— У меня сегодня народу полно, так что устроила шведский стол, — обратилась к ним Дань Вэнь. — Те, кто пришёл раньше, уже вовсю уплетают. Проходите, берите еду, не стесняйтесь. Вы уж извините, если не успею всем уделять внимание — хозяйничайте сами!
— Да брось, сестрица Вэнь, мы же все свои, — отмахнулся Чжай Цзин'ань. — Не отвлекайся на нас, иди к гостям.
— Договорились. Тогда отдыхайте и развлекайтесь! — Дань Вэнь отправилась встречаться с остальными прибывшими.
— Я к Тяньцин побежала, а вы тут сами по себе, ладно? — предупредила Дуань Сыи.
— Иди-иди, — кивнул Цзин'ань и повернулся к Не Пану: — Ну что, пойдём взглянем, чем тут кормят?
— Пойдём.
Они приехали уже под вечер, когда дом наполнился народом и большинство гостей вовсю угощались. На праздник к Дань Вэнь собралась шумная компания: помимо давних знакомых, Не Пан заметил немало незнакомых лиц — британцев, латиноамериканцев, парней и девушек.
Чтобы угодить разношёрстной публике с разным укладом и вкусами, хозяйка организовала полноценный шведский стол. Угощения разложили на длинных столах: от классической китайской кухни до турецкого кебаба, мексиканских тако, западноевропейских десертов и свежих салатов.
Взяв по тарелке, они подошли к блюдам. Не Пан случайно коснулся края широкого металлического подноса и удивился:
— Надо же, горячий!
— Видимо, стоит подогрев, — оглядев мармиты, предположил Чжай Цзин'ань.
Из китайского меню предлагали свинину в крахмальном кляре, курицу гунбао, Тофу Мапо, нежнейший скрэмбл с креветками, обжаренного лосося и жареную рисовую лапшу с говядиной.
— Судя по разбросу, заказывали не в одном месте, — заметил Не Пан. — Сестрица Вэньвэнь отлично всё продумала.
— Ага, похоже, собрала доставку из нескольких ресторанов, — согласился Цзин'ань.
— Обязательно надо попробовать! Я в Великобритании эту рисовую лапшу ещё ни разу не ел, — воодушевился Не Пан и щедро наложил себе щипцами увесистую порцию.
Цзин'ань шествовал за ним следом, понемногу подкладывая себе каждого блюда, чтобы поделить дегустацию на двоих.
С тарелками в руках они огляделись в поиске свободного места. Не успели сделать и шага, как с дивана в углу им махнул рукой Ян Чжэньсюань:
— Брат Ань, Брат Пан, давайте к нам!
Они подошли и уселись рядом.
— Вы чего так поздно? — усмехнулся Чжэньсюань. — Я уж почти наелся.
— Задержались по делу, — ответил Не Пан. — А где Брат Цзе и Тяньюй? Что-то их не видно.
— Тяньюй пришёл со своей девушкой. Только что здесь крутились, а сейчас куда-то слиняли. Цзи Цзе случайно облили напитком, он пошёл наверх переодеваться. А Вэй Цзэ с Чэн Лином вовсю клеят девчонок.
Дом был большим, так что тусовка рассредоточилась по разным комнатам.
— Брат Юй всё-таки выбрался из френдзоны? — с любопытством переспросил Не Пан. Он же помнил, скольких трудов Тяньюю стоило ухаживать за Тань Сюэчжэнь — сам пару раз становился свидетелем этих ухаживаний.
— Ато! Перед самым Новым годом сошлись. Всё-таки добился своего, — подтвердил Толстяк.
Цзин'ань, заметив, что Не Пан обошёл вниманием скрэмбл с креветками, переложил со своей тарелки пару сочных креветок прямо поверх его лапши:
— Ешь давай.
Не Пан подцепил палочками креветку вместе с лапшой, отправил в рот и прижмурился от удовольствия:
— До чего же вкусно! Прямо чувствуется этот настоящий дымок от раскалённого вока. Брат Ань, попробуй обязательно!
Цзин'ань отпил свою порцию лапши и кивнул:
— И вправду отлично приготовили.
Видя, что тот проглотил всё в один миг, Не Пан отсыпал ему ещё из своей тарелки:
— Скажи же? На, возьми ещё. Интересно, продаётся ли такая лапша в супермаркетах? Если найдём сырую, можно будет дома самим пожарить.
— В китайском магазинчике посмотреть можно, хотя вряд ли найдём свежую. Это же рисовая лапша?
— Похоже на то.
— Не найдем — сходим в ресторан. Я потом спрошу у сестрицы Вэньвэнь, где она заказывала.
Ян Чжэньсюань наблюдал, как Цзин'ань без тени сомнений подбирает палочками лапшу, только что переложенную Не Паном. Губы Толстяка нервно дёрнулись. У Чжай Цзин'аня же брезгливость на грани пунктика! Он обычно даже близко никому не позволял касаться своей еды, а тут спокойно доедает чужие обглодки? Мир сошёл с ума!
Не Пан снова отправлял в рот лапшу, когда заметил странный мимический тик у приятеля:
— Брат Ян, ты чего? Занемог, что ли?
Цзин'ань тоже поднял взгляд и усмехнулся:
— Толстяк, тебя чего перекосило?
— Брат Ань... ты... у тебя же мизофобия? Ты же брезгливый!
Не Пан впервые услышал об этом и с удивлением уставился на Цзин'аня:
— Серьёзно?
— Да брось, глупости какие, — невинно отозвался Цзин'ань.
— Какое "глупости"! — вытаращился Чжэньсюань. — Ты раньше копьём никого к своим вещам не подпускал, а тут из рук Пана ешь!
Цзин'ань рассмеялся:
— Ему можно. А вот ты даже не думай — твои слюни я подбирать не намерен.
У Чжэньсюаня едва челюсть не отвалилась:
— То есть его слюни тебя вообще не смущают?!
— Ни капли, — с улыбкой подтвердил Цзин'ань.
У Не Пана уши вспыхнули от смущения. Он торопливо уткнулся в тарелку, но Цзин'ань и не думал останавливаться. Перехватив правую руку Не Пана, он повернул его палочки, отправил оставшуюся на них лапшу себе в рот, после чего вызывающе взглянул на Чжэньсюаня.
Не Пан с кроткой досадой посмотрел на парня: ну что за детский сад?
— Хочешь ещё — сходи сам наложи, — пробормотал он.
— Зачем? Твоя вкуснее, — наклонив голову, прошептал Цзин'ань.
До Чжэньсюаня, каким бы наивным он ни был, наконец дошёл истинный подтекст происходящего:
— Вы... вы что, встречаетесь?!
Цзин'ань щёлкнул пальцами:
— В точку! Правда, приза за сообразительность не будет.
— Так вот оно что! Вот оно что! — трижды повторил Толстяк. Пазл в его голове сошёлся. Как он мог забыть, что помешанный на чистоте Цзин'ань с бухты-барахты согласился делить с Не Паном одну кровать и один диван?! Тормоз, какой же он тормоз! Чжэньсюань ткнул пальцем себе в грудь: — Короче, клоуном в этой истории оказался я!
Не Пан не удержался от смешка:
— Ну за кого ты себя принимаешь, Брат Ян? Мы вообще-то тебе благодарны должны быть — ты нам столько возможностей побыть вместе организовал!
— Я столько времени работал свечой и даже не подозревал! — всплеснул руками Толстяк, прокручивая в памяти прошлые посиделки.
Цзин'ань усмехнулся:
— Дуракам везёт. Зато сколько халявной вкуснотищи перепало, пока ты возле нас крутился.
— И то правда! — хохотнул Чжэньсюань. — Раз уж я заложил фундамент для вашего счастья, с вас полагается благодарность!
— Без проблем, — пообещал Не Пан. — С нас угощение. Выбирай любой ресторан или заказывай блюда на свой вкус.
— Серьёзно?! Ну всё, держитесь, я выберу по полной программе! — просиял Толстяк при мысли о еде.
— Эй, без фанатизма, не перегружай мне Не Пана, — с лёгким предостережением остудил его пыл Цзин'ань.
Чжэньсюаня снова разобрало любопытство:
— А когда вы сошлись-то? Только не говорите, что ещё в Китае или у меня дома?
— Нет, позже. Когда ездили в Финляндию ловить северное сияние.
— О-о-о! Так это было признание под романтичной авророй? — у Чжэньсюаня как у творческого человека проснулась романтическая жилка.
— Угадал, именно под сиянием, — улыбнулся Цзин'ань. — Только смотри, матушке своей не забудь сболтнуть, а то она моему дяде проговорится.
— Понимаю, всё в могилу унесу, железобетонная секретность! — приложил руку к груди Чжэньсюань.
Не Пан заметил пустую тарелку перед Ян Чжэньсюанем:
— Брат Ян, ты всё? Больше не будешь?
— Да хорош, надо за весом следить, и так набрал, — проявил недюжинную силу воли Толстяк и с завистью вздохнул: — Никогда бы не подумал, что Брат Ань способен на такие чувства.
Цзин'ань перевёл взгляд на Не Пана. Честно говоря, до встречи с ним он и сам не предполагал, что способен впустить кого-то так близко. Видимо, так распорядилась судьба.
Не Пан ответил ему тёплым взглядом. Он тоже не ожидал, что Цзин'ань полюбит его, и считал это подарком судьбы.
В этот момент по лестнице спустился переодевшийся Цзи Цзе. Заметив пару издалека, он направился к ним:
— Брат Ань, Сяо Панпан, вы уже тут!
— Брат Цзе, давно не виделись! — приветствовал его Не Пан.
Цзин'ань лишь молча кивнул. Раньше, приезжая в Лондон с ночёвкой, он всегда останавливался у Цзи Цзе. Но с тех пор как он утянул Не Пана готовить в дом Шао Яо, Цзин'ань ни разу больше не оставался у него ночевать.
Цзи Цзе не расспрашивал, но явно чувствовал возникший холодок. Сходив за тарелкой и набрав еды, он уселся рядом.
Цзин'ань закончил со своей порцией и спросил Не Пана:
— Наложить тебе ещё чего-нибудь?
— Я бы ещё лапши съел, — попросил Не Пан, у которого в тарелке ещё оставалась еда.
Цзин'ань поднялся и вскоре вернулся с целым подносом, половину которого занимала та самая рисовая лапша:
— Бери сколько захочешь. Я схожу за напитками. Тебе что взять — кукурузный сок или апельсиновый?
— Тут есть кукурузный сок? Ого, тогда его!
Цзин'ань отошёл к барной стойке, а Не Пан переложил себе немного лапши.
Цзи Цзе с изумлением наблюдал за их простыми, но удивительно слаженными движениями. Он знал, что они дружны, но не подозревал, насколько. Чжай Цзин'ань с его-то педантичной брезгливостью спокоен как танк!
Вернувшись, Цзин'ань поставил на стол стакан кукурузного сока и стакан апельсинового.
Не Пан сделал глоток:
— Надо же, настоящий сок! Совсем как дома. Тоже из ресторана выписали?
— Вкусно? Дай попробовать, — попросил Цзин'ань.
Не Пан протянул ему стакан, и Цзин'ань приложился губами точно к тому месту, где только что пил Не Пан. Сок был густым и оставлял заметный след на стекле, так что этот жест выглядел максимально демонстративно.
Цзи Цзе едва не поперхнулся. Вовремя зажав рот ладонью, он с трудом проглотил кусок и вытаращился на них:
— Ребята... вы чего?
— Ничего, ужинаем, — с невозмутимым видом отозвался Цзин'ань.
Ян Чжэньсюань закрыл лицо руками:
— Забей, чувак. Это они перед нами так собачьим кормом хвастаются.
Цзи Цзе переводил ошарашенный взгляд с одного на другого, пока окончательно не догадался:
— Вы что, вместе?!
Цзин'ань вскинул бровь:
— Проблемы?
— Да нет, никаких проблем, — быстро замахал руками Цзи Цзе. Теперь-то он понял, отчего Цзин'ань стал к нему так прохладен. Делом пахло не просто обидой, а тем, что Цзин'ань запал на Не Пана и злился за то, что Цзи Цзе невольно свёл того с Шао Яо. — Поздравляю!
— Спасибо, — сухо ответил Цзин'ань. — И ещё: рот на замок. В Китае никто не должен знать.
— Само собой, разумеется! — закивал Цзи Цзе. В их тусовке существовал негласный кодекс — не сливать родителям чужие дела за границей, но личная просьба Цзин'аня подчёркивала особое значение этой тайны.
В этот момент входная дверь распахнулась, и донёсся знакомый голос:
— Дань Вэнь, с днём рождения!
Оба сразу узнали голос — это был Шао Яо. Не Пан переглянулся с Цзин'анем. Тот ответил успокаивающим взглядом, достал салфетку и заботливо стёр каплю сока с верхней губы Не Пана.
Шао Яо вручил хозяйке подарочный пакет и пошёл к гостиной. Заметив ужинающую компанию, он поздоровался:
— О, привет! Давно не виделись.
Не Пан впервые пересекался с ним после того, как отверг его ухаживания. Не Пан думал, что Шао Яо не придёт, и оттого ситуация казалась неловкой. Хорошо хоть Цзин'ань был рядом.
Не Пан мельком кивнул ему и не стал вступать в разговор. Цзин'ань и вовсе не поднял головы. Лишь Ян Чжэньсюань и Цзи Цзе ответили на приветствие. Шао Яо не стал навязываться и ушёл на кухню помыть руки и взять еды.
Пока Шао Яо ходил за угощением, к диванам подошли Дуань Сыи и Мин Тяньцин.
—... Ну у вас и фартовая парочка! В первый же день поехать за сиянием и попасть на мощнейшую вспышку! Брат Ань, ты же прямо там признался? — весело расспрашивала Дуань Сыи.
— Ага. Я с самого начала планировал признаться под авророй. А раз небо сделало такой подарок, нельзя было упускать момент, — ответил Цзин'ань, смотревший прямо на Не Пана.
Мин Тяньцин рассмеялась:
— Не думала, что технари способны на такую романтику! На самом деле мы давно раскусили твои виды на Не Пана, просто гадали, когда вы уже очухаетесь. А вы шустрые!
— У всех глаз-алмаз, я вижу, — усмехнулся Цзин'ань и нежно обнял Не Пана за талию. — Значит, я просто обязан оправдать ожидания публики.
Под прицелом общих взглядов у Не Пана вспыхнули кончики ушей.
Стоявший неподалёку Шао Яо замер. В душе царил полный разброд. Не Пан действительно выбрал Чжай Цзин'аня. Впрочем, чему удивляться? По сравнению с Цзин'анем у него самого не было ни единого шанса. Куда больше его поразило то, что сам Чжай Цзин'ань закрутил роман с Не Паном. Шао Яо-то раньше думал, будто Цзин'ань вообще органически не переваривает парней, а оказалось — не переваривал он именно его.
Цзи Цзе первым заприметил кузена:
— Брат Шао, ты чего стоишь? Присаживайся!
Девушки обернулись, и Дуань Сыи поднялась:
— Садись сюды, а мы с Тяньцин пойдём ещё чего-нибудь перекусить возьмём.
С появлением Шао Яо атмосфера стала натянутой. Никто не знал, за какую тему зацепиться. Лишь Цзин'ань как ни в чём не бывало продолжал ужинать, периодически подкормливая Не Пана лучшими кусочками.
Напряжение спало только с возвращением девушек. К тому моменту Не Пан и Цзин'ань доели. Встав, они уступили свои места девчонкам. Диван был огромным, но чайный столик не вмещал всех.
Относя посуду на кухню, Не Пан не захотел возвращаться к софе. Цзин'аню тоже не улыбалось там сидеть:
— Пойдём, покажу тебе дом Цзи Цзе.
— О, давай! — обрадовался Не Пан. Хотя он бывал здесь не раз, дальше гостиной и кухни никогда не заглядывал.
— Наверху спальни, туда не пойдём. А вот на первом этаже есть отличная игровая, там и кино можно посмотреть, — Цзин'ань толкнул дверь игровой комнаты и тут же замер.
В полумраке на диване увлечённо целовалась парочка.
Цзин'ань, не теряя самообладания, бесшумно прикрыл дверь. Не Пан зажал рот ладонью, сдерживая смех:
— Это Брат Юй был?!
— Ага, он самый, — кивнул Цзин'ань.
— Вот умора!
Цзин'ань обернулся и мимолётно коснулся губами его губ:
— Главное самому не смущаться, а остальные пусть переживут. Пошли в подвал, там бар и танцпол. Цзи Цзе сам тут всё проектировал, парень знает толк в развлечениях.
— Я танцевать не умею, только драться, — рассмеялся Не Пан. — И то благодаря твоим урокам.
— Я тоже танцор так себе, так что мы идеальная пара, — с улыбкой отозвался Цзин'ань.
Они открыли дверь в подвальный этаж и спустились по лестнице. Едва переступили порог, как их оглушил плотный бас музыки. Изоляция в доме была настолько качественной, что в гостиной не слышалось ни звука.
В подвальном клубе переливались софиты. Несколько человек дёргались на танцполе, а у барной стойки расположилась пара гостей.
Заметив их, сидевший у бара парень поднял руку:
— Брат Ань, Брат Пан! О, вы тоже тут! Давайте к нам, по баночке!
Это был Вэй Цзэ, набравшийся храбрости в компании латиноамериканской красотки. А на танцполе среди кружащихся фигур обнаружился Чэн Лин. Вот где, оказывается, спряталась остальная компания!
Теперь Не Пан окончательно понял, почему при любой возможности все стремились съехаться к Цзи Цзе — тут был настоящий развлекательный комплекс.
— Будешь что-нибудь? — спросил Цзин'ань.
— Не-а, — качнул головой Не Пан.
— Я за рулём, так что мне тоже отбой. Пойдём потанцуем?
— Да ну, не умею же.
Шумные тусовки не привлекали Не Пана, ему куда больше нравилось сидеть с Цзин'анем в тишине.
— Посидим тогда тихонько, дождёмся торта и поедем, — предложил Цзин'ань. Всё-таки они пришли на день рождения Дань Вэнь, некрасиво уходить сразу после еды.
Не Пан согласился. Во всём доме, за исключением второго этажа, это было единственное место, где можно было приткнуться на диване.
Они нашли свободный уголок. Цзин'ань полуобнял Не Пана, притянув к себе, достал телефон и запустил игру, чтобы скрасить ожидание.
Вэй Цзэ вовсю флиртовал с красоткой, но не мог не заметить, как развалились на диване эти двое. Глаза у него чуть из орбит не вылезли. Не будь рядом девушки, он бы уже подскочил с допросом.
Они спокойно сыграли пару раундов. Каждый раз, когда Не Пан выбивал удачный комбо, Цзин'ань целовал его в щёку в качестве награды. Когда музыка наконец стихла, они отложили телефоны. Не Пан поднял глаза и наткнулся на ошеломлённые взгляды Вэй Цзэ и Чэн Лина.
— Вы чего? — немного смутился Не Пан.
— Сестрица Вэньвэнь зовёт торт резать, — проговорил Вэй Цзэ.
— Ну так идите, вы чего на нас уставились? — фыркнул Цзин'ань.
— Фантастика... Никогда бы не подумал, что Брат Ань в отношениях превращается в эдакого романтика, — покачал головой Чэн Лин. — Азе, это считается за "старый дом загорелся"?
— Хм, Брат Ань вроде ещё не настолько стар. Скорее это "долгожданный дождь после засухи", — с серьёзным видом начали рассуждать парни.
Цзин'ань не знал, смеяться ему или ругаться:
— Совсем сдурели? Хватит паясничать! Пошли давайте, пока торт не съели.
Не Пан поспешно поднялся с дивана. Они спрятали телефоны и пошли наверх. На самом деле пора было возвращаться домой — там, в их собственном мире, можно вытворять всё что угодно, не опасаясь любопытных глаз.