Выходка Цюй Цзюи в одно мгновение развеяла всю мелодраматическую фальшь, царившую между Цюй Цюшуй и Чэнь Ши.
Реши Цзянху Байсяошэн составить рейтинг главных отравителей момента Поднебесной, Цюй Цзюи без труда занял бы первое место — и вряд ли кто-то осмелился бы оспорить его первенство.
Ни Чэнь Ши, ни Цюй Цюшуй понятия не имели, как продолжать этот разговор. Что бы они ни сделали дальше, прежний драматизм был безнадёжно утерян, а вести беседу в подобной обстановке выходило из рук вон плохо. Чем больше слов они роняли, тем больше повода для веселья доставалось Цюй Цзюи.
— Ты остался точно таким же, — Цюй Цюшуй ледяным взглядом въелась в сына, и в её глазах вспыхнула нескрываемая жажда крови. — С самого детства одна и та же картина: проходила ли я мимо, наблюдал ли ты за ученицами Дворца Разбитого Нефрита — ты никогда не видел в них живых людей. Для тебя это всегда была лишь потеха. Лишь балаган.
Ненависть Цюй Цюшуй к сыну имела как врождённые, так и приобретённые причины. Первое проистекало из того, что Цюй Цзюи родился не девочкой, второе — из его собственного отношения к окружающим.
— Просто иные живут куда увлекательнее, чем играют в театре, вот я и не отказываю себе в удовольствии полюбоваться, — спокойным, ровным тоном откликнулся Цюй Цзюи, переведя взгляд с Цюй Цюшуй на Чэнь Ши. — И к чему эта фальшивая драма? Оставим в стороне вопрос, силёнок ли у вас хватит со мной сладиться. Даже будь вы стократ сильнее, с какой стати мне вас признавать? Родить, но не вырастить, дать жизнь, но не дать воспитания — это вовсе не даёт вам права зваться родителями.
— Глава дворца Цюй, родительская благодать выше небес, а сыновняя почтительность — первейшая из всех добродетелей! Ваши слова совершенно недопустимы, — нахмурился старец Фаньсинь.
Ему и прежде доводилось слышать о взбалмошном и дерзком нраве Цюй Цзюи, но хватило пары фраз, чтобы убедиться: этот юноша упрям, своенравен и окончательно сбился с пути истинного.
— Вот-вот, именно поэтому, — с наигранной досадой пожал плечами Цюй Цзюи.
Вот почему он предпочитал наблюдать за всем со стороны. Сколько бы лет он ни прожил в этом мире, как бы хорошо его ни знал, стать его частью до конца так и не смог.
Если бы не Се Сю...
— И что же тут недопустимого?!
Вспомнишь солнышко — вот и лучик.
Стоило Цюй Цзюи подумать о Се Сю, как тот, вынырнув из толпы, со спокойной улыбкой на губах применил технику лёгких шагов и устремился к нему.
— Разве я не запечатала твои каналы?! — рявкнула Цюй Цюшуй, видя, как Се Сю выскользнул из рук.
В душе её закипела ярость. Сунь Ань — бестолковое ничтожество! Не уберечь человека, лишённого внутренней силы, — на что он вообще способен?!
— Техника блокировки меридианов Дворца Разбитого Нефрита мне уже неплохо знакома, — снисходительно заметил Се Сю.
В человеческом теле не так уж много ключевых точек и каналов. Для Божественного лекаря снять подобную печать не составляло ни малейшего труда.
Именно поэтому Се Сю успел вовремя. И хотя он услышал лишь конец разговора, суть происходящего понял без труда.
Так отец Цзюи — Чэнь Ши? Что ж, это стало неожиданностью... и одновременно вполне логичным развитием событий.
В своё время Цюй Цзюи любил пускаться в долгие рассуждения о том, кем мог быть его биологический родитель. Он даже как-то дотошно расспрашивал Се Сю, владел ли боевыми искусствами его собственный отец — просто чтобы уберечься от банальной драмы из разряда «все влюблённые мира оказались родными братьями». Се Сю тогда от подобного предположения едва чувств не лишился.
Зато теперь, если посмотреть с хорошей стороны: отец Цзюи — Чэнь Ши, а это всё-таки куда лучше, чем если бы им оказался отец самого Се Сю.
Незаметно для себя Се Сю перенял весьма своеобразный ход мыслей возлюбленного, сам того не сознавая.
— Так ты и есть Се Сю? — Старец Фаньсинь окинул лекаря пристальным взглядом.
Чжэн Чжицзя и остальные при виде Се Сю насторожились. Слабое место Цюй Цзюи само явилось на порог — значит, ситуация стремительно выходит из-под контроля. Кто знает, на что теперь отважится этот безумец?
— Се Сю! Неужто ты вознамерился спутаться с этим демоном?!
— Он же сын Чэнь Ши из пути Красного Лотоса! Разве ты не знаешь, скольких бед наделали эти еретики в цзянху?!
— Цюй Цзюи не ведает ни чести, ни сыновнего долга, он тебе не пара!
— Господин Се, неужели вековая слава рода Се рухнет по твоей вине?!
Крики звучали один за другим. На словах это были призывы к разуму, на деле — неприкрытые угрозы.
Однако Се Сю эти выкрики совершенно не задели; напротив, в душе поднялась ироничная смешинка. Немудрено, что Цзюи так любит смотреть представления со стороны. Комедия и впрямь выходила отменная.
— Кхм... Се Сю, ты чего здесь? Я же просил тебя спокойно подождать, — подал голос Цюй Цзюи.
Из всех собравшихся на утёсе именно он при виде лекаря переполошился больше всех. Пока Се Сю не было рядом, глава дворца отвёл душу по полной программе и вдоволь повеселился. Теперь же перед возлюбленным он чувствовал себя мышью, неожиданно наткнувшейся на кота.
Как лекарь, Се Сю органически не переваривал, когда Цюй Цзюи рисковал собственной жизнью ради забавы. И пусть сам Цюй Цзюи был на сто процентов уверен, что контролирует ситуацию, Се Сю...
Кхм. В общем, каждый, у кого есть вторая половинка, поймёт эту гамму чувств.
— Если бы я не пришёл, разве выпал бы мне случай насладиться столь дивным зрелищем? — Се Сю чуть прищурил глаза, в которых блеснули опасные искорки. — Похоже, ты весело провёл время.
По пути сюда он успел наслушаться самых диких слухов про Цюй Цзюи, а также мельком увидел Третьего брата, Хань Чэнно и, разумеется, свою младшую сестру.
Се Сю знавал Цюй Цзюи лучше всех на свете, и одного взгляда на сборище ему хватило, чтобы распутать этот узел. Ничего нового: у Цюй Цзюи просто снова прорезался актёрский талант и жажда сценария. В конце концов, Се Сю сам не раз становился жертвой этих режиссёрских порывов, когда Цюй Цзюи заставлял его с серьёзным лицом зачитывать абсолютно нелепые и смущающие реплики.
— Вернёмся к тому, на чём остановились, — произнёс Се Сю. Он сделал шаг вперёд и встал плечом к плечу с Цюй Цзюи, без малейшего страха глядя на беснующуюся толпу. — Цюй Цюшуй и Чэнь Ши действительно дали Цзюи жизнь, но что из того? Почтительность детей произрастает из любви и заботы родителей. Если сами родители не ведают добродетели, по какому праву они требуют безупречности от своих детей? Что посеешь, то и пожнёшь. В боевом мире даже ради того, чтобы стать учеником мастера, нужно приложить немало труда. Никому и в голову не придёт звать учителем того, кто числится им лишь на бумаге, ничего не преподаёт, да ещё и при каждом удобном случае норовит сжить ученика со свету.
Взор Се Сю оставался чистым и открытым, а незапятнанная репутация придавала каждому слову неопровержимый вес. На фоне своенравного и отчасти дерзкого Цюй Цзюи Божественный лекарь выглядел воплощением благородства и истины.
Впрочем, можно было выразиться и проще: красивым людям прощают всё, а их слова принимают на веру без доказательств.
— Огородил его со всех сторон, — с холкой ледяной усмешкой отозвалась Цюй Цюшуй. Теперь-то она окончательно поняла, что истории про ядовитых гусениц и яд были лишь наглой ложью, коей лекарь обвёл её вокруг пальца.
— Как и надлежит, — без тени смущения кивнул Се Сю.
— Ты мужик, и он мужик. И вы на полном серьёзе намерены быть вместе?! — Чэнь Ши смотрел на них с нескрываемым изумлением.
Прежде он сбывал выбор Цюй Цзюи на то, что тот пленился красотой или ищет изысканных услад. В конце концов, вырасти во Дворце Разбитого Нефрита среди одних женщин — немудрено захотеть сменить обстановку.
Однако теперь, уразумев, что перед ним родной сын, Чэнь Ши почувствовал, как внутри всё переворачивается. Если память ему не изменяла, в те времена, когда он ещё торговал фонариками на улице, ему довелось своими глазами наблюдать трогательную сцену объяснения Цюй Цзюи и Се Сю. Тогда он ещё подумал: нынче молодёжь пошла смелая да бесстыдная, срезать «отрезанный рукав» средь бела дня не стесняется!
А теперь... если оглянуться назад, у него просто в голове не укладывалось! Откуда ему было знать, что один из тех двух «бесстыдников» — его собственный отпрыск?!
— А тебя это волнует? — Цюй Цзюи закатил глаза. Ишь, распетушился! Подумаешь, пустил семя — и уже возомнил себя отцом! С такими фантазиями ему бы прямо на небо отправиться, к богам.
— Ах ты!.. — Чэнь Ши аж задохнулся от возмущения.
— Божественному лекарю это демоническое отродье затуманил разум! Режь обоих!
— Осторожнее, Се Сю владеет ядами!
— Цюй Цзюи, отдай карту сокровищ, и мы первыми пальцем вас не тронем!
У толпы искателей наживы не было ни малейшего желания выслушивать семейные разборки. С самого начала их интересовала исключительно карта сокровищ.
Старец Фаньсинь попытался было вмешаться, но его голос потонул в яростном гуле.
— Мою жизнь спас господин Се. Я ухожу. Отныне мы в расчёте!
— И я!
— К чёрту всё, я тоже пасую.
Разумеется, не все присутствующие были законченными мерзавцами. У некоторых ещё оставались остатки совести, и они отказались участвовать в этом беспределе.
Большинство из них не знали Цюй Цзюи и с лёгкостью примкнули бы к расправе над ним. Но среди них находились те, кого Се Сю исцелил от верной смерти. В боевом мире свято чтут правило: за спасение жизни платят верностью. Поднять руку на Цюй Цзюи они ещё могли, но пойти против Се Сю им не позволяли честь и долг.
— Благодарю вас, господа, — взоры Се Сю потеплели, когда он узнал среди уходящих своих бывших пациентов.
По крайней мере, цзянху ещё не окончательно сгнил. Даже когда безумная жажда наживы туманит умы, остаются те, кто хранит верность законам чести. Одинокие странники помнят о добре, тогда как великие праведные школы...
— Банда Ивового Листа в этом не участвует, — Глава банды Ци Люе сделал шаг назад и поднял руки. — Я лишь пришёл поглазеть за компанию. Глава дворца Цюй, надеюсь на ваше покровительство в морских перевозках нашей банды.
А уж если Божественный лекарь Се при случае соизволит состряпать для него пару особых пилюль — вовсе будет благодать. Впрочем, об этом вслух говорить не стоит, лучше обсудить позже, тет-а-тет.
— Гора Поддержки Яна... эх, ладно, — Владыка Горы Поддержки Яна, искушённый годами старый лис, понял, куда дует ветер. В отличие от молодого главы Ци, ему требовался предлог, чтобы уйти с честью. — Глава дворца Цюй, вы ныне Великий мастер. Верните лишь свиток «Техники Непоколебимого Сердца», и претендовать на карту сокровищ мы не станем.
— Завтра же пришлю, — небрежно бросил Цюй Цзюи. Всё равно этот фолиант ему больше без надобности.
— Банда Безбрежного Моря тоже умывает руки! — сурово пробасил Хай Чанкуо. — Однако Гу Шаопин — мой ученик. Глава дворца, отпускайте его хотя бы на пару дней в году, дабы он мог навещать братьев по оружию.
— Вот вернёмся, и я обсужу это с Ушуан, — ответил Цюй Цзюи.
По мере того как крупные кланы один за другим покидали край обрыва, толпа заметно поредела. И всё же большинство охотников за сокровищами остались на месте.
— Цюй Цзюи, это предел твоих возможностей. К чему продолжать эту бессмысленную борьбу? — Евнух Чжэн Чжицзя посмотрел на юношу с нескрываемым уважением.
Не будь Цюй Цзюи врагом, из него вышел бы замечательный соратник. Разогнать нескольких сильных соперников в столь безнадёжной ситуации — один этот ход доказывал его невероятный талант. Не вмешайся императорский двор, со временем этот парень вполне мог подчинить себе весь цзянху.
И надо же такому случиться, что подобный самородок не родился в царственной семье!
Чжэн Чжицзя вскользь глянул на Цюй Цюшуй, и в его голове промелькнула сожалеющая мысль: а ведь завлеки она в своё время на ложе Его Величество...
Кхм. Впрочем, подобные помыслы отдавали крамолой.
— Конец игре, — Сюэ Сяосяо со звоном выхватила меч и наставила остриё прямо на Цюй Цзюи. — Неужели вы вознамерились увлечь Божественного лекаря с собой в могилу? С вашим уровнем мастерства, стоит лишь отдать карту — и уйти вместе с господином Се не составит никакого труда.
— Сяосяо... Не думал я, что под конец и ты направишь на меня клинок, — Цюй Цзюи запрокинул голову и тяжело, прерывисто вздохнул. — Велик мир, да ни Дворец Разбитого Нефрита, ни путь Красного Лотоса мне не нужны. Но судьба насмерть связала меня с ними. Даже если я сбегу вместе с Се Сю, нас ждёт лишь бесконечная погоня. Раньше или позже умирать — так не лучше ли покончить со всем прямо сейчас?!
— Это Небо отвернулось от меня! — с горьким отчаянием выкрикнул Цюй Цзюи, вкладывая в этот возглас всю скопившуюся ярость.
Стоявший рядом Се Сю сочувственно покраснел глазами.
— Чжиюнь, согласен ли ты волочить жалкое существование? — Цюй Цзюи пристально посмотрел лекарю в глаза.
— Делай то, что должен. Я с тобой до конца, — с кроткой улыбкой отозвался Се Сю.
— Отлично! — Цюй Цзюи резко развернулся к неприятелю. — Тогда искупаем этих святош в собственной крови!
— Цюй Цзюи, прими смерть!
Но едва Цюй Цзюи и Се Сю встали в боевые стойки, как с неба стремительно метнулись несколько тёмных теней.
Старец Фаньсинь дёрнул себя за бороду и немедленно рванулся им навстречу, заступая путь.
Увы, две тени всё же проскользнули мимо него.
Даже при ярком свете дня эти две фигуры выглядели жутко и зловеще. Воздух мгновенно отравила тошнотворная вонь, от которой слабые духом воины валились с ног без чувств.
Цюй Цзюи успел отразить первый удар, однако Се Сю повезло меньше: тяжёлая ладонь нападавшего обрушилась на него, сбросив прямо в пропасть.
— Се Сю! — вскричал Цюй Цзюи. Лицо его исказилось от ужаса, а разум мгновенно затопила паника.
Воспользовавшись замешательством, убийца, сбросивший Се Сю, развернулся и атаковал Цюй Цзюи.
Двое против одного.
Однако Цюй Цзюи, ослеплённый яростью, бился на равных с обоими монстрами.
— Первый старейшина?! Второй старейшина?! — Чэнь Ши застыл в оцепенении. Он никак не мог понять, почему два патриарха пути Красного Лотоса, давно отошедшие от дел, неожиданно явились сюда. — Цюй Цзюи — мой сын! Умоляю, старейшины, пощадите его! — отчаянно закричал Чэнь Ши.
— Сожалею, братец, но ты более не молодой господин пути Красного Лотоса, — из тени бесшумно выступил ещё один человек в чёрном.
Это был Чэнь Сюань — тот самый, что через Чэнь Ши передал ценные сведения Цюй Цюшуй и помог ей вырваться из Поместья Высшего Блаженства!
— Ты спутался с этой тварью Цюй Цюшуй да ещё породил такого монстра, как Цюй Цзюи! Все свои оправдания прибереги для приёмного отца. А уж ради твоего отцовства старейшины так и быть — оставят мальчишке труп целым!
— Се Сю... Пошли вон! — С налитыми кровью глазами Цюй Цзюи мощным ударом отбросил обоих старейшин и метнулся к краю обрыва. — Нужна карта сокровищ?! Подавитесь! — выхватив из-за пазухи заветный свиток, он швырнул его высоко в воздух.
В то же мгновение сотни рук устремились к летящему пергаменту; даже старейшины пути Красного Лотоса забыли обо всём и рванулись за добычей.
— Я и из преисподней вернусь, чтобы свести с вами счёты! — Выкрикнув последнюю причитающуюся по сценарию реплику, Цюй Цзюи шагнул в бездну.
— Нет! — Чэнь Ши метнулся следом, судорожно пытаясь ухватить воздух на самом краю утёса, но пальцы его сомкнулись на пустоте.
* * *
Внизу, на отвесной стене ущелья.
В небольшом гроте, укрытом на полпути к подножию, Се Сю вальяжно смаковал заранее припасённые лакомства. Увидев приземлившегося Цюй Цзюи, он лениво подпёр щеку рукой и с улыбкой спросил:
— Ну что, душевно сыграл? Вволю натешился?