Вопрос с помолвкой Се Сю и Цюй Цзюи решился сам собой, легко и естественно.
Щедрость Цюй Цзюи буквально выбила почву из-под ног у семьи Се. У них не осталось ни малейшего повода для недовольства, осталась лишь смутная, затаённая зависть. Из всего богатства, предложенного в качестве выкупа за невесту — за исключением разве что драгоценного Снежного лотоса с гор Тяньшань — Се Сю не намеревался оставлять себе ни единого медяка. Подарки разделили на две равные части: одна предназначалась в знак сыновней почтительности родителям, а вторая становилась приданым Се Ин. Имея за душой подобный капитал, девушка могла выйти замуж за кого угодно, и старейшины клана больше не смели диктовать ей свою волю.
Купить свободу двоим людям за одну сумму — Цюй Цзюи считал это весьма выгодным вложением.
Се Ин тоже не стала тянуть время. Быстро собрав пожитки, она отправилась вместе с ними: в конце концов, ей предстояло гулять на свадьбе родного брата в качестве представительницы стороны жениха!
Зарабатывать деньги — занятие, бесспорно, приятное, но тратить их без счёта — особое, ни с чем не сравнимое удовольствие.
Прежде Цюй Цзюи не отличался особым транжирством, но, однажды вкусив радость умопомрачительных трат, вошёл во вкус. Изумление на личике Се Сю и ошеломлённые физиономии родичей из клана Се, на чьих лицах чётко читалось: «Как ты мог отдать так много?!», доставляли Цюй Цзюи искреннее удовольствие.
Деньги — поистине единственная суперсила, способная творить настоящие чудеса.
Оставив свадебные дары, Цюй Цзюи на следующий же день увёз Се Сю.
Во Дворце Разбитого Нефрита вовсю шла подготовка к бракосочетанию ещё с того момента, как владыка покинул его пределы. Само собой, Се Сю следовало везти именно туда. Что же до семейства Се... Полноте, созванные ими гости всё равно оказались бы чужими для Се Сю людьми, способными лишь вызывать раздражение и зависть. Проще уехать и жить в своё удовольствие.
— Старший Се, Глава, поздравляем! — разносились со всех сторон радостные возгласы.
— Наш Глава просто непревзойдён!
— В такой обстановке любая бы не раздумывая пошла за него!
— Сестрицы, у меня появилось вдохновение! Вернусь в свои покои — сразу возьмусь за кисть!
— А-а-а! Чур, я первая на очереди! Мне сразу десять списков! Нет, двадцать!
Пока виновники торжества сохраняли относительное спокойствие, сопровождавшие их ученицы Дворца Разбитого Нефрита едва сдерживали дикий восторг, стеная и перешептываясь, будто стая волчиц в лунную ночь.
Их можно было понять: девушки от начала и до конца наблюдали за развитием этого романа, а многие даже приложили руку к признанию с фонариками на праздничной ярмарке. Ощущение гордости — словно мать наконец-то помогла сыну сорвать лучший цветок в саду — невозможно было описать словами.
Если и сравнивать это чувство с чем-то, то разве что с радостью от ночи, проведённой с десятком красивейших мужчин под Небесами!
В конце концов под объективами десятков сияющих глаз Се Сю смутился настолько, что Цюй Цзюи пришлось увлечь его внутрь экипажа.
Ещё немного — и Божественный лекарь сгорел бы от стыда.
— Сюэ Сяосяо уже взяла на себя обязанности главы, так что мне оставалось досиживать на этом посту считаные дни, — с улыбкой произнёс Цюй Цзюи, привлекая Се Сю к себе за руку. Они сидели вплотную, чувствуя сухое тепло соприкасающихся тел. — Скажи, есть ли место под Небесами, куда бы тебе хотелось отправиться?
— В Южных землях невероятное множество ядовитых насекомых и редких растений, я всегда мечтал побывать там, — немного подумав, серьёзно ответил Се Сю. — Только путь туда неблизок, да и нравы там царят суровые, потому раньше у меня ничего не получалось.
— Отлично, решено — едем в Южные земли! — без колебаний согласился Цюй Цзюи. — Какие бы ядовитые твари или редкие травы тебе ни приглянулись, я добыту их для тебя.
— А в остальном... Пока ты рядом, мне всё равно, куда держать путь, — произнёс Се Сю, и на его утончённом лице расцвела мягкая, глубокая улыбка. — А сам ты чего бы хотел?
Откровенно говоря, особых предпочтений относительно путешествий у Цюй Цзюи не водилось.
А вот относительно развлечений...
Цюй Цзюи подался вперёд, опустив ладонь на талию Се Сю, туда, где под одеждой скрывалась метка целомудрия, и медленно огладил её сквозь ткань.
Голос его заметно потяжелел:
— Прямо сейчас я хочу поиграть с тобой.
Обычно скромный Се Сю должен был вспыхнуть до самых кончиков ушей.
Цюй Цзюи уже предвкушал эту реакцию, гадая про себя: сразу перейти к поцелуям или сначала сорвать с него одежду?
Однако Се Сю не только не залился краской, но и сам прижал Цюй Цзюи к себе ещё крепче, произнеся с подтекстом:
— Это взаимно.
Цюй Цзюи обомлел.
Неужели в Божественного лекаря кто-то вселился?
Он недоумённо хлопал глазами, отказываясь верить происходящему. Это совсем не похоже на привычное поведение его спутника.
Но стоило Цюй Цзюи сделать едва заметное движение, как он поразился той выдержке, которую демонстрировал Се Сю. Какое безупречное владение собственным дыханием! Находясь в столь близком положении, он ничем не выдал своего волнения.
Цюй Цзюи проникся к нему невольным уважением.
«Вернёмся — первым делом увлеку его в купальню и посмотрю на всё своими глазами, — подумал он. — А то плоды моих прошлых изысканий как-то не вяжутся с этим кротким, ангельским ликом. Неужели он тоже принял какое-то снадобье?»
* * *
Повторный визит во Дворец Разбитого Нефрита вызвал у Се Сю совершенно иные чувства.
Поскольку обитель недавно заработала целое состояние, да ещё и готовилась к пышной свадьбе бывшего правителя, все окрестности заново привели в порядок.
Даже среди песков пустыни при должном усердии распускаются цветы. Стоило лишь выплатить достаточное количество серебра местным жителям, чтобы те занялись высадкой деревьев, как небольшой оазис за короткий срок разросся в несколько раз.
Благодаря открытию свободной торговли с приграничными землями и взлетевшей до небес славе Дворца Разбитого Нефрита, вереницы купеческих караванов тянулись сюда непрерывным потоком, отчего весь торговый тракт пришёл в небывалое движение.
Небольшой городок на границе за считаные месяцы изменился до неузнаваемости: сюда съезжались ремесленники и торговцы со всех концов света, превращая его в величественный, кипящий жизнью центр.
Едва повозки Дворца вступили в пределы пустыни, как навстречу им хлынули толпы горожан, желавших засвидетельствовать своё почтение и поднести скромные дары.
Цюй Цзюи не скупился: принимая подарки, он одаривал жителей ответными благами — солью, чаем и качественной тканью, которые в этих сухих краях ценились на вес золота. Впрочем, даже с учётом таких щедрот Дворец всё равно оставался в огромном выигрыше. Все были счастливы.
— Глава! Этот цветок я взращивала очень долго, возьмите его для себя и вашей супруги! — К повозке подбежала маленькая девочка, бережно сжимая в ручках крошечный глиняный горшок. — А когда я подрасту, матушка обещала отпустить меня на испытания во Дворец Разбитого Нефрита. Мечтаю стать вашей ученицей!
Цветок в горшке не отличался редкой красотой и не обладал целебными свойствами, но когда Цюй Цзюи передал его Се Сю, тот искренне обрадовался и улыбнулся так светло, что малышка на мгновение замерла.
— Супруга Главы... до чего же вы красивый, красивее любого оазиса в пустыне!
— Спасибо, ты тоже очень милый, — Се Сю наклонился, погладил девочку по голове и вложил в её ладошку горсть сладостей.
Прослышав о том, что суженый их правителя души не чает в детях, местные жители на всём оставшемся пути посылали к повозке малышей с поздравлениями. К моменту прибытия во Дворец повозка была доверху забита детскими нарядами и резными игрушками.
Ученицы Дворца Разбитого Нефрита с трепетом переглядывались: раз их владыка с супругом принимают такие подарки, не значит ли это, что вскоре в обители появится крошечный наследник?
* * *
Едва Цюй Цзюи и Се Сю ступили на порог Дворца, как оказались буквально оглушены царившим вокруг буйством красного цвета.
Здание переменилось до неузнаваемости: резные колонны покрыли свежим лаком, а повсюду развесили сотни изысканных фонариков. Присмотревшись, Цюй Цзюи узнал в них точную копию тех самых фонарей, что освещали их первую ярмарку.
К слову, около сотни праздничных фонарей прислал Чэнь Ши — они с Сяожоу мастерили их собственными руками. Хотя на них не стояло имён, ученицы Дворца без труда узнали почерк. Как-никак, родитель правителя, принять такой подарок было вполне уместно.
Девушки нарядились в яркие алые платья и прямо-таки лучились счастьем. Всё происходящее больше напоминало не просто свадебный день, а наступление Нового года.
— Приветствуем Главу! Приветствуем супругу Главы!
— Для вас уже приготовили горячие источники! Пожалуйста, отправляйтесь отдыхать, а завтра состоится торжественный обряд!
— Мы сшили для вас двадцать вариантов подвенечных одеяний! Посмотрите, какие вам больше по душе! А если понравятся все — устроим празднество на двадцать дней!
Двадцать дней — это всё же перебор.
Цюй Цзюи взял Се Сю за руку и направился прямо к купальням:
— Мы верим в ваш вкус, устраивайте всё на своё усмотрение.
Слушать суету ему не хотелось — куда привлекательнее казалась мысль разделить горячий бассейн с Се Сю.
К счастью, ученицы проявили проницательность и тут же оставили их в покое. Все нерешённые организационные вопросы легли на плечи Сюэ Сяосяо — она сама сыграла свадьбу с Третьим братом месяц назад, так что имела богатый опыт.
Мужчины Дворца тоже не сидели без дела, активно помогая с приготовлениями. Даже юноши из Терема Нефритовой Черепицы вели себя тише воды, ниже травы. Принятые ранее сто пять невольников прекрасно прижились: в последние дни усердие учениц возросло кратно, и если бы не новое пополнение, обитатели терема рисковали бы слечь от усталости.
— В прошлый раз, когда ты приходил сюда, у тебя не только глаза были завязаны плотной тканью, но и акупунктурные точки заблокированы иглой! — вспомнил Цюй Цзюи, едва они переступили порог Дворца Горячих Источников. — Ты тогда уверял, что это двойная защита от моих посягательств.
Он посмеивался про себя: надо же, каким «неприступным недотрогой» сказывался тогда Се Сю, а теперь сам идёт с ним принимать совместную ванну! Судьба — воистину удивительная вещь.
— Я ведь тогда заботился о твоём благополучии, — с неловкой улыбкой возразил Се Сю.
— Ну-ну, верю, — легким движением руки Цюй Цзюи высвободил импульс внутренней силы, и одеяния на Се Сю мгновенно соскользнули на пол.
Не давая лекарю опомниться, Цюй Цзюи подхватил его на руки и вместе с ним погрузился в прозрачную воду.
Теплые струи мгновенно обняли их тела. Улыбка на губах Цюй Цзюи сделалась откровенно лукавой.
Даже сквозь густой пар, поднимавшийся над гладью бассейна, его зоркий взгляд отчётливо различал каждую деталь: точёный стан, длинные ноги, белоснежную кожу. И особенно — ярко-алую метку целомудрия на талии, придававшую его облику пьянящую, почти опасную утонченность.
Цюй Цзюи невольно сглотнул.
Никогда прежде он не осознавал с такой ясностью, насколько человек без одежд прекраснее себя же, но облачённого в шёлк.
— Не думал, что ты окажешься столь нетерпеливым, — произнёс Се Сю. Поначалу он смущался, но, видя горящий взгляд Цюй Цзюи, проникся к нему такой нежностью, что всякая стеснительность улетучилась. К чему стыдиться, когда завтра они станут супругами перед лицом Неба и Земли?
— Перед лицом такой красоты трудно оставаться хладнокровным, — Цюй Цзюи прижался ближе, его руки начали бесстыдно блуждать по телу спутника, а сам он уткнулся носом в изгиб шеи Се Сю. — Ты так восхитительно пахнешь... Говорят, принимать любовь снизу довольно приятно, но сегодня я хочу попробовать побывать сверху.
Если у него получится вызвать на этом божественном лице совершенно иные, невиданные прежде эмоции... От одной лишь мысли об этом захватывало дух.
В конце концов, всегда можно попробовать, а если не понравится — сменить положение.
Цюй Цзюи всё распланировал идеально. Се Сю не сможет одолеть его в бою, да и уступить его уговорить не составит труда. Разве в постельных делах не стоит брать своё? Он не намеревался повторять ошибок тех, чьи браки распались из-за разлада в любовных утехах.
— А ты, как я вижу, заглядываешь весьма далеко, — спокойно заметил Се Сю.
— Ещё бы! За кого ты меня принимаешь? — бездумно откликнулся Цюй Цзюи, окончательно теряя голову от близости. — Не бойся, Сю-эр, я буду очень нежен.
Он терпел так долго, что продолжить воздержание сейчас было бы преступлением против собственного тела. К тому же горячий источник — место их негласного обручения, разве развлечься здесь не лучше, чем в душных покоях?
Цюй Цзюи уже занёс руку, чтобы обнять Се Сю за шею, как вдруг почувствовал странную, неожиданную слабость во всём теле.
«Странно... Разве я пробыл в воде так долго?»
Не успел он осмыслить происходящее, как крепкие руки Се Сю уже обвили его талию, увлекая к себе и меняя их местами. Теперь Цюй Цзюи оказался полулежащим в его объятиях.
Цюй Цзюи, чей разум только что был отманен вожделением, мгновенно протрезвел:
— Когда ты успел отравить меня?! Ты же был абсолютно гол!
Он ведь контролировал каждый шаг, да и благовоний в купальне не жгли...
Стоп. Аромат?
— Ты нанёс яд на собственное тело?! — изумился Цюй Цзюи.
Значит, тот легкий, пленительный запах на коже Се Сю с самого начала был ловушкой?!
— Это лишь немного яда Проникающего Аромата, приготовленного из снежного лотоса с гор Тяньшань, который ты мне подарил, — тихо рассмеялся Се Сю, прижимаясь к нему ещё плотнее. — Я лишь подстраховался. Ты же знаешь, я предпочитаю иметь запасной план.
— К тому же я лекарь и прекрасно знаю устройство человеческого тела, — пальцы Се Сю медленно скользнули по груди Цюй Цзюи.
Среди поднимавшегося пара алая точка на его талии начала медленно бледнеть. Словно капля киновари, растворяющаяся в чистой воде, яркий красный цвет под действием горячих струй размывался, превращаясь в нежный, едва заметный розоватый флёр.
Вода в бассейне мерно покачивалась, поднимая лёгкие волны от движений двух тел.
В эту ночь птицы сплелись шеями, а рыбы нашли свои воды.
Ласки и страсть не утихали до самого рассвета.
А когда первые лучи солнца озарили купальню, кожа на талии Се Сю стала абсолютно чистой.