— При каком условии ты выберешь Лусиса? — Король вновь принял вид любящего отца, и взгляд его наполнился искренней заботой.
— Если я выберу его высочество Лусиса, остальные принцы смогут уйти? — спросил Ши Юй. Голос его звучал мягко, но каждое слово он произносил предельно чётко, а в тёмных миндалевидных глазах светилась детская невинность. — Принц ведь ничего им не сделает? И никто другой им не навредит? Они смогут вернуться туда, откуда пришли, целыми и невредимыми, верно?
Король будто оцепенел. Губы его дрогнули, но он так ничего и не произнёс.
— Если возможен именно такой расклад, — подвёл итог Ши Юй, — я выберу принца Лусиса.
Король явно благоволил Лусису — в этом не было ни малейших сомнений.
Оставалось лишь понять: сделал ли он это по принуждению или же Лусис напрямую манипулировал им, как и остальными NPC в этом инстансе?
Впрочем, какова бы ни была причина, одно можно сказать наверняка: Лусис знал о каждом шаге монарха. А значит, то, с чем соглашался король, одобрял и сам принц.
Права же Лусиса в этом мире почти не уступали полномочиям самой Системы.
Ши Юй не забыл об обещании помочь Цинь Кэ и Мо Ругую пройти испытание. Основной квест гласил: покинуть инстанс сможет лишь «принцесса» и тот, кого она выберет. Значит, требовалось найти лазейку.
[— О-о-о, Юй-Юй не просто языком чешет, он реально собирается вытащить всех!]
[— А как чётко формулирует! Скажи он просто «уйти невредимыми», их бы превратили в NPC и навечно заперли в инстансе. Но он добавил «туда, откуда пришли» — то есть в реальность!]
[— И я ни капли не сомневаюсь, что Лусис согласится! Не знаю, откуда эта уверенность, чисто интуиция.]
[— Постойте, а если он выберет Лусиса, Шэнь Су не лопнет от ревности?]
[— Ой, а мне бы хотелось на это посмотреть! тихонько хихикает]
Спустя неопределённое время к королю вернулся дар речи.
— Да, — произнёс он, не сводя глаз с Ши Юя. — Если твоим выбором станет Лусис, остальные смогут благополучно вернуться туда, откуда пришли.
Получив желаемое подтверждение, Ши Юй, однако, не расслабился.
— Чтобы сохранить за собой право выбора, до рассвета ни один из принцев не должен меня найти. Где же мне укрыться?
Король со знающим видом ответил:
— Самое опасное место — самое безопасное. Оставайся здесь, никто не догадается искать...
Договорить он не успел: из коридора донеслись шаги и знакомые голоса.
— Мы вернулись?
Это были Цинь Кэ и Мо Ругуй.
Вопрос задал Цинь Кэ. Мо Ругуй ответил:
— Ничего не изменилось, так что похоже на то.
— Не думал, что правила останутся теми же, — продолжал Цинь Кэ. — Выходит, принцесса где-то здесь...
Король: «...»
Ши Юй: «...»
Прежде чем гости ступили на порог, перед глазами Ши Юя всё потемнело. Земля ушла из-под ног, голова закружилась от накатившей невесомости, а когда он снова открыл глаза, то обнаружил, что стоит в беспросветном тёмном коридоре.
Впрочем, непроглядным мрак назвать было нельзя: в нишах стен через нерегулярные промежутки попёрхивались пламенем масляные лампы. На одних участках они горели густо, на других — едва теплились одинокими огоньками, но их света хватало, чтобы различать дорогу.
Холодные тёмно-серые стены смыкались с таким же мрачным полом. Никаких украшений, кроме редких светильников, — лишь беспросветная тьма вдали.
Воздух пропитался сыростью и могильным холодом.
Ши Юй сообразил, что находится за пределами дворцового ансамбля — и вообще под землёй. Это место походило на... подземелье? Или гробницу?
Ши Юй молча вздохнул.
Превосходно.
Король оказался мастером телепортации. Закинул так закинул — прямо в могилу.
Впрочем, если посмотреть с другой стороны, сюда игроки точно не доберутся.
Оказавшись посреди бесконечного подземного хода, Ши Юй ощутил, как по загривку пробежал мороз. Он двинулся вперёд, рассчитывая отыскать относительно безопасную усыпальницу и дождаться там рассвета.
Но почему светильники расставлены так странно? Есть ли в этом система?
«Три лампы... одна... четыре...» — отсчитывал Ши Юй на ходу. Раз уж он попал сюда, не помешает запомнить последовательность. Вдруг количество огней — это шифр к усыпальнице?
Чего Ши Юй не знал, так это того, что полчаса назад в эти же катакомбы спустился Шэнь Су.
Как только Ши Юя перенесло в гробницу, чаты обоих стримов буквально взорвались:
[— Мурашки по коже! Я от восторга слов подобрать не могу, а-а-а!]
[— Старик-король сам того не ведая сделал доброе дело! Лайк Его Величеству!]
[— Юй-Юй там на полном серьёзе разгадывает шифр светильников? Он же не знает, что их полчаса назад зажёг его муженёк, ха-ха-ха!]
[— Шэнь Су, ты поверишь?! Твоя женушка сейчас в том же самом помещении!]
[— А-а-а-а, их разделяет всего одна стена! Одна стена!]
[— Пождите, а если Шэнь Су найдёт его первым, как принцесса выберет Лусиса?]
[— Вы не заметили? После телепортации Юй-Юй вернул свой прежний облик!]
[— То есть Ши Юй больше не принцесса! А единственная настоящая принцесса тут — та, что лежит в усыпальнице. Так что Шэнь Су искать Ши Юя бесполезно, ему придётся вскрывать гроб!]
[— Ха-ха-ха-ха, «вскрывать гроб», ору!]
Шэнь Су без труда отыскал главную усыпальницу, однако вскрывать саркофаг не стал — нормы приличия ему были не чужды.
Он просто молча посидел у гробницы.
Если там действительно покоилась принцесса и если её «поимка» засчитывалась, то после некоторого времени пребывания рядом Система должна была объявить о прохождении задания.
Увы, Шэнь Су отсидел себе всё, что можно, но реакция от Системы так и не последовала. Вывод напрашивался один: либо гроб был пуст, либо мёртвая принцесса не имела игрового статуса. А значит, срывать крышку саркофага не имело ни малейшего смысла — да и выглядело бы бестактно.
Поднявшись и размяв затекшие конечности, Шэнь Су прихватил со стоящего рядом алтаря масляную лампу и направился к выходу. Он и так потерял слишком много времени, а до рассвета оставалось меньше двух часов.
Пора было уходить.
Но едва Шэнь Су упёрся руками в каменную створку, как ему показалось, будто дверь поддаётся значительно легче, чем когда он входил.
Ши Юй в этот момент тоже толкал дверь. По пути он пытался открыть несколько массивных каменных плит, но те не поддавались, а эта вдруг со скрипом отъехала.
Тяжёлая плита подалась в сторону, и Шэнь Су столкнулся взглядом с парой чистых, тёмных глаз.
Он замер.
В тусклом свете лампы перед ним стоял человек с бледной, безупречной кожей и тонкими, гармоничными чертами лица. В его прозрачных миндалевидных глазах застыло точно такое же изумление.
— Ты...
— Ты...
Заговорив, Ши Юй осознал, что к нему вернулся родной голос.
Да и смотреть на Шэнь Су снизу вверх больше не приходилось. Опустив взгляд, он с облегчением обнаружил, что к нему вернулся прежний рост, привычная одежда, а с лица исчезла раздражающая вуаль.
Он снова стал собой.
В этом кролся свой плюс: теперь не нужно было следить за давлением отыгрыша и бояться предупреждения об OOC. Но имелся и минус: встреча с ним могла и не засчитаться Шэнь Су как «поимка принцессы».
Оба продолжали удерживать каменную створку — один изнутри, другой снаружи. Посмотрев друг другу в глаза, они одновременно сделали попытку заговорить — и тут же смолкли.
— Кхм, — Шэнь Су откашлялся и отвёл взгляд от лица Ши Юя. — Говори первый.
— Система выдала оповещение о выполнении квеста? — прямо спросил Ши Юй, не сводя с него глаз. Сам он обрёл привычный облик, а вот Шэнь Су всё ещё оставался в теле Бога войны. И хотя суровые черты полководца выглядели весьма импозантно, родное лицо Шэнь Су нравилось ему куда больше.
Шэнь Су снова взглянул на него и качнул головой:
— Нет.
Ши Юй понял: его догадка подтвердилась.
Стоило ему вернуть истинный облик, как Система перестала считать его «принцессой». Теперь, кто бы ни наткнулся на него до рассвета, задание закрыто не будет.
— Кстати, — Ши Юй на мгновение задумался, а затем снова поднял глаза. В их влажном блеске отразился свет лампы, заставив сердце Шэнь Су пропустить удар. — Тебя тоже сюда телепортировали?
— Нет, я пришёл сам. Это гробница принцессы, — откликнулся Шэнь Су. Горло у него словно пересохло. Принцесса-девушка была прелестна, но настоящий Ши Юй волновал его куда сильнее. А вопрос Ши Юя дал ему понять, что того забросило сюда прямой телепортацией.
Услышав про «гробницу принцессы», Ши Юй мгновенно раскусил замысел Шэнь Су.
В текущей хронологии настоящая наследница династии Ска уже была мертва. Следовательно, условие «найти принцессу» можно было трактовать как «найти место её упокоения». Вот только подмену понятий Система, похоже, отвергла.
— Только всё бестолку, — Шэнь Су тихо вздохнул, выпустил из рук каменную плиту и прошагал в глубь залы к постаменту. — Я пробрался сюда по найденной карте. Это действительно её усыпальница, но я пробыл здесь достаточно долго, и Система молчит.
Теперь, когда здесь сошлись двое — фальшивая принцесса без статуса и мёртвая, которую невозможно активировать, — спешить стало некуда. Они уселись бок о бок прямо на каменных ступенях.
Ши Юй поделился своей гипотезой о том, что инстанс «Королевский банкет» — не что иное, как иллюзорный сон, порождённый разумом правителя. Эта мысль полностью совпала с выводами Шэнь Су.
— В хрониках я наткнулся на множество записей о том, как король души не чаял в своей дочери, — неторопливо проговорил Шэнь Су. Голос его звучал ровно и расслабленно, но Ши Юй уловил едва заметный наигранный тон. — Король и королева горячо любили друг друга, и после её смерти он так и не женился повторно. Дочь оставалась его единственным дитятей. В детстве она сильно болела, король созывал лучших лекарей со всего света, но девочка так и не дожила до совершеннолетия.
— Отцу было невыносимо смириться со смертью единственного ребёнка. Он мечтал, чтобы дочь выросла здоровой, вышла замуж, родила наследников и унаследовала престол Ска.
— Должно быть, эта тоска оказалась настолько глубокой, что Система соткала для него иллюзию. В этом мире его дочь благополучно дожила до восемнадцати лет, и в честь её совершеннолетия правитель устроил смотр женихов.
— Завтра состоится свадьба. Мечта короля близка к исполнению как никогда.
Перед этим Ши Юй пересказал свой разговор с королем. Шэнь Су тогда никак не проявил эмоций, а теперь обронил со сдержанной прохладцей:
— Похоже, Его Величество уже присмотрел идеального зятя.
Ши Юй: «...»
Ну разумеется.
Ревностью потянуло так, что хоть святых выноси.
Шэнь Су чуть повернул голову. На лице его по-прежнему играла непринуждённая ухмылка, но взгляд оставался пристальным и въедливым.
— И кого же ты выберешь?