— Посланник Пяти Ядов?
Люди из Священного культа Небесного Предела и без того с огромной опаской относились к Цюй Цзюи. Когда же выяснилось, что их дурманящий порошок нисколько не подействовал на учениц Дворца Разбитого Нефрита, их тревога переросла в предельную настороженность. Поэтому едва Цюй Цзюи выступил вперёд, они мысленно приготовились к худшему.
Но кто бы мог подумать, что глава Дворца Разбитого Нефрита опять поведёт себя вопреки любой логике? Вместо того чтобы сразу потребовать к ответу владыку культа, его заместителя или защитников, он во всеуслышание выкликнул имя Посланника Пяти Ядов!
Как бы сказать... Хотя Посланник Пяти Ядов и входила в число шести главных вестников культа, по положению, славе и мастерству боевых искусств она не шла ни в какое сравнение с Цюй Цзюи.
Когда это Посланник Пяти Ядов успела перейти дорогу такому страшному врагу, что тот вызывает её по имени посреди бела дня?
Многие в культе невольно уставились на неё. И вовсе не для того, чтобы подставить соратницу, — исключительно из чистого любопытства.
Однако от этих взглядов самой Посланнице Пяти Ядов захотелось отчаянно заматерчаться.
Какая же несправедливость!
Даже их глава культа не стал бы без нужды задирать такую глыбу, как глава Дворца Разбитого Нефрита. Они отправились в Поместье Безграничности лишь потому, что были уверены: Дворец Разбитого Нефрита не станет вмешиваться. А после того как Цюй Цзюи показал свою силу, они и вовсе утвердились в этой мысли.
И что теперь?
Посланница Пяти Ядов попыталась осторожно отступить на шаг назад, но остальные, заметив её движение, дружно шагнули назад на два-три шага, отчего она мгновенно оказалась на виду у всех.
«Тьфу на вас! — мысленно плюнула она. — В культе вы только и делаете, что сохнете по моей красоте да вьётесь вьюном, а стоит главе Дворца обронить хоть слово — и вы сразу в кусты?! Что за дрянь, а не мужики!»
Услышь они её мысли, только бы глаза закатили. Вьюном вьёмся? Сделай к тебе лишний шаг — и ты же отравишь до полусмерти! От тебя и так все держатся подальше. А уж связываться с главой Дворца Разбитого Нефрита... дураков нет!
— Слуга культа и есть Посланник Пяти Ядов, — соблазнительно пропела девушка, выходя вперёд. — Чем раба может быть полезна главе дворца Цюй?
Посланница Пяти Ядов оказалась кокетливой, пышногрудой красоткой с соблазнительными изгибами и точеной фигурой.
Вполне в рамках ожидания. Обычно на роли с экзотическими ядами выбирают чарующих девиц из южных племен. Будь Посланником Пяти Ядов какой-нибудь дурнушка-мужик, Цюй Цзюи ещё усомнился бы в правильности этого мира.
Он принялся въедливо и скрупулёзно разглядывать девушку.
Первое — пол. Женский. Значит, Се Сю гарантированно сохранит дистанцию: нормы приличия между мужчиной и женщиной никто не отменял.
Лицо... Хм, ученицам Дворца Разбитого Нефрита она уступает по всем статьям.
Фигура... Опять же, у его девушек получше будет.
Наряд довольно откровенный — Се Сю первым делом велел бы ей одеться как следует.
Вывод: угроза нулевая.
Хотя в романах история «божественного лекаря и повелительницы ядов» считается классическим сюжетом, пока Цюй Цзюи рядом, эта девица никаких трюков выкинуть не сможет.
Бедная Посланница Пяти Ядов под его пристальным взглядом — словно туша на мясном рынке — уже задрожала от страха.
«Неужели этот Цюй Цзюи решит устроить бойню и начнёт именно с меня? Я ведь даже замуж не успела выйти, не завлекла в постель ни одного статного молодца из тех, что поют горные песни! Я не хочу умирать!»
— Наш дворец не желает чинить тебе препятствий, — лениво произнёс Цюй Цзюи. — Слышал, ты неплохо разбираешься в ядах. Сделай вот что: запиши все свои многолетние изыскания, рецепты и секреты, а затем передай старейшине Се Сю. Тогда я оставлю тебя в покое.
Цюй Цзюи искренне считал себя невероятно великодушным. Пусть он и требовал плоды всей её жизни, зато оставлял ей самое ценное — жизнь! В конце концов, обмен рецептов на жизнь — да она радоваться должна!
— Глава дворца может быть спокоен! — торопливо отозывалась Посланница Пяти Ядов, осознав, что смертная казнь отменяется. — У меня уже есть одна записанная рукопись, прошу принять её прямо сейчас. А по возвращении я дополню её новыми рецептами и лично отправлю во Дворец Разбитого Нефрита.
Уровень её мастерства в ядах всё равно растёт день от дня, так какая разница, если она отдаст то, что знает сейчас? Главное — остаться в живых!
По-хорошему, столь бессовестный вымогатель чужих секретных техник должен был вызвать всеобщее презрение в цзянху. Но Цюй Цзюи держался с таким неоспоримым достоинством, а Посланница Пяти Ядов соглашалась настолько охотно, что ни у кого язык не повернулся высказать хоть каплю возражения.
Разве что у людей из Поместья Безграничности в душе закипела обида. Почему, когда их глава пытался завладеть чужой техникой меча, его клеймили предателем и осыпали проклятиями, а стоит Цюй Цзюи сделать то же самое — и все воды в рот набрали?
Какая несправедливость!
Впрочем, справедливости в этом мире никогда и не водилось.
Посланница Пяти Ядов с глубоким почтением преподнесла «Секретный трактат о Пяти Ядах», и Цюй Цзюи тут же перепоручил книгу задумчивому Се Сю.
— Держи, вот рецепты, о которых ты так мечтал. Что до самой этой девицы — лучше с ней не общайся. Нрава она пылкого, тебе рядом с ней точно не сдобровать.
«Разве можно позволять своему коту заглядываться на чужую сушёную рыбку? Проще забрать эту рыбку себе да отдать коту!»
Се Сю сжал рукопись и поднял взгляд. Все — и представители праведных кланов, и люди из Священного культа Небесного Предела — странно смотрели на него.
Точнее, уставились на них двоих.
Великий глава Эскортного бюро Золотого Ветра долго разглядывал Се Сю, лицо его исказилось от с трудом сдерживаемых эмоций.
Владыка горы Поддержки Яна чуть не выдрал себе бороду, но изо всех сил пытался сохранить невозмутимость:
— Эх, какова нынче молодёжь... Староват я стал для подобного.
— Ха-ха, молодые люди, дело житейское, — рассеянно ухмыльнулся Ци Люе, придя в себя лишь спустя долгое мгновение.
Но в глазах каждого проскользнула одна и та же мысль: «Вот оно что...»
Недаром ещё в зале боевых искусств Укрощения Юга им казалось, что между этими двумя происходит что-то неладное. Изобразить подобное притворством невозможно.
Они действительно состоят в связи!
Великий глава Эскортного бюро Золотого Ветра окончательно убедился: связываться со Дворцом Разбитого Нефрита смертельно опасно. Если Дворец решит породниться с кланом Се... Кхе, родственные связи с двором — штука запутанная. Он лишь хотел исполнить поручение императорской власти, но не собирался влезать во внутренние распри дворца. Лучше переждать и посмотреть.
А уж Ци Люе... Хе-хе, да он первым догадался, что у Цюй Цзюи и Се Сю нешуточные отношения! В конце концов, болезнь Ци Люе исцелил именно Се Сю. Каковы должны быть отношения, чтобы Цюй Цзюи смог уговорить Божественного лекаря?
Они действительно близки. Впрочем, удивляться нечему. Перед такой внешностью, как у Се Сю, не устоит ни мужчина, ни женщина. А глава Дворца Цюй Цзюи — молодой гений с беспрецедентными боевыми искусствами. Они идеально подходят друг другу.
Картина выглядела бы совсем идиллической, если бы присутствующие не страдали от действия дурмана.
— Благодарю, — негромко произнёс Се Сю. Он хотел немедленно полистать рукопись, но понимал, что подходящий момент едва ли настал.
— Ладно, личные дела улажены, перейдём к общественным, — проговорил Цюй Цзюи, видя, что Се Сю спрятал трактат. Разом сбросив груз с души и убедившись, что его денежная кошка не сбежит к кому попало, он мог переключиться на остальное. — Насколько мне известно, ваш Священный культ Небесного Предела уже много лет обретается за Великой стеной и не показывался в Центральных равнинах. С чего вдруг такой размах? Не желаете ли объясниться?
Цюй Цзюи стоял вразвалочку, без видимого оружия. Но один-единственный человек казался неприступной стеной, вставшей перед всеми.
Среди членов культа послышался шепоток:
— Сколько продержишься против Цюй Цзюи?
— Не знаю... Кажется, он достиг уровня «возвращения к истокам». Я вообще не чувствую его внутренней силы.
— Он напоминает мне нашего Владыку культа двадцать лет назад!
— Владыка был прав: Дворец Разбитого Нефрита — наш самый опасный враг...
Сорок лет назад, когда Священный культ гремел на Центральных равнинах, тогдашняя глава Дворца Разбитого Нефрита не проявляла активности, предпочитая не покидать своих владений. А благодаря неприступному расположению дворца их никто не трогал.
Предыдущая глава, Цюй Цюшуй, отличалась властным и жестоким нравом, едва не превратив дворец в тёмный клан.
А нынешний глава, Цюй Цзюи, непостижим. Он не стремился совершать подвиги, однако поддерживал весьма тёплые отношения со многими праведными школами. Подобное поведение лишило культ надежды переманить его на свою сторону.
Им оставалось только проявлять осторожность, избегая вражды.
Здоровье их владыки сдавало, заместитель главы пропал много лет назад, а внутри культа грызлись за власть несколько группировок. Нападение на Поместье Безграничности и захват карты сокровищ стали их общей целью. Тот, кто добудет карту и узнает судьбу заместителя главы, возглавит культ. В некотором смысле, положение культа было точь-в-точь как у Поместья Безграничности.
— Глава дворца Цюй, — с уважительным поклоном проговорил элегантный мужчина средних лет в синем одеянии. — Заместитель нашего владыки некогда был дружен с Сыту Цзином. В этот раз мы применили лишь лёгкое дурманящее средство, а не смертельные яды, дабы показать: культ Небесного Предела не ищет вражды со всем боевым миром Центральных равнин. Если глава дворца окажет нам услугу, наш Священный культ Небесного Предела готов заключить с Дворцом Разбитого Нефрита нерушимый союз!
«Ха-ха! Союзы в боевом мире? Они существуют лишь для того, чтобы вонзить нож в спину! К тому же у вашего Священного культа Небесного Предела на лбу написано "злодейский расходный материал". Я — честный, праведный юноша, с какой стати мне связываться с вами?»
Цюй Цзюи улыбался во весь рот, хотя про себя изливал яд.
— Сомневаюсь, — беззаботно бросил он. — Не стой здесь ученицы моего Дворца, вы бы заговорили совсем по-другому. Ваш культ базируется за пределами Великих земель. Сколько людей вы могли пригнать сюда? Пятьсот? Тысячу? Если мои ученицы станут биться насмерть, сладко не поздоровится никому.
В этом и заключалась главная беда культа.
С чего вдруг Дворец Разбитого Нефрита привел столько людей? Причем прошлые стычки показали: боевые искусства этих девушек — уровень мастеров второго, а то и первого класса! С такой силой можно стереть с лица земли любую из Семи Великих Школ! Как они только выращивают таких мастеров?!
Дворец Разбитого Нефрита был костью в горле, которую не проглотить, и эта кость уперлась прямо им в дорогу.
— Чего же желает глава дворца Цюй? — нахмурился мужчина в синем. — Мы преодолели тысячи ли не для того, чтобы отступить из-за пары слов. Как бы то ни было, Сыту Цзина мы заберем!
— Не смейте клеветать! — выкрикнул Сыту Цзин.
Будь Священный культ Небесного Предела в абсолютном выигрыше, Поместье Безграничности переметнулось бы без колебаний. Но раз Дворец Разбитого Нефрита не уступает культу, Сыту Цзину следовало насмерть стоять на стороне праведников.
Увы, его сын оказался слишком глуп!
Разве оставались бы они в праведном лагере, не будь в этом выгоды? Да, среди праведных школ хватает грязи и тайных злодеяний, но статус праведников держится на том, что честных людей здесь всё же больше.
Если праведника уличат в убийстве ради чужих техник, его ждёт суровая кара клана. Но у тёмных фракций выживает сильнейший. Смерть там — обыденность, и ни один темный владыка не может гарантировать себе спокойную старость.
— Я знать не знаю вашего заместителя! — Сыту Цзин в мольбе воззвал к Цюй Цзюи. — Глава дворца Цюй! Поместье Безграничности всегда относилось к Дворцу с глубоким почтением. Даже если мы в чём-то провинились, праведный мир должен судить нас сам! Не отдавайте нас в руки Демонического культа!
У праведников оставался шанс выжить, а у культа их ждали лишь пытки и смерть.
— Сыту Цзин, ты можешь обмануть кого угодно, но только не нас, — оскалился мужчина в синем. — Думаешь, никто не знает о событиях прошлого? Мы давно следили за Обителью Грушевого Цвета. Наёмных убийц, которых ты посылал, мы тайно спасали! Ввести свидетелей!
Вскоре люди культа вывели нескольких стариков. Вся эта седовласая братия знала Сыту Цзина и Хао Хунъюя ещё в прежние времена.
Сыту Цзин считал их давно умершими, но некоторые уцелели.
Когда свидетели во всех подробностях изложили историю предательства, Сыту Цзин понял: всё кончено. Вся его многолетняя слава рухнула в мгновение ока.
— Когда заместитель владыки нашёл карту сокровищ и собрался в обратный путь, ты воспылал жадностью и решил убить его, — продолжил человек в синем. — Расцвет Поместья Безграничности за эти годы явно был выстроен на богатствах той карты. Карта сокровищ принадлежит Священному культу Небесного Предела! Верни её, Сыту Цзин!
— У меня нет никакой карты! — закричал отчаянный Сыту Цзин. — Все богатства нашего поместья нажиты честной торговлей! Каждая монета записана в книгах! Нам не нужны никакие сокровища, у нас и так полно денег!
Тогда Сыту Цзин действительно покусился на карту, но Хао Хунъюй оказался не промах. Поняв, что друг предал его, он предпочёл броситься в пропасть вместе с картой, чем отдать её предателю.
Где Сыту Цзину взять то, чего у него нет?!
— Ха! Если бы на карте были отмечены лишь золото и серебро, ты бы не пошёл на убийство, — мужчина в синем обвёл взглядом собравшихся, на мгновение задерживая взор на владыке горы Поддержки Яна. — Владыка горы Поддержки Яна наверняка знает. Эта карта указывает не просто на клад. Она ведёт к сокровищнице императорского двора прежней династии! В ней спрятаны утраченные древние фолианты боевых искусств и легендарное оружие!
Эта карта была создана могущественными евнухами прошлого царствования.
В те времена евнухи держали в руках всю власть, опустошив государственную казну. Многие из них владели невероятными боевыми искусствами и беспощадно уничтожали всех подосланных к ним убийц. Секреты и оружие погибших мастеров они забирали себе.
Когда династия пала, евнухи укрыли сокровища и тайные знания. Не доверяя друг другу, они разделили карту на три части. Но новая власть утвердилась слишком быстро, и старики-евнухи погибли — кто от меча, кто от яда. А разделенная карта затерялась.
И лишь теперь слухи о ней снова всплыли в цзянху.
— Если мне не изменяет память, среди тех, кто охотился на евнухов, был один из прежних владык вашей горы Фуян, — продолжал представитель культа. — Символ власти вашего клана, Меч Поддержки Яна, выкован из метеоритного железа. Он резал металл как масло и принадлежал основателю вашей школы. После той битвы меч сгинул без вести. Ваш клан столько лет ищет карту сокровищ — не делайте вид, будто не понимаете, о чём речь!
Сокровища будоражили умы. Многие слышали о карте, но не знали подробностей. Теперь же, когда тайное стало явным, у многих зажглись глаза.
— Завладев картой, вы изучите величайшие техники, получите божественное оружие и несметные богатства. С таким арсеналом можно не просто основать собственную школу и стать Великим мастером — можно замахнуться на трон! Даже Эскортное бюро Золотого Ветра вмешалось в дела боевого мира ради этой карты!
Люди культа откровенно раздували пламя. Чем сильнее вражда между праведниками и двором, тем выгоднее культу.
Владыка горы Поддержки Яна изменился в лице. Он прекрасно понимал коварство культа.
Хань Чэнно сжал ножны своего меча. Именно там была запрятана одна из частей карты.
Перед смертью дедушка предупреждал его: эта карта чрезвычайно ценна, она может спасти жизнь, но может и низвергнуть в Бездну.
Тогда он не понял глубокого смысла этих слов, но глядя на алчные лица вокруг, осознал всё до конца.
Карта сокровищ была у него, а не у Сыту Цзина.
Что же ему делать? Рано или поздно связь с дедом выплывет наружу. Карта ему не нужна — дед разрешил распорядиться ей по своему усмотрению, но отдавать её кому попало Хань Чэнно не хотел.
— Вот оно что! — Цюй Цзюи слегка похлопал в ладоши. — А я-то думал, из-за чего весь сыр-бор? Оказывается, добыча и впрямь знатная. Жаль только, для нашего Дворца Разбитого Нефрита всё это без надобности.
Он говорил с абсолютной уверенностью:
— Даже если вы выучите те великие техники, в таланте к боевым искусствам вам со мной всё равно не сравниться. А стоит мне уйти в пустыню — вы до конца дней меня там не сыщете. Так что делите свои сокровища сами, мне до этого дела нет.
— Тогда почему глава дворца Цюй не уйдет прямо сейчас?
— Как почему? Я жду остальных! — Цюй Цзюи подмигнул и с помощью внутренней силы притянул к себе кресло, вальяжно усевшись прямо перед толпой. — Наверняка вы слышали, что у меня уже была одна часть карты. Сам я ею пользоваться не собирался, поэтому пустил с молотка — кто больше даст, того и тапки. Прошлый раз я продал её праведникам, а в этот раз продам вам, темным фракциям!
Технику горы Фуян Се Сю всё ещё изучает, и Цюй Цзюи ощущал, что немного продешевил. Самое время компенсировать убытки за счёт темных фракций!
— Что вы имеете в виду, глава дворца Цюй?
— Карта сокровищ? Разумеется, она у меня есть, — Цюй Цзюи подпёр щеку ладонью и окликнул: — Сяо Хань, доставай!
Хань Чэнно помешкал.
— Тебе её всё равно не удержать, — вздохнул Цюй Цзюи. — Я знаю, ты славный парень и не любишь кровопролития. Но если не отдашь её сейчас, жертв будет куча.
Поразмыслив, Хань Чэнно понял: Цюй Цзюи прав.
— Глава дворца... — Хань Чэнно шагнул вперёд и протянул свои ножны.
Цюй Цзюи легко сжал их пальцами — дерево рассыпалось в труху, и на ладонь выпал легкий кусок плотной бумаги.
— Карта сокровищ! — в один голос ахнула толпа.
— Правила те же: подождём, пока подтянутся остальные тёмные фракции, и устроим открытый аукцион. Достанется тому, кто предложит большую цену, — Цюй Цзюи покрутил карту в пальцах и посмотрел на Хань Чэнно: — Поделим доход: девять частей тебе, одна мне. Не бойся, я тебя не обижу.
Хань Чэнно смущенно улыбнулся:
— Мне ничего не нужно. Глава дворца — мой благодетель, забирайте всё себе.
— Ну уж нет, присваивать твоё я не стану, — рассмеялся Цюй Цзюи. — Заберу одну десятую для порядка, и хватит.
Се Сю перевёл взгляд с Хань Чэнно на Цюй Цзюи и слегка качнул головой.
Хань Чэнно слишком наивен. Какая разница, отдаст он девять десятых или всё целиком? Парню суждено стать человеком Дворца Разбитого Нефрита. А значит, эти деньги для Цюй Цзюи — лишь перекладывание серебра из левого кармана в правый.
«Слишком уж молод этот Сяо Хань...» — невозмутимо подумал Се Сю, сжимая в рукаве драгоценный трактат о ядах.