплекции между ним и Чжай Цзин'анем все еще бросалась в глаза, но смотрелась гармонично и естественно, не вызывая шока.
— И то правда, — признал он.
Но про себя твердо решил: надо покупать протеин и всерьез браться за набор массы.
Поскольку парковочное время истекало, да и запись в салон поджимала, они закончили беглый осмотр и вернулись к машине.
Припарковавшись неподалеку от барбершопа, они обнаружили, что до назначенного времени остается еще целый час. Было решено перекусить.
Сидеть в ресторане времени не хватало, поэтому выбор пал на фастфуд.
— Что возьмем? Пиццу? — спросил Чжай Цзин'ань.
— А может, опробуем фиш-энд-чипс? — предложил Не Пан. — Как-никак главное национальное блюдо Британии, а я его до сих пор не пробовал.
Ян Чжэньсюань вылупил глаза:
— Ты живешь в Англии и ни разу не ел фиш-энд-чипс?! Вот уж воистину: кулинарный талант — это благословение, сам себе что угодно сготовишь. Тебе бы вообще пирог «Вглядываясь в звезды» заказать, чтобы ты прочувствовал всю суровость местной жизни!
— Погоди, этот пирог правда существует? Я думал, это просто мем! — удивленно переспросил Не Пан.
Чжай Цзин'ань рассмеялся:
— Да байка это интернетная. Бритты мясо-то без костей предпочитают, с чего бы им рыбу с головой запекать? Ладно, идем за фиш-энд-чипс.
Ян Чжэньсюань возражать не стал, но у кассы заявил:
— Я себе брать ничего не буду. Вернемся в машину — заточу те баоцзы, что утащил.
— Хочешь сэкономить мои деньги — я только за, — хмыкнул Чжай Цзин'ань.
— Я же на диете! Зачем мне эта калорийная бомба? — важно скрестил руки Толстяк.
А про себя подумал: «Сейчас сэкономлю калории, зато вечером у Не Пана отыграюсь по полной!»
Впрочем, едва Не Пан откусил первый кусок трески в кляре, как на лице его отразилось глубочайшее раскаяние. Он с тоской посмотрел на Чжай Цзин'аня:
— Брат Ань... Я был неправ. Надо было брать пиццу.
Чжай Цзин'ань еле сдержал смех:
— Да ладно тебе, зато галочку поставил! Как можно побывать в Англии и не попробовать легендарный фиш-энд-чипс?
Ян Чжэньсюань стянул у него из кулька ломтик картофеля, обмакнул в соус тар-тар и ухмыльнулся во весь рот:
— Вот именно! Свои страдашки надо делить с друзьями. А то мы тут мучились, а Брат Пан как в раю жил!
Блюдо и в самом деле оказалось редкой дрянью: жирное, пресное, абсолютно безвкусное. Филе даже не подумали замариновать перед тем, как обвалять в кляре, да и сам кляр остался размокшим и маслянистым. Без соуса такое глотать было нереально. Для Не Пана, привыкшего к ярким и насыщенным вкусам, подобная стряпня стала настоящим испытанием.
Однако, не желая выкидывать еду, он все-таки пересилил себя и доел этот несчастный кусок трески.
Ян Чжэньсюань с откровенным злорадством наблюдал за его мучениями:
— Ха-ха-ха! Нашел себе геморрой на ровном месте!
— Рыба-то сама по себе свежая, — вздохнул Не Пан, — но кляр... Это просто катастрофа, с него масло хоть отжимай.
Чжай Цзин'ань же расправился со своей порцией без единой гримасы:
— Зайти в пиццерию?
Не Пан прижал ладонь к животу и замахал второй рукой:
— Не-не, в меня больше ничего не влезет.
— Пошли тогда, возьму тебе лимонад. Надо же как-то этот жир смыть.
Так Не Пан впервые попробовал местный боба-чай — угощение от Чжай Цзин'аня. И пусть это был всего лишь свежий лимонад с цитрусовой кислинкой, напиток показался ему божественным нектаром.
А вот Ян Чжэньсюань в чайной чувствовал себя как рыба в воде и с ходу заказал жасминовый зелёный чай с молоком и крошкой «Орео».
Чжай Цзин'ань потягивал лимонад через трубочку и бросал на него скептические взгляды:
— Сахарная бомба с калорийной свалкой. И ты еще рассчитываешь похудеть?
— Мне кажется, у Брата Яна просто нет стимула, — заступился за него Не Пан. — Вот встретит свою любовь — и сразу возьмется за себя.
— Встретит — поздно будет, — фыркнул Чжай Цзин'ань, устремив взгляд в потолок.
Ян Чжэньсюань с досадой втянул порцию сладкого чая:
— Вот встречу — тогда и поговорим.
На самом деле он давно махнул на себя рукой: девушки, которые ему нравились, никогда не отвечали взаимностью, так что в сказки о взаимных чувствах он верить перестал.
— Да и не такой уж ты полный, Брат Ян, — добавил Не Пан. — Главное — держать вес под контролем и не набирать лишнего.
Ян Чжэньсюань сентиментально прижался плечом к Не Пану:
— Эх, Брат Пан, единственный ты человечный из нас...
Чжай Цзин'ань понял, что спорить бесполезно, и тему замял.
Они неторопливо дошли до барбершопа. Салон выглядел солидно и явно недешево. Войдя внутрь, Чжай Цзин'ань назвал на рецепции имя мастера: «Тони У».
Не Пан недоуменно моргнул: неужели и в Англии всех стилистов зовут Тони?
Впрочем, мастер оказался этническим китайцем — мигрантом из провинции Гуандун.
— В Британии лучше не рисковать и не стричься у местных, — шепнул Чжай Цзин'ань Не Пану. — Языковой барьер превращает стрижку в рулетку. Поэтому мы всегда ходим к своим: и объясниться проще, и структуру азиатских волос они понимают отлично.
— Подтверждаю, — вставил Ян Чжэньсюань. — Сам у Тони стригусь, у него рука легкая.
Мастер Тони У был на вид лет тридцать пять — худощавый, смуглый мужчина. Завидев постоянных клиентов, он приветливо улыбнулся:
— О, снова вы! С чем пожаловали на этот раз? — заговорил он с характерным кантонским акцентом, вполне, впрочем, понятным.
— Мне только сровнять, фасон тот же, — ответил Чжай Цзин'ань. — А вот парню надо подобрать что-то стоящее. — С этими словами он осторожно подтолкнул Не Пана к креслу.
Тони У взялся выяснять пожелания Не Пана. Тот толком объяснить не мог и твердил одно: сделать покороче, чтобы дольше не ходить в салон.
Однако стилист настоял, что стрижка должна подходить к форме лица. После непродолжительных уговоров Не Пан согласился на укороченный вариант текстурированного кропа с микро-челкой.
Тони прожил в Англии больше десяти лет и среди местной диаспоры пользовался отличной репутацией. Раньше у него было свое дело, но со временем надоело возиться с бумажками, и он перешел в сетевой салон вести клиентов-азиатов.
Ножницы порхали над головой Не Пана, и срезанные пряди мягко падали на пеньуар.
— Готово! — наконец произнес мастер.
Не Пан взглянул в зеркало и прямо-таки ахнул: на него смотрел подтянутый, ухоженный парень.
Чжай Цзин'ань подошел ближе и одобрительно оценил результат:
— Отлично получилось. Сразу свежее выглядит.
— Волосы мягкие, тонкие, — давал советы Тони У. — Зафиксируй капелькой воска — будет вообще шик.
— Спасибо большое! — Не Пан разглядывал свое отражение. Настроение взлетело: раз уж сам Чжай Цзин'ань похвалил, значит, деньги потрачены не зря.
С Не Паном было покончено, и в кресло опустился Чжай Цзин'ань. Ему требовалось лишь освежить его обычный короткий срез.
Не Пан и Ян Чжэньсюань примостились на диванчике для ожидающих. Не Пан наклонился к приятелю и тихо спросил:
— Слушай, а сколько здесь стоит стрижка?
— Да без понятия, — махнул рукой Толстяк. — Мы обычно депозитные карты оформляем, с них и списывают. Не парься, у Брата Аня карта есть, он заплатит.
Толстяк говорил об этом так непринужденно, словно речь шла о сущих копейках. Но Не Пан не привык сидеть на чужой шее. Уточнять цену на стойке он не стал — решив спросить Чжай Цзин'аня напрямую наедине.
Стрижка «ежик» — жесткое испытание для пропорций лица, но Чжай Цзин'ань со своими точеными чертами выглядел бы неотразимо даже абсолютно лысым.
Поднявшись с кресла, он смахнул волоски с шеи и обернулся. Заметив на себе пристальный, горящий взгляд Не Пана, Чжай Цзин'ань провел ладонью по затылку:
— Ну как?
Не Пан расплылся в широкой улыбке:
— Красавец!
Чжай Цзин'ань остался доволен:
— Пошли.
Ян Чжэньсюань, не оторвавшись от смартфона, вскочил следом:
— Эй, меня подождите!
У стойки Чжай Цзин'ань привычным движением приложил клубную карту и бросил Не Пану:
— Я за двоих.
Уже на улице Не Пан все же не выдержал:
— Брат Ань, сколько с меня за стрижку?
— Пустяки, я угощаю, — ровно ответил Чжай Цзин'ань.
Не Пан порывался возразить, но вовремя осекся — не хотелось выглядеть слишком чужим. «Ладно, отдаю долги едой», — решил он про себя.
Ян Чжэньсюань шагал вслепую, уставившись в экран, где шел жаркий бой, как вдруг чья-то рука молниеносно выбила гаджет у него из пальцев.
— Эй! — вскрикнул Толстяк от неожиданности.
Увидев перед собой Чжай Цзин'аня, он облегченно перевел дух:
— Брат Ань, виноват! Верни, а?
— Забыл, где находишься? — строго пригрозил Чжай Цзин'ань. — Мало тебе уличных грабителей? Делать потом новую симку и восстанавливать данные — сомнительное удовольствие.
— Все-все, осознал! — повинился Толстяк, убирая смартфон в глубокий карман. — Просто рядом с тобой так спокойно, вот я и расслабился.
Не Пан взглянул на часы: стрелки приближались к четырем.
— Домой? Готовить ужин?
— Продукты есть? — уточнил Чжай Цзин'ань.
— Надо докупить кое-что.
— Тогда заскочим в супермаркет и домой.
Ян Чжэньсюань потер руки от нетерпения:
— Едем-едем! У меня аж в животе урчит! Сейчас в машине хотя бы холодный баоцзы перехвачу...
Обмен веществ у него был бешеный, а пару ломтиков картошки в обед желудок даже не заметил.
— Мечтаешь похудеть — учись терпимости, — осадил его Чжай Цзин'ань. — Если мести всё подряд по восемь раз в день, толку не будет.
— Живем один раз, вкусно поесть — главное счастье! — отмахнулся Толстяк.
Не Пан поддержал друга:
— Брат Ян, баоцзы остыли. Не надо есть холодное — для желудка вредно. Оставь на завтрак.
— Ладно, сохраняю аппетит для пира! — с неохотой согласился Толстяк, поглаживая живот.
Чжай Цзин'ань направил машину к ближайшему супермаркету Теско возле дома Не Пана. В этот час выбирать не приходилось: азиатские лавки уже опустели, а в крупной британской сети еще оставался шанс разжиться свежими продуктами перед воскресным закрытием.
Мечты Яна Чжэньсюаня о грандиозном пире разбились о полупустые полки холодильных витрин. К вечеру выбор заметно поредел.
Не Пан добродушно усмехнулся:
— Выбирай из того, что есть. Я из всего смогу сообразить что-то вкусное.
— Эх, тушеной свининки хуншаожоу бы... Да грудинка закончилась, — опечалился Толстяк.
— В следующий раз, — Чжай Цзин'ань подхватил с полки лоток со свежими устрицами. — Сгодится?
— Отлично! Сделаем запеченные устрицы с чесноком, — одобрил Не Пан.
— А можно добавить фунчозу, как тогда к гребешкам? — с надеждой спросил Толстяк.
— Запросто, у меня как раз пачка осталась, — легко согласился Не Пан.
Ян Чжэньсюань замер перед мясной секцией, переводя взгляд с лотка с говядиной на тушку цыпленка:
— А можно и то, и другое взять?
— Конечно! Нас трое, спокойно освоим четыре-пять блюд.
— Тогда беру всё! А уж как готовить — решай сам, — Толстяк с энтузиазмом сгрузил покупки в корзину.
Не Пан ненадолго задумался:
— Сделаем дапаньцзи — большое блюдо с курицей?
— Идет! А с говядиной что?
— Сейчас посмотрю, вдруг тут есть маринованные перчики...
Чжай Цзин'ань удивленно вскинул бровь:
— Откуда здесь взяться маринованному перцу?
— Я в соцсетях читал пост от наших студентов: они находили маринованный перец в обычных супермаркетах. Пусть он не такой острый, как наши родные маринованные перчики паоцзяо, но на безрыбье сойдет. Вообще я думал купить стеклянную банку и самому заквасить.
— Брат Пан, ты еще и перцы мариновать умеешь?! Вот это да! — восхитился Ян Чжэньсюань.
Не Пан скромно улыбнулся:
— Да там ничего сложного: кипяченая вода, соль, специи и время. Помимо перца, так можно квасить редьку или имбирь.
— Настоящий шеф!
Они отправились исследовать ряды с консервацией. Удача улыбнулась им: на одной из полок действительно обнаружились стеклянные банки с маринованными зелеными перчиками. И стоили они смешные деньги — чуть больше фунта. Пусть это был не острый китайский перец, а обычные зеленые стручки, находка всё равно порадовала.
Не Пан забрал сразу две банки:
— Вот это везуха! Доставайте ложки, сегодня у нас говядина с остро-кислым перцем — аппетит разожжет на ура!
Чжай Цзин'ань задумчиво посмотрел на банку:
— Слушай, а если рассол готовый, ты можешь свежие перцы прямо сюда докидывать?
Не Пан показал ему большой палец:
— Брат Ань, ты просто гений! Сэкономил мне деньги на закупке банок!